. Постинформационные технологии: введение в психонетику (стр. 31 )

8.5. Технологии обучения. Психонетические технологии сворачивания-разворачивания больших объемов информации естественным образом порождают и новые технологии обучения. Любое обучение может быть представлено как освоение нового языка и интроекция соответствующей знаниевой среды. Поэтому любая учебная дисциплина, допускающая представление в виде среды и набора актуализированных в ней форм, может быть свернута до семантического инварианта и развернута в сформированной для этой цели ЛПС. При этом следует иметь в виду, что знание есть совокупность определенных структур, представимых в виде текста, и среды, допускающей появление именно этих текстов и предопределяющей возможные в этой среде тексты. Знание — это всегда и знаниевые структуры и особая атмосфера области знания, выявляющая принадлежность человека этой сфере либо его непричастность к ней.

8.5.1. Сворачивание больших объемов информации в компактные визуальные формы — только половина задачи построения организмических технологий обучения. Вторая половина — формирование у обучаемых ЛПС, способной воспринимать и развернуть в дифференцированные формы переданное сообщение. Эта задача требует усилий, сопоставимых с усилиями по подготовке операторов-психонетиков, и представляется не менее емкой по временным и энергетическим затратам, чем элитарное школьное обучение. Переход к таким формам обучения чревато резкими социальными и культурными сдвигами, сопровождающими формирование общества организмических технологий.

8.6. Социальные последствия организмической революции. Психонетические технологии потребуют создания нового социального слоя психонетиков-операторов и психонетиков-разработчиков психонетических продуктов. Этот слой будет в большей степени обособлен от остального населения, чем работники научно-исследовательский сферы в современном мире. Главные причины такого обособления — особая роль в поддержании стабильности и жизнеспособности общества, сопоставимая с ролью магов и жрецов в традиционных обществах, не прошедших цивилизационную мутацию.

8.6.1. Оператор-психонетик проходит специфическую подготовку, релятивизирующую систему стабильных знаков и символов, составляющих основу культурной идентичности, и смещающую социально-культурные нормативы (см. 1.6.1.1.). Это обстоятельство усугубляется возможностью распоряжаться потенциалом самоорганизующихся организмических процессов, причем в гораздо меньшей степени опосредованной уравновешивающей эти возможности технической и социальной средой. При этом контроль за использованием этого потенциала может быть возложен лишь на лиц, прошедших такую же подготовку и испытывающих естественные чувства корпоративной солидарности. Результатом могут быть только очень жесткие нормативы, регулирующие пребывание операторов в своей профессиональной среде.

8.6.2. Роль операторов-психонетиков резко возрастет при переходе к целенаправленному управлению мегаобъектами, поскольку именно от этого слоя будет зависеть стабильность и развитие окружающей среды обитания.

8.6.3. Специфические языки, разработанные для практических нужд, в силу их более широкого характера нежели специализированные языки современной науки, дают возможность воспроизведения самых различных смыслов и потому породят уже не узко специальные жаргоны, а полноценные иные языковые формы, еще больше отделяющие контингент операторов-психонетиков от других социальных слоев.

8.6.4. Трудно предвидеть компенсаторные реакции социума на такие обстоятельства, но очевидно, что столь резкое изменение социальной структуры породит и непредсказуемые сейчас формы организации общества.

8.7. Культурные последствия. Организмическая революция породит по меньшей мере два новых обстоятельства, меняющие культурное устройство человеческого сообщества.

8.7.1. Возникновение метакультуры, как ценностно более высокой сферы, чем собственно культурные формы, придает последним управляемый, имитационный и, так сказать, технический характер. Социально-культурная модернизация, устранившая Церковь как основной культурогенный фактор, привела к автономизации культуры и разделению общества на людей высокой культуры и людей массы, управляемых культурными имитациями. Появление метакультурного слоя вводит такие же соотношения между людьми культуры и людьми метакультуры. При этом появится соблазн формирования искусственных культуроподобных форм, организованных не вокруг архетипов коллективного бессознательного, а вокруг целенаправленно актуализированных семантических инвариантов, находящихся вне архетипического ряда, но столь же энергетизированных, как и архетипы. Тем самым будет разрушена основа культурной среды, придающая ей собственно человеческую форму, несмотря на все историко-культурные трансформации последних тысячелетий.

