Информационная услуга. «Тематические новости». "Рынок мяса РФ" (стр. 11 )

СПРАВКА

ОАО "Находкинская база активного морского рыболовства" — российская рыбодобывающая компания, крупнейшая на Дальнем Востоке. В НБАМР работает около 3 тыс. человек. Рыбодобывающий флот состоит из 17 судов, в 2010 году добыто 176 тысяч тонн рыбы, 60 % улова отправлено на экспорт. Основные объекты промысла: минтай, сельдь, кальмар, лемонема. Оборот компании в 2010 году – 4,7 млрд рублей, чистая прибыль – 1,3 млрд рублей. Контрольный пакет акций компании (70 %) принадлежит ЗАО "Дальинвестгрупп" (Москва). (PrimaMedia 31.08.11)

Российской рыбы на всех не хватает. "Metro Russia". 25 августа 2011

Производство замороженной рыбы в России активно растет. Этому способствует все больший спрос, целевая программа правительства по развитию рыбохозяйственного комплекса и, косвенно, рекордный улов лососевых на Дальнем Востоке, который на сегодняшний день уже превысил 401 тыс. тонн. По прогнозу "КредИнформ", в следующем году прирост производства составит 12,7%. При этом насытить рынок только лишь отечественной рыбой уже не получается – объемы импортируемой продукции также увеличиваются, рассказывает Анна Журавлева, эксперт аналитического отдела компании.

Объем производства замороженной рыбы на российском рынке в 2011 году составит порядка 93,4 млрд рублей. Еще 25 млрд – это импорт. В Россию в основном ввозятся лососевые, скумбрия, сельдь.

В целом, производство именно замороженной рыбы занимает 67,3% объема производства рыбной продукции в России в целом. При этом около 92% замороженной рыбы производится на борту самих рыболовецких судов, а остальные 8% – на перерабатывающих предприятиях.

Цены на эту категорию товаров отличаются большей стабильностью, чем в других сегментах. Из 11 базовых продовольственных товаров у рыбы наблюдался наименьший темп роста цен, поэтому население все больше предпочитает заменять мясо птицы и домашних животных рыбной продукцией.

Крупнейшими производителями замороженной рыбы являются ОАО "Мурманский Траловый флот" и ОАО "Находкинская база активного морского рыболовства". Примечательно, что все крупнейшие производители замороженной рыбы ориентируются на добычу и переработку морской рыбы и являются ключевыми организациями в составе холдингов.

Как показывают результаты анализа финансовой деятельности, наибольшая прибыль присуща компаниям, не ведущим рыбодобычу, а занимающимся производством и распространением замороженной рыбы. Это связано с высокой стоимостью содержания флота. Однако, именно предприятия, осуществляющие рыбный промысел и производящие замороженную рыбу, имеют наиболее высокие показатели годового оборота. (Metro Russia 25.08.11)

Рыбы стало больше. "Труд". 31 августа 2011

Россияне меняют говядину, свинину и птицу на морепродукты: последние дорожают медленнее всего

Елена Гончарова

В следующем году производство замороженной рыбы, по оценкам аналитиков, вырастет почти на 13%. Кроме Федеральной программы по развитию рыбохозяйственного комплекса на это повлиял и рекордный улов лососевых на Дальнем Востоке. Уже сейчас он превысил 400 тонн.

Специалисты ИА "КредИнформ", подсчитавшие рост производства и, соответственно, потребления, отмечают, что, согласно данным официальной статистики, с 2000 года объем растет. И прирост этот более чем привлекателен. Стоит отметить, что это показатель не только постепенного развития привлекательной отрасли, но и успешности экономического пути страны в целом: все развитые государства имеют достаточно высокий уровень потребления морепродуктов.

"Из 11 базовых продовольственных товаров у рыбы наблюдался наименьший темп роста цен, поэтому население все больше предпочитает заменять мясо птицы и домашних животных рыбной продукцией. Эта тенденция, наряду с Федеральной целевой программой правительства РФ по повышению эффективности использования и развития ресурсного потенциала рыбохозяйственного комплекса страны, по прогнозам, послужит причиной увеличения на 12,7% производства замороженной рыбы в 2012 году", — сообщает агентство.

