Уже в детском саду ребенок должен узнать от взрослого, что у него есть бессмертная душа и она самое главное, что есть у человека. Эта вера заставит его принципиально по-новому выстраивать свою жизнь, относясь к ней более ответственно.

Г.С. Прыгин

             «Каждому из нас обязательно нужно решить вопрос, зачем он здесь и каково его предназначение» пишет практикующий американский нейрохирург Эбен Александер, переживший в коме околосмертный опыт, который глубоко переменил его внутренний мир, превратив его из материалиста-скептика в мистика-идеалиста. Но какой в этом смысл и практическое значение? С точки зрения современного урбанизированного человека, обученного в традициях материализма и прагматизма ценно лишь то, что приносит доход (желательно в обозримом будущем). В такой картине мира смысл имеет лишь то, что способствует достижению этой неоспоримой ценности: хорошая стартовая позиция в марафонском забеге за благами цивилизации, успех в конкурентной борьбе с себе подобными и здоровье для преодоления дистанции длиною в жизнь. За пределами этой дистанции, по ту сторону смерти - пустота и небытие, поэтому важно успеть достичь цели в её пределах. Кстати, слова успех и успеть однокорневые.      

             А что если за её пределами все только начинается? Что если жизнь не оканчивается со смертью физического тела? Тогда, очевидно, поставленные вопросы не праздны. Более того, всё, что казалось ценным и важным в привычной картине мира - «забег за благами» - оказывается пустышкой. И тогда успех на коротком отрезке длиною в жизнь оборачивается фиаско на длинной дистанции длиною во множество жизней. Недаром люди, получившие околосмертные переживания (ОСП) возвращаются на эту сторону Стикса изменёнными и преображенными духовно. Они перестают интересоваться деньгами, доходами и карьерным ростом. Их беспокоят экзистенциальные смыслы и высшие ценности бытия. Что им открывается ТАМ, за чертой? Почему они не спешат поделиться своими откровениями с общественностью? Не потому ли, что их опыт запредельного игнорирует официальная наука, а современники, услышав их рассказ, отворачивают глаза? Это что-то новое или хорошо забытое старое?

             Нижеследующий текст, основанный на обработке множества опубликованных свидетельств ОСП и их исследований, касается поставленных вопросов. Не претендуя на исчерпывающие ответы, он имеет целью пробудить к ним интерес у читателя. 

Краткая версия статьи на сайте «Живое знание».

Свидетельства посмертного сохранения осознанности

             «Я вступил  в духовный мир и почувствовал себя более живым человеком, чем когда либо. Я не только расстался с собственным телом и мозгом, но и  прикоснулся к другой области сознания. Вернувшись обратно, я почувствовал, что стал мудрее, я был убежден, что мне открылся другой мир и что он был абсолютно реален. Впрочем, когда я попытался рассказать об этом своему коллеге, анестезиологу стало понятно, что у него нет ни малейшего желания меня слушать. Повторилась стандартная история при рассказе врачу ожившего больного о своём околосмертном переживании (ОСП). Только на месте больного на сей раз был я…». Так описывает своё опыт выхода за пределы тела и ухода в мир иной профессиональный анестезиолог Раджив Парти в своей книге «Умереть, чтобы проснуться». После своего ОСП он отказался от практики анестезиолога и сосредоточился на работе с методикой исцеления, которая получила название «Сознательное исцеление». Знания и открывшиеся в связи с ними паранормальные с позиции современной психологии способности автора - всё это оказалось для него неистребимым до сегодняшнего дня результатом его удивительного путешествия.

             Впрочем, так ли уж удивительна произошедшая с ним метаморфоза? Не об этом ли предупреждали нас наши далёкие предки в Египетской (Амдуат) или Тибетской книге мертвых? Не это ли фабула универсального мифа (мономифа) человечества под названием «Путешествие героя»?

             Существует множество учений о загробной жизни человека, выработанных различными религиозными системами. Между тем, даже самые правоверные последователи христианства едва ли верят в глубине души в «царствие небесное», ибо большинство из них боится смерти, говорит о смерти как о чем-то "ужасном" и видит в ней какую-то страшную тайну. И хотя они употребляют выражение «успокоиться во Христе», но при этом соблюдают траур - облекаются в черные одежды, обрамляют портреты ушедших близких черными рамками и вообще соединяют смерть со всевозможными выражениями горя.

             Древние народы архаичной культуры были в этом отношении мудрее нас; они не соединяли всего этого психического мрака со смертью физического тела.  Именно поэтому у них были гораздо более благоприятные для умершего и более здоровые для живых ритуалы прощания с покойниками. Кремация умерших уничтожала все тяжелые представления, связанные с медленным разложением органического вещества тела. Кроме того, их знания об истинном значении смерти было основано на бесспорном авторитете посвящённых (шаманов, магов, жрецов) и потому горевали они гораздо меньше своих далёких потомков. Что касается современного человека, отравленного материализмом и ненасытным потреблением «благ цивилизации», то он старается не думать о смерти вообще, рассматривая ее исключительно в контексте заботы о здоровье, которое он рассчитывает  купить у врачей за деньги. Религиозных деятелей, заботившихся о душевном здоровье нации, теперь заменили представители передовых информационных технологий. Они уже заботятся не столько о телесном или психическом здоровье человека, сколько о манипулировании его сознанием. О душе речь давно никто не ведёт. Это «антинаучно» и потому, может повредить репутации. Смерть тела и мозга, как его части, автоматически подразумевает безусловную кончину личности, её памяти и всего накопленного за жизнь субъективного опыта. Многочисленные научно-философские диспуты вокруг природы человеческого сознания обычно фокусируются вокруг принципов организации и структуры нейронных сетей мозга. Примечательно, что на встрече российских учёных и философов с Далай-ламой XIV (май 2018-го года) по теме человеческий разум и сознание, замечания о нематериальной природе человеческого сознания и многочисленные свидетельства реинкарнации со стороны представителей буддийской философской школы вежливо игнорировались российской стороной. Сознание по умолчанию рассматривается в качестве эпифеномена мозга, а смерть мозга, как следствие, приравнивается к полному прекращению функционирования сознания умершего. Это логика представляется столь очевидной, что над её обоснованием особенно и не задумываются. Действительно, о какой такой жизни за пределами смерти можно говорить, если из-за этих пределов никто никогда не возвращался? 

