Проблемы и перспективы административного судопроизводства в России (стр. 7 )

А вот для введения в действие Главы 23 КАС, регламентирующей рассмотрение споров о правомерности решений квалификационной коллегии судей (указанных в ст.230 КАС), пришлось даже перестроить систему российского правосудия путем создания отдельного подразделения высшего органа судебной власти – Дисциплинарной коллегии Верховного Суда РФ.

Как уже сказано выше, категорий граждан, обладающих особым статусом, в России имеется немало – судьи, аудиторы, адвокаты, эксперты-оценщики и т. п., и порядок наложения на них дисциплинарных взысканий (вплоть до лишения этого статуса) – также практически одинаков. Соответствующий «квази-орган» соответствующего профессионального сообщества (обычно называемый квалификационной комиссией) рассматривает вопрос о наложении взыскания и выносит соответствующее решение. А далее это решение может быть обжаловано в суд в общем порядке - теперь уже по КАС, в соответствии с его Главой 22 об оспаривании решений организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями.

При этом до введения КАС порядок обжалования таких решений для судей был другой. До 06.08.2014 года существовал специальный орган – Дисциплинарное судебное присутствие, который и рассматривал вопросы, указанные в ст.230 КАС. Но это не был суд в смысле органа, осуществляющего правосудие, а вот заменившая его Дисциплинарная коллегия – является подразделением Верховного Суда РФ. И теперь судьи, как ни парадоксально это звучит, наконец получили доступ к правосудию в отношении обжалования решений их собственной квалификационной комиссии - что представляется правильным и логичным.

Другой вопрос – была ли необходимость создавать для этого отдельную коллегию, да еще в высшем судебном органе страны? Почему бы судьям, во исполнение конституционного принципа равенства всех перед законом и судом, не обращаться в подобных случаях в районный суд по месту нахождения квалификационной комиссии?

Впрочем, особое положение судей в данном случае обусловлено тем, что они единственные из всех граждан с особым статусом, которых «судят» члены их же профессионального сообщества. И районный судья, вынужденный рассматривать спор между своим коллегой и «своей» же квалификационной комиссией (которая и в отношении него самого вправе вынести аналогичное решение) – будет поставлен в весьма сложное положение. Так что с этой точки зрения, и особая подсудность такого рода дел, и столь высокий уровень их рассмотрения – представляются вполне целесообразным нововведением.

Однако следует отметить, что положение Дисциплинарной коллегии в качестве структурного подразделения Верховного Суда РФ вызывает обоснованные сомнения в объективности рассмотрения ею обращения Председателя Верховного Суда РФ по вопросу о досрочном прекращении полномочий судьи за совершение им дисциплинарного проступка (п.2 ст.230 КАС). Если сам председатель ВС РФ обращается в Дисциплинарную коллегию – то есть по сути к подчиненным ему по должностному положению судьям! – насколько объективным будет такое рассмотрение, и каковы шансы на то, что кто-то решится ему отказать?

Есть и второй «минус», неизбежно вытекающий из высокого положения этого судебного органа – нехватка вышестоящих инстанций. Кассационной коллегии в Верховном Суде нет, а потому и стадии кассационного обжалования для данной категории дел не предусмотрено (п.4 ст.238 КАС).

Глава 24 КАС, посвященная защите избирательных прав и прав на участие в референдуме, практически воспроизводит (в расширенном варианте) Главу ГПК, но и в ней есть ряд новелл.

В п.15 ст.239 КАС появляется новый «квази-субъект», который наделен правом на обращение в суд – инициативная группа по проведению референдума. Однако с этим субъектом, по сравнению с другими группами граждан, суду иметь дело все-таки удобнее – в соответствии с п.22 ст.15 Федерального конституционного закона «О референдуме Российской Федерации» от 01.01.2001 года инициативная группа по проведению референдума регистрируется в Центральной избирательной комиссии РФ. При этом ЦИК РФ регистрирует уполномоченных представителей этой группы, в том числе и по финансовым вопросам (с указанием их фамилий, имен и отчеств), дает разрешение на открытие специального счета, а также выдает ей специальное регистрационное свидетельство. Так что, формально не являясь юридическим лицом, эта группа все же обладает минимальным набором его признаков, по крайней мере, понятно, кто вправе ее представлять, а также известен источник финансирования ее действий.

Статья 240 КАС устанавливает сроки обращения в суд, причем в большинстве случаев достаточно короткие (7-10 дней), что обусловлено спецификой данного вида дел. Но нужно снова отметить, что и эта статья КАС ограничивает процессуальные возможности административных истцов по сравнению с ГПК (п.2 ст.260), где не было запрета на восстановление сроков обращения в суд с иском об отмене регистрации кандидата, списка кандидатов (п.5 ст.240 КАС) и о расформировании избирательной комиссии, комиссии референдума (п.6 той же статьи).

