Интеллектуальная собственность и ВТО (стр. 3 )

Когда речь идет о престижных товарах, торговая марка может наделять производителя значительной рыночной властью. Однако, в отличие от патента или авторского права, здесь рыночная власть скорее определяется не самим фактом владения товарным знаком, а значительными инвестициями в маркетинг и стимулирование продаж. Надо отметить, что компании, владеющие дорогими торговыми марками, не обязательно получают сверхприбыли. Даже устанавливая цены выше предельных издержек производства, компании все равно несут постоянные фиксированные затраты. В основном, итоговую рыночную структуру для большинства производителей престижных товаров можно охарактеризовать как монополистически конкурентную: компании держат монополию в рамках своей собственной торговой марки, но при этом они должны конкурировать с другими марками альтернативных товаров.

Что касается того, как сказывается на благосостоянии общества наделение некоторых товаров престижностью, то это не поддается однозначному определению. Можно привести лишь несколько общих соображений. Например, товар может быть престижным по причине исключительности потребления, другими словами, когда им пользуется лишь небольшая группа потребителей. Взаимная зависимость между потребителями внутри избранной группы и за ее пределами предполагает, что маркетинговая деятельность компаний может сделать одних потребителей более состоятельными, а других менее (Grossman and Shapiro, 1988).

Права интеллектуальной собственности в странах с открытой экономикой.

При переходе от закрытой экономики к открытой возникают дополнительные соображения. Рассмотрим пример небольшой страны, в которой интеллектуальная собственность принадлежит в основном резидентам-иностранцам. Экономика такой страны может выиграть от более слабых стандартов защиты, если это ведет к снижению цен на товары и технологии, но при этом существуют стимулы к созданию новых продуктов и технологий (Deardorff, 1992). Иначе говоря, если наша предполагаемая маленькая страна, владеющая небольшим количеством прав интеллектуальной собственности, ввела бы патентную систему, то основным эффектом стала бы передача ренты иностранным патентообладателям с минимальной пользой для местной экономики. В то же время, если у этой страны есть потребность в конкретных технологиях, которые в других странах не нужны, например, в лекарствах для борьбы со специфическим местным заболеванием, то у нее есть все основания для того, чтобы активно защищать иностранную интеллектуальную собственность (Diwan and Rodrik, 1991).

Одно из дополнительных соображений состоит в том, что защита прав интеллектуальной собственности влияет на международное распространение новых технологий. Некоторые могут возразить, что страны, в которых лишь небольшая часть промышленности занята разработкой новых продуктов и технологий, выигрывают от слабой защиты прав интеллектуальной собственности, поскольку это позволяет им наращивать свой технологический потенциал, копируя иностранные технологии. Например, в Индии в начале 1970-х годов было упразднено патентование фармацевтических товаров, что привело к быстрому росту местной фармацевтической промышленности (Fink, 2001). С другой стороны иногда технологию невозможно скопировать без помощи фирмы-разработчика. В этом случае страна заинтересована защищать права интеллектуальной собственности, чтобы стимулировать передачу технологий иностранными компаниями.

Международная передача технологий происходит по разным каналам: через торговлю, иностранные инвестиции и международное лицензирование. Журнал «Экономист» попытался проследить связь между торговлей, инвестициями и лицензированием и степенью защиты интеллектуальной собственности в развитых странах. Хотя подобные оценки страдают неточностями измерения, были выявлены некоторые экспериментальные закономерности.[5] Во-первых, уровень защиты прав интеллектуальной собственности, как правило, существенно влияет на международные торговые потоки. Причем этот эффект заметнее в странах со средним уровнем доходов, чем в странах с низким уровнем доходов. Интересно, что эффект не наблюдается в случае высокотехнологичных продуктов. Одним из объяснений может быть то, что высокотехнологичные продукты сложнее копировать. Также возможно, что в случае со странами с более высоким уровнем защиты прав интеллектуальной собственности высокотехнологичные компании предпочитают скорее инвестировать в развитие технологий, чем экспортировать их.

Последнее замечание подтверждается исследованиями на уровне компаний, которые показывают, что политика в отношении интеллектуальной собственности не влияет на размер и природу инвестиций многонациональных корпораций. В то же время по сравнению с другими факторами, определяющими принятие инвестиционных решений, соображения, связанные с правами интеллектуальной собственности играют относительно небольшую роль. В качестве примера можно рассмотреть Китай, который привлек большое количество иностранных инвестиций, несмотря на то, что многонациональные корпорации и иностранные правительства постоянно сетуют на недостаток мер по защите интеллектуальной собственности в этой стране. И, наконец, оказалось, что уровень защиты прав собственности в стране положительно влияет на международное лицензирование технологий. Это неудивительно, учитывая ту важную роль, которую играет правовая защита в передаче технологий от компании к компании. В то же время мало известно о том, как официальная передача прав интеллектуальной собственности сказывается на распространении знаний и росте производительности в тех странах, к которым переходят права.