             Но, во-первых странники постоянно возвращались из-за этого "предела", показываясь своим близким в бестелесном формате. Доказательств таких появлений существует слишком много, чтобы не считаться с ними. Стоит прочитать отчеты, опубликованные в следующих книгах: Моуди Р. «Все о встречах после смерти» , Кюблер-Росс Э., «Жизнь, смерть и жизнь после смерти. Что нам известно?», Грейсон Б., «После», Ледбитер Ч.У.,  «По ту сторону смерти»,  Фламарион К.  «Неведомое», Ньютон М., «Воспоминания о жизни после жизни. Жизнь между жизнями». Во-вторых, существуют тысячи систематизированных свидетельств людей переживших ОСП и вернувшихся к жизни (см., например, глобальный проект «NDERF»). Наконец существует третий, самый неоспоримый способ исследования, который наиболее в ходу у практикующих теософов и окультистов, а также у регрессионных психотерапевтов (регрессологов) это — непосредственное расследование. Каждый человек обладает непроявленными способностями и неразвитыми чувствами, с помощью которых возможно познать невидимый глазу мир, осознать внутри себя нетленную самость и даже вспомнить ё прошлые воплощения в теле.  Для того, кто решится развить в себе эти силы, весь потусторонний мир будет раскрыт и доступен для познавания (подробнее см. например Ливон  Дж.,«Сам себе медиум»). Любой из перечисленных источников информации заставляет пересмотреть материалистическую концепцию вторичности сознания и невозможности его существования за гранью смерти физического тела. Здесь мы сфокусируемся на анализе внетелесных переживаний людей, получивших околосмертный опыт (ОСП). С точки зрения эмпирической науки эта группа свидетельств наиболее репрезентативна. Её невозможно постоянно игнорировать, поскольку она слишком велика. Существует лишь два пути: либо признать, что подобные свидетельства – плод галлюцинаций умирающего мозга или просто выдумки, либо  признать, что материалистическая парадигма в отношении объяснения человеческого сознания несостоятельна. Здесь мы придерживаемся второго варианта, в котором постараемся убедить читателя.

             Начнём с определений и терминологии.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ: Околосмертные переживания (ОСП) – это события, происходящие во время умирания человека либо даже с человеком, уже пережившим клиническую смерть, которые ярко (часто на всю последующую жизнь) запечатлеваются в их памяти и, как правило, круто меняют всю последующую их внутреннюю жизнь.

             Следует подчеркнуть, что речь идёт о людях, чьи сердца остановились, мозг прекращал работать, а со стороны внешнего наблюдателя они выглядели умершими, либо как минимум, лишёнными сознания. И, тем не менее, эти люди отчетливо помнят события, содержащие удивительно похожие элементы.

             В отличие от околосмертного опыта, опыт внетелесных переживаний не обязательно сопряжён с клинической смертью, хотя он является непременным атрибутом ОСП. Внетелесные переживания могут быть вызваны сенсорной депривацией на фоне специальной медитативной практики, приёмом психоделиков, либо спровоцирован спонтанными пиковыми переживаниями. Даже вне контекста ОСП этот феномен, сам по себе свидетельствует в пользу отцепленности человеческого сознания от его тела.

             Общение с умершими в трансовом или около-трансовом состоянии сознания. Такие феномены у обычных людей возникают чаще всего спонтанно или во сне, что затрудняет их научное исследование. Но есть также невероятное количество свидетельств того, что некоторые люди способны специально и довольно легко «настраиваться» на души умерших, речь о медиумах. Общение с умершими не редкость – в книге «Послания с того света» Билла и Джуди Гуггенхайм собрано более трех тысяч таких примеров. Эти сообщения облекаются в очень разную форму – приходят через знаки и символы, электронные аномалии, необъяснимые совпадения, через видения, ментальные послания, звуки или прикосновения.  Почти все современные ученые остаются скептиками (особенно не знакомые с исследованиями в этой области), ссылаясь на многочисленные факты мошенничества. Впрочем существуют методики выявления мошенничества[1], которые позволяют отсеять ложь. Более того, экстрасенсы знают, что эти необычайные способности скрыты во всех людях. Беда в недоверии. Обычные люди не верят своей интуиции и думают, что любое соприкосновение с душами умерших – это иллюзия или плод чересчур буйного воображения. Однако когда чужой человек вдруг узнает очень личную информацию, это может служить подтверждением подлинности контакта.  Исследования института парапсихологии доказывают реальность феномена. Так, в одном эксперименте медиумы показали статистически значимую точность описания в 76 процентов. Медиумам института сообщали только имя и не давали больше никакой информации. И все равно они оказались способны сообщить столько подробностей о 76 процентах развоплощенных, что оказалось возможным точно их идентифицировать. Протокол разработан для гарантии того, что медиумы не получат телепатически информацию от родственника духа.

             Регрессия в прошлые воплощения (воспоминания о прошлых жизнях) далеко не всегда сопровождает ОСП, однако является косвенным свидетельством сознательной жизни после физической смерти тела. Реинкарнация - исконный атрибут всех религий (в том числе и Христианства, в его первоначальном виде). Он был возрождён из забвения усилиями психологов и психотерапевтов, но уже не как атрибут веры, но как база для эффективного метода психотерапии посредством гипнотической регрессии в прошлые воплощения. Одним из первых, кто использовал данный вид терапии, был доктор Дэнис Келси, который вместе с Джоан Гран выпустили в 1967-м году книгу «Многие жизни». Интерес к проблемам реинкарнации и регрессий в прошлые жизни рос очень активно. В 80-х годах в США и европейских странах (в том числе и в России) были созданы ассоциации регрессионных исследований и терапии. На сегодняшний день они объединяют сотни специалистов, в распоряжении которых имеется десятки тысяч клинических протоколов, доказывающих существование прошлых жизней и долгосрочной внешней памяти о них.

             Что касается собственно околосмертных переживаний, то с тех пор как они были впервые обстоятельно изучены медицинскими методами и описаны доктором Рэймондом Моуди в его нашумевшей книге «Жизнь после жизни», опубликованной в 1975 году, этот феномен стал объектом всестороннего и систематического изучения. Подход Моуди к свидетельствам его пациентов (их было всего около сотни)  был скорее философским, чем медицинским. Он предположил, что подобные переживания регулярно возникали на протяжении всей документально обозримой истории человечества (как минимум двух тысяч четырехсот лет). Решение вопроса о загробной жизни в представлении Моуди следует искать на стыке наук о мозге и теософии, который возможен лишь при выработке единой философской платформы относительно понимания соотношения разума и тела. Впрочем, он не был пионером в исследованиях внетелесного опыта восприятия.

             Еще в 50-х годах прошлого века доктор Роберт А. Монро обнародовал сенсационные данные о собственных внетелесных переживаниях, которые послужили стартовой базой для создания института Монро, ориентированного на аудио-технологии введения человека в изменённые состояния сознания.  

             В Университете штата Вирджиния с середины 1960 х годов существует центр по изучению проблем нелокального сознания. Он фокусирован на разработке теории сознания, альтернативной физикалистскому подходу. Исследования здесь начались с работ доктора Яна Стивенсона, который исследовал воспоминания о прошлых жизнях у детей с использованием протоколов регрессии. Сегодня его дело продолжает доктор Джим Такер, нынешний директор отдела исследований восприятия. В его копилке регрессионных исследований предшествующих инкарнаций более двух тысяч клинических случаев. Брюс Грейсон, психиатр из этого центра, начал изучать ОСП в начале 1970- х годов. Как практикующий психиатр, он мог отличить такие переживания от обычного психоза и шизофрении. Свой более чем тридцатилетний клинический опыт он обобщил в книге «The Handbook of Near-death Experiences: Thirty Years of Investigation» («Справочник по исследованию околосмертных переживаний: тридцать лет исследований»). Одной из особенностей ОСП по мнению доктора Грейсона является то, что у людей переживших их благотворно и на долгий срок (чаще всего на всю жизнь) меняются убеждения, мироощущение и ценности.

             На основании исследований воспоминаний пациентов, побывавших в коме, ученые пришли к выводу, что воспоминания об околосмертных переживаниях отличаются от любых других видов воспоминаний о реальных и тем более о воображаемых событиях бόльшей яркостью и эмоциональностью. Фактически они доказали, что ОСП нельзя считать воображаемыми. Им пришлось признать, что эти события действительно случились и их сверхреальная природа поистине удивительна и не имеет аналогов. Они использовали гипноз, чтобы больше узнать об этих исключительных переживаниях и обнаружили, что их детализация, эмоциональная сила и самореферентность напоминают скорее воспоминания о реальных событиях, чем о снах и других воображаемых событиях.