"Фукусима" не страшна

Действительно, рыбная промышленность на Дальнем Востоке никак не пострадала от аварии на японской атомной станции. За январь, февраль и начало марта 2011 года российские рыбаки на Дальнем Востоке выловили 275 тысяч тонн рыбы и морепродуктов, что на 28 тысяч тонн больше, чем за аналогичный период прошлого года. И в период опасений заражения продуктов, вылавливаемых около наших берегов, экологи и специалисты отрасли отмечали, что предпосылок к облучению российского лосося нет.

"Нет никаких свидетельств о том, что рыба, которая ловится в наших водах, может быть заражена", — рассказал "Труду" еще в начале апреля координатор морской программы Всемирного фонда дикой природы Константин Згуровский.

Проблема — в транспортировке

Однако в российском рыбопромышленном комплексе все не так уж и гладко. Основная проблема — в транспортировке продукта. К сожалению, везти лососевые с Дальнего Востока в Центральную Россию сложнее и дороже, чем заполнить прилавки всех магазинов норвежской семгой. Только вот какого она будет качества — это уж как повезет.

Как рассказал "Труду" продавец одной из крупнейших продовольственных сетей иногда в магазины завозят такую красную рыбу, на которую страшно даже смотреть, не говоря уже о том, чтобы продавать ее и тем более пробовать. Борются с этим как могут: выкладывают в привлекательных упаковках, снижают цену, устраивают акции. Иногда даже, чтобы сбыть товар, приходится прибегать к ложным дегустациям: на пробу покупателю дают хороший продукт, а на продажу идет совершенно другой, качеством куда ниже.

"Покупать рыбу нужно очень внимательно, если вы не хотите как минимум нарваться на невкусный товар, а как максимум — сильно отравиться. Всем известно, что морепродукты имеют маленький срок годности и портятся при любом несоблюдении температурного режима", — рассказывает повар Елена Ельцова.

Как выбрать качественную рыбу

Обращайте внимание на прожилки в рыбе — белые тонкие полоски. Они должны быть именно тонкими. В противном случае лососевые точно питались костной мукой, которая не лучшим образом влияет на здоровье рыб и их вкусовые качества.

Кусок рыбы должен быть упругим и прочным — мясо не должно разваливаться на глазах. Если же лосось или кета будут рыхлыми, это значит, что данный продукт уже достаточно долго лежит на полке или же несколько раз размораживался. Проверить упругость проще всего, надавливая пальцем на тушку: если рыба несвежая, на этом месте останется ямка.

Обращайте внимание на цвет рыбы. Если мясо яркого цвета, скорее всего, его выма-чивали в красителях, чтобы придать продукту свежий вид. (Труд 31.08.11)

Управленческие решения. . "Вечерняя Москва". 31 августа 2011

Андрей Крайний: Первые магазины "Океан" планируем открыть к Новому году

РЫБОЛОВСТВО – это целый клубок проблем. Начиная от состояния российского рыболовецкого флота и заканчивая любительской рыбалкой. А браконьерство и рыборазведение, рыбоохрана и логистика, инвестиции в отрасль? Не против поучаствовать в увлекательном разговоре на рыбные темы? Как, где, сколько, какими трудами рыба добывается, какими путями доставляется на прилавки московских магазинов.

Сегодня "ВМ" предоставляет вам такую возможность. Андрей Крайний, руководитель Федерального агентства по рыболовству побывал в редакции "Вечерней Москвы" и ответил на наши многочисленные вопросы.

– Андрей Анатольевич, вы вспоминаете в череде многочисленных забот и буден свое журналистское прошлое?

