· Феминистские движения 1970-х гг. открывают дорогу «личной» политической борьбе. Возвращение к вопросу о женской идентичности также означало обсуждение семьи, отношений в паре и детского образования. Вместе с тем впервые в общественном поле идет дискуссия об интимной жизни. Политика постмодерна – это политика единичности.

· Экологические движения редко действуют в рамках конъюнктурных задач, они предлагают глобальные цели: возвращение к природе с помощью развития сельского хозяйства и выработки возобновляемых источников энергии. Политика постмодерна – это политика жизни.

· Движение безработных 1998 года характерно именно с точки зрения нового прочтения символов. Безработные объединились в виде движения просто для того, чтобы напомнить о своем существовании. Это движение повлияло и на язык: слово «безработный» стало важным политическим и публицистическим термином. То же самое можно сказать и о молодых людях, населяющих пригороды Парижа. «Дикари», «хулиганы», «шпана» – они также выдвинули политический символ.

· Антирекламное движение выступает против того символического смысла, который реклама накладывает на существующую реальность. В этом протестном лагере потребитель (consommateur) превращается в «потредеятеля» (consomm’acteur).

Все это показывает, как символический протест значителен с точки зрения коллективной мобилизации. В этом отношении важно движение альтерглобалистов[13], которое представляет собой, прежде всего, культурное явление, у него нет конкретных политических задач и лидеров, и при этом оно довольно пассионарно. Его главная цель – плюрализм и многообразие. Что примечательно, для альтерглобалистов не характерны националистические идеи, так как они рассматривают проблемы нации в глобальном смысле. Альтерглобалисты открывают новые методы политической борьбы: создание и развитие альтернативных систем производства и распределения, информационных сетей. Альтерглобалисты подчеркнуто дистанцируются от индивидуальной позиции модерна и коллективистской борьбы.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Исследования американского политолога Инглхарта, посвященные социальным движениям 1960-1070-х гг. и безмолвной революции ценностей, доказывают появление новых постматериалистских ценностей, направленных главным образом на реализацию индивида. Постматериалисты интересуются политикой, но не принимают правил политической игры, так как выступают против доминирования институтов над личностью. Система ценностей, согласно которой действует индивид, больше не соотносится с привычной правой/левой идеологией.

Постматериалистские ценности возможны только в обществе, экономически процветающем и находящемся в состоянии мира.

Главные идеологии модерна – либерализм и социализм – основаны на материалистском видении: покупательская способность, уровень цен и зарплат, рост измеряется только показателями экономики и производства. В то время как постматериалистские ценности открывают выход на политическую сцену понятию субъективности.

Государство и социальное управление

Мы рассмотрим способы управления с точки зрения различных идеологий.

Либеральный дискурс предлагает видение государства в форме независимых друг от друга агентов, которые создают и применяют критерии публичной политики. Социал-демократы требуют демократизации этих агентов для увеличения охвата народного представительства. На левом фланге пост-марксисты мечтают создать автономные политические и экономические образования вокруг коммуны по демократическому принципу и по подобию утопического общества.

Люк Рубан вводит проблему управления: трансформация роли государства – это позитивный феномен, предвещающий появление новой демократии, или она демонстрирует глубокий политический кризис?[14].

В практическом смысле управление обществом должно отвечать меняющимся ожиданиям граждан. Легитимность правительства считается удовлетворительной, когда все акторы (или подавляющее большинство) принимают существующие правила. Это система разделенных зон ответственности. Принципы демократического управления: открытость, прозрачность, ответственность, совместное создание правил, совместная оценка (изучение влияния). В теоретическом смысле культура постмодерна антиавторитарна, антииерархична, антидогматична. Новая роль государства – понимать, что нужно обществу, и предлагать решения.

Часть II. Политическая мысль постмодерна

Глава IV. Идеализм после модерна

Подводные камни идеологии

Постмодернизм, судя по всему, «имеет аллергию на любую строгую организационную форму». Традиционная идеология нацелена на заполнения пространства во вселенной. Постмодерн же постоянно ниспровергает универсальные истины.

Постмодерн постепенно вырисовывает контуры новой идеологической модели – деидеологичной. Это название отражает ее способность бороться с самыми порочными проявлениями традиционной идеологии, начиная с доминирования догматического свода правил. Такая система будет постоянно поднимать вопрос собственных границ, ориентироваться на ценности и культуру более чем на политику. Она будет четко противостоять классовому разделению. В этом смысле идеология постмодерна существует в самой простой форме – логике идеи.

