Последняя глава — разговор старух в тумане — полностью строится в зоне символического изображения:

Учитель: — Это че — ночь уж? — озираясь, спросила Катерина. — Дак, однако, не день, — отозвалась Дарья. — Дня для нас, однако, боле не будет. — Где мы есть-то?  Живые мы, нет? — Однако что, неживые. — Ну и ладно. Вместе — оно и ладно. Че ишо надо-то? — Мальчонку бы только отсель выпихнуть.  Мальчонке жить надо… — Я куды-то летала, меня тут не было. Ниче не помню. — Куды летала — там люди есть, нет? — Не видала. Я летала по темени, я на свет не выглядывала. — А ты кто такая будешь-то? С этакого боку кто у меня? — Я-то? Я Настасья. — Это которая с Матёры? — Она. А ты Дарья? — Дарья. — Это рядом-то со мной жила? — Ну. — Я ить тебя, девка, признала. — Дак я тебя поперед признала.

Эти бесплотные голоса раздаются уже из вечной тьмы, из того тумана, куда нет доступа живым. Старухи пугаются этой мысли («Вы че это? Че буровите-то? Рехнулись, че ли?») и снова возвращаются в тот мир:  «Че там в окошке видать-то? Глянь кто-нить. — Нет, я боюсь. Гляди сама. Я боюся».

Почти каждую сцену-главу Распутин, как уже говорилось, заканчивает точкой-титром, смысловым курсивом. После «разговоров на том свете» следует последний абзац повести: «Богодул протопал к двери и распахнул ее. В раскрытую дверь, как из разверстой пустоты, понесло туман и послышался недалекий тоскливый вой — то был прощальный голос Хозяина. Тут же его точно смыло, и сильнее запестрило в окне, сильнее засвистел ветер, и откуда-то, будто споднизу, донесся слабый, едва угадывающийся шум мотора».

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Финал строится на звуковом контрапункте: прощальный голос Хозяина и слабый шум мотора, как надежда на спасение, на возвращение в мир живых. В девяностые годы Распутин вычеркнул последнее предложение, уничтожил прежнее равновесие. Теперь Матёра уходит на дно только под тоскливый вой Хозяина. Дальше — тишина, туман, «темная вода — ни приметы, ни следа».

В новые времена каждому рано или поздно приходится прощаться со своей  Матёрой.

В "Прощании с Матерой" писатель показал нам лишь фрагмент того всеобщего процесса преобразования, который охватил всю страну. Пророческими становятся слова повести: "Было бы начало, а
продолжение никуда не денется, будет". То, что предвидел Распутин в своем произведении, против чего восставал, чем казнился, к несчастью, оказалось возможным. Предвидение стало провидением, допустимое — реальным. В то время многие критики считали, что в своей повести писатель "пытался выжать трагедию из коллизии нетрагедийной". Но это на самом деле была трагедия — трагедия всего народа. И если в "Прощании с Матерой" жертвы еще только духовные, нравственные, то в последующих произведениях, таких как "Пожар", уже появятся настоящие человеческие жертвы, И предпосылки, почва для этих страшных плодов была взрыхлена именно там, на затопленном острове. А ведь, как уже было сказано, все сюжеты Распутин брал из жизни.
  Когда осознаешь, что это означает, сердце сковывает ледяным холодом от жутких мыслей. Что же с нами будет дальше? С нами — людьми, жителями не маленькой деревни на одиноком острове, а всей планеты Земля?..

8.

Можно ли считать В. Распутина противником прогресса?

Какова сверхзадача автора произведения? Почему и ради чего им написана повесть?

Итог плачевен… С карты Сибири исчезло целое селение, а вместе с ним - традиции и обычаи, которые на протяжении столетий формировали душу человека, его неповторимый характер. Что же теперь будет с Андреем мечтавшим о строительстве электростанции и пожертвовавшим счастьем своей малой родины? Что будет с Петрухой который готов за деньги продать свой дом, свою деревню, отречься от матери? Что будет с Павлом, который мечется между деревней и поселком, между островом и материком, между нравственным долгом и мелочной суетой и так и остается в финале повести в лодке посреди Ангары, не пристав ни к одному из берегов? Что будет с тем гармоническим миром, который для каждого человека становится святым местом на земле, как на Матере, где уцелел царственный листвень, где обитательницы - старухи - праведницы привечают неузнаваемого нигде, гонимого миром Богодума, странника, юродивого, «божьего человека»? Что будет с Россией? Надежду на то, что Россия все-таки не утратит своих корней, Распутин связывает с бабкой Дарьей. Она несет в себе те духовные ценности, которые утрачиваются с надвигающейся городской цивилизацией: память, верность роду, преданность своей земле. Берегла она Матеру, доставшуюся ей от предков, и хотела передать в руки потомков. Но приходит последняя для Матеры весна, и передавать родную землю некому. Как мучительно рассуждает эта малограмотная женщина о судьбе своей деревни! Да и сама земля скоро перестанет существовать, превратившись в дно искусственного моря. Распутин не против перемен, он не пытается в своей повести протестовать против всего нового, прогрессивного, а заставляет задуматься о таких преобразованиях в жизни, которые бы не истребили человеческого в человек. В силах людей сберечь родную землю, не дать ей исчезнуть без следа, быть на ней не временным жильцом, а вечным ее хранителем, чтобы потом не испытывать перед потомками горечь и стыд за утерю чего-то родного, близкого твоему сердцу. В. Распутин касается многих нравственных вопросов в своей повести, но судьба Матеры - ведущая тема этого произведения