             Доктор Пим ван Ломмель – голландский кардиолог в книге «Consciousness Beyond Life: The Science of the Near Death Experience» («Осознанность вне жизни: наука околосмертных переживаний») подробно исследует быстро растущее в последнее десятилетие число клинически задокументированных случаев ОСП. Он резюмирует современное медицинское знание о взаимосвязи ума и мозга и описывает последствия ОСП. Им проанализировано состояние трехсот сорока четырех пациентов, успешно реанимированных после остановки сердца в десяти голландских больницах, из которых у 62-х (18 процентов) наблюдался так называемый «важный» (или исключительно глубокий) околосмертный опыт. Выводы ван Ломмеля ломают стереотипное понимание человеческого сознания, как продукта жизнедеятельности мозга.  

             Пожалуй наиболее масштабными следует признать многолетние исследования околосмертных переживаний, начатые в 1998 г. онкологом  Дж.Лонгом с коллегами. Созданный ими международный сайт NDERF содержит более 4.5 тысяч задокументированных свидетельств людей, пересекавших грань жизни и смерти. Своими впечатлениями об околосмертных переживаниях поделились люди более чем на двадцати языках. Среди анкетированных, имевших ОСП, большинство были без сознания и, формально клинически мертвы – у них отсутствовали пульс и дыхание. Учитывались только переживания, которые оставались чёткими, чтобы исключить из описания отрывочные и неорганизованные воспоминания. Анкета включала шестнадцать вопросов о содержании этого опыта составленных так, чтобы отличить околосмертные переживания от тех, что не являются таковыми. Все случаи задокументированы и собраны в постоянно обновляемом отчёте, доступном всем желающим с ним ознакомиться. Результаты исследований опубликованы в книге Джеффри Лонг «Доказательство жизни после смерти». Они, в частности, позволили вычленить ряд универсальных (т.е. независимых от этнической и религиозной принадлежности реципиента) признаков ОСП, а также собрать девять неопровержимых доказательств их подлинности (т.е. существования человеческого сознания вне тела).  

             По общему мнению врачей, психологов и нейрологов, занимающихся этой проблемой, ОСП характеризуется следующими универсальными признаками:

1. Неописуемость. Эти переживания практически неописуемы или «невыразимы», потому что в нашей языковой картине мира нет слов, способных описать содержание сознания в момент смерти. Именно поэтому многие люди после ОСП говорят: «У меня нет слов, чтобы выразить то, что я пытаюсь рассказать». По этой причине, человека эмоционально пытающегося выразить свои впечатления после переживания своего околосмертного опыта либо не понимают, либо (чаще всего) не слушают вовсе;
2. Слуховое восприятие происходящего. Многие, из переживших ОСП говорили, что слышали, как врачи или другие люди объявляли их мертвыми;
3. Ощущение мира и покоя. В описании первых приятных чувств и ощущений во время своего опыта, превалируют именно такие указания даже после того, как была констатирована смерть. Боль, паника, угнетённое состояние и т.п. или отсутствуют или быстро рассеиваются. Один пациент с тяжелой черепно-мозговой травмой, который не подавал признаков жизни, вспоминал, что когда он парил в темном пространстве, то не ощущал боли и понимал: «Должно быть, я мертв»;
4. Шум. Во многих случаях люди сообщали о необычных слуховых ощущениях, таких как громкий жужжащий шум или громкий звон. Одни находили этот шум довольно приятным, другие же – совершенно несносным;
5. Темный туннель. Это наиболее общее место в описании ОСП, которое сводится к рассказу о силе, стремительно тянущей их сквозь темное пространство, которое воспринимается как туннель, к свету;
6. Загадочный и очень яркий свет обычно венчает выход из туннеля. Этот свет не режет глаз и не исходит из определённого источника. Он как будто обнимает вас, принимая в свои владения, даря ощущение покоя и возврата домой;
7. Расставание с телом (внетелесный опыт). Этот опыт или предшествует или возникает сразу после «полёта» сквозь туннель. Он сводится к тому, что человек смотрит на себя со стороны, находясь в другой точке физического пространства. Некоторые называли это эффектом «третьего лица в комнате» или «присутствия на сцене». Пациенты весьма подробно описали опыт расставания с телом: они понимали, что мертвы и все-таки наблюдали свое физическое тело. Многие описывали медицинские процедуры и манипуляции вокруг их тела настолько детально, что из опрашиваемых впоследствии оперирующих врачей мало кто сомневался, что пациенты в коме, так или иначе, наблюдали происходящее;
8. Встречи с другими. Обычно опыт расставания с телом сопровождается встречами с другими «духовными существами» из сопредельных пространств и/или с родственниками (обычно умершими к моменту ОСП). Эти существа сопровождают человека в его путешествии, облегчают его первые шаги в загробном мире, или информируют его о том, что его время еще не пришло;
9. Светящееся Существо. Среди обнаруженных общих моментов наиболее невероятным и одновременно универсальным является встреча с очень ярким светом, который часто описывают как «Светящееся Существо». Религиозные люди нередко называют его «Христом», «Богом» или «Ангелом». Светящееся Существо спрашивает, но не осуждает. Вернее говоря, оно задает вопросы, нацеленные на получение информации, которая может помочь человеку продвинуться вперед по пути истины и самопознания;
10.  Ретроспектива своей жизни. Под воздействием светящегося существа или спонтанно вся жизнь человека проходит перед его глазами. Ретроспектива необычайно стремительна, разворачивается в хронологическом порядке, она необыкновенно жива и реальна. Иногда ее даже описывают как «трехмерную». Согласно описаниям других, это переживание «эмоционально насыщено» и даже многомерно, поскольку человек может читать мысли всех людей в ретроспективе. Очень часто она помогает людям лучше понять себя, смысл прожитой жизни и уроков извлечённых из неё;
11. Граница или предел. В некоторых случаях человек рассказывает о приближении к некому «пределу», откуда нет возврата. Эта граница описывается по-разному: как вода, серый туман, дверь, забор поперек поля или даже воображаемая линия или граница. В одном из таких случаев Светящееся Существо сопровождало человека к границе и спрашивало, хочет ли он умереть. Когда человек отвечал, что он ничего не знает о смерти, Существо говорило: «Перейди эту границу и узнаешь». По ту сторону границы он испытывал «самое восхитительное чувство» покоя, безмятежности и избавления от тревог;
12. Возвращение в тело. Очевидно те люди, которым довелось пережить и описать своё ОСП возвращались в материальный мир. Многие противились своему возвращению и хотели остаться в загробном мире. Некоторые сообщали об обратном пути сквозь туннель и возвращении в физическое тело. В любом случае, когда они возвращались, то надолго сохраняли эти ощущения и чувства;
13. Рассказы о пережитом. Часто эти рассказы появляются не сразу, а если и появляются, то инкогнито. Опасаясь, что рассказчика ославят как «помешанного» или психически больного, люди часто предпочитали хранить молчание о своем опыте и делились только с теми, кому доверяли. Свидетельства околосмертных переживаний появляются либо благодаря  сокрытию имени автора, либо в рамках официальных исследований с соблюдением правил врачебной этики (таких как международный сайт NDERF). Типичным отзывом участников подобных опросов являются слова: «Спасибо вам за вашу работу. Теперь я знаю, что я не одинок и не сошел с ума»;
14. Влияние на дальнейшую жизнь. Воздействие пережитого околосмертного опыта столь глубоко и значительно, что сохраняется на долгие годы, и часто меняет всю последующую жизнь (подробнее см. К.Ринг «Околосмертный опыт»).

