Трудовая миграция Россиян: экономические и социальные эффекты (по результатам социологического исследования)1 (стр. 3 )

На оценки материального благосостояния влияет регулярность работы на выезде. Так, среди трудовых мигрантов, работающих на выезде постоянно, в 1,5 раза больше состоятельных семей, чем среди таких, которые выезжают на заработки от случая к случаю. Кроме того, среди них нет семей, живущих за гранью бедности и несколько меньше бедных семей. У трудовых мигрантов, работающих на выезде «постоянно» и «иногда», выше самооценки в пользу семей со средним уровнем достатка (рис. 5).

Опрос показал, что есть различия в самооценках материального положения семей по видам трудовой деятельности на выезде. Так, в челночных домохозяйствах самооценки по-прежнему выше. Среди «челноков» в 2,5 раза больше состоятельных семей, чем в домохозяйствах трудовых мигрантов, работавших по найму и занимавшихся строительными и ремонтными работами. Кроме того, у «челноков» в 2 раза меньше бедных и очень бедных семей, чем у трудовых мигрантов, работавших по найму. На такой же порядок меньше бедных и очень бедных семей у мигрантов, занимавшихся строительными и ремонтными работами, чем у мигрантов, работавших по найму. Две трети семей трудовых мигрантов, занимавшихся строительными работами и более половины семей мигрантов, работавших по найму оценили свое материальное положение как среднее. Если у первых доля состоятельных и бедных семей были равны, то у вторых в 2 раза меньше было состоятельных семей. Следует отметить, что среди трудовых мигрантов, работавших по найму, самая высокая доля бедных и очень бедных семей (32%). Таких семей в 2 раза меньше у «челноков» и у строителей (рис. 6).

Рис. 6. Оценки своего материального положения семьями трудовых мигрантов по видам деятельности

По сравнению с исследованием 2000 г. только в челночных домохозяйствах увеличилась доля состоятельных семей с 33 до 42% и сократилась доля бедных семей с 21 до 16%. Среди мигрантов, работавших по найму, наоборот, повысились самооценки относительно бедных и очень бедных семей (с 24 до 32%). В семьях же мигрантов, занимавшихся строительными и ремонтными работами, более чем в 2 раза сократилась доля бедных и очень бедных семей, не изменилась лишь доля состоятельных семей. По самооценкам этих мигрантов очень сильно увеличилась доля семей со средним уровнем достатка (с 46 до 68%) при равном соотношении долей состоятельных и бедных семей.

В результате трудовой деятельности на выезде более трети семей улучшили свое материальное положение. Правда, это удалось сделать гораздо меньшему количеству семей по сравнению с исследованием 2000 г., по данным которого улучшили свое материальное положение 3/4 семей. Более чем в 2,5 раза увеличилась доля семей, чье материальное положение осталось без изменения (или почти не изменилось). Кроме того, материальное положение каждой пятой семьи трудового мигранта ухудшилось – по опросу 2000 г. такие семьи отсутствовали (табл. 2).

Таблица 2. Изменение материального положения семей трудовых мигрантов, %Материальное положение        2000 г.        2005 г.

Значительно улучшилось        31,1         9,3

Улучшилось; стало немного лучше        45,4        24,5

Почти не изменилось; осталось без изменения        13,7        40,3

Немного ухудшилось, сильно ухудшилось        -        22,3

Трудно сказать         9,8         3,6

По данным мониторинга Левада-Центр, в 2005 г. «скорее улучшили» свое материальное положение 18% семей – это почти вдвое меньше, чем у трудовых мигрантов. У населения выше доля семей, материальное положение которых не изменилось (55% по сравнению с 40% у трудовых мигрантов), практически при равном соотношении семей, у которых оно ухудшилось[10, c. 86].

Трудовая деятельность на выезде позволила улучшить материальное положение почти половине опрошенных семей во Владивостоке (46%), из них у каждой пятой оно заметно улучшилось, а у каждой четвертой – стало немного лучше. В самом худшем положении оказались семьи трудовых мигрантов в Казани: удалось улучшить материальное положение только 12,5% семей. Но при этом в Казани и Белгороде оказалась самой высокой доля семей, материальное положение которых осталось без изменения (по 62,5%). При этом в Белгороде было меньше всего семей, у которых оно ухудшилось (12,5%), в то время как в С.-Петербурге была половина таких семей.

Опрос показал, что бизнес «челноков» остается по-прежнему эффективным. Удалось улучшить свое материальное положение 46% семей. У «челноков» почти в 1,5-2,0 раза меньше семей, материальное положение которых ухудшилось, чем у трудовых мигрантов, работавших по найму и занимавшихся строительными работами. В самом тяжелом положении оказались строители – более чем у четверти семей материальное положение ухудшилось. Что касается трудовых мигрантов, работавших по найму, то почти у половины семей материальное положение осталось без изменения (табл. 3).

