Помимо амфор типа В в этом комплексе находилась и верхняя часть амфоры типа С с массивным венчиком диаметром 8,0 см, высота горла 18,4 см (рис. 2, 3; 3, 3-3 а). Этот тип сосудов, по мнению , бытовал в Нижнем Подонье во II-III вв. При этом исследователь объединил их с другим, хронологически последующим типом D в одну группу [Каменецкий, 1963, 31-33, рис. 6, 21-22, 24-31]. Также склонен был датировать их и , справедливо заметив, что они никогда не встречаются вместе с типом D в помещениях, погибших в середине III в. н. э. [Шелов, 1978, 18, рис. 6]. Внуков, доказав их гераклейское происхождение, определил для этого типа (С IV вариант C) дату вторая четверть - конец II (?) в. н. э. [Внуков, 2006, с. 166]. Он считает, что во второй четверти этого столетия происходила смена типов тары В и С, завершившись ко времени разрушения Танаиса около середины II в. (по мнению , в 40-е гг. этого столетия). На основании материалов, полученных в последние годы на городище из закрытых комплексов, можно утверждать, что амфоры типа С появляются в Танаисе намного ранее середины II в. Известно, что около середины этого столетия в городе произошел мощный пожар, в результате чего погибли многие постройки. Это подтверждается находками краснолаковой керамики и монет Савромата I, Котиса II и Риметалка. Именно в этих комплексах и находят самые крупные образцы амфор данного типа с массивными венчиками, диаметр которых достигает иногда 10,0 см, а также единичные фрагменты амфор предшествующего типа В, попавшие туда как мусор (рис. 7, 12-13). Открытая в 1996 году огромная яма к северу от городища, использовавшаяся, видимо, первоначально для добычи глины, а затем позже засыпанная мусором со следами пожара и с огромным числом амфор типов В и С, является хорошим доказательством одновременного бытования этих двух типов вплоть до середины II в. н. э. Находка горла амфоры типа С в нашем комплексе вместе с амфорами типа В, бесспорно, может указывать на тот факт, что самые ранние образцы сосудов этого типа появляются в Танаисе уже в последней четверти I в. н. э. Другой вопрос: мы не знаем точно, как выглядели целые сосуды. Вышеупомянутые амфоры из округи Танаиса могут пролить свет на это обстоятельство.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Другой тип амфор пока неопределённого центра из яркой оранжево-красной глины с высоким, припухлым в средней части горлом, массивным отогнутым венчиком, образующим воронку, и коническим туловом [Arsen'eva, Fornasier, 2003, c. 250, рис. 9] представлен здесь тремя экземплярами (рис. 2, 11; 3, 6-6а; 7, 7). В Танаисе зафиксированы фрагменты таких сосудов на территории городища, в закрытых комплексах, датированных около середины II в. н. э. Например, целая амфора без венчика обнаружена в башне 4-«северная» в комплексе с другими амфорами и сосудами [Арсеньева, Ильяшенко, Науменко, 2009. с. 39 сл., рис. 6, 1]. Гораздо больше их в переотложенных слоях и мусорных свалках с материалом I-первой половины II вв. н. э. [Арсеньева, Науменко, 2001, с. 60, рис. 16, 4-6, 8]. Тип был выделен по материалам Западного городского района (раскоп VI), где жилые постройки последних двух веков до н. э. были перекрыты мусорными слоями I в. до н. э. - II в. н. э. Не имея в распоряжении целых форм, он выделил тип на основании венчиков, разделив их на два варианта, определив нижнюю дату как рубеж н. э., верхнюю - II в. н. э. [Каменецкий, 1969, с. 136-156, табл. 1, 9-16, 21-23]. Аналогичная амфора происходит из Сухо-Чалтырского городища [Копылов, Томашевич-Бук, Иванов, 1998, с. 103]. Фрагменты подобных сосудов известны в Дакии на поселении Брад [Usachi, 1995, p. 210, pl. 182, 1, 3-4; 184, 1]. А. Опайт на основе материалов раскопок римских лагерей в Восточном Прикарпатье - античной Добрудже выделяет подобные амфоры в тип III, датируя их I в. н. э. [Cpait, 1987, р. 250-251, fig. 5/1 a, b]. В Танаисе эта форма сосудов бытовала примерно с середины I по середину II в. н. э., а возможно, и позже. Однако в закрытых комплексах середины III в. такие сосуды отсутствуют.

