Личностные особенности подростков с аддиктивным поведением в семьях с нарушением отцовской функции (стр. 3 )

В четвёртой главе «Эмпирическое исследование личностных особенностей подростков с аддиктивным поведением в семьях с нарушением отцовской функции» излагаются этапы работы, обосновываются и описываются методики исследования, дается характеристика выборки, анализируются и сопоставляются полученные результаты, формулируются выводы.

В ходе эмпирического исследования установлены некоторые специфические особенности личности* подростков, употребляющих ПАВ, отличающие их от подростков, не замеченных в употреблении ПАВ: недостаточный самоконтроль, неуверенность и неумение оценивать результаты своей деятельности, а также более высокий уровень эмпатии и потребности в социальной поддержке. Эмпатию как эмоциональную отзывчивость на переживания другого человека и постижение его эмоционального состояния (вчувствование), в большей степени свойственную подросткам, использующим ПАВ, мы рассматриваем как один из способов их адаптации к непростым семейным обстоятельствам, своеобразный копинг-приём, позволяющий ориентироваться в эмоциональном состоянии родителей и выстраивать своё поведение, свои взаимоотношения с ними в повседневных ситуациях. Стремление к социальной поддержке, также сильнее выраженное у аддиктивных подростков, свидетельствует о том, что с одной стороны, они, возможно не получают достаточно психологической поддержки в семье из-за её дисфункциональности, и это способствует употреблению ими психоактивных веществ. С другой стороны, нарушенные взаимоотношения в семье могут являться следствием знания родителей об употреблении подростком психоактивных веществ, в результате чего подросток перестаёт рассматривать семью как опору и активно ищет её вне семьи.

Под нарушениями отцовской функции в семье мы понимаем нарушения участия отца в жизни ребенка, в воспитании ребенка, во влиянии на формирование его личности, наличие отца в качестве негативного примера асоциального поведения, негармоничные отношения отца с подростком, а также его негативный образ у подростка в ситуациях фактического отсутствия отца в семье.

Существует мнение, что отцовская функция может быть нарушена в деструктурированных, в так называемых неполных семьях. Однако в психологии пока нет

однозначной оценки влияния структуры семьи на личность ребенка. По нашему мнению, формальных критериев недостаточно для того, чтобы оценить роль каждого из родителей в формировании личности ребенка (подростка).

Для исследования влияния структурных нарушений семьи (отсутствие отца) были, во-первых, сопоставлены полные и неполные семьи по представленности в них подростков, употребляющих психоактивные вещества, во-вторых, сравнивались личностные особенности подростков, воспитывавшихся в полных и неполных семьях. Обнаружено, что в неполных семьях больше подростков, имеющих признаки аддиктивного поведения (56 %) по сравнению с полными семьями (31 %) (χ²=5,07, p≤0,05, v=2). На основе этих результатов можно заключить, что структура семьи является одним из факторов наличия или отсутствия аддикции в подростковом возрасте. _____________________________________________________________________________

* Мы будем рассматривать только те показатели эмпирического исследования, по которым получены значимые различия между сравниваемыми группами.

По-видимому, в неполной семье создаются условия, способствующие не только употреблению подростками психоактивных веществ, но и возникновению зависимости от них. Это согласуется с результатами других исследователей о том, что большинство подростков с аддиктивным поведением росли в неполных (чаще материнских) семьях (, , 1991; , , 2001; , 2010 и др.).

Сравнение подростков из полных и неполных семей показало, что некоторые личностные особенности подростков статистически связаны со структурой семьи, а именно с присутствием или отсутствием отца в семье. Если в полных семьях между подростками, использующими и не использующими ПАВ, не выявлены существенные различия в особенностях самооценки, развития волевых сторон личности, степени экстравертированности, то в неполных семьях подростки, употребляющие ПАВ, отличаются меньшей активностью и меньшим развитием волевых качеств по сравнению с подростками, не употребляющими ПАВ (p≤0,01).

Вероятно, такие личностные особенности у подростков как невысокий уровень самоконтроля, активности и общительности способствуют употреблению психоактивных веществ. Этот вывод базируется, во-первых, на представлении о том, что высокий уровень самоконтроля препятствует приёму психоактивных веществ, во-вторых, на данных, показывающих, что у неаддиктивных подростков активность, в том числе когнитивная, позволяет выбирать более адекватные требованиям среды стратегии поведения (, , 2008).