Об эффективности трудовой миграции говорит также тот факт, что каждому десятому домохозяйству удалось открыть свой бизнес. Более успешными оказались «челноки»: почти каждый третий открыл свой бизнес без использования наемной рабочей силы (по опросу 2000 г. – это удалось только каждому четвертому). Открыло свое дело каждое десятое домохозяйство трудового мигранта, работавшего по найму и 6% тех, кто на выезде занимался строительными и ремонтными работами.

Таблица 3. Изменение материального положения семей трудовых мигрантов по видам трудовой деятельности на выезде, %Материальное положение        «Челноки»        Найм        Строители

Улучшилось        46,2        25,4        38,0

Осталось без изменения        38,5        47,7        32,0

Ухудшилось        15,3        20,6        28,0

Затруднились ответить        -         6,3         2,0

Кроме того, с помощью работы на выезде многие трудовые мигранты решили наиболее насущные проблемы, связанные с жизнедеятельностью их домохозяйств. В частности, основная часть семей трудовых мигрантов в состоянии удовлетворить свои потребности в дорогостоящих продуктах питания, которые они покупают «по потребности, сколько хочется» (60%): от 17% в С.-Петербурге до 81% в Краснодаре; этого не может позволить себе ни одна семья в Белгороде. В целом каждая третья семья «не всегда может себе это позволить»: от 12,5% в Казани до 87,5% в Белгороде. Остальные семьи покупают дорогие продукты очень редко, так как или не хватает денег или, вообще, предпочтитают другие продукты. Не оказалось таких семей в Нижнем Новгороде, Нальчике и Смоленске.

Удовлетворение потребности в мясе и молоке семей трудовых мигрантов различается в зависимости от вида деятельности последних. Гораздо выше возможности у семей челночных мигрантов, из них 77% покупают эти продукты по потребности, сколько хочется. Вместе с тем среди «челноков» вдвое меньше семей, которые не всегда могут себе это позволить, по сравнению с семьями мигрантов, работавших по найму и занимавшихся строительными работами, а также нет семей, которые не могут себе этого позволить (табл. 4).

Таблица 4. Удовлетворение потребности в мясе и молоке семей трудовых мигрантов по видам трудовой деятельности, %Степень удовлетворения потребностей        «Челноки»        Найм        Строители

По потребности, сколько хочется        77,0        53,9        58,0

Не всегда можем себе это позволить        19,2        36,5        38,0

Очень редко, так как на мясо и колбасу нет денег         3,8         4,8         2,0

Вообще не употребляем, предпочитаем другие продукты        -         4,8         2,0

Основная часть семей тратит на питание в месяц от 26 до 50% общего семейного бюджета (42%): от четверти в Казани до 57% в Оренбурге. Немного меньше семей расходует на эти цели от 51 до 75%: каждая пятая семья в Оренбурге и 2/3 семей в С.-Петербурге. Семей, которые тратят на питание все деньги, мало, а в большинстве городов таких семей просто нет.

Материалы опроса показали довольно высокую насыщенность мигрантских домохозяйств домашним имуществом, предметами длительного пользования, современной бытовой техникой. В целом 42% семей имели автомобиль отечественного или импортного производства, из них каждая четвертая семья – достаточно подержанный автомобиль: от 23% в Новосибирске до половины семей в С.-Петербурге. Правда, в С.-Петербурге каждая третья семья имела в своем распоряжении подержанный отечественный или импортный автомобиль, между тем во Владивостоке каждая пятая семья имела импортный автомобиль, купленный не более двух лет назад. Следует отметить, что насыщенность мигрантских домохозяйств автомобилями снизилась относительно опроса 2000 г., по материалам которого автомобиль был у половины, у 10% их было даже два [7, c. 35].

Более половины семей имели стиральную машину-автомат (55%): от трети в С.-Петербурге до 79% в Нижнем Новгороде. Мобильными телефонами пользовались более 3/4 семей, а в Нижнем Новгороде – в каждой семье. Домашним компьютером владел 41% семей: 3/4 семей в Казани и только 23% в Новосибирске.

По сравнению с опросом 2000 г. насыщенность семей домашними компьютерами возросла с 26-27% до 41%. Микроволновые печи (СВЧ) были у 40% семей: от 9% в Смоленске до 63% в Казани. Каждая пятая семья имела во владении дачу (загородный дом с участком) и еще столько же – земельный участок или огород без дома. И только 6,5% семей ответили, что у них нет ничего из перечисленного: больше всего таких семей было во Владивостоке (14%). Таких семей не было в Новосибирске, Оренбурге, Нижнем Новгороде, Смоленске и С.-Петербурге.