            Доказательства подлинности околосмертного переживания и, как следствие, присутствия осознанности вне тела основаны на тестировании 613-ти респондентов сайта NDERF, из которых 95% участников были уверены в реальности своего ОСП. Ниже они приводятся в порядке неоспоримости, так же как расположил их автор :

Сознание сохраняется после смерти тела. С медицинской точки зрения необъяснимо, как можно иметь высокоорганизованные и отчетливые впечатления, будучи без сознания или клинически мертвым. Дело в том, что во время клинической смерти, когда сердце останавливается, кровь тут же перестает притекать к мозгу. Приблизительно через 10-15 секунд после этого мозговая деятельность, необходимая для поддержания сознания, прекращается. Об этом свидетельствуют, в частности, показания ЭЭГ, которые превращаются в прямую линию, доказывая отсутствие измеряемой электрической активности мозга. Несмотря на то, что для имеющих ОСП этот период должен представляться отсутствием какой-либо осознанности, они описывают очень четкие, организованные и реальные переживания. Ярчайшие примеры подобного опыта описаны медиками, пережившими свой собственный околосмертный опыт (см. например «Александер Э. и К. Ньюэлл, 2019., Жизнь в разумной Вселенной. Путешествие нейрохирурга к сердцу сознания» и/или «Парти Р.,2017.  Умереть чтобы проснуться»);

Сохранение сознания под общей анестезией при ОСП. Исследование NDERF собрало множество ОСП, случившихся под общей анестезией, когда невозможна никакая форма сознания. В отличие от бессознательного состояния, вызванного травмой или серьезной болезнью, общая анестезия гарантирует отключение сознания[2]. В книге Дж. Лонга приводятся пять случаев детального описания ОСП полученных людьми под анестезией. Эти случаи - веские доказательства отцепленности сознания от мозга и тела во время ОСП, т.е. его нематериальной природы;

Внетелесное восприятие окружающего мира. Имевшие ОСП могут видеть и слышать во внетелесном состоянии, и то, что они воспринимают, почти всегда существует реально. Внетелесный опыт – это первый элемент переживания у многих людей, имевших ОСП. Во время ОСП со многими происходят события, которые они не должны были бы видеть главным образом потому, что были без сознания, или потому, что эти события происходили где то в другом месте, далеко от их тела. Приблизительно половина всех опрошенных имела внетелесный опыт, содержащий зрительное и/или слуховое восприятия текущих событий. Эти события часто включают в себя созерцание собственного бессознательного тела, а также яростных попыток реанимировать его. Реальность этих наблюдений легко проверяема, и она была подтверждена сотнями сообщений;

Зрительные впечатления ОСП у слепых. С медицинской точки зрения такие впечатления необъяснимы. Как человек, слепой от рождения или ослепший вскоре после рождения, может иметь упорядоченное визуальное ОСП? Однако, факт остаётся фактом. Специальные исследования этого феномена, проведенные и опубликованные доктором Шэроном Купером подтверждают этот феномен и при внетелесном опыте (без опасности смерти).

Точность ретроспективы жизни. Обзор всей жизни во время ОСП точно отражает реальные события жизни этого человека, даже те, о которых он полностью забыл на момент своего внетелесного опыта. Большинство из опрошенных уподобили этот обзор повторному показу спектакля или фильма. По эмоциональному воздействию эта фаза ОСП является едва ли не самой сильной. В ретроспективе важнейших жизненных событий, проживающий ОСП оказывается не просто зрителем, но скорее судьёй. Ему впервые с полной ясностью открывается смысл пройденных или не пройденных им жизненных уроков;

Встречи с умершими родственниками. В отличие от снов, практически все люди, встреченные свидетелем во время своего ОСП уже умерли. Большинство из них – его умершие родственники. Внешне они выглядят достаточно молодыми, но узнаваемыми. Общение происходит на телепатическом уровне;

Околосмертные переживания детей. С детьми – даже младше шести лет – во время ОСП происходит примерно то же, что и со взрослыми. Это само по себе сильное доказательство того, что околосмертное переживание – реальность, поскольку очень маленькие дети, в отличие от взрослых, почти наверняка никогда не слышали об околосмертных переживаниях. Исследование, проведенное доктором медицины Брюсом Грейсоном в 2007 году, установило, что детские ОСП не кажутся приукрашенными или сокращенными даже спустя почти двадцать лет. Это было исследование семидесяти двух человек, имевших детское ОСП, о которых они рассказали в 1980 х годах и повторно почти двадцать лет спустя.

Поразительная схожесть ОСП во всем мире. Обработка крупнейшей в мире базы описаний достоверных ОСП показало следующее: 

• Будь это ОСП индийцев в Индии, мусульман в Египте или христиан в Соединенных Штатах, во всех присутствуют те же основные элементы, включая внетелесный опыт: прохождение через тоннель, ощущение покоя, светоносные существа, просмотр событий жизни, нежелание возвращаться и трансформация человека после ОСП;
• ОСП во всем мире оказываются сходными по содержанию, независимо от культуры страны, где живет респондент.
• Переживания, изложенные респондентами, в целом не совпадают с тем, что можно было бы ожидать в соответствии с существующими социальными представлениями, религиозными учениями..

Главный вывод из этого доказательства: существует незримая связь, соединяющая человечество воедино, формирующая коллективный опыт единой духовной природы – нелокальное сознание;

Преображающее воздействие околосмертного опыта. Получившие ОСП после этого случая во многих отношениях меняются и часто на всю жизнь. Эти изменения также универсальны для всего человечества. По К.Рингу они сводятся к следующему:

• Возрастает понимание ценности жизни, причем часто это характеризуется не только большей отзывчивостью на ее естественную красоту, но и ярко выраженной тенденцией чутко внимать настоящему мгновенью. Исчезает недовольство прошлым, как и озабоченность будущим.
• Эгоцентричная позиция уступает альтруистической. Это выражается в возрастании чувства терпимости, сострадания к другим, и в особенности возрастании способности проявлять безусловную любовь и сострадание.
• Усиливаются нематериальные ценности. Эти люди склонны описывать себя более духовными, но при этом необязательно более религиозными. Появляется  убеждённость в трансцендентном единстве религий.
• Околосмертный опыт служит стимулом для повышения психической чувствительности и ускорения развития личности. Например, таким людям в большей степени свойственны переживания, связанные с эмпатией, телепатией и ясновидением, предсказаниями (особенно во сне), осознанием синхронностей и спонтанным внетелесным опытом.

            Таков далеко не полный список свидетельств сохранения человеком осознанности вне тела и в том числе при околосмертных переживаниях (ОСП).

