Государство как публичновластным образом организованный народ (стр. 2 )

Снова о соотношении "народа" и "нации". Нация, этнос в узком смысле слова, не есть, конечно, для государства нечто потустороннее, пребывающее вне его времени и пространства, вне его "гравитационного поля". Безнациональных народов в природе нет (моно - либо полиэтничных по составу). Следовательно, нет и безнационального государства, хотя существуют нации, не имеющие собственной государственности. Всякое, любое государство испытывает многообразные воздействия национального фактора, решает связанные с ним проблемы. Надо только помнить, что последние не всегда совпадают с проблемами бытия организовавшегося в государство народа. Сделанное напоминание теряет силу, если оказывается общепринятым, всеми разделяемым выработанный, по словам , в результате осмысления западного опыта взгляд "на нацию как на согражданство, как на совокупность граждан, демократически управляющих своим государством и имеющих равные права" [13]. Прекрасно. Вопрос лишь в том, является ли такой взгляд ныне действительно повсеместно общепринятым.

Конкретные модификации народа - население, нация - само собой разумеющиеся, знакомые реальности для государствоведов. В их сознании легко укладываются постоянно употребляемые дихотомии "народ и государство", "общество и государство". Но вот столь же привычно и просто им воспринимать и исследовать народ еще в одной его модификации: в качестве общества? Между тем как раз в этом своем качестве народ более всего выступает субстанцией государства.

Народ, видоизменяющийся в общество, естественно, приобретает очертания и свойства последнего. Каковы они? Единогласия в ответе на этот вопрос нет. По-разному изображаются, например, очертания общества. Одни обществоведы полагают необходимым представить его в первую голову комплексом структурообразующих социальных связей. По К. Марксу, в частности, "Общество не состоит из индивидов, а выражает сумму тех связей и отношений, в которых эти индивиды находятся друг к другу" [14]. Близко Марксову взгляду мнение Т. Парсона: "Общество...мы рассматриваем не как конкретную агрегацию взаимодействующих и проявляющих себя в поступках людей, а как получившую аналитическое определение подсистему всей совокупности социальных действий людей, абстрагированную на основе аналитического вычленения процессов взаимодействия, и структур, образуемых взаимоотношениями между исполняющими свои роли людьми" [15]. Похожей точки зрения придерживается Я. Щепаньский: "Не сами человеческие личности, объединяясь, становятся обществом, а то, что их связывает и что происходит между ними" [16].

Авторы процитированных суждений, известные в науке люди, одушевлены благим намерением - доказать несостоятельность концепций, трактующих общество как механическое скопление атомов - индивидов. Намерение правильное и полезное. Но, осуществляя такое свое доброе намерение, наши авторы, кажется, перегнули палку. Вольно или невольно они отрывают структурообразующие социальные связи от их действительных продуцентов, носителей и реализаторов (акторов), то есть от людей, от индивидов. Сами же индивиды, люди выглядят под пером названных авторов некими малозначащими деталями, приложением к этим связям. Перекосы в теории, даже диктуемые потребностями ведения научной критики, не перестают быть крайностями, которые уводят от истины, а не приближают к ней.

На очертание общества есть также иной взгляд. Его сторонники акцентируют внимание прежде всего на том, что общество является определенной совокупностью людей. По Г. Зиммелю, общество: "Во-первых, это комплекс обобществленных индивидов, общественно оформленный человеческий материал, составляющий всю историческую действительность" [17]. Но, кроме того, общество для Г. Зиммеля: "Это еще и сумма тех форм связи, благодаря которым из индивидов только и получается общество в правовом смысле" [17а]. юркгейму: "Всякий агрегат индивидов, находящихся в постоянном соприкосновении, составляет общество" [18]. Э. Дюркгейму вторит П. Сорокин: "Общество в смысле социологическом означает прежде всего совокупность людей, находящихся в процессе общения" [19].

Бесплодны в познавательном плане конструкции, которые выстраиваются по однобоким схемам. "Общество не состоит из индивидов, а..." С фактами подобные конструкции в разладе. Действительное общество являет собой прежде всего некоторую совокупность людей, "комплекс обобществленных индивидов". Даже неловко повторять такие тривиальности. Общество состоит из индивидов, и интегрирует их в него производимая и актуализируемая этими же индивидами в процессе их постоянного взаимодействия система специфических отношений, норм, институтов, образа жизни и др., а также внешние условия их совместного бытия.

