Отдел первый. Суды государственные, призванные сделаться международными (стр. 3 )

Ашехуг высказал мысль, чтобы все правительства, расположенные к этой реформе, заключили между собою один общий трактат. Того же желает и Вестлек, хотя и добавляет, что нечего ждать этого: к делу следует приступить, коль скоро две державы возьмут на себя инициативу в столь полезном нововведении-

Два члена комиссии, Бернард и Бульмеринк, хотя совершенно в различном смысле, высказались против проекта Вестлека.

По мнению Бернарда, реформа, предлагаемая Вестлеком, увеличит процессы и создаст для морских офицеров во время войны много новых трудностей. Вестлек отвечал на это, что такой результат получился бы лишь в том случае, если бы сам закон сделался более неопределенным. Напротив, можно предположить, что практика смешанного суда, оставаясь более верною раз признанным принципам, получит сама характер более устойчивый в сравнении с судом воюющего, который подвергается опасности искусственно приспособлять смысл закона к интересам назначившей его страны. A практика суда, хорошо установившаяся, имеет на тяжущихся отрезвляющее действие и облегчает обязанности морских офицеров, хотя, быть может, подобное упрощение не всегда придется им по вкусу.

Бернард сделал еще возражение: существующая система (призового судопроизводства) действует хорошо. Это мы видим на примере смешанной комиссии, установленной в силу Вашингтонского договора. В очень редких случаях она не согласилась с решениями верховного суда Соединенных Штатов. Вестлек в свою очередь думает, что редкое присуждение этою комиссиею вознаграждений за убытки обусловливалось каким-либо недостатком в ее составе. В подтверждение своего мнения он ссылается на критику, которой подвергает Геснер действия этой комиссии по делу Спрингбока, в своей брошюре "Zur Reform des Kriegsseerechtes" и в 7-м томе "Revue de droit international", где и сам Вестлек согласно с ним осуждает заключения названной комиссии. Он вообще отдает преимущество предлагаемым им судам над смешанными комиссиями, вроде Вашингтонской, на том основании, что первые установляются в видах правильного отправления правосудия, а не с политическою целью удалить недовольство, вызванное предполагаемыми недостатками юстиции. Вот почему есть основание думать, что эти суды будут с большею разборчивостью составляться из лиц, опытных в праве, которое имеет быть прилагаемо.

Иным характером отличаются возражения Бульмеринка: он находит проект Вестлека преждевременным, доколе не установится между государствами согласие относительно самого призового права в целом. Другими словами: он желает, чтобы Институт выработал общий кодекс призового права и представил затем проект устройства международных призовых судов. Очевидно, не одобряя непосредственного принятия плана Вестлека, Бульмеринк в значительной степени расширял его программу; Вестлек отвечает на это, что пример Вашингтонской комиссии, которой не были даны предварительно для руководства известные принципы международного права, показывает, что не существует абсолютной необходимости точно установить эти принципы в предлагаемом им трактате. Бульмеринк говорит, однако, что ввиду различных воззрений государств на самую сущность призового права, необходимо между ними предварительное согласие об этом, что международный призовый суд не может действовать успешно, если не будет опираться на право единообразное или международное, и что Вашингтонская комиссия, хотя и не имела характера правильного призового суда, о котором хлопочет Вестлек, действовала бы гораздо успешнее, если бы могла руководиться твердо установившимся правом. Словом, всякая реформа, даже частная, ему кажется невозможною без предварительного преобразования всего призового права, как в материальном, так и в формальном отношении.

На основании этих предварительных обсуждений Вестлек представил Институту на съезде в Цюрихе (1877 г.) следующее заключение:

"Институт международного права почтительно рекомендует державам обратить серьезное внимание на пользу предупреждения, мерами наперед принятыми, жалоб нейтральных на несправедливость призовых судов, учреждаемых воюющими,- жалоб, которые вызывают ныне от времени до времени смешанные комиссии в видах исправления недостатков призового судопроизводства. Институт полагает, что желаемый результат может быть достигнут, если призовые дела, касающиеся нейтральных, предоставить в последней и апелляционной инстанции решению смешанного суда, долженствующего пребывать на территории воюющего и состоять из трех или четырех судей, из коих один, президент, назначался бы воюющим, другой - тем нейтральным, чьи подданные будут заинтересованы в деле, а третий, или третий и четвертый,- одною или двумя также нейтральными державами. С этою целью два какие-либо государства могли бы, если нужно - с содействием их палат, заключить договор с таким условием, что если одно из них будет воюющим, а другое нейтральным, то подобный призовый суд учреждается на территории первого для окончательного решения споров о призах, отнятых от подданных второго. Затем следовало бы получить участие в этом трактате одной или двух нейтральных держав, которые согласились бы назначить третьего или третьего и четвертого судью. В случае неустановления согласия по этому пункту, можно просто условиться, что то из договаривающихся государств, которое будет нейтральным, предложит другому известное число держав, из которых воюющий выберет одну или несколько для назначения судьи или судей. Но во всяком случае необходимо, чтобы трактат предписывал делать это назначение либо до, либо как можно скорее после начала войны для того, чтобы суд был созван до возникновения дел, имеющих поступить на его разбирательство. Если бы несколько государств могли согласиться на установление подобных судов - в территории той из них, которая будет воюющею,- выгоды предлагаемой реформы были бы тем значительнее, но Институт полагает, что даже пример двух каких-либо государств в этом направлении оказал бы самое благотворное действие на отправление правосудия и укрепление доброго согласия между народами".

