Реализация решений европейских международных органов в национальной правовой системе (стр. 4 )

2. Исполнение решений органов СЕ, имеющих обязательную силу, а также выполнение принятых обязательств.

3. Реализация международных норм, принципов и решений международных органов в правоприменительной деятельности национальных государственных органов, в т. ч. в судебной практике.

4. Подготовка докладов и заключений для рассмотрения Советом Европы, а также принятие федеральными государственными органами заявлений и обращений в адрес международных организаций.

5. Ознакомление государств с функционированием и практикой парламентской деятельности, так называемые функции социализации и обучения.

В третьей главе «Решения исполнительных органов Совета Европы и их роль в национальной правовой системе» на примере Комитета Министров Совета Европы рассматривается вопрос об интеграции внутренних и внешних механизмов осуществления власти, осуществлении внешней функции российского государства через органы, не входящие в механизм РФ, контрольный механизм СЕ, значение и место решений КМСЕ в национальной правовой системе.

В первом параграфе «Общая характеристика исполнительных органов Совета Европы» дана характеристика исполнительного органа СЕ – Комитета Министров СЕ, который одновременно является и правительственным органом. Вместе с Парламентской Ассамблеей Комитет Министров контролирует соблюдение государствами-членами своих обязательств.

Институт странового председательства в Комитете Министров позволяет каждому государству определять приоритеты работы на этот период, разрабатывать и проводить в жизнь план работы. Решения Комитета Министров СЕ в период председательства в нем, например, Российской Федерации становятся в большой степени решениями РФ, поскольку инициируются, подготавливаются страной, отражают ее интересы. Это позволило разделить мнение об условности деления функций государства на внутренние и внешние, а также говорить об интеграции внутренних и внешних механизмов осуществления власти, осуществлении внешней функции российского государства через органы, не входящие в механизм РФ.

Во втором параграфе «Юридическая природа решений исполнительных органов Совета Европы и их место в национальной правовой системе» автор приводит виды решений КМ СЕ, исследует их юридическую силу и значение для органов исполнительной власти и для судебных органов национального государства, рассматривает какие общественные отношения регулируют эти решения. Автор по результатам исследования полагает, что нормами права решения КМ СЕ не являются, поскольку в соответствии со сложившимися в теории права воззрениями нормой права является установленное и обеспечиваемое государством общеобязательное правило поведения, предназначенное для регулирования отношений в обществе. В международном праве норму права определяют как созданное соглашением субъектов формально определенное правило, устанавливающее для них права, обязанности и обеспечиваемые юридическим механизмом (). Однако, уровень, на котором принимаются решения Комитета Министров, наличие в них рекомендуемых правил поведения, разработанных экспертами и апробированных, как правило, в одной или нескольких странах (прообраз механизма мониторинга внедрения этих правил) лишь в большей или меньшей степени приближают решения КМ СЕ к нормам права. В силу политических причин, заинтересованности в прогрессивном развитии, государства позитивно воспринимают положительный международный опыт и стремятся адаптировать его к национальным условиям

Резолюции и рекомендации Комитета Министров, хотя и не носят юридически обязательного характера, но свидетельствуют о тенденциях развития права Совета Европы и могут рассматриваться в качестве авторитетного толкования положений конвенций и хартий СЕ, на которые неоднократно ссылался Европейский Суд по правам человека при выработке своей позиции. Резолюции по вопросам членства в Совете Европы будучи обязательными для государства, намеревающегося присоединиться к этой международной организации, и в отношении них будет действовать контрольный механизм Совета Европы.

Каждая рекомендация рассматривается компетентным органом заинтересованных стран на предмет ее одобрения и в конечном счете является волеизъявлением государств, хотя и в форме, которую нельзя признать имплементацией. Различные по форме акты КМ СЕ имеют различное правовое значение и, как следствие, различную юридическую силу. Если, обязанность стран выполнять рекомендации и резолюции подразумевается, то этого нельзя сказать о декларациях.

Говоря о месте решений Комитета Министров СЕ в национальной правовой системе представляется, что они входят не в систему права государства, а в правовую систему, такие ее элементы, как правосознание, включая правовую культуру. Исключение составляют конвенции Совета Европы, которые после их ратификации или соблюдения иного конституционного порядка, могут войти в систему права национального государства. В общей форме значение соответствующих актов можно уподобить месту, которое в теории права отводится декларациям и принципам права в правоконкретизирующей и праворазъяснительной деятельности.

