Уровень ответственности.
Финансовая ответственность - главный стимул к ответственному осуществлению индустриальных проектов по всему миру. Осознавая всю ответственность, нефтяные компании будут планировать, сооружать и управлять своими проектами на более безопасном уровне. И наоборот, без достаточного уровня финансовой ответственности даже самый строгий контроль со стороны правительства не обеспечит безопасность. Вполне очевидно, что уровень финансовых обязательств за реализацию проекта на Сахалине не высок. Страховые суммы, выплачиваемые Сахалинской Энергией таковы:
- период до установки платформы: 100 млн. долл. США (в т. ч. за ущерб окружающей среде и очистку);
- период строительства: покрытие сверх расходов оператора – не менее чем 200 млн. долл. США (в т. ч. за выбросы из скважин, включая нанесение ущерба и очистку). Это покрытие будет продолжаться весь период добычи;
- операционный период: с начала работы Моликпака Сахалинская Энергия будет иметь общую страховую ответственность не менее 150 млн. долл. США
- страхование ПНХ: по договору Сахалинская Энергия требует от владельца ПНХ обеспечить защиту и покрытие компенсации в размере 700 млн. долл. США за инцидент;
- челночные танкеры: Российская Федерация требует от судовладельцев иметь финансовую ответственность только 81 млн. долл. США.
Такие суммы просто недостойны. Для сравнения, разлив нефти с танкера "Эксон Валдиз" на Аляске стоил компании "Эксон" едва ли не больше 10 млрд. долл. США, включая материальный и моральный ущерб, нанесение ущерба природным ресурсам, выплату штрафа и стоимость очистки. Наряду с такими высокими расходами, сумма в 81 млн. долл. США за эксплуатацию танкеров в России выглядит смехотворно низкой, учитывая то, что и здесь может произойти разлив подобного размера, с подобными последствиями. К чести Сахалинской Энергии относится тот факт, что на Симпозиуме в Саппоро они согласились с тем, что 81 млн. долл. США за эксплуатацию танкеров недостаточно и России нужно эту сумму поднять. Учитывая, что нефтяное пятно может дойти до берегов Японии, необходимо
помнить о размерах обязательств перед Японией.
Таким же образом, недостаточными являются покрытия расходов операционной фазы проекта Сахалин-2. СахНИПИморнефть оценивает, что выброс из скважины на Сахалине зимой может составить около 230000 баррелей за 20-30-дневный период, такое же количество, которое по официальным подсчетам пролил танкер "Эксон Валдиз".
Также для решения разногласий между виновниками разлива, их страховщиком и страной, которой причинили ущерб, следует выделить 1 млрд. долл США на учреждение компенсационного фонда, подобного "Оил Спилл Лаэбилити Траст Фанд" ("Фонд опеки над обязательствами за нефтяные разливы"), который бы занимался рассмотрением исков в делах
по нефтяным разливам. Размеры обязательств этого проекта должны быть оценены более внимательно и увеличены. На данный момент они не обеспечивают достаточного стимула для проведения безопасных операций.
Еще одной финансовой проблемой правительства и населения Сахалина является Соглашение о разделе продукции (СРП). Факт, что Сахалинское правительство будет получать роялти по проекту и свою долю продукции, когда будет достигнута рентабельность проекта, но компании очень сведущи в том, как утаивать прибыль при помощи хитрых бухгалтерских операций, поэтому тот пункт следует тщательно пересмотреть. Нефтяные компании в США научились так искусно прятать прибыль, что суммы в миллиарды долларов избегают общего обложения налогами, что привело к тому, что США на некоторое время стало высокоразвитым государством "всеобщего благополучия". Поэтому важно, чтобы компании, сотрудничающие с Сахалином не смогли бы играть "в прятки" с законодательством, откладывая таким образом выплаты местному правительству.
Что касается федеральных доходных статей, то Российскому правительству предлагается выполнение законодательства, подобного тому, что есть в США. Там каждый год Минералз Менеджмент Сервис (ММС) собирает и распределяет около 3,5 млрд. долл. США от премий, арендных плат и роялти за разрешение вести нефтяные и газовые разработки в открытом море. Из этой суммы 900 млн. долл. США в год уходит в Фонд Охраны Земли и Воды (ФОЗВ) на приобретение защитных устройств для неблагополучных районов; и 150 млн. долл. США в год уходит в Фонд Сохранения Национальной Истории. В то время как все это вот уже многие годы является законом, на самом деле многие из этих денег расходуется не в соответствии с их истинным предназначением. В настоящее время, законодательство ожидает решения конгресса США о полном присвоении этих фондов как и было первоначально задумано. ФОЗВ выдвинул программу от государства и местных органов управления по восстановлению территорий и оборудования, а федеральные денежные суммы пустить на приобретение парковых земель. Таким образом, за 1997 год ФОЗВ выделил 4,3 млрд. долл. США на покупку федеральных парков и около 3,2 млрд. было вложено органами управления государством в более чем 37000 проектов по восстановлению и озеленению. То есть, доходы от невозобновляемых общественных ресурсов преобразовались в долгосрочную общественную прибыль.
