Sec24324 Предтечи временной логики (стр. 5 )

Затруднение Броуда, связанное с мгновенными “элементарными событиями”, имеющими неопределенно долгую историю, почувствовал также Мур. “Событие, которое было настоящим, есть прошлое”. И “каждое событие будучи настоящим, обладает качеством, которого у него нет в любое другое время – качеством, которое мы имеем в виду, когда говорим, что в это время и ни в какое другое оно – настоящее”. Против этого можно возразить, “что никакое событие не обладает никаким качеством в любой момент, кроме времени, в котором оно есть…. Определенно, не может быть, как нам внушает язык, что то же самое событие есть во все времена и обладает в одно время качеством, которым не обладает в другом. Это уподобило бы событие вещи, которая длится во времени и имеет в одно время свойство, которого не имеет в другое. Время, в котором событие является настоящим, означает время, в котором оно есть. Как может событие обладать каким-то качеством в момент, в котором его нет?” Броуд и Мур придавали слишком большое значение преходящему характеру своих “элементарных событий”; разница между событиями и “длящимися вещами” более фундаментальна, чем эта; можно сказать, что действительная проблема не в том, что события “суть” только мгновения, но что они вообще не суть. “Есть настоящее”, “есть прошлое” и т. д. – это только квази-предикаты, а события – только квази-субъекты. Высказывание “Для Х становиться Y есть прошлое” означает просто “Имело место, что Х становится Y”, и субъект здесь – не “становится”, а – Х. И в предложении “Всегда будет так, что имело место, что Х становится Y”, субъект все еще только Х; просто нет никакой необходимости размышлять о другом субъекте – “становлении” как мгновенном совершении того, что называется “быть настоящим”, а затем гораздо дольше совершении чего-то другого, что называется “быть прошлым”. Также нет нужды спорить по поводу того, что “становление” Y-ка Х-ом “есть” только в момент, когда оно совершает то, что называется “быть настоящим” или на протяжении долгого периода времени, когда оно совершает другие действия. Это Х – то, чему случилось стать Y, и это с Х случилось быть тому, что всегда верно, что некогда Х стал Y; другие сущности тут излишни, и мы знаем, как можно быть без них, как перестать относиться к ним как к субъектам, когда мы видим, как перестать относиться к их временным характеристикам (“прошлое” и т. д.) как к предикатам, через перефразирование, которое заменяет их пропозициональными префиксами (“Имело место, что” и т. д.), аналогичными отрицанию.

Это движение также похоронило данновский спектр бесконечности временных серий, одна внутри другой. От него ничего не осталось, кроме случаев, в которых одна пропозициональная функция управляет другой, как в предложении “В следующем году дело будет обстоять так, что 53 года назад дело обстояло так, что я появляюсь на свет” (т. е. в следующем году мне будет 53 года). Для этого не требуется никакого специального или необычного “будет” (никакого “будет” из новой временной серии), но все то же старое “будет”, которое имеется, скажем, в предложении “В следующем году дело будет обстоять так, что я в Англии”. Я могу “быть в Англии” и “быть 53-летним” в одно и то же время. (В том, что касается времени, это стало истинным после ньютоновского “Пространство и время являются местом для самих себя так же, как и для других вещей”.) И внутреннее “было”, в этом примере, также не является каким-то особенным. Конечно, существует различие между простым “был” (был живым в течение 53 лет) и «становиться таким, что “был”» (being on the way to having been), точно так же, как есть разница между “садиться” и “собираться сесть”; но “садиться” и “был” это просто обычные “садиться” или “был”, а не “садиться” какого-то особого сорта или “был” какой-то особенной временной серии. Когда “быть 53-летним в следующем году”, например, в высказывании: “прожил к тому времени 53 года” станет истиной, то, что я буду делать – это то, что мои старшие товарищи уже сделали; достаточно отличная от других вещь не влечет за собой отличающуюся от других временную серию просто потому, что она управляется глаголом “будет”.

Не нуждаемся мы и в дальнейших временных сериях для записи “дней рождений дней рождений”, как тогда, когда мы говорим “В следующем году будет три года, как мне пятьдесят”. Еще раз, мы просто нагромождаем показатели времени – “В следующем году дело будет обстоять так, что (3 года назад дело обстояло так, что (50 лет назад дело обстояло так, что (Я появляюсь на свет)))”. И еще раз, эти префиксы есть всего лишь обычные префиксы. 3 года будет с того времени, когда мне исполнилось 50 лет точно в том смысле, что 3 года будет с того времени, как Вильсон стал премьер-министром; это случилось в одном и том же году – не выборы в обычном смысле и не мой день рождения в сверх-времени, – и, если мы приведем наш синтаксис в порядок, мы не обнаружим никаких причини для того, чтобы подобное не могло иметь место. Правила формулирования исчисления времен не только являются прелюдией к логическому выводу, но и концом метафизических предрассудков.

Перевод с английского Тиграна Вартаняна