– Что значит "вспоминаю" – я никогда его и не забывал, потому что это было чертовски интересное и значимое для меня время. Помню, я появился в редакции "Комсомолки", вышел на знаменитую стометровку – длиннющий стометровый редакционный коридор и вдруг услышал едкий возглас в спину: "Ну вот, сапогами в газете запахло". А на следующий день меня послали на Краснопресненскую овощную базу, где работали солдаты Таманской дивизии.

Привожу заметку, сажусь за пишущую машинку – никаких компьютеров тогда не было.

Над заголовком всегда нужно мудрить особо. Походил, подумал и назвал материал… "Картошка в мундире". И знаете, в понедельник, на планерке, когда разбирали номер, тот самый журналист, так нелицеприятно меня встретивший, встал и сказал: "Слава богу, редакция обрела журналиста". Был это, кстати, нынешний главный редактор "Новой газеты" Дмитрий Муратов.

А потом я ушел в бизнес – в "Комсомолке" в те далекие времена как раз произошел раскол. Признаюсь, целый год меня просто физически ломало. "Комсомольская правда" тогда выходила тиражом в 25 миллионов экземпляров.

Не хочу хвастаться, но мои материалы печатали и в крупнейших американских и английских газетах. Беседы с президентом страны, министрами, крупнейшими коммерсантами – и вдруг… Капиталом-то я не разжился, и вот скатываюсь чуть ли не до уровня ларечника. А мне, понимаете, неловко было покупать товар за рубль, а продавать за рубль двадцать – так меня воспитали. Мучился. Но, пойдя на производство, как-то я ожил, оказалось, это дело мне очень по душе.

Директором государственного Калининградского рыбного порта меня назначили в тот момент, когда докерам уже три месяца не платили зарплату. 27 декабря.

"Новый директор? – явились ко мне докеры. – Новый год на носу, денег нет. На что мы подарки детям будем покупать?" Через некоторое время порт смог перекрыть экономические показатели советского времени, люди стали нормально зарабатывать. И вдруг меня вызывают в Москву, беседы ведут на Старой площади. А потом я попадаю на прием к тогдашнему премьер-министру . Он меня спрашивает: "Скажите честно, рыболовство – отрасль подъемная? – Михаил Ефимович, – отвечаю, – есть политическая воля – отрасль будет подъемной. – Воля есть".

Так я стал руководителем Федерального агентства по рыболовству.

Селедку бы в трюм "пригласить"

– Любая отрасль может развиваться, если в нее вкладывают деньги. Когда большие инвестиции пойдут в отечественное рыболовство?

– Я не скажу, что их нет вовсе. По состоянию на июнь нынешнего года только объем иностранных инвестиций достиг 65 миллионов долларов. По крайней мере это на 60 миллионов больше, чем в 2007 году, и на 20 – нежели год назад. А если говорить о вложениях российских предпринимателей, например, только на Камчатке в строительство заводов по производству лосося в 2010–2011 годах инвестировали два миллиарда рублей.

Я вам скажу, на Камчатке, в глубинке, построен рыбоперерабатывающий завод "Витязь-авто". Он обошелся в 30 миллионов долларов. Ничего подобного нет в мире. Конечно, нужно намного больше – кто же с этим будет спорить.

Одна из основных проблем – острая необходимость обновить рыболовецкий флот. Нельзя сказать, что судов нет совсем. Складывается парадоксальная ситуация.

С одной стороны, судов даже много, с другой – их не хватает. Потому что весь флот последние десять лет сгрудился на самых лакомых объектах – ловле трески, пикши, краба, минтая. Там судов слишком много. А вот для добычи селедки, которую разделывали бы к тому же прямо на сейнере, кораблей не хватает.

Особенно современных, так называемых кошельковых, которые позволяют рыбу в трюм вместе с водой насосом затягивать. Норвежцы работают именно так.

Российские и норвежские рыбаки ловят рыбу в одном районе. И выходит, что наше судно на одну тонну рыбопродуктов тратит 406 килограммов топлива, они – 200.