IV. ТРИПс.

ТРИПс это многостороннее соглашение, действительное для всех 147 стран, членов ВТО. Оно также обязательно для исполнения всеми странами, присоединяющимися к ВТО. Основные положения соглашения требуют от стран соблюдения принципа национального режима (то есть, страна предоставляет гражданам других стран, членов ВТО режим не менее благоприятный, чем тот, который она предоставляет своим гражданам) и режима наибольшего благоприятствования (одинаковые правила в отношении граждан других стран, членов ВТО).

В отличие от многих других международных соглашений по интеллектуальной собственности ТРИПс устанавливает минимальные стандарты защиты для всех форм интеллектуальной собственности: авторское право, товарные знаки и знаки обслуживания, географические указания, промышленные образцы, патенты, топологии интегральных схем, охрана закрытой информации.[6] В отношении каждой из этих областей соглашение определяет основные объекты защиты, предоставляемые права и допустимые ограничения в отношении этих прав.

Впервые в истории международных соглашений ТРИПс обращает внимание на соблюдение прав в области интеллектуальной собственности и определяет основные правовые средства, к которым могут прибегать правообладатели для защиты своих прав. Целью соглашения является установить общие процедуры правоприменения, доказательств, судебных запретов, возмещения убытков, временных и пограничных мер.

В принципе, положения соглашения вступили в силу для всех подписавших его сторон в начале 1996 года и с этого момента они стали обязательными для исполнения всеми членами ВТО. Однако развивающиеся страны и страны с переходной экономикой получили отсрочку на четыре года, не затрагивающую обязательств по соблюдению национального режима и режима наибольшего благоприятствования. Развивающимся странам было предоставлено пять лет для того, чтобы запатентовать те технологичные продукты, которые не были защищены патентами на момент вступления соглашения в силу. Развивающиеся страны также должны были принять заявки на патенты на лекарственные препараты и химические удобрения и предоставить исключительные права на их продажу сроком на пять лет или до момента выдачи или отказа в патенте. Наименее развитым странам было предоставлено 10 лет на приведение внутренних норм в соответствие с положениями соглашения с возможностью продления этого срока по необходимости, но с обязательным соблюдением национального режима и режима набольшего благоприятствования.

Многим развитым странам (например, Мексике, Южной Корее) пришлось внести лишь незначительные коррективы в свои законодательства, поскольку еще до вступления в силу ТРИПс они существенно усилили режимы соблюдения прав интеллектуальной собственности. Другим странам (например, Бразилии, Индии) с 1996 года и до окончания переходного периода, о котором было сказано выше, пришлось доработать свои законы об интеллектуальной собственности.

ТРИПс устанавливает процедуры урегулирования споров между членами ВТО по вопросам, касающимся обязательств по этому соглашению. Все споры, возникающие в рамках ВТО, это споры между государствами. Иными словами это не разногласия по поводу частных случаев нарушения прав интеллектуальной собственности, но споры по вопросу соответствия законов какой-либо страны положениям соглашения, возникающие между государствами. В случае если член ВТО нарушает свои обязательства, государство-истец имеет право наложить торговые санкции в виде штрафных тарифов. С 1996 года было рассмотрено более 20 споров между членами ВТО по поводу Соглашения. Надо отметить, что лишь в некоторых из них претензии были предъявлены к членам из числа развивающихся стран. Большинство споров возникало между развитыми странами, в особенности между США и странами Евросоюза.

В заключение надо отметить, что Уругвайский раунд переговоров оставил неразрешенными некоторые вопросы. Например, соглашение призывает к созданию многосторонней системы уведомления и регистрации географических указаний для вина и крепких спиртных напитков. Некоторые члены требуют также обеспечить более высокий уровень защиты географических указаний и для других продуктов, а не только для вина и крепких спиртных напитков. Однако по обоим этим вопросам не наблюдается особого прогресса. Основная причина видится в разногласиях между странами ЕС, в которых сосредоточено наибольшее количество географических указаний, и так называемыми новыми мировыми производителями, к которым относятся Аргентина, Австралия, Чили и США, и которые предпочитают более слабую степень защиты. Во время переговоров по ТРИПс, которые в основном касались вин и крепких спиртных напитков, большинство развивающихся стран занимали пассивную позицию по вопросу защиты географических указаний. Однако теперь некоторые из них (например, Болгария, Венгрия, Шри-Ланка) довольно энергично поддерживают требования стран ЕС.