В рамках третьего параграфа «Формы реализации правовых актов исполнительных органов Совета Европы в деятельности органов государственной власти национального государства», говоря о реализации решений международных европейских органов в национальной правовой системе и, в частности решений Комитета Министров Совета Европы, рассматривается вопрос о том, какими способами, приемами и методами они воздействуют на работу государственных органов и правовые системы государств вообще.

В этой связи в диссертации отмечается тенденция приспособления внутригосударственных институтов к выполнению требований международного права, институциональное взаимодействие международных органов и органов национального государства, а также образование специализированных органов для такого взаимодействия. Примером этого является Межведомственная комиссия Российской Федерации по делам Совета Европы. Отсутствие официально опубликованных актов Комиссии, равно как и сведений о заседаниях, по мнению диссертанта, препятствует прозрачности государственного управления, общественному контролю за деятельностью органов власти и является нарушением принципа транспарентности. В связи с этим в диссертации обосновывается рекомендация Межведомственной Комиссии по делам СЕ представлять значимые решения этой организации и ее органов на рассмотрение законодательных и исполнительных органов РФ с целью принятия решений о путях и средствах их реализации.

Ссылки на решения КМ СЕ имеются в 30 актах различных органов власти Российской Федерации. В их числе акты Конституционного суда, Указы и Распоряжения Президента Российской Федерации, Постановления и Распоряжения Правительства, а также некоторых других органов. Однако, их количество, по мнению автора, следует признать незначительным.

Реализации решений международных органов в нашей стране препятствует отсутствие нормативных актов, регламентирующих порядок исполнения решений международных органов и организаций. Представляется целесообразным для наиболее важных решений, либо конкретных организаций, либо по определенным вопросам нормативно урегулировать статус принимаемых решений, условия их обязательности. Представляет интерес проработка возможности установления в международных соглашениях и в законодательстве нашей страны, последствия невыполнения своих обязательств государствами – членами, либо злоупотребление международной организацией своими правами, к которым можно отнести практику двойных стандартов.

Четвертая глава «Природа решений Европейского суда по правам человека и их место в национальной правовой системе» посвящена анализу актов ЕСПЧ, их видам, структуре, юридической силе, установлению места актов Суда в правовой системе национального государства, как одного из аспектов вопроса о соотношении международного и национального права, рассмотрению способов реализации решений ЕСПЧ в российской правовой системе.

В первом параграфе «Юридическая сила решений Европейского суда по правам человека» автор приходит к выводу, что решения ЕСПЧ не признаны официально источником права в нашей стране, однако входят в ее правовую систему и учитываются органами государственной власти. Непосредственным адресатом решений ЕСПЧ является государство – сторона по делу и его органы, которые обязаны привести такое решение в исполнение. Постановления ЕСПЧ являются прецедентами толкования, а юрисдикция Европейского Суда по правам человека по вопросам толкования является обязательной для государств – членов Совета Европы. Это позволяет автору утверждать, что все государства – члены также являются адресатами решений ЕСПЧ и призываются к их изучению, в силу того, что ЕСПЧ рассматривает все ранее вынесенные им постановления как прецеденты.

Исполнение решений Суда представляет собой сложный правовой и политический процесс, направленный на устранение выявленных нарушений и предотвращение возникновения новых или аналогичных нарушений. Такое исполнение решений, осуществляемое под надзором Комитета Министров, может опираться на взаимодействие между национальными и другими структурами, включая Ассамблею и парламенты государств-членов.

По мнению диссертанта, структура решений ЕСПЧ сходна со структурой решений судов РФ и включает вводную, описательную, мотивировочную и резолютивную части, автор дает их характеристику. Особого внимания заслуживают мотивировочная часть решения, поскольку именно она может быть воспринята или не воспринята государством – стороной по делу и резолютивная часть, которая подлежит исполнению государством – стороной по делу, содержит выводы о наличии или отсутствии нарушения Конвенции, удовлетворении или отказе в удовлетворении полностью или в части каждого из заявленных требований, указание на распределение между сторонами судебных расходов.

Таким образом, разные части решений Суда имеют разное значение: мотивировочная часть не является обязательной и может восприниматься или не восприниматься, а резолютивная обязательна для выполнения государством – стороной по делу.

В диссертации сформулированы следующие выводы в отношении обязательной силы, места и реализации актов ЕСПЧ:

- Европейский суд по правам человека является субсидиарным механизмом защиты прав, охраняемых Конвенцией;