Что говорит официальная наука

            Из приведенного обзора по истории накопления клинически достоверных данных об околосмертных переживаниях и изучения проблемы сохранения осознанности при казалось бы полной невозможности этого создаётся впечатление, что физикалистская парадигма, лежащая в основе традиционного научного подхода к мозгу, как источнику разума и сознания, должна была быть пересмотрена. Однако «воз и ныне там». В чём причина столь упорного игнорирования свидетельств посмертного существования разума и осознанности у человека, перешагнувшего порог смерти?

            Таких причин, как минимум две.

            Во-первых , сам способ познания истины, сложившийся в западной культуре, не позволяет разрешить проблему сознания в строго научном смысле, поскольку ни одна гипотеза не поддаётся экспериментальной проверке. Не случайно в сферах нейронаук и философии эта проблема известна как «трудная проблема сознания»[3], а многие ученые считают ее вообще самой серьезной загадкой в истории человеческой мысли. Во-вторых , истина, которая приоткрывается взору исследователя околосмертных переживаний, опрокидывает материалистическое основание самого метода эмпирической науки, и это может слишком дорого стоить не только и не столько для самой науки, сколько для тех, кто её финансирует. Не будем забывать, что «знание это сила, а сила это власть». Коснёмся обеих причин.

            Западный способ мышления, тяготеющий к аналитизму, коренным образом отличается от восточного, склонного к холизму. Об этом не раз говорилось и писалось (см., например статьи Александров Ю.И. и Александрова Н.Л.). Если западный способ восприятия предполагает всматривание в детали с последующим синтезом и пересмотром всё более общей картины, то восточный способ напротив - подобен вспышке молнии, на миг освещающей всю картину, из которой потом рождается целостное восприятие. Индийский мыслитель Бхагаван Шри Раджниш (Ошо)  полагал, что, в отличие от западного философского метода, «индийский путь рассуждения объявляет вывод в начале, затем обсуждает метод и порядок действий. Западный же путь познания ставит метод на первое место, затем исследование и, наконец, вывод…». Именно поэтому, материалистическая парадигма, постулирующая объективную реальность, равноудалённую от наблюдателей как основу эмпирического метода познания с успехом применяется в естествознании с конца ХVII-го века («Ньютоно-картезианское заклятие механистической науки»). Однако не следует забывать, что «объективная реальность» совершенно умозрительное понятие, существующее лишь в рамках междисциплинарного консенсуса мнений. Все, что реально доступно человеку для анализа это содержание его индивидуального сознания. Ещё великий французский математик, механик, астроном и философ Анри Пуанкаре подчёркивал, что законы науки не относятся к реальному миру, а представляют собой «произвольные соглашения между учеными – конвенции, которые должны служить наиболее удобному и полезному описанию соответствующих явлений» ( А. Пуанкаре «О науке»).

            Танатология, как раздел классической науки, занимающийся смертью, относится к судебной медицине, а предметом своим считает клинико-морфологические проявления и динамику умирания человеческого тела. Не о философском, не об информационном, не даже о системно-эволюционном понимании жизни и смерти человека в официальной танатологии речи не идёт. Неудивительно поэтому, что ясности в медицинской констатации смерти тела до сих пор нет, этот вопрос решается целиком на основании правовых норм.

            Что же происходит в эмпирической науке, когда она касается феноменов субъективного опыта, подобных описанным выше ОСП, не поддающихся опытной проверке повторными независимыми наблюдениями? Она просто игнорирует те из них, которые не укладываются в свод данных, подтверждающих точку зрения достигнутого консенсуса, либо интерпретирует их в нужном для поддержки консенсуса смысле («Если факты противоречат моей теории, тем хуже для фактов»). Так как существование отделов мозга, ответственных за генерацию сознания и хранение долгосрочной памяти считается само собой разумеющимся, то исследования нейронауки сконцентрированы на поиске соответствующих зон. Когда такие зоны не находятся, появляются теории распределённых по коре головного мозга функций  и им подобные.

            Отчаявшись локализовать ответственные за генерацию разума и сознания зоны в мозге, сторонники физикализма в нейронауке взяли на вооружение идею функционализма, которая как бы выносит философскую проблему первичности за скобки, фокусируясь исключительно на каузальной схеме поведенческой активности человека. В этом подходе человеческий мозг, как правило, ассоциируется с био-компьютером, рассчитывающим исполнительные команды телу, а любое состояние бодрствующего сознания рассматривается как «выход» с обработки потока данных восприятия и памяти. Для верификации подобной модели «чёрного ящика» используется поведенческая активность, воплощающая результат всей этой «компьютерной кухни. Так, реализуя классическую концепцию бихевиоризма и пользуясь компьютерной аналогией (мозг – машина, сознание – программа), исследователь неявно уходит от решения онтологической проблемы человеческого сознания, занимаясь наукообразным наведением причинно-следственных связей (коррелятов) между параметрами работы мозга и её психическими проявлениями. Заметим, что уходя от проблемы первичности легко, например, объяснить восход и заход солнца поведением подсолнухов.

            Столь упорный консерватизм объясняется тем, что наука, отвечая на вопрос «Как?» предоставляет философии отвечать на вопрос «Почему?». Материалистическая же  философия вопрос «почему человеческое сознание удивительным образом возникает на определённом уровне сложности организации его мозга?» переадресует синергетике или Дарвинизму. Здесь на него даётся довольно расплывчатый ответ: «Потому, что так работает эволюция, создающая организмы со всё более сложными системами жизнеобеспечения, и на определённо уровне сложности самоорганизации систем появляется сознание» (подробнее, например, в книге Д. Деннет «Виды психики: на пути к пониманию сознания»). В результате современная нейронаука, в распоряжении которой сейчас находится колоссальный арсенал измерительных приборов и технологий обработки данных, находит все новые и новые нейрокорреляты сознания .  Для того же, чтобы высказать мысль о внешней, нелокальной природе сознания и/или долгосрочной памяти требуется отвага и этика истинного исследователя, какие проявил, например,  канадский нейрохирург У. Пенфилда, затративший более 30-ти лет профессиональной карьеры на поиски локализации разума в мозге (подробнее - в его книге «Мозг. Тайны разума»).

            Здесь мы касаемся второй, возможно более важной причины консерватизма науки в отношении объяснений феноменов сознания.  Философ науки, Карл Поппер призывал не рассматривать науку как пантеон знания, но скорее как социально организованную систему, питающую прогресс технологий новыми идеями. Современные учёные, следуя логике Поппера, в отличие от мудрецов прошлого, поглощены не столько поиском истины, сколько поиском финансирования своей работы. Что касается тех, кто финансирует науку – государственных бюрократов или представители крупного бизнеса – то их вполне устраивает материалистическая философия, как основа мировосприятия для общества потребления. По сути, именно эта, материалистическая платформа, позволила два века назад научному взгляду перехватить у религии контроль за умами, а если точнее - ключ к манипулированию массовым сознанием (подробнее об этом – в статье «На пути к обнулению. Заражение потребительством»). Возврат к идеям идеализма, метафизики и теософии поэтому рассматривается заинтересованными в существующем статусе кво лицами, как губительный для науки. Не даром австрийско-американского философа и методолога науки Пауля Фейерабенда, который утверждал, что наука может и должна опираться на мифологию, религию, фантазию и даже суждения дилетантов, в официальной науке и по сей день считают анархистом, попирающим основы естествознания.

