Личностные особенности подростков с аддиктивным поведением в семьях с нарушением отцовской функции (стр. 4 )

Рис.1. Психологические компоненты образа отца у подростков.

В образе матери у подростков с аддиктивным поведением по сравнению с образом матери у подростков без аддикции сильнее выражены такие характеристики как позитивный интерес, директивность, враждебность и непоследовательность (p≤0,01). Следовательно, можно утверждать, что образ матери в глазах подростков, зависимых от ПАВ, по сравнению с подростками, не замеченными в употреблении ПАВ, в большей степени отличается противоречивостью, сочетанием противоположных черт, поскольку наряду с позитивностью в образе матери обнаруживаются также и негативные характеристики.

Таким образом, по результатам нашего исследования у подростков с аддиктивным поведением образы обоих родителей являются более негативными по сравнению с подростками, не употребляющими ПАВ, что согласуется с результатами , и (1994). Возможно, негативное восприятие родителей подростками является следствием неоднозначных, конфликтных детско-родительских отношений, возникающих из-за пристрастия сыновей к психоактивным веществам. Не исключена, однако и такая взаимосвязь: негармоничные детско-родительские отношения приводят к возникновению химической зависимости как защитной формы поведения. Вместе с тем, подростки с аддиктивным поведением приписывают матери позитивный интерес, что, скорее всего, объясняется тем, что мать чаще проявляет сочувствие и интерес к сыну, пытается его поддержать и помочь.

При рассмотрении особенностей образов родителей у подростков из семей с разной структурой обнаружены различия в полных семьях у подростков, употребляющих и не употребляющих ПАВ, в представлениях об отце по показателю «враждебности» (p≤0,05). Подростки, употребляющие ПАВ, чаще воспринимают отца как недовольного сыном, открыто демонстрирующего отрицательное отношение к нему, т. е. образ отца у них негативен. Возможно, негативный образ отца у подростков с аддиктивным поведением из полных семей является следствием его конфликтных отношений с сыном, возникающих из-за алкоголизации или наркотизации последнего.

Важно отметить, что в полных семьях образ отца включает элементы реальных и идеальных представлений, отличается многомерностью, большей полнотой, может содержать разные модальности (положительные и отрицательные) и быть в некоторых случаях противоречивым. При этом образ отца является динамичным, может меняться, дополняться чертами реального отца под влиянием опыта взаимодействия с ним. Негативные черты, приписываемые отцу, могут пересматриваться, а сам образ усложняться за счёт характеристик, в том числе и положительных, проявляемых отцом в разнообразных ситуациях и видах активности. Важным является и то, что в полных семьях сын часто подражает реальному отцу (его манерам, привычкам, способам решения проблемных ситуаций и т. д.).

Итак, негативные характеристики, если они присутствуют в образе отца у подростков из полных семей, могут компенсироваться его реальным присутствием. Поэтому мы считаем, что отцовский образ у подростков из полных семей играет меньшую роль в возникновении подростковой аддикции.

В неполных семьях у подростков, зависимых от психоактивных веществ, по сравнению с независимыми от ПАВ подростками в образе отца значительно чаще присутствуют такие признаки как директивность, враждебность и непоследовательность (рис. 2).

Рис.2. Психологические компоненты образа отца подростков из неполных семей.

Следует отметить, что в отсутствие отца в семье его образ у подростка строится преимущественно на воспоминаниях о нём и рассказах матери и не дополняется другими реальными отцовскими характеристиками. Поэтому вероятно образ отца у подростка из неполной семьи является более одномерным и менее реалистичным. Более благоприятная ситуация для становления личности ребёнка в неполной семье возникает в том случае, когда отец имеет возможность видеть сына и воспитывать его – тогда образ отца складывается не только на основе прошлого опыта общения и материнских репрезентаций. В случаях, когда подросток не помнит отца или не имеет возможности видеться с ним, ведущую роль в формировании его образа выполняет мать. Опираясь на мнение, что отец «выводит» ребёнка в мир, приобщает его к социуму, мы полагаем, что отсутствие отца вынуждает мальчика подражать не ему реальному, а его образу и сопоставлять свои поступки с «внутренним» отцом. Если позитивный образ отца создает благоприятные условия для «правильных», социально одобряемых и адекватных ситуациям моделей поведения, то негативный образ, являясь примером для подражания, вероятно, провоцирует асоциальные и антисоциальные формы поведения подростка, которые не рассматриваются им как девиантные. Одной из таких дезадаптивных форм является использование психоактивных средств. Происходить это может как неосознанно, так и сознательно – через реализацию социальных ожиданий, когда окружающие ждут проявления отцовских форм поведения и подросток стремится соответствовать этим ожиданиям.