Таким образом, на съезде в Цюрихе, в 1877 г., Институт должен был высказаться между тремя различными мнениями: Бернарда, отстаивавшего старые порядки, Вестлека, предлагавшего реформу призового права в довольно умеренных размерах, и Бульмеринка, желавшего преобразования этого права в материальном и формальном отношениях. В заседании 12 сентября*(209), после весьма оживленных и интересных прений, Институт, как и следовало ожидать, высказался в пользу мнения Бульмеринка, наиболее научного и последовательного, но одобрил также проект Вестлека, в котором увидел первый важный шаг к желаемой реформе призового суда.

Бросим взгляд на главные мнения и замечания, высказанные в этом заседании. Бернард полагает, что смешанные суды, по мысли Вестлека, будут пользоваться малым доверием; их решения не приобретут авторитета, и вместо желаемого определения и улучшения законов о призах они сделают их еще более шаткими, чем теперь. Дело в том, что подобные собрания, будут ли они называться комиссиями или судами, пригодны для разбирательства частных жалоб, но они совершенно неспособны для издания законов или решения спорных пунктов в международной практике. Число дел, которые будут поступать к ним на разбирательство, за немногими исключениями, настолько ограниченно, что не будет побуждать нейтральных посылать ко всем воюющим лиц, наиболее выдающихся. Большинство из них будут либо судьи весьма невысокого достоинства, либо лица неопытные в судебной практике. Напротив, при ныне действующей системе призовые дела решаются судами вполне компетентными. В Англии и в Америке этого рода дела могут, по желанию сторон, восходить в апелляционном порядке до высших инстанций, решения которых, как и решения судов первой инстанции, являются образцами беспристрастного и проницательного отношения к делу. Кроме того, предлагаемые суды изменяют совершенно характер призового процесса. Вместо того, чтобы оставаться в руках воюющих, как это делается доселе, контроль над призами перейдет к этим судам или международным комиссиям, составленным в большинстве из представителей нейтральных. Но против их решений воюющие не будут иметь возможности искать пересмотра, так как цель предлагаемой реформы состоит именно в устранении подобных последующих жалоб, чрез установление судов, приговоры которых признаются обеими сторонами обязательными. Это будет важным стеснением самого права воюющих на призы, даже, может быть, совершенным его искажением; результат вероятно приятный для тех, которые считают отнятие имущества нейтрального на море не правом, а проявлением лишь силы. Но Бернард не смотрит на это так: это право возникло из требований морской войны, оно до сих пор существует и должно быть уважаемо, как всеми признанный компромисс между необходимостью войны и правами нейтральных.

Затем Альберик-Ролен прочел записку Ассера, в которой проект Вестлека подвергнут весьма дельной и всесторонней оценке. Ассер говорит, что проект этот прекрасен, как переходное состояние от теперешних неудовлетворительных порядков к системе более разумной и справедливой, но его не следует предлагать государствам как конечную цель в данном вопросе. Если даже преобразование призовых судов ограничится одною апелляционною инстанциею, это представит уже большую выгоду тем, что даст нейтральным гарантии, которых лишены они доныне. Одобряя в принципе поправку Блюнчли о распространении смешанной юрисдикции и на суды первой инстанции, он высказывает, однако, опасение, чтобы эта реформа не встретила большие затруднения, если ее расширить. "Пожалуй, можно ничего не получить, требуя зараз слишком много". Но с другой стороны, Ассер указывает и на недостатки разбираемого им проекта: введение оного повлечет за собою увеличение числа апелляционных жалоб: нейтральные, чтобы отстоять свое право, будут чаще обращаться к высшей инстанции, а это увеличит продолжительность и издержки тяжб. Ассер ставит на вид еще один более важный недостаток: для того, чтобы апелляционная инстанция действовала хорошо, требуется, чтобы один и тот же закон был обязателен как для нее, так и для суда первой инстанции: ибо апелляция обозначает вторичное разбирательство фактов и юридическую оценку дела, которое уже было рассмотрено низшим судом. Но характер апелляционного суда совершенно извращается, если он призван руководиться не теми же законами, которые обязательны для суда первой инстанции. Отклонив мысль Бульмеринка о необходимости для государств, до принятия какой-либо реформы, согласиться предварительно о самых принципах права, долженствующих ею управлять, Вестлек представил Институту проект, по которому суд первой инстанции будет судить по национальному праву известной страны (часто определяемому специальными законами), а суд высший или апелляционный будет руководиться общими принципами международного права, даже если они уклоняются от национальных законов воюющего. Поэтому решения низшего суда подвергнутся часто пересмотру, хотя бы они были безупречны с точки зрения местного закона (lex fori) одного для них обязательного. Подобная аномалия в значительной степени подорвет нравственный авторитет суда, а еще более законов воюющего. Устранить ее можно только либо определением принципов, обязательных для призовых судов, либо приложением к обеим инстанциям последних одной и той же системы смешанной международной юрисдикции. Предварительное соглашение относительно самого права поведет, вероятно, к другим хорошим последствиям: существующая практика призовых судов ввела в положительное международное право некоторые начала, очевидно несправедливые по отношению к нейтральным; таково предположение в некоторых случаях, если не доказано противное, виновности нейтрального, столь противоречащее общим принципам права. Международное соглашение в этом случае могло бы вызвать принятие более либеральных идей и придать решениям призовых судов большее единообразие. В заключение Ассер предлагает Институту принять следующие три заключения: во 1-х, объявить существующую систему, по отношению к составу призовых судов, недостаточною; во 2-х, рекомендовать введение смешанных судов, действующих в качестве апелляционных инстанций, по мысли Вестлека, но в 3-х, поставить на вид всю необходимость со временем довершить эту реформу, как чрез распространение предложенной системы и на суды первой инстанции, так и чрез установление международного соглашения относительно всего призового права.