            Абсурдность самой ситуации с поиском места в мозгу, где формируется сознание, метафорически обыграл один из отцов-основателей трансперсональной психологии Станислав Гроф в своей книге «За пределами мозга». Он уподобляет мозг человека телевизионному приемнику, и пишет: «Телевизионный механик может найти неисправный компонент по характеру искажения и устранить поломку, заменив или отремонтировав нужные детали. Никто из нас не увидит в этом научного доказательства того, что программа должна генерироваться в телевизоре, поскольку телевизор - искусственная система, и ее функции приема хорошо известны. А ведь как раз такой по типу вывод получен механистической наукой в отношении мозга и сознания». 

Что говорит неофициальная наука

            И все же ситуация с пересмотром материалистического базиса эмпирической науки вообще и нейронауки в частности не выглядит безнадёжной. Первыми брешь в нём пробили представители царицы естественных наук – физики, точнее квантовые физики. Один из отцов-основателей квантовой физики, лауреат Нобелевской премии по физике 1918 года Макс Планк писал: «Я считаю сознание первичным. Я рассматриваю материю как производное от сознания. Сознание невозможно обойти стороной. О чем бы мы ни говорили, что бы ни считали существующим – все постулирует первичность сознания». Другой основоположник квантовой физики Эрвин Шрёдингер (Нобелевская премия по физике 1933 года) сказал: «Хотя я согласен, что жизнь может быть результатом случайности, не думаю, что сознание тоже. Сознание нельзя объяснить физическими терминами, оно совершенно фундаментально».

            Вслед за квантовыми физиками, исследующими микромир, проблемы сознания коснулись астрофизики, изучающие мир с противоположного полюса масштабов. Еще в 30х годах прошлого века английский астрофизик сэр Джинс Джеймс Хопвуд писал: «Вселенная начинает выглядеть, скорее, как великая мысль, нежели, как великая машина. Разум больше не рассматривается, как случайный незваный гость в царстве материи; мы начинаем подозревать, что, скорее, должны рассматривать его, как Создателя и правителя царства материи». К аналогичному парадоксальному «антинаучному» выводу приходит и выдающийся астрофизик из Великобритании Артур Эддингтон. В своей книге «Природа физического мира», опубликованной в 1929 году он писал: «Идея существования Вселенского Разума, или Логоса, была бы, я думаю, весьма оправданным заключением для научной теории в ее теперешнем состоянии». К концу прошлого века вывод о глобальной одухотворенности Вселенной среди астрофизиков уже не являлся чем-то парадоксальным (см. например, Г. Стэпп «Разумная вселенная», Дж. Уиллер, «Вселенная соучастия», Ф.А.Вольф «Одухотворенная Вселенная»).

            Наиболее крепки бастионы материализма оказались в сферах физиологии и медицины, непосредственно соприкасающихся с изучением патологий мозга и их лечением. Магия средств современной медицины (компьютерная  и магнито-резонансная томография, электроэнцефалография и т.п. ), стремительно растущий объём и качество представления данных измерений мозговой активности – всё это часто вводит в искушение отыскать «правильный нейрокоррелят сознания» и «трудная проблема сознания» будет решена. Американский нейрохирург с 25-ти летним стажем Эбен Александер, переживший ярчайшее околосмертное переживание в коме, пишет в одной из своих книг: « А что если мы не совсем понимаем, что ищем?  Что, если более глубокое понимание человеческого сознания и его истоков приходит в форме не «белой вороны», а «черного лебедя», чего-то настолько невообразимого в нашей сегодняшней ментальности, что оно как бы и не существует, пока сам с ним не столкнешься?». В самом деле, для материалиста, обученного медицине на препарировании трупов, сложно даже представить себе, что сознание может существовать вне тела или мозга, а уж объяснить это… Тем ценнее свидетельства медиков об их собственных ОСП (см. например, Раджив Парти «Умереть чтобы проснуться») и выводы, к которым приходят практикующие нейрохирурги либо исследователи мозга (см. например, Уайлдер Пенфилд «Мозг. Тайны разума»).

            Более полувека назад биохимик и физиолог, Нобелевский лауреат 1967-года в области физиологии и медицины  Джордж Уолд высказался по поводу нелокальной природы человеческого сознания так: «  …Определить местонахождение разума/сознания невозможно. Совершенно абсурдно предполагать, что можно определить местонахождение явления, не подающего никаких физических сигналов, и присутствие или отсутствие которого вне человека невозможно определить. Но, еще более важно то, что местонахождение разума не только невозможно определить, а у него нет местонахождения. Это не какая-то вещь в пространстве и времени, его нельзя измерить, и, таким образом, как я и сказал в начале этой главы, его нельзя освоить, как науку». Спустя четверть века, его слова полностью подтвердились в исследованиях канадского нейрохирурга, специалиста по эпилепсии Уайлдера Пенфилда. В своей книге 1975-го года «Мозг. Тайны разума» он подытожил дело своей жизни и привел доказательства того, что сознание (включая долгосрочную память) не порождается мозгом, но скорее принимаются им из внешнего, нелокального хранилища информации. Независимо от него к аналогичному выводу приходит и австралийский нейрофизиолог, лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине в 1963-го года Джон К. Экклз. Вот как он сформулировал своё убеждение в книге «Wonder of Being Human: Our Brain and Our Mind» («Чудо быть человеком: наш мозг и наш разум»): «Мы являемся сочетанием двух вещей или же двух сущностей: нашего мозга с одной стороны и нашего сознания – с другой». Еще более определённо высказался по поводу трансцендентности Разума американский физик Дэвид Бом в своих беседах с индийским философом и мудрецом Джидду Кришнамурти: «Наш мозг не создает разум. Разум первичен, он не принадлежит материи. Мозг же является прибором, который помогает Разуму функционировать». Косвенным подтверждением его слов является более чем столетняя история тщетных поисков зон в мозге, где по предположению классической нейрофизиологии мог бы генерироваться человеческий разум.

          Доказательства нелокальной природы сознания

            Доказательства того, что мозг не генерирует сознание, но скорее обеспечивает доступ его источнику, складываются из двух источников:

1. Прямые поиски генерирующих зон в мозге;
2. Клинически подтвержденных явлений, необъяснимых иначе.

            Рассмотрим каждый источник в отдельности.

            Прямые поиски зон генерирующих сознание/разум в мозге

            С того момента, как английский невропатолог Хьюлингс Джексон высказал предположение о том, что в функциональной организации мозга имеется наивысший уровень, ответственный за «производство сознания /разума» прошло почти два столетия научного прогресса. С тех пор были идентифицированы и отмечены на карте коры больших полушарий и в верхних отделах ствола мозга различные, частично автономные, механизмы. В том числе: сенсорные (чувствительные) и моторные (двигательные) механизмы, механизмы ответственные за речь, мышление и оперативную память, а также механизмы высшей психической деятельности, самым тесным образом связанные с той активностью, которую люди на протяжении долгого времени относили к разуму и сознанию или к человеческой душе. Однако, ни один из них не оказался подходящим для удовлетворительного решения поставленной задачи. Блокирование этих зон или, наоборот, стимулирование не оказывало ожидаемого эффекта на сознание/разум, о чем свидетельствуют, например, многолетние исследования канадского нейрохирурга Уайлдера Пенфилда, описанные им в книге «Мозг. Тайны разума».