Необходимо отметить, что позитивный образ отца вызывает ощущение психологического благополучия, а негативный – чувство внутреннего дискомфорта, психологической напряженности (Калина О. Г., Холмогорова А. Б., 2007). Вместе с тем, нельзя исключать и того, что негативный образ отца у подростков, употребляющих ПАВ, является следствием их асоциального поведения, причина которого – вызов неблагоприятным семейным условиям, отсутствию отца. Ощущение психологического неблагополучия усиливается и конфликтными отношениями с матерью. Возникающие негативные психические состояния подросток пытается корректировать путем употребления психоактивных веществ. Поэтому характер отцовского образа особенно важен в семьях, где отец реально отсутствует, и подросток не имеет возможности общаться с ним, а также в семьях, где нет замещающего отца «положительного» отчима. Мы полагаем, что в неполной семье негативное восприятие отца подростком при реальной конфликтной матери повышает риск развития у него аддикции.

Что касается образа матери, то следует отметить, что в полных семьях подростки с аддиктивным поведением по сравнению с подростками, не имеющими признаков аддикции, значимо чаще воспринимают мать как директивную, навязывающую чувство вины (p≤0,01) и враждебную (p≤0,01), проявляющую эмоциональную холодность в скрытой или открытой форме. В неполных семьях подростки, зависимые от психоактивных веществ, по сравнению с независимыми подростками чаще обнаруживают в образе матери как положительные черты (позитивный интерес) (p≤0,01), так и негативные (директивность и непоследовательность) (p≤0,01). Возможно, эти различия в образе матери у подростков с аддиктивным поведением связаны с тем, что в отсутствие отца мать действительно обнаруживает противоречивость в отношениях с сыном, так как берет на себя функции обоих родителей. С одной стороны, проблемы с психоактивными веществами заставляют мать быть более внимательной к сыну, делают их ближе друг к другу, а с другой стороны, требуют от неё принятия разных воспитательных мер, в том числе и жёсткого контроля.

Таким образом, в полных и неполных семьях образ матери у подростков, использующих и не использующих ПАВ, различается. В полных семьях подростки, зависимые от психоактивных веществ, по сравнению с независимыми от ПАВ подростками, воспринимая мать, отмечают больше негативных характеристик, таких как директивность и враждебность. В неполных семьях зависимые подростки чаще характеризуют мать как позитивную, поддерживающую, иногда доминантную и непоследовательную; другими словами – в неполных семьях образ матери отчасти противоречив, но более положительно окрашен.

При рассмотрении образов родителей у подростков, воспитывающихся родным отцом, обнаружены только различия в показателе «враждебности» в образе матери (p≤0,05): подростки с аддиктивным поведением чаще воспринимают мать как враждебную по сравнению с подростками без признаков аддикции.

В тех семьях, где подросток продолжительное время воспитывается неродным отцом, функции отца выполняет отчим. При сопоставлении образов родного и неродного отца (отчима) у подростков, употребляющих ПАВ, были получены статистически значимые различия по показателям «директивности» (p≤0,05), «враждебности» (p≤0,01) и «непоследовательности» (p≤0,01).

Подростки с аддикцией в большей степени воспринимают своих неродных отцов как директивных, враждебных, проявляющих негативное, а порой противоречивое и непредсказуемое отношение к сыну по сравнению с родными отцами. В группе подростков без признаков аддикции сравнение представлений об отце и отчиме выявило значимые различия только по показателю «позитивный интерес» (p≤0,05), то есть подростки, не употребляющие ПАВ, более позитивными, дружественными и поддерживающими описывают родных отцов, а не отчимов.

При сравнении образа неродного отца в двух группах подростков обнаружено, что в представлениях об отчиме у аддиктивных подростков по сравнению с неаддиктивными статистически значимыми являются только различия по показателю «директивности» (p≤0,05). Отчим в глазах подростков с аддиктивным поведением является более негативным – властным, строгим, склонным управлять. Возможно, образ неродного отца у подростков, использующих ПАВ, отражает реальные черты отчимов, проявляющиеся в особенностях воспитания «приемных» подростков, склонных к аддикции. В семьях с отчимами подростками с аддиктивным поведением мать воспринимается как доминантная (p≤0,05), осуждающая неправильное поведение сына, стремящаяся исправить его.

Итак, образы отца и матери у подростков, употребляющих и не употребляющих ПАВ, различаются в зависимости от структуры семьи и присутствия в ней родного отца или отчима. В неполных семьях образ отца у подростков с аддикцией по сравнению с подростками без признаков аддикции отличается большей выраженностью негативных черт, в то время как образ матери противоречив, имеет как негативные, так и положительные характеристики. Если подросток воспитывается родным отцом, то различия между употребляющими и не употребляющими ПАВ подростками проявляются только в большей враждебности, приписываемой матери подростками с аддикцией. Кроме того, у подростков с аддиктивным поведением отчим характеризуется более негативно по сравнению с родным отцом.