У нас больше экипажей, и мы меньше ловим. И не потому, что наши рыбаки не умеют ловить. Просто некуда: не хватает трюмов, у нас всего два кошельковых траулера в бассейне. Нет возможности заморозить много рыбы – установки морозильные старые. Мы проанализировали: например, в прошлом году у норвежцев работало 62 судна, у нас – 471 сейнер по всей стране. А улов примерно одинаковый. Одно норвежское кошельковое судно вылавливало и обрабатывало от 500 до 1000 тонн рыбы в сутки. У нас считается хорошим результатом, если крупнотоннажный траулер заморозил 60–70 тонн. Разницу чувствуете, да? Производительность труда на кораблях Мурманского тралового флота – на европейском уровне. А, например, в госкомпании "Архангельский траловый флот" – ровно в два раза меньше.

Но вы поймите, большой сейнер стоит от 50 до 80 миллионов евро, средний – 25–30, малый можно построить и за миллион. Оцените, какой масштаб инвестиций нам нужен.

Два последних года мы разрабатывали новые проекты по строительству судов. Напомню, последний советский проект датируется 1978 годом.

Нет, СССР строил множество судов… только на Западе: в Финляндии, ГДР, Испании, Польше. Крупнотоннажные корабли производили лишь на верфях в Николаеве – с развалом Союза мы потеряли и их. Буквально две недели назад, кстати, был сдан большой сейнер "Генерал Трошев", который сразу же отправился на путину минтая.

Могут ли сейчас строить траулеры российские верфи? В принципе, готовы, но рыбаки им не доверяют. У отечественных верфей еще нет опыта крупнотоннажного рыбопромыслового судостроения. И потом, эти наши суда в процессе исполнения заказа оказываются чрезмерно дорогими, сроки строительства часто затягиваются. Не дело.

Заказы пошли все-таки, флот строить начали, но один сейнер в работе в Сингапуре, четыре – в Хорватии, идут переговоры с поляками.

Где Москва – где Владивосток

– Порой покупаешь мороженую рыбу. На сроки смотришь, а этот минтай полгода назад выловили. А быстрее до магазина рыба "доехать" не может?

– Давайте посчитаем. Сейнер вышел в море – предположим, идет путина минтая.

Две-три недели идет лов, замороженная рыба находится в трюме. Подходит транспорт, перегружает рыбу, везет ее во Владивосток. После этого начинается поиск трейдеров.

Проблема в том, что тысячи маленьких фирм работают на рынке, крупных – раз-два и обчелся. Дальневосточные компании вынуждены держать в Москве представительства и арендовать секции в холодильниках либо искать продавца. Одна компания хотела продать селедку по 35 рублей за килограмм. Привезли ее в Москву, положили груз в холодильник, два месяца искали покупателей. Не нашли.

В результате сбросили цену и продали по 20 рублей за кило.

Через две-три недели эта рыба попадает на прилавок. Вот такой путь в магазин. Кстати, при –18 градусах рыба в холодильнике может храниться два года и не испортится.

– Но ее размораживаешь – она теряет в весе…

– Никто же не спорит, что свежая и охлажденная рыба лучше. Но львиная доля рыбы добывается на Дальнем Востоке – 2,5 миллиона тонн в год, Северный бассейн дает 850–950 тысяч, остальные бассейны – крохи. Где Дальний Восток – где Москва.

Вспомните, сколько мы с Роспотребнадзором боролись за то, чтобы в мороженой рыбе было меньше глазури. С точки зрения полезных свойств рыбы в глазури ведь ничего плохого нет, другой вопрос, что ретейл покупателей зачастую дурит. Вы же приобретаете полкило рыбы, а платить приходится за 200 граммов льда. В Европе говорят: можете продавать рыбу, в которой будет 100 процентов глазури, но вы обязаны об этом четко и ясно написать и указать чистый вес.

Роман с московским "Океаном"

– Конечно, рыбы в магазинах стало гораздо больше. Но цены порой убивают. Охлажденной рыбы маловато будет. Поразительно: столько лет вы вели переговоры с прежним руководством Москвы о создании специализированных рыбных магазинов – и никакого сдвига. Почему?