            Логика поиска зон, ответственных за «производство сознания /разума» основывалась на том, что они должны находиться в эволюционно более новых отделах мозга, специфичных лишь для человека, как единственного полноценного носителя разума и сознания в животном царстве. Речь идет, прежде всего, о префронтальной коре и височных долях коры больших полушарий. Анализ обширной нейрохирургической практики, однако, показал, что «даже удаление больших участков отмеченных зон мозга может осуществляться без того, чтобы пациент впал в бессознательное состояние». В итоге обе эти эволюционно новые области Уайлдером Пенфилдом были идентифицированы как «протоколы разума», исполняющие высшие интерпретационные функции. Они программируются, т.е. заполняются специализированными под локальные цели нейронными сетями, в начальный познавательный период детства человека. Иными словами, «протоколы разума» служат тем порталом, через который мозг обеспечивает свою ключевую функцию, которую еще полторы тысячи лет назад отец современной медицины Гиппократ называл «быть посланником Разума в теле человека». Сам же разум (сознание) по-прежнему остаётся загадкой. Доктор Пенфилд посвятил более тридцати лет свое профессиональной деятельности попыткам локализовать центр генерации разума (сознания) в мозге. Итогом этих исследований, послужила полная трансформация его взглядов на проблему в целом. «Человеческий разум остается не локализованным в пределах его мозга, - резюмирует У. Пенфилд, - Чудо состоит далеко не в том, что человек возник в результате постепенного, очень медленного процесса эволюции,.... но в том, что существует Вселенная, с ее законами и планом и очевидной целью». К такому же выводу пришёл и австралийский нейрофизиолог, лауреат Нобелевской премии в области физиологии Д.К.Эклс . Вот как он резюмировал своё убеждение в книге «Чудо быть человеком: наш мозг и наш разум»: «Мы являемся сочетанием двух вещей или же двух сущностей: нашего мозга с одной стороны и нашего сознания/ разума  – с другой».

            О чем идёт речь?

            Если в соответствии с физикализмом классической психофизиологии понимать под сознанием некую высшую рефлекторную функцию мозга  (способность идеального воспроизведения «объективной реальности», позволяющая рационализировать восприятие и управлять на этой основе поведением), то проявляется она, прежде всего, в адекватном волеизъявлении. Только находясь в бодрствующем состоянии сознания, при ясной памяти человек способен на трезвую оценку ситуации и оптимальный выбор каждого очередного поведенческого шага и линии поведения в целом.

            Эксперименты по электростимуляции поведенческой и ментальной активности мозга, проводимые Пенфилдом явно и путём изучения его активности в процессе эпилептических припадков на множестве пациентов, показали следующее:

1. Внешняя и внутренняя электростимуляция может заставить человека выполнить любое действие. Но при этом, пациент ВСЕГДА сохраняет отстраненность. Это означает, что он будет воспринимать своё действие, как навязанное ему со стороны, т.е. не осознанное и не активированное его волей.
2. Каждое побуждение к действию и само действие будет сопровождаться активацией соответствующей нейросети.
3. Ни в одной зоне мозга не было обнаружено такого участка, электрическая стимуляция которого, могла бы заставить пациента верить в свободу его волеизъявления при принятии решения.
4. При этом существует так называемый высший мозговой механизм, локализованный в верхнем отделе стволовой части мозга, при помощи которого разум (сознание) оказывает влияние на мозг, исполняя функции энергоснабжения и администрирования всех его систем. Любые повреждения этого, древнего отдела мозга, неминуемо ведут к потере сознания. Иными словами, разум (сознание) направляет, а высший механизм мозга принимает к исполнению все его решения.

            Эксперименты Бенджамина Либета и других ученых по проблеме нейронного соотнесения подтвердили внешнюю природу разума. Оказалось, что между принятием решения по поводу любого поведенческого акта и осознанием этого решения существует задержка до 0.5 секунды. Иными словами, «тихий голос в нашей голове», информирующий нас о «наших решениях», вовсе не является голосом Разума реально делающего выбор. Этот агент Разума в нашем теле («лингвистический мозг»), тесно связанный с эго и соотнесением себя, как субъекта, со временем и пространством, на самом деле лишь транслирует выбор Разума и фильтрует поток Космического Сознания, формируя содержание субъективной реальности.

            Клинические подтверждения внешней природы сознания/разума

            В первом ряду таких явлений, безусловно, случаи внетелесных переживаний, в том числе вызванных околосмертным опытом. Здесь же тысячи случаев проявления паранормальных способностей, в том числе: спонтанное ясновидение, при котором пожилые слабоумные пациенты демонстрируют эпизоды глубоких рассуждений и тонкого взаимодействия с окружающими, полностью противоречащие способности столь тяжело поврежденного мозга обеспечивать воспоминания и конструктивное общение; синдром Саванта, при котором в результате определенных видов повреждения мозга – инсульта, травмы головы или аутизма – у пациентов появляется некая сверхъестественная умственная способность.

             Доктор Эдвард Келли с соавторами в своих книгах «Irreducible Mind: Toward a Psychology for the 21st Century» («Неисправимый разум: на пути к психологии 21 века») и «Beyond Physicalism: Toward Reconciliation of Science and Spirituality» («За пределами физикализма: о соотношении науки и спиритизма») обобщают огромный массив информации об ОСП. В них авторы обосновывают вывод о ложности физикалистского подхода к онтологии человеческого сознания и фактически утверждают внешнюю, нелокальную природу Универсального Сознания по отношению к которому человеческое сознание является результатом трансляции доступной для восприятия информации. Соответственно роль мозга при такой трансляции сводится к фильтрации воспринимаемого (в том числе и долгосрочной памяти, хранящейся в глобальном информационном поле). В книгах доктор медицины и философ из Техаса Ларри Досси «One Mind» («Единый разум») и британского биохимика и физиолога Руперта Шелдрейка «Семь экспериментов, которые изменят мир» исследуются феномены когерентного поведения, объяснимые лишь с позиций нелокальной, информационной природы полевых форм наследственности . Здесь истории о том, как собаки определяли дорогу домой, находясь за тысячи километров, дельфины спасали людей, собак и китов, а кошки знали, когда рядом кто-то умирал и многое другое. Вдохновлённый новыми горизонтами восприятия после своего чудесного воскрешения из семидневной комы  нейрохирург Эбен Александер пишет на страницах своей книги: «То, что испытал я, и что испытали миллионы других людей, прошедших через околосмертные переживания – это черный лебедь, которого мы не знали, где искать. Мы не смогли опознать его с помощью спектрального анализа ЭЭГ, МРТ или любого другого научного метода, но он оказался спрятан на самом видном месте.  …Похоже, что мозг человека в обычном состоянии сознания пропускает лишь ограниченные формы осознанности из несравненно бόльшей группы возможных ментальных состояний. Тогда получается, что сознание можно раскрепостить до гораздо более высокого уровня, освободить от оков физического мозга, как это произошло со мной в коме».

            Как это часто бывает в мире науки, упираясь в тупик порождённый ограниченностью исходных (базовых) положений, исследователь вдруг заново открывает для себя мудрость древних сакральных текстов. Адаптированная к современной лексике, эта мудрость позволяет выйти за флажки физикализма и с лёгкостью объяснить казалось бы необъяснимое. В самом деле, основы всех известных религий восходят к универсальным мистическим переживаниям глобального Единства мира и безусловной божественной любви лежащей в его непроявленной информационной основе (см. например Торчинов Е.А., «Религии мира и опыт запредельного»). Мы можем называть это Единство на христианский манер «Царством Божьим» или следуя традициям индуизма  – Брахманом. На эмоционально чувственном плане бытия оно воспринимается, как безусловная (Божественная) любовь, на ментальном – как Мировой Разум или Космическое Сознание. И тогда человек, «созданный по образу и подобию Божьему» в своём сознании воспроизводит лишь то, что становится доступным для его воспроизводящего органа – мозга. А доступно ему, в бодрствующем состоянии оказывается, увы, совсем немного, ибо на физическом плане бытия человек в первую очередь должен выживать и размножаться. Подробнее об этом – в статьях «Индивидуальное сознание человека» и «На подступах к Разуму. Часть.1: Мышление» .