Общественный контроль.
В дополнение к адекватной финансовой ответственности, общественный контроль играет большую роль в защите окружающей среды. Автор предложил губернатору Сахалина утвердить Региональный Гражданский Консультативный Совет (РГКС), чтобы наблюдать за бдительностью правительства и промышленности во время всего периода добычи нефти в открытом море. Такой Совет был основан на Аляске в заливе Принс Уильям, владельцем трубопровода после крушения танкера "Эксон Валдиз" и получал от промышленности до 2 млн. долл. США в год. Этот совет отвечал за постоянное улучшение безопасности системы транспортировки нефти по области. Гражданский Консультативный Совет по разработке Сахалинского Шельфа (ГКССШ) усилил бы веру граждан в безопасность нефтяных и газовых разработок в открытом море. Он вовлечет в свою деятельность представителей местных общин, рыбную промышленность, общества охраны природы, научные организации/ университеты, местные органы управления. Такое же учреждение рекомендуется создать и в
Японии.
Сахалинская Энергия на Симпозиуме в Саппоро заявила, что безопасность добычи и транспортировки нефти является делом всей организации. "Сахалин Энерджи" предлагает установить кроме систем безопасности, конфиденциальную систему донесений, т. е. работники
смогут сообщить о потенциальных проблемах без страха наказания со стороны членов компании. Самокритичность имеет место в обеспечении безопасности, и работникам нужен коллектив, способствующий свободному обсуждению проблем без страха потерять работу.
Ясно, что правительству и нефтяной промышленности придется потратить много времени прежде чем добыча нефти Сахалина в открытом море выйдет на уровень "лучших доступных технологий на случай ликвидации аварийного разлива нефти". Если к этому не стремиться, то
выйдет то, о чем будет написано ниже.
Обзор крушения танкера Эксон Валдез на Аляске, нефтяной разлив.
"О чем должны помнить Сахалин и Хокайдо"
В 1989 году нефтяной разлив с Эксон Валдез на Аляске показал, что может произойти при одном неверном движении груженного нефтью танкера. Этот нефтяной разлив стал всемирно известным в нефтяной промышленности, так же как Чернобыль в ядерной промышленности и Бхопал в химической - символы, в сравнении с которыми дается оценка другим подобным катастрофам. Обсуждения причин случившегося имеет важное значение для понимания ситуации на Сахалине. Когда в 1968 году на Северном Склоне Аляски нашли нефть, сразу же возник вопрос о том, как лучше доставлять нефть на рынок. Из всех обсужденных версий - строение железной дороги; дорога для грузовиков; подводные танкеры; танкеры, оборудованные для работы во льдах; и даже большие грузовые самолеты - только две оказались подходящими: построить трубопровод к востоку от Аляски и соединить его
с уже существующим трубопроводом в западной Канаде, или построить трубопровод к югу от Аляски по направлению к порту Валдез (где нет льдов) для перевозок танкерами через залив Принц Уильям.
В то же время, общество по охране окружающей среды и рыбная промышленность залива Принц Уильям поддержали Канаду, катастрофически опасаясь возможности большого разлива нефти в заливе, что может сильно подорвать продуктивную морскую экосистему и деятельность рыбной промышленности. Нефтяная же промышленность хотела строить через Аляску, утверждая, что такой маршрут будет дешевле, быстрее, и уже нацелилась на потенциально прибыльный Азиатский рынок, планируя поставлять туда нефть с Аляски. Хотя рыболовы и выиграли иск по прекращению строительства трубопровода на Аляске, администрация Никсона, поддерживающая деятельность нефтяной промышленности, отправилась на конгресс и представила акт "системы Транс-Аляскинского трубопровода" в 1971 году. (СТАТ)
Чтобы получить одобрение на конгрессе, администрация и нефтяная промышленность обещали выполнить 3 важных условия безопасности: танкеры будут иметь двойной корпус, будут использоваться новейшие системы, контролирующие движение каждого танкера в заливе, наличие непревзойденных возможностей "Алиески" (владельца трубопровода) для ликвидации разлива нефти. В результате таких обещаний несколько пассивных комитетов смело заявили, что ни капли нефти не попадет в залив Принц Уильям. Но в последние годы, после начала строительства трубопровода, от этих трех обещаний ничего не осталось. Нефтяная промышленность убедила федеральное правительство, что танкера с двойными корпусами не нужны, и в 1974 Береговая охрана Соединенных Штатов объявила, что танкеры Аляски не будут иметь спец. оснащения, такого, как двойные корпуса. Штат Аляска в течение нескольких лет безуспешно пытался убедить федеральное правительство изменить такой подход и потребовать, чтобы танкеры для СТАТ были с двойными корпусами. В 1976 году законодательный орган штата Аляска утвердил Постановление по Управлению Побережьем Аляски, согласно которому все грузоотправители нефти на судах низкого уровня обязаны больше платить в программу берегового управления. Поэтому у грузоотправителей получился
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 |
Основные порталы (построено редакторами)