– Видите ли, я думаю, что в последние годы Юрий Михайлович Лужков как-то был далек от многих конкретных, частных проблем. Он передоверял решение этих вопросов своим соратникам, а те… ну, вы же москвичи, все понимаете. Я знаю, в то время чиновники приняли руководство мурманской компании, которая хотела развернуть в столице сеть рыбных киосков и торговать свежей рыбой. Свежей! Им сказали: "Вы хотите киоски? Где – во Внуково? На площади Киевского вокзала? Пожалуйста. 200 тысяч.

– Чего?

– Как чего, 200 тысяч долларов за разрешение на право открытия одного киоска". Разговор был частный, записи, увы, нет – чуете, во мне журналист проснулся, но раз нет записи – я не могу раскрыть фамилию этого человека. Когда мурманчане возмутились: "За что? И у нас нет таких денег", – им ответили: "Если у вас нет денег, что ж вы пошли в Москве бизнесом заниматься?" Вы подумайте, эти мурманчане ради пиара обратились в мэрию Лондона, Парижа и Берлина с той же просьбой: разрешить открыть сеть рыбных магазинов в этих европейских столицах. Англичане ответили первыми: о’кей, господа, мы не против.

Магазины не открыли – выстроить разумную логистическую систему доставки свежей рыбы в Лондон было проблематично, но сам факт! В Лондоне – пожалуйста, в Москве – ни в какую.

Такие проблемы. А у команды Сергея Семеновича Собянина совершенно другой подход. Они реально хотят сделать дело, сделать его рационально. Уже выделено 230 мест на размещение киосков. Руководитель московского Департамента торговли и услуг Михаил Орлов звонит каждый день и держит руку на пульсе.

– Это киоски или тонары?

– Вы уловили суть проблемы. Мы считаем, что остановиться нужно только на тонарах. В киосках, тем более не оборудованных холодильниками, рыбные продукты продавать нельзя. Нам предложили уже 12 стационарных помещений для организации этих рыбных магазинов. По крайней мере пять-семь мест агентству подходит. Но маловато будет, о чем я написал Сергею Семеновичу в письме.

Почему? Потому что оптовая качественная торговля, тем более таким "нежным" продуктом, как рыба, требует одновременно открытия распределительного центра, откуда можно свежую и охлажденную рыбу по этим магазинчикам развозить.

Мы уже, например, договорились с губернатором Астраханской области Александром Жилкиным. Область готова купить 12 живорыбных машин и дважды в сутки в режиме реального времени доставлять в столицу свежую рыбу. В самое последнее время московские власти подыскали для нас еще 40 мест для обустройства таких рыбных магазинов. Вот это подход. Конечно, городу нужен главный, флагманский магазин будущей сети. Хорошо бы, например, на Тверской улице – там же был "Океан". Но на Тверской и вообще в ЦАО очень дорогая аренда помещений.

А мы собираемся продавать рыбу на 30–40 процентов дешевле, нежели в федеральных торговых сетях. Будем решать этот вопрос.

Кстати, думается, нет нужды объяснять, почему так выгодно создать именно специализированную сеть. В наших торговых сетях не слишком разнообразный ассортимент рыбы. Почему? Торговая наценка – 30 процентов. С килограмма норвежской семги сеть получает 150 рублей. А с килограмма мойвы или сайки, оптовая цена килограмма которых 5–6 рублей, с точки зрения ретейлеров, копейки.

И зачем мы при тех же трудозатратах будем связываться с вашей мойвой, вопрошают они. Они считают, что им невыгодно кормить народ дешевой рыбой.

– А название "Океан" сохранится?

– Да, конечно, только "Океан". Сроки? Я полагаю, что к концу года три-четыре магазина открыть сможем.

