Древняя история Алтая (стр. 3 )

Ведущим занятием населения Горного Алтая в скифскую эпоху было скотоводство. Летом кочевали по равнине в предгорьях, а зимой уходили в горные долины. Первостепенное значение имело коневодство, о чем свидетельствует обязательное захоронение лошади во всех могилах, независимо от социального положения, пола и возраста умершего. Горноалтайцы держали лошадей двух пород: стройных, высоких скакунов среднеазиатской породы и низ­корослых, сильных, выносливых лошадей, подобных современным табунным лошадям Монголии и Казахстана. Кроме лошадей, раз­водили овец и в меньшем количестве коров, коз, яков, домашнюю птицу.

Скотоводство давало основные продукты питания. В курганах найдены остатки заупокойной пищи — кости лошади, овцы, коро­вы, сыр, не утративший вкусовых качеств, хотя изготовлен более двух тысяч лет назад. Мясная еда варилась в медных котлах скифского типа, широко известных в степях Евразии. Для хране­ния продуктов и воды служили узкогорлые глиняные кувшины, деревянные и кожаные сосуды различной формы.

Важным подсобным промыслом была охота, о чем свидетель­ствуют найденные в курганах прекрасные реалистические изобра­жения лосей, оленей, горных козлов и баранов, волка, барса и дру­гих животных, а также остатки одежды из меха соболя, белки, горностая, выдры.

Материалы раскопок дают представление о жилищах того вре­мени. Остатки огромных полотнищ проваренной и сшитой бересты, войлока, лиственничной коры поверх погребальных камер, а также прутяная решетка одного из Пазырыкских курганов свидетель­ствуют о бытовании конусообразных берестяных шатров и юрт, свойственных вплоть до настоящего времени пастушеским народам Евразии. В качестве зимних постоянных жилищ горноалтайское население использовало, видимо, рубленые дома, вид которых реконструируется по погребальным камерам исследованных кур­ганов. Мебель в таких жилищах ограничивалась специальными деревянными «подушками» для сиденья и разборными столиками, хорошо известными по Пазырыкским памятникам.

Своеобразной была одежда ранних кочевников Горного Алтая. Мужской костюм состоял из рубахи, вытканной из кендырного полотна, штанов, сшитых из тонко выделанной кожи, и войлочного кафтана. Кожаный пояс, прошитый крученой сухожильной нитью, дополнял одежду мужчин. Обувь состояла из войлочных чулок и мягких кожаных, без подметок, сапог с высокими голенищами, об­шитыми квадратными кусочками разноцветного меха. Голову по­крывали треухами или войлочными шапками-ушанками, отделанными кожей. Женская одежда была более нарядной. Известна шубка, сшитая из прекрасно выделанного беличьего меха, укра­шенная кожей с резными узорами. Шуба дополнялась нагрудни­ком, отороченным мехом выдры, расшитым кожаным головным убором, а также сапожками из меха или кожи, голенища которых украшались аппликацией, а подошвы вышивались бисером. Наряд­ную одежду знатных людей дополняли аппликации из кожи и цвет­ного меха, посеребренные и позолоченные бляхи.

Свидетельством высокого уровня культуры населения Горного Алтая в скифское время являются произведения искусства, выпол­ненные из дерева, кости, кожи, войлока в так называемом скифско-сибирском зверином стиле, для которого наиболее характерно изображение борьбы животных. Эти изображения украшали кон­скую сбрую, одежду, бытовые вещи.

Во второй половине I тысячелетия до н. э. обитатели Горного Алтая находились, видимо, на заключительном этапе разложения первобытного общества. Жизнь ранних кочевников была заполнена походами и войнами. О военных столкновениях свидетельствуют изображения конных воинов на войлочном ковре из пятого Пазырыкского кургана, фигурки всадников из сибирской коллекции Пет­ра I, остатки убитого боевым чеканом и скальпированного вождя из второго Пазырыкского кургана, а также многочисленные пред­меты вооружения: железные мечи-акинаки, бронзовые клевцы, лу­ки со стрелами, боевые щиты, деревянные и костяные модели ору­жия. Причиной военных столкновений была борьба за захват луч­ших пастбищ, скота, составлявшего главное богатство пастуше­ских племен.

Горноалтайские курганы скифской эпохи ярко демонстрируют процесс имущественного и социального расслоения. О богатстве и выдающемся положении родовых и племенных вождей свиде­тельствуют грандиозные погребальные сооружения, многочислен­ные захоронения коней с метами собственности и в богатейшем убранстве, дорогие ткани и ковры, остатки золотых украшений и других ценностей в погребальных камерах. Соплеменники забо­тились о том, чтобы тела вождей оставались нетленными, для чего прибегали к трепанации черепов и мумификации трупов. Наряду с захоронениями вождей известны 'сравнительно богатые усыпаль­ницы зажиточных семей и малые курганы с бедными погребениями основной массы населения.

Изменения в общественных отношениях горноалтайцев были обусловлены переходом от комплексного хозяйства к более про­грессивному — кочевому и полукочевому скотоводческому. В наи­более зажиточных семьях, владевших большими стадами скота, стал использоваться труд рядовых соплеменников, а также рабов' захваченных в военных походах.

Ранние кочевники Алтая имели широкие культурные и торго­вые связи с другими народами. Об этом свидетельствуют китай­ские и византийские монеты, бронзовые зеркала и шелк из Китая, ткани и ковры из Ирана, ювелирные изделия, украшения из Сред­ней Азии, Индии и Египта. Привозные товары обменивались, веро­ятно, на пушнину, золото, местные изделия прикладного искусства.