В I в. н. э. появляется тип амфор с воронковидным горлом, представленный в этом комплексе тремя экземплярами (рис. 2, 10; 3, 5-5а; 7, 4). Он бытуют вплоть до позднеантичного времени, претерпев известные морфологические изменения. Сегодняшняя коллекция Танаиса располагает большим числом как целых амфор, так и их фрагментов, происходящих из закрытых комплексов около середины II в. н. э. [Арсеньева, Науменко, 1992, с. 81, 151-154, 163, рис. 28, 2-3; 29, 4; 30-33; 46, 3; Arsen'eva, Bottger, 1997, с. 451, рис. 11, 4]. Значительное количество амфор зафиксировано в переотложенных слоях на городище и на городских мусорных свалках [Каменецкий, 1969, с. 154 сл., табл. V, 1-7]. В конце I - начале II вв. н. э. амфоры с воронкообразным горлом поступали в Танаис в двух вариантах. Несмотря на почти одинаковую форму, они отличаются пропорциями отдельных частей, соотношением длины горла, тулова, ручек и ножек, оформлением края венчиков. Так, для первого варианта характерно высокое горло, завершающееся воронкой с округлым и чуть загнутым внутрь краем; широкие и покатые плечи; тулово яйцевидной формы с максимальным расширением в верхней части; ножки, как правило, низкие, конические, с уплощенной подошвой; ручки высокие, вертикальные (рис. 7, 3) [Арсеньева, Науменко, 1992, с. 151-152, рис. 30]. У сосудов второго варианта низкое горло, край воронки всегда утолщен и скошен вовнутрь, реже округлён; плечи очень узкие, покатые; тулово удлинённо-грушевидной формы с максимальным расширением в нижней половине; ножки конические, высокие, с заострённой или плоско срезанной подошвой; ручки короткие, дуговидной формы (рис. 7, 2) [Арсеньева, Науменко, 1992, с. 152-153, рис. 31]. Глина обоих вариантов близка по составу и варьирует от красноватого до светло-розового и бежевого оттенков. Почти во всех случаях присутствует слюда. В коллекции Танаиса только на ручках и горлах амфор первого варианта были обнаружены греческие клейма [Арсеньева, Науменко, 1992, рис. 28, 4; 32, 2]. На многих сосудах имеются дипинти. В нашем комплексе присутствуют амфоры первого варианта, на двух из них - пометки красной краской.

Ещё один центр представлен в нашем подвале так называемой колхидской амфорой, от которой сохранилась верхняя часть (рис. 2, 4; 3, 4). Аналогичные амфоры известны в Танаисе в комплексах I в. н. э., например, подвал ИО в западной части городища, постройка 6 на раскопе XIX.

Примерно около середины II в. н. э. в городе происходят события, о которых свидетельствуют пока лишь археологические данные. В огне пожара погибают не только жилые постройки, но и фортификационные сооружения, в частности, башни. Причину этого события связывают с активизацией сарматских племен [Безуглов 2001, с. 22; Арсеньева, Науменко, 2004, с. 37; Naumenko, 2005, s. 123, 134]. В результате этого пожара образовались закрытые комплексы, которые либо были частично разобраны, либо не трогались вообще, например, некоторые подвалы. Большинство усадеб, очищенных от мусорных завалов, перестраивались уже во второй половине II в. Мусорные свалки этого времени содержат огромное количество амфорного материала конца I - середины II вв. На сегодняшний день известны примерно 19 закрытых комплексов: 15 жилых помещений и подвалов и 4 башни (№ 1, № 3, № 4 и № 4-«северная», цистерны и хозяйственные ямы не учтены). Помещения внутри башен использовались как хозяйственные для солдат городской охраны, поэтому в них находятся многочисленные предметы быта, в том числе и амфоры [Арсеньева, Шелов, 1974, с. 131­132, табл. VI, 1-2; Арсеньева, Науменко, 2008, с. 123-130, рис. 6, 1-2; Арсеньева, Ильяшенко, Науменко, 2009; с. 38-43, рис. 6-7, 13-14].