Как ограничение доступа к правосудию можно толковать и п.2 ст.242 КАС, который помимо общих оснований прекращения производства по делу, устанавливает еще несколько специальных оснований, которых не было в ГПК. Производство прекращается, если избирательное объединение до принятия судом решения самостоятельно исключило из выдвинутого им списка кандидата, совершившего действия, послужившие поводом для обращения в суд, а также если избиратель оспаривает решения, действия (бездействия) участковой избирательной комиссии, связанные с установлением итогов голосования не на том избирательном участке, на котором он принимал участие в выборах.

При рассмотрении данной категории дел, по понятным причинам, не могут применяться меры предварительной защиты, способные как-то помешать нормальному ходу выборов (аресты бюллетеней, приостановления или запрещения деятельности комиссий), а также не применяется упрощенное производство (п.5 и 6 ст.243 КАС).

Глава 25 КАС, посвященная оспариванию результатов определения кадастровой стоимости, является полностью новой (такого вида дел не было в ГПК), и на мой взгляд, является просто рекордной по количеству норм, затрудняющих доступ к правосудию.

Во-первых, п.3 ст.245 КАС устанавливает срок для обращения в суд – не позднее 5 лет с даты внесения в государственный кадастр недвижимости оспариваемых результатов. При этом в данной норме имеется оговорка, исключающая возможность обращения в суд, если на момент такого обращения в государственный кадастр уже внесены изменения – либо в связи с вновь проведенной кадастровой оценкой, либо по причине изменения характеристик объекта недвижимости. Эта оговорка очевидно и совершенно необоснованно снижает возможности судебной защиты, поскольку даже если оценка на момент обращения в суд была изменена – налог на имущество, начисленный на основании прежних данных, никто не отменит! И если он был начислен на основании завышенной кадастровой стоимости – то такая оценка, безусловно, нарушает права владельца объекта, но вот оспорить ее, получается, уже невозможно!

Далее - для всех административных истцов, за исключением граждан (то есть для всех субъектов предпринимательской деятельности), пунктом 4 ст.245 КАС установлен обязательный досудебный порядок - обращение в комиссию по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости. Заметим, что следствием этого обращения в подавляющем большинстве случаев будет вынесение комиссией (состоящей из представителей государственных органов) отрицательного решения, которое оспаривается уже по правилам Главы 22 КАС (оспаривание ненормативных актов). И только в случае отклонения комиссией такого обращения, либо в случае, если оно не рассмотрено комиссией в месячный срок, установленный ст.24.18 Федерального Закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» от 01.01.2001 года – такому субъекту можно подавать административный иск об оспаривании результатов определения кадастровой стоимости.

Поэтому очевидно, что по правилам Главы 25 судиться будут в основном граждане, а у граждан, как правило, нет значительных финансовых ресурсов. Но несмотря на это, создатели КАС требуют приложить к исковому заявлению отчет об оценке рыночной стоимости объекта – причем не только на бумажном носителе, но и в форме электронного документа (а о сложностях его оформления я уже говорила выше)! Но и этого мало – требуется (в тех же двух формах) еще и положительное экспертное заключение саморегулируемой организации оценщиков (членом которой является оценщик, составивший отчет) о соответствии отчета требованиям законодательства Российской Федерации! Это, конечно, существенно затрудняет гражданам доступ к правосудию, тем более, что суд, как мне представляется, в ходе рассмотрения дела в любом случае назначит еще и судебную экспертизу – и расходы опять же будет нести истец.

Более того - и обязанность доказывания оснований для пересмотра кадастровой стоимости в этой Главе тоже почему-то возложена на гражданина (п.5 ст.247 КАС)! В то время как в п.11 ст.226 Главы 22, по которой будут судиться предприниматели, оспаривая решение комиссии по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости, бремя доказывания оснований для вынесения этого решения (то есть, читай, для установления все той же кадастровой стоимости) – лежит, как и подобает в публично-правовых спорах, на комиссии. Совершенно необъяснимое с точки зрения логики умаление прав граждан на судебную защиту по сравнению с предпринимателями – хотя должно быть наоборот!

Не совсем ясно также, чем руководствовались авторы КАС, когда по этой категории дел почему-то разрешили обжаловать в суд апелляционной инстанции отдельно от решения суда любые определения по делу – а из буквального толкования п.6 ст.249 КАС получается именно так! (Аналогичная формулировка содержится и в п.1 ст.261 КАС – в Главе 26).

Следующая Глава 26 КАС – о рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок – практически полностью повторяет Главу 22.1 ГПК и Главу 27.1 АПК.

Эта относительно новая категория дел с момента своего появления вызывала у меня вопрос о возможности «зацикливания» процесса – а что если по делу о присуждении компенсации снова будут нарушены разумные сроки судопроизводства или исполнения решения? И снова будет подано заявление на компенсацию… и т. д. Чисто теоретически такое возможно, но на практике такая ситуация наверняка будет исключительно редкой.