Между социализмом и либерализмом

Постмодернизм кажется утопическим не только по своей форме, но и по содержанию, так как он пытается предложить третий путь между социализмом и либерализмом. Это особенно заметно, если на философском уровне мы представим социализм в виде реалистического подхода, а либерализм – идеалистического. Постмодернизм помогает деконструировать эти идеологии и показать, что, хотя они и кажутся противоположными, на самом деле, социализм и либерализм идеально дополняют друг друга.

Однако важно, что их основное различие пролегает при определении отношений человека и общества/государства. Являемся ли мы автономными субъектами, действующими вне зависимости от давления социального детерминизма? Или дело обстоит противоположным образом? Либерализм отдает приоритет личности, накладывая на государство целый ряд ограничений. Социализм утверждает, что преследование личной свободы может означать ущемление государства.

Глава V. Смещение понятия политики

В обществе постмодерна можно выделить три уровня, на которых действуют политические процессы: инфраполитика, собственно политика и гиперполитика.

Три уровня политики

Политика как система власти и политика как вид деятельности находятся под воздействием различных сил. Если использовать природную метафору, политика – это поле, орошаемое из разных источников. Наша задача – определить эти источники.

· Инфраполитический уровень касается прошлого и пережитого одной общностью людей, их совместный опыт (жизнь общества неразрывно связана с прошедшими событиями).

· Политический уровень не представляет трудностей для понимания: эта та политика, какой мы ее знаем.

· Гиперполитика – это третий уровень, и он наименее очевиден по сравнению с остальными. Он вбирает в себя не только институты власти, концепции прав и ценностей, но и идеализированный взгляд на все устройство жизни. Гиперполитика включает в себя надежды и устремления, утопию, воображение, духовность, эстетику.

Часть III. Единство модерна, единичность постмодерна

Глава VI. Понимание политеизма ценностей

Основная критика постмодернизма направлена на отсутствие связности и последовательности, выстроенной теоретической базы. Часто говорят о том, что постмодернизм не имеет программы, а также что всеобщая относительность вместо системы ценностей влечет за собой моральный упадок и угрозу представительской демократии.

Необходимо, прежде всего, отметить, что различные явления не могут быть жестко унифицированы, как это было в эпоху единства модерна, но они могут принять гибкую форму в условиях единичности постмодерна.

Гетерогенность находится в основе социальной и политической жизни. Она находит теоретическую поддержку и возможность реального практического применения. В видение модерна, который пытался беспрестанно гомогенизировать окружающее пространство, не было включено многообразие диаспор и в целом мультикультурный мир.

Вопрос коммуны, сожительства – один из самых важных для нашей эпохи.

Одно и множественное: современная апория

Содержание норм и принципов политической и социальной организации подвергается деконструкции, что постоянно ставит под сомнение суть демократии. Как Жак Деррида описывает «демократию будущего»: демократический эксперимент имеет открытый характер, нацеленный на постоянное изменение. По определению, демократия является незавершенной моделью государственного управления. Неэссенциалистский подход ищет пути, которые помогут нам научиться жить с этими различиями, создать диалог, качественно улучшая коммуникацию между культурами или субкультурами.

По замечанию Розанваллона, демократию очистили от всех неопределенностей[15]. Закрытый универсализм означает исключение парадоксов и противоречий демократического эксперимента. И наоборот, открытый универсализм предлагает отказ от идеи модели в пользу идеи опыта. Условия общежития не могут быть определены априори, не могут определяться раз и навсегда установленными традициями или решением какого-либо органа. Как заявил Латур, социальные связи не были введены как единожды определенные и зафиксированные, словно звезды в небе. Открытый универсализм выступает за обмен опытом, он подчеркивает напряженность и неопределенность политической и социальной сфер. В этом контексте, общечеловеческие ценности продолжают оставаться релевантными, но теперь они обретают более конкретное значение.

Упадок концепции общества, или его устройства будет преодолен с возвращением к контексту, языку, опыту, а точнее: к случайности и историчности. Конфликты при этом не следует скрывать, так как они способствуют многообразию толкований мироустройства. Примирение общества с самим собой – пока недостижимый идеал. Постмодерн не предлагает горизонта, за которым может произойти отмена конфликта. Но это непрекращающийся конфликт не несет деструктивную и отрицательную силу, напротив – он может воплотить все положительные силы, способные расширить возможности демократии и политических решений.