8.7.2. Использование в технических и прагматических целях соотношений семантического континуума и чувственно проявленных форм, которые ранее были сакрализованы, а на поздних стадиях современной цивилизации приобрели инерционный культурный характер, отодвигает область сакрального, а, следовательно, самого ценного в человеческом сообществе в удаленную от чувственных символов область. Если до появления цивилизационных циклов любое человеческое действие символизировало собой сакральные ценности, а затем сакральный характер приписывался четко очерченным ритуалам и определенным внутренним преобразованиям, то с технологизацией внутрипсихических проявлений многие практики утрачивают характер символизации духовного вертикального движения и превращаются в прагматические психотехники. Когда сакральное покинуло область повседневной жизни, большая часть существования выпала из сферы изображения духовных истин, затем ритуал и иконопись уступили место искусству, теология превратилась в философию и науку и, наконец, внутреннее преобразование и сопряженность внутреннего действия с миром божественных энергий стали областью терапевтических или прагматических психотехнологий.

8.8. Овладение организмическим контрпроцессом. Овладение организмическим контрпроцессом означает, с одной стороны, стабилизацию мегаобъектов (биосферы или ее фрагментов), с другой - консервацию тех этнокультурных форм, которые возникали как моментразвивающейся процессуальной системы, тем самым разрушается процессуальная целостность с последствиями, которые сейчас невозможно предвидеть. Та же проблема возникает и при овладении контрпроцессом по отношению к человеческому организму. Возможность неограниченного продления жизни и биологических трансформаций человека впервые из сферы фантастики перемещаются в сферу угрожающей реальности. В результате снимается давление смерти, принуждающее искать смыслы, выходящие за пределы человеческой жизни, и находить их в преодолении материальной ограниченности и пассивно-реактивного характера своей природы.

Все традиционные учения рассматривают смерть как порог, за которым начинается иное бытие, характер которого зависит от того, как прожита земная жизнь. С этой точки зрения, возможность сознательного продления своего земного существования представляется ловушкой, ограждающей человека от более высоких духовных реализации. Несомненно, такая возможность станет причиной крупнейшего духовного и культурного кризиса, отбрасывая часть людей в царство материального и придавая религиозной устремленности немногих трагический и героический характер.

8.9. Лабилизация стабильных культурных форм. Свой вклад в предстоящий кризис внесет и придание организмического характера окружающей искусственной среде. Организмические технологии придают миру текучий и подвижный характер. До сих пор фундаментальные смыслы "отвердевали" в стабильных образах, сюжетах, изображениях, человеческих характерах, географических и астрономических феноменах. Организмические технологии создавая живой окружающий мир, лишают окружающую среду ценностно-стабилизирующего значения. Один и тот же смысл становится выразим в различных средах и формам-носителям культурных смыслов уже нельзя будет придать символический характер. Символ, утративший единственность выражающей его формы, становится одним из знаков соответствующего семантического инварианта и тем самым разрушается символический каркас культуры. Формы культуры, теряя свою принудительность, перестают удерживать культуру в ее определенности, культура теряет свою "этость", а нового упорядочивающего фактора пока не видно. Этот процесс в сочетании с возможностью искусственной стабилизации культурных форм придает культуре имитационный характер, выхолащивающий ее ценностное содержание. Лабилизация стабильных форм лишь создает тенденцию к хаотизации культурной жизни, но эта тенденция подкрепляется смешением и уравниванием в воздействии на сознание человека архетипов и инкорпорированных в ходе психонетической работы семантических инвариантов. Технология энергетизации СИ придает целенаправленно сформированным СИ (в том числе и не игравшим ранее существенной роли) силу, соизмеримую с силой архетипов по их возможности строить новые организованности человеческой психики. Но тем самым разрушается и привычная человеческая форма, находившаяся в равновесии с окружающим миром. Архетипы и порожденная ими культура всегда направляли человека к реализации его духовной задачи и только от направленности человеческой воли и его силы или слабости зависело, будет ли он реально двигаться в предопределенном архетипической структурой направлении. Появление искусственных внеархетипических содержаний с такой же энергетической насыщенностью отбрасывают человека в мир горизонтали, поскольку архетипы вертикали, утрачивая свой абсолютный характер, ничем не выделяются среди прочих семантических инвариантов. В результате разрушаются связи человека с Реальностью, отраженной в этих архетипах и на смену им приходит хаос индивидуальных иллюзий. Только личная воля немногих, способная заново организовать этот хаос, дает шанс сохранить себя как духовное и активное существо.

8.10. Контрреволюционные потенции психонетики. Знаменуя собой начало новой научно-технической революции, психонетика и организмика несут в себе и возможности научно-технической контрреволюции, обращения вспять той тенденции, которая сопровождала революции до сих пор. Контрреволюционные потенции психонетики проистекают из архетипических содержаний, имитацией которых является организмический контрпроцесс. Психонетические операции имитируют и даже пародируют архетипические действия и от понимания статуса психонетики как имитации сакрального зависит, окажется ли она элементом контрреволюции, восстанавливающей исходную осмысленность и субъектность человеческого бытия, или же останется в рамках последовательного ряда научно-технических революций и превратится в то, во что с завидным постоянством превращаются результаты всех революций — в пародию на архетип и традиционное знание.