В рамках государства общество и народ - явления однопорядковые, по своему "человеческому материалу" тождественные. Некоторые нынешние исследователи это скорее чувствуют, угадывают, нежели отчетливо сознают. В книге "Российская государственность: истоки, традиции, перспективы" имеется рубрика "Власть и народ". В рубрике с этим названием нередки такие фразы: "Государство - тень общества, результат и форма способности его сохранить себя от распада, дезинтеграции"; "Государство утвердилось в представлении, что должно брать ответственность за все функции общества"; "Должна быть установлена граница между функциями общества и государства, отвечающая потребностям общества и функциональным возможностям государства" и т. п. [20]. Встреча с такой лексикой наводит на мысль, что для авторов, озаглавивших данную рубрику "Власть и народ", "власть" и "государство", "народ" и "общество" - синонимы. Ничего одиозного в этом нет, если синонимию принимать за однопорядковость. Предосудительна подмена самой однопорядковости идентичностью. "Власть" не идентична "государству"; термин "народ" близок по значению термину "общество", однако ему не идентичен.

Обратная картина в следующей рубрике "Российской государственности..." ("Общество и государство"). Теперь не "народ" замещают "обществом", а "общество" замещают "народом". Ильин и вопрошают: "Почему самый безгосударственный народ создал такую огромную и могущественную государственность?" Они непринужденно перефразируют знаменитую сентенцию Ж. де Местра: "Каждый народ имеет то правительство, которого заслуживает" [21]. У и понятия "народ" и "общество" свободно взаимно конвертируются в одинаковой "стоимости". При соблюдении ряда условий такая конвертация возможна и целесообразна. Главные из них: а) знание своеобразия, характерных признаков каждой из политико - юридических модификаций бытия народа, б) умение применить это знание в нужный момент и в нужном (по содержанию и смыслу) контексте.

Предположим, государствоведу потребовалось обратиться к изучению народа как населения. Что особенно будет интересовать исследователя в данном случае? Величина и плотность населения. Его возрастные параметры. Дифференциация на группы: городскую и сельскую. Миграционные процессы. Юридическая связь составляющих население индивидов с государством (гражданство либо отсутствие такового). Участие в отправлении общегосударственных дел, в решении задач местного самоуправления и др.

Аналогичным будет подход государствоведа, который ближайшим предметом своего изучения делает народ в облике нации. Разумеется, он сосредоточится на разборе вопросов, отличных от тех, что вызывают преимущественный интерес при исследовании народа как населения. Здесь внимание государствоведа сфокусируется на проблемах, связанных именно с таким обликом народа. В поле его зрения окажется, естественно, этническая структура народа (монолибо полиморфная), этнокультурные группы и их категории (этносы как целостности на исконно занимаемых ими территориях и этнические группы, пребывающие в обособлении от основной массы своего этноса - диаспоры), национальные большинства и национальные меньшинства, национальный язык и национальная культура, политико - юридические способы существования различных этнических групп и т. д.

На сегодня в мире нет (что уже отмечалось) безнациональных народов. Но народ - не чисто этнический, а этносоциальный организм. Потому он не совпадает во всем своем объеме и во всех отношениях с собственно национальной коллективностью. Любопытно, что еще Гомер проводил, по меткому наблюдению Э. Бенвениста, грань между народом (демосом) и этносом. Для Гомера, пишет французский ученый, демос - "территориальное и одновременно политическое понятие - обозначает разом и часть земель, и населяющий их народ". Народ следует мыслить себе иначе, нежели этнос, поскольку "слово ethnos применяется не только к людям, но и к животным, пчелам - случаи, в которых demos никогда не употребляется... из гомеровских примеров следует, что demos - это общность людей, объединенных только общими социальными условиями, а не родственными узами и не принадлежностью политического характера" [22].

Каждой из конкретных модификаций народа (будь то население, нация, общество) присущи свои особые признаки. Достоверное описание и объяснение последних предполагает выбор и использование специфических ракурса, языка и познавательных средств. Будучи разными как предметно, так и по значению, эти признаки не отгорожены друг от друга китайской стеной, не являются взаимоисключающими величинами. Наоборот, подчас они пересекаются, всегда друг друга дополняют. Оно неудивительно. Ведь в конечном счете указанные признаки суть различные свойства одного и того же социального субъекта - народа.

Настала пора вернуться к прерванному изложению вопроса о народе, который перевоплощается также в общество. В принципе всякое общество есть на определенный лад перевоплотившийся народ. Но не о всяком обществе (и, следовательно, народе) пойдет дальше речь. По понятным соображениям идти она будет только об обществе государственно - организованном, т. е. о народе, организовавшемся в государство. Категория "государственно - организованное общество" - отнюдь не изобретение сегодняшнего дня. В "Философской пропедевтике" (1808 - 1811 гг.) Гегель отмечает, что: "Природное общество семьи расширяется до всеобщего государственного общества, которое выступает в общем виде и целом не столько как общество, состоящее из индивидов, сколько как внутри себя единый, индивидуальный народный дух... Наука о государстве есть представление той организации, какой обладает народ, как внутри себя живое органическое целое" [23]. Народ, который трансформируется в государство, становится вследствие этого всеобщей организацией или, что то же самое, государственно - организованным обществом, политическим союзом.