Среди этих комплексов интересны два. Один из них - подвал 3 в постройке 4 (раскоп XIX) - содержал огромное число самых разных форм краснолаковой и столовой посуды, а также монеты времени от Аспурга (14-37 гг.) до Риметалка (132-154 гг.) [Arsen'eva, Bottger, 1997, с. 451, рис. 11­19]. В подвале в момент пожара находились фрагменты трёх амфор типа С гераклейского производства (рис. 5, 2-3), аналогичных открытым в башне 4 северная [Арсеньева, Науменко, 2008, с. 129, рис. 6, 1-2; Арсеньева, Науменко, 2009. с. 42, рис. 13, 1-3]. Кроме того, в подвале
зафиксированы три амфоры других производственных центров. Одна, по-видимому, боспорского
производства (рис. 5, 5; 7, 6) [Arsen'eva, Bottger, 1997, с. 451, рис. 11, 2]. Форма амфоры близка
одному из самых распространённых в Танаисе в середине III в. н. э. типу тары, выделенному И. Б.
Зеест [Зеест, I960, 116, табл. XXXV. 84]. Другая амфора неопределённого центра из ярко-оранжевой,
коричневатой глины (рис. 5, 1; 7, 5). В Танаисе эта форма представлена как целыми экземплярами,
так и множеством фрагментов, происходящих, главным образом, из слоев и закрытых комплексов
около середины II в. н. э. [Арсеньева, Науменко, 2009. с. 42, рис. 14, 1], а также из переотложенных
слоёв на городище и из мусорных свалок. Единичные экземпляры присутствуют в закрытых
комплексах середины III в. н. э. [Арсеньева, Науменко, 1992, с. 141 сл., 156, рис. 20]. В Верхней
Мезии такие сосуды известны в комплексах середины II - середины III вв. н. э. [Bjelajac, 1996, с. 61-
65, кат. 107, 114-115, рис. XX, 107, 114-115], в Нижнем Подунавье в период        вв. н. э. [Opait,
1980, с. 308, табл. X, 2; XV, 1; Opait, 1987, с. 247-250, рис. 2, 1, 3а-Ь; 3, 1-2]. По-видимому, в Танаисе
эта форма также бытовала в течение II в., а в комплексах середины III в. мы имеем дело со случайно
уцелевшими для хозяйственных нужд сосудами, использовавшимися как тара для хранения зерновых
продуктов, иногда уже без ручек и со следами ремонта. Третья амфора из коричневой глины,
похожей визуально на глину колхидских амфор римского времени, с широким плоским дном (рис. 5,
4). Эта форма тары была распространена в Танаисе в основном во II в. н. э. [Арсеньева, Науменко,
1992, с. 81, рис. 60, 6; Arsen'eva, Bottger, 1997, s. 451, рис. 11, 1; Arsen'eva, Bottger, 1999, s. 426, рис.
19, 3; Арсеньева, Науменко, 2009. с. 42, рис. 13, 4; 14, 3]. Находки единичных неполных экземпляров
этих сосудов в складах середины III в. н. э. связаны не с поставками товаров, а с вторичным
использованием оставшихся в городе амфор [Арсеньева, Шелов, 1974, с. 141, табл. VI, 4]. Сосуды
отличаются устойчивостью формы и незначительными колебаниями оттенков коричневой глины от
светло-оранжевого до бежевого, иногда с небольшим количеством мелкой слюды. Аналогичная
амфора известна в комплексе ямы середины II в. н. э. на акрополе Пантикапея, где она зафиксирована
вместе с амфорой типа С [Журавлев, Ломтадзе, 1999, с. 98, рис. 2, 15].

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5