Во внешнем облике горноалтайцев того времени преобладали европеоидные черты. Очевидно ранние кочевники Алтая в этниче­ском отношении были родственны ираноязычным скифам Причер­номорья, сакам и массагетам Средней Азии, с которыми их сбли­жало скотоводческое хозяйство, одинаковый уровень общественно­го развития, сходные черты материальной и духовной культуры. Вместе с тем в скифскую эпоху на Алтай из районов Центральной Азии начали проникать монголоидные элементы. Ряд исследова­телей полагают, что письменные источники донесли до нас назва­ния ранних кочевников Алтая. Одни считают, что в древних китай­ских летописях они назывались «юэчжами», другие видят в них «аримаспов», или «стерегущих золото грифов» греческого историка Геродота.

4 Северными соседями ранних кочевников Горного Алтая были племена, обитавшие на обширной территории Верхнего Приобья от Кулунды и Барабы на западе до Кузнецкого Алатау на востоке, от устья реки Томи на севере до Алтайских гор на юге. Памятни­ки, оставленные этими племенами, относятся к большереченской культуре. Свое название эта культура получила по наиболее изученным памятникам у села Большая Речка. Исследо­ватель памятников выделил в этой культуре три этапа — большереченский (VII—VI вв. до н. э.), бийский (V—III вв. до н. э.) и березовский (II—I вв. до н. э.).

Ранний этап болыпереченской культуры был, очевидно, связан с тем, что к VII в. до н. э. закончилось смешение пришлого ското­водческого населения с местным, ведшим комплексное хозяйство. Болыпереченцы вели оседлый образ жизни в долговременных по­селках. Один такой поселок был раскопан у села Большая Речка. На площади почти в 1,5 га сохранилось 16 зем­лянок (каждая до 200 кв. м), расположенных правильными ряда­ми. Основания землянок углублялись на 70—80 см, стенки укреп­лялись бревнами. Ведущей отраслью хозяйства было скотоводство, разводились все основные виды домашних животных. Подсобную роль играли мотыжное земледелие, рыболовство, охота. Были раз­виты домашние ремесла: производство глиняной и деревянной по­суды, ткачество, обработка кож, меха, бронзолитейное дело. Умер­ших большереченцы хоронили под курганами и в грунтовых моги­лах, с ними клали посуду, орудия труда, украшения.

Памятники бийского этапа обнаружены в окрестностях Бийска и Новоалтайска, у сел Большая Речка, Енисейское, Елунино. Интересный могильник был раскопан у устья реки Алей, где най­дены грунтовые могилы глубиной от 1 до 1,5 м. Встречаются следы деревянной обкладки и перекрытия. В захоронениях много оружия, характерного для ранних кочевников Горного Алтая и всего скиф­ского мира, и украшений. Это бронзовые кинжалы с перекрестья­ми, железные короткие мечи, наконечники стрел, колчанные крюки, различные бляшки с изображениями животных, поясные бляхи с кошачьими хищниками, грифонами, кабаном, свернувшейся змеей. В захоронениях найдены останки убитых во время военных дей­ствий. Памятники свидетельствуют о контактах большереченцев бийского этапа с племенами скифского мира. Причем эти контакты не всегда носили мирный характер.

На Левобережье Оби в долинах рек Чарыша, Барнаулки, Касмалы, у озер Кулундинской степи по памятникам этого этапа про­слеживаются приходы скотоводческих групп населения из Казах­стана и Средней Азии, которые не привели к смене местной куль­туры, но оказали влияние на ее дальнейшее развитие. Свидетель­ством военных столкновений являются укрепленные поселки.

Березовский этап лучше всего изучен по могильникам Ближ­ние Елбаны, Быстрянское, Сростки. В могилах устанавливался бревенчатый или дощатый сруб, который перекрывался несколь­кими накатами бревен. Умершего укладывали вытянуто на спине головой на юго-запад или запад. При похоронах резали барана и часть его туши клали в могилу.

На березовском этапе уменьшается площадь жилищ (до 79 кв. м), хотя сами поселки оставались прежними. Считается, что это связано с выделением патриархальной семьи из родового кол­лектива, т. е. с определенным прогрессом в общественной органи­зации.

Для всего первого тысячелетия до н. э. в истории Алтая ха­рактерно последовательное развитие местных культурных тради­ций единого по происхождению европеоидного населения, живше­го здесь в эпоху бронзы.

Алтай в I тысячелетии нашей эры

Конец I тысячелетия до н. э. — начало I тысячелетия н. э. — время великого переселения народов. Дальнейшее развитие ското­водческого хозяйства племен евразийских степей потребовало об­ширных пастбищ, их постоянного обновления. Это привело к уча­щению столкновений между кочевыми племенами, к перемещению огромных масс кочевников. Алтай оказался на пути этих переме­щений, и памятники I тысячелетия н. э. отразили те бурные события. Постепенно исчезает культура ранних кочевников скифского времени. Под давлением монголоидных племен, продвигавшихся с востока, скотоводы Алтая во II—I вв. до н. э. начали откочевы­вать на территорию нынешнего Казахстана и западно-сибирских степей. Часть автохтонного населения была ассимилирована мон­голоидными тюркоязычными племенами.