9. Символы вечности в повести:

«Царский листвень» в этой системе мышления — мировое дерево, один из ключевых образов разных мифологий. «Матёру, и остров, и деревню, нельзя было представить без этой лиственницы на поскотине. Неизвестно, с каких пор жило поверье, что как раз им, "царским лиственем", и крепится остров к речному дну, к одной общей земле, и покуда стоять будет он, будет стоять и Матёра. Не в столь еще давние времена по большим теплым праздникам, в Пасху и Троицу, задабривали его угощением, которое горкой складывали у корня и которое потом собаки же, конечно, и подбирали, но считалось: надо, не то листвень может обидеться. Подати эти при новой жизни постепенно прекратились, но почтение и страх к наглавному, державному дереву у старых людей по-прежнему оставались» (гл. 18).

Еще на острове живет неведомое и невидимое существо: «А когда настала ночь и уснула Матёра, из-под берега на мельничной протоке выскочил маленький, чуть больше кошки, ни на какого другого зверя не похожий зверек — хозяин острова. Если в избах есть домовые, то на острове должен быть и хозяин. Никто никогда его не видел, не встречал, а он здесь знал всех и знал все, что происходило из конца в конец и из края в край на этой отдельной, водой окруженной и из воды поднявшейся земле. На то он был и Хозяин, чтобы все видеть, все знать и ничему не мешать. Только так еще и можно было остаться Хозяином — чтобы никто его не встречал, никто о его существовании не подозревал» (гл. 6).

10. Учитель: Конец существования Матёры – историческая неизбежность или человеческая ошибка?

Ученики: В повести Распутина отразился колоссальный по своим масштабам и последствиям качественный сдвиг в общественном сознании человечества, о котором еще в середине 60-х годов писал Н. Конрад: «В настоящее время человек подошел к овладению самыми сокровенными, самыми великими силами природы, и это поставило его перед острым вопросом – вопросом о себе самом. Кто он, человек, овладевающий силами природы? Каковы его права и обязанности по отношению к природе и к самому себе? И есть ли предел этих прав? А если есть, то каков он?» [4, с. 510]. Вряд ли сейчас есть возможности для ответов на эти вопросы. Но нет сомнения в том, что всемирно–исторический перелом сказался едва ли не в первую очередь на нравственно–психологическом составе человека, скорректировал его характер.

В. Распутин острее, чем другие ощутил катастрофическую переломность этого времени. И потому с первых страниц повести доминируют мотивы: последнего времени, лета, дней, ночи: «И опять наступила весна… последняя для Матёры» [5, с. 171], «…но теперь оставалось последнее лето: осенью поднимется вода» [5, с. 174], «этот последний, переломный год казался страшным» [5, с. 207], «отошла последняя ночь в Матёре, встало последнее утро», последней песни «прощально-поминальной, которую, оказывается, помнил и знал народ, которую словно для этой поры и хранил в себе…» [5, с. 248]. Дарья, в последний путь обрядив избу, «села на завалинку и, прислоняясь к избе, чувствуя спиной ее изношенное, шершавое, но теплое и живое дерево, вволю во всю свою беду и обиду заплакала – сухими, мучительными слезами: настолько горек и настолько радостен был этот последний, поданный из милости день», «…это были ее последние слезы»
  Уходит Матера, уходит душа этого мира.
  Таким образом, использует поэтику мифологизирования на различных уровнях описания своей модели мира: пространственно-временном, на уровне системы художественных образов, на уровне моральных оценок разворачивающихся событий, ведущими среди которых являются оценки героев, наделенных христианским сознанием. В повестях писателя представлены мифопоэтические образы мирового дерева, огня, воды как преграды между чужим и своим миром, смерти как двойника человека. В. Г.  Распутин осмыляет основные метафизичесие вопросы – веры, загробного существования души, смысла человеческого бытия – в центральных христианских понятиях универсальной человеческой греховности, вины, необходимости страдания, смирения, жертвенности.

  Ориентация поэтического мира Распутина на архаичные мифопоэтические формы описания и видения человека чрезвычайно органична мировоззрению писателя как христианского художника.
  Да и сама земля скоро перестанет существовать, превратившись в дно искусственного моря. Распутин не против перемен, он не пытается в своей повести протестовать против всего нового, прогрессивного, а заставляет задуматься о таких преобразованиях в жизни, которые бы не истребили человеческого в человек. В силах людей сберечь родную землю, не дать ей исчезнуть без следа, быть на ней не временным жильцом, а вечным ее хранителем, чтобы потом не испытывать перед потомками горечь и стыд за утерю чего-то родного, близкого твоему сердцу

В настоящей литературе — это тоже аксиома — победители и побежденные, бывает, меняются местами.

Домашнее задание: написать сочинение на одну из тем: «Ушла ли под воду Матера?»; «Как я понимаю традицию»; «Символы вечности в повести В. Распутина «Прощание с Матерой»; «Дарья и Андрей – два звена одной цепи».



Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4