Заключение

            Мы нечто гораздо большее наших физических тел. Мы больше наших мыслей и личностей и гораздо больше ролей, которые мы «играем» в социуме. Мы – духовные существа, живущие в одухотворённой Вселенной и несущие в себе зерно этого, единого Духа. Эти истины стары, как мир. То Единое и нелокальное, частью чего мы являемся, получало в человеческой культуре разные имена в разные времена:  Брахман в Индуизме, Дао в Даосизме, Непроявленный порядок по Д.Бому, Мировой Разум по Спинозе. Толкование этой скрытой, объединяющей и пронизывающей все планы бытия основы как информационного первоисточника (непроявленного модуса бытия) материального мира (проявленного модуса бытия) устраивает и физиков и философов и даже теософов. Альберт Эйнштейн на склоне лет активно интересовался природой чистой информации. В этой связи главным вопросом, который мучил стареющего гения, был вопрос об основополагающем качестве этого первичного поля. Он хотел бы знать, является ли первичная энергия истоков Вселенной благоприятной, нейтральной (преобладающее убеждение консервативных ученых) или враждебной человеку?

            По словам тысяч свидетелей, соприкоснувшихся с этой тонкой энергией во время ОСП и других мистических переживаний, информационный субстрат, лежащий в основе нашей Вселенной (если угодно – Бог), состоит из глубокой безусловной любви. Те, кто пребывал на краю и всматривался в иной мир, те, чье сердце резонировало с безмерной любовью, никогда не забудут это чувство – они изменились навсегда. Они знают, что едины со Вселенной. «Важнейшим уроком моего путешествия – пишет нейрохирург Эбен Александер, получивший ОСП во время комы, перенесенной им по поводу менингоэнцефалита в 2008 году - стало понимание, что эта безусловная любовь является тканью духовной реальности, из которой возникает вся полнота реальности».

            Такое холистическое восприятие мира благотворно влияет на повседневную жизнь человека, в отличие от материалистического атеизма, которое порождает глубочайшую депрессию. Прошедший подобное посвящение человек начинает легче относиться к смерти, больше заботиться об окружающих людях, легче воспринимать невзгоды жизни и капризы своего эго. В жизни, воспринимаемой им как «школа души», иерархия ценностей перестраивается. Преодоление испытаний ценится намного выше, чем получение удовольствий. Из отдельных индивидуумов, конкурирующих за ресурсы и движимых интересами эго, человек, прошедший второе рождение в ОСП, превращается в многомодальный элемент глобального организма – ноосферы Земли. Здесь всё живущее связано общей эволюционной целью (Замыслом Творения) - стремлением ко всё бόльшей осознанности. Эта великая цель была прекрасно истолкована французским философом и палеонтологом Пьером Тейяром де Шарденом в его книге «Феномен человека», где он соединил современную ему науку с вечной философией . «Эволюция — это постоянное и непрерывное восхождение к сознанию, - утверждал де Шарден, -  и человек находится на передовом крае этого процесса ».

            Согласно профессору Кеннету Рингу - одному из крупнейших авторитетов в области изучения предсмертных переживаний - в США на момент публикации его книги «Жизнь при смерти: научное исследование околосмертных опытов» (1980) насчитывалось более 8 млн. человек переживших околосмертные переживания, что составляет примерно 4% населения. Благодаря успехам технологии реанимации число людей, которые приобретут околосмертный опыт очевидно будет лишь возрастать. Влияние этих людей на массовое сознание трудно переоценить. Вот как оценивает его сам К. Ринг в статье «Околосмертный опыт». «Не исключено, что такие масштабы трансцендентального опыта в целом послужат для человечества эволюционным толчком к высшему сознанию. Не является ли сам по себе околосмертный опыт эволюционным механизмом, перебрасывающим людей на следующую стадию развития посредством раскрытия прежде дремавшего духовного потенциала? …Не видим ли мы в этих людях, преображающихся в более любящих и сострадательных, прототип новой — более духовной — ветви рода человеческого? Не представляют ли они собой «ранние плоды» нового поколения, рождающиеся уже в наше время, эволюционный мост к другому берегу в нашем видовом развитии, «недостающее звено» в нашей цепи?».

            У входа в Дельфийский Оракул начертаны слова: «Познай самого себя!». Это тот путь, на котором только и открывается человеку его наивысшее предназначение и смысл жизни. Если следовать этому древнему указанию, то жизненный путь человека становится гораздо более осмысленным и волнующим, чем унылый забег за благами и ярлыками. На нём человек трансформируется из двумерного существа Томаса Гоббса, мотивируемого страхом и жаждой наживы, в бесконечномерного агента Мирового Разума и носителя Сознания Божественной Любви, каким его видел Тейяр де Шарден.

Литература

1. Александер Э. и К. Ньюэлл, «Жизнь в разумной Вселенной. Путешествие нейрохирурга к сердцу сознания»
2. Александер Э., «Доказательство рая. Реальный опыт нейрохирурга»
3. Вебстер Р., «Воспоминания о прошлых жизнях»
4. Гуггенхайм Билла и Джуди, «Послания с того света»
5. Грант Дж. и Д. Келси., «Многие жизни»
6. Грейсон Б., «После»
7. Гроф С., «За пределами мозга»
8. де Шарден Пьер Тейяр, «Феномен человека»
9. Кюблер-Росс Э., «Жизнь, смерть и жизнь после смерти. Что нам известно?»
10. Ландсберг А. и Файе Ч., «Встречи с тем, что мы называем смертью»
11. Летбитер Ч.У. «Жизнь после смерти»
12. Летбитер Ч.У. «Человек видимый и невидимый»
13. Лонг Дж., «Доказательство жизни после смерти»
14. Монро Р., «Путешествия вне тела»
15. Моуди Р., «Жизнь после жизни»
16. Моуди Р., «Все о встречах после смерти»
17. Непомнящий Н., «Люди феномены»
18. Ньютон М., «Воспоминания о жизни после жизни»
19. Парти Р., «Умереть чтобы проснуться»
20. Пенфилд У., «Мозг. Тайны разума»
21. Прыгин Г.С., «Неклассическая психология»
22. Ливон  Дж., «Сам себе медиум»
23. Лонг Дж., «Доказательство жизни после смерти»
24. Ринг К., «Околосмертный опыт»
25. Торчинов Е.А., «Религии мира и опыт запредельного»
26. Фейерабенд, П., «Избранные труды по методологии науки»
27. Фламарион К. , «Неведомое»
28. Профет Э.К., «Реинкарнация. Утерянное звено в христианстве»
29. Юрин В.К., «Тот Мир, Где продолжается жизнь после смерти»
30. Eccles John and Daniel N. Robinson, «Wonder of Being Human: Our Brain and Our Mind»