Известно, что и неполные, и структурно целостные (полные) семьи могут быть дисфункциональными. Косвенное подтверждение этому в нашем исследовании мы видим в следующем. Во-первых, в полных семьях у подростков с аддиктивным поведением обнаруживаются более высокие показатели развития эмпатии (Мх=47,53, σ=8,92) по сравнению с подростками без признаков аддикции (Мх=39,67, σ=10,9) (p≤0,01). Причину этого мы видим в том, что поскольку семьи подростков с аддиктивным поведением часто дисфункциональны, а отцы в них ведут асоциальный образ жизни и находятся в конфликтных отношениях с другими членами семьи, то подростки вынуждены настраиваться на эмоциональное состояние родителей (в том числе отца), чтобы избежать во взаимоотношениях с ними конфликтов и ссор. Следовательно, наличие в семье отца не делает семью благополучной.

Во-вторых, дисфункциональность семьи, невыполнение ею социально поддерживающей функции косвенно подчеркивают результаты исследования копинг-стратегий у подростков. Так, вне зависимости от типа семьи подростки с аддиктивным поведением характеризуются более выраженными показателями стратегии «поиск социальной поддержки» по сравнению с подростками без признаков аддикции (p≤0,01). Это свидетельствует о стремлении подростков, употребляющих ПАВ, вне зависимости от присутствия или отсутствия отца в семье получать поддержку, помощь, понимание. Вероятно, такие подростки чувствуют себя одинокими, незащищёнными, что косвенно указывает на то, что в их семьях (среди которых есть и полные) социально поддерживающая функция не выполняется в полном объёме.

Опираясь на описанные результаты, мы считаем уместным предположить, что склонность к принятию ПАВ скорее обнаруживается у подростков чувствительных, склонных к проявлению эмоций и ожидающих того же от окружающих. С другой стороны, аддиктивное поведение, зависимость от ПАВ оказывают деструктивное влияние на социальные сети подростков, ограничивают получение эффективной социальной поддержки в первую очередь со стороны семьи. Последнее согласуется с данными других исследователей (Семёнов С. Ю., 2008).

К дисфункциональным семьям часто относят семьи с неродным отцом (отчимом). Некоторые исследователи считают такие семьи деформированными, поскольку в них нередко имеют место нарушения в воспитательных воздействиях. Сравнив семьи с родным отцом и отчимом по представленности в них подростков с ПАВ, мы нашли, что количество подростков, употребляющих ПАВ, в семьях, где воспитывает родной отец, невелико – 19%, в то время как в семьях с отчимами таких подростков 60% (χ2=6,637; v=2; p≤0,01). Следовательно, присутствие в семье отчима является существенным фактором, влияющим на возникновение аддиктивного поведения у подростков. Вероятно, в таких семьях употребление ПАВ подростками провоцируется недостатками семейного воспитания и психическими состояниями неудовлетворённости общением с родителями. Важно также отметить тот факт, что на уровне тенденции в семьях с неродным отцом сильнее выражена склонность к использованию ПАВ: чаще отмечается химическая зависимость, а не эпизодическое употребление психоактивных средств.

Следующий этап нашего анализа – сравнение особенностей личности подростков, воспитываемых родным отцом и отчимом. В семьях с родным отцом подростки с аддиктивным поведением по сравнению с подростками без аддикции характеризуются недостаточным самоконтролем (p≤0,05) зависимостью от внешних обстоятельств (p≤0,05), более выраженным показателем эмпатии (p≤0,05). Воспитание отчимом способствует у зависимых от психоактивных вешеств подростков частому проявлению агрессивных и враждебных реакций (p≤0,05), а у независимых от ПАВ связано с повышенным уровнем тревожности (p≤0,05), эмпатии (p≤0,01) и пониженной самооценкой (p≤0,05).

Таким образом, воспитание отчимом приводит к формированию специфических черт личности у подростков. Эти черты различны для использующих и не использующих ПАВ, но чаще являются негативными (исключение – эмпатия, об особой функции которой мы писали), что свидетельствует о неблагоприятных семейных условиях, вызванных, вероятно, присутствием отчима.

Следующий этап анализа посвящён описанию образов родителей. Мы полагаем, что в неполных семьях (при отсутствии и отца, и отчима) функции отца частично выполняет его образ. Под образом отца мы понимаем совокупность всех знаний и представлений ребенка об отце. Полученные данные показывают, что у подростков, употребляющих и не употребляющих ПАВ, образ отца существенно различается. У первых он более негативен, в нём чаще присутствуют такие характеристики как директивность, враждебность и непоследовательность (рис.1). Важно также отметить, что чем сильнее выраженность аддикции у подростков (зависимость от ПАВ или эпизодическое употребление), тем чаще они представляют своих отцов непоследовательными, непредсказуемыми, использующими противоречивые воспитательные воздействия (χ2=10,468; ν=2; p≤0,01). Наибольшую выраженность показателя непоследовательности в образе отца обнаруживают подростки, употребляющих ингалянты, а не алкоголь (χ2=6,896; ν =2; p≤0,05).