Хотел бы надеяться, что к Новому году москвичи смогут купить в этих магазинах свежую рыбу. Быть может, не все знают, но ведь Федеральное агентство по рыболовству отвечает только за вылов рыбы, ее сохранение и рыборазведение. А логистика, переработка, реализация, организация рыбных магазинов и прочее в наши полномочия не входят.

Но мы прекрасно понимаем, что если не будем этим заниматься, как и продвижением рыбы на внутренний рынок, этим никто не займется. Не дело! Вспомните, в 2009 году в Москве появилась наша социальная реклама. "Рыба ждет" – было начертано на плакатах. Причем ни копейки не потратили бюджетных денег. Все сделали сами рекламщики: в кризисное время им оказалось выгоднее пойти на эти расходы, чем вовсе оказаться без заказов. Видите, грамотный менеджмент в нормальных условиях дает потрясающие результаты.

Проверено.

О платной и бесплатной рыбалке

– Почему вы не донесете до народа, что Росрыболовство никакого отношения к этой инициативе о введении некой платы за любительскую рыбалку не имеет?

– Говорим, слышать не хотят – определенные силы, конечно. С чего все начиналось. Законодатели приняли нормативный документ, согласно которому по приезде на базу рыбаку нужно приобрести путевку – как форму договора. Пожелания были благие: у того, кто ловит рыбу, кроме прав появятся и обязанности. Мы, однако, пытались убедить законодателей этого не делать. К нам не прислушались. Народ вышел на митинги: мол, у нас отбирают удочки и щуку с судаком. Долой! Но мы-то вообще были ни при чем. Те же поправки, которые Госдуме по поводу рыбалки, кстати, отнюдь не любительской, предложило правительство, депутаты не приняли. Народ не разобрался – и пошло.

Я явился на митинг в Москве, чего никак организаторы не ожидали. Беру слово, в толпе начинают свистеть.

Причем потом мне рассказали, что свистели, словно по команде, три группы в толпе, как только люди затихали, чтобы послушать, что же им скажут. Слушайте, я сам видел, как потом эти группки свистящих организованно увозили с митинга на автобусах. Кому-то выгодно подогревать непонимание, ни на чем не основанную вражду. Мальчика лет 6–7 митингующие выводили: "Дяденьки, – плакал мальчик, – дайте мне возможность ловить рыбку". Ну дешевый же спектакль. Причем на таких митингах протестовали против введения фиш-карт, хотим, кричали, бесплатную рыбалку. А через три месяца их мнение полярно меняется. Руководители протестующих уже грозят: если правительство не введет фиш-карты, мы выйдем на улицу. Реально в своих требованиях запутались.

А еще – байкер

– Андрей Анатольевич, а у вас время на отдых есть? Не все же время вы на работе?

– Все не все, но 120–140 дней в командировках бывать приходится. Писать? Желание есть, возможности нет.

График? Сейчас вспомню.

Ну, вот в последние недели: ездил в Астрахань на три полных дня. Вернулся в Москву, полтора дня отдыхал, смог побыть с семьей. Определенная трудность моей работы заключается в том, что в течение одного рабочего дня частенько приходится переключаться на решение совершенно не связанных между собой вопросов. О графике.

Поработал в столице, потом еду в Питер: впервые в истории транспорт с горбушей пришел Северным морским путем. Там же встречаюсь с сотрудниками Ленинградского судостроительного завода, где разработали проект маленького, но очень производительного судна. Затем опять Москва, через три дня улетаю на Сахалин. Там путина, встречаюсь с рыбаками. После чего еду во Владивосток на Международный конгресс рыбаков. Снова Москва, после чего отправлюсь в Китай. Оттуда лечу в Калининград, где пройдет юбилейная, сороковая российско-норвежская сессия. Научную конференцию в Сочи обязательно нужно посетить. Это планы примерно на месяц.

Знаете, я не пишу докладов, хотя, как вы понимаете, писать как-нибудь уж умею.

Но я предпочитаю разговаривать, обсуждать, советоваться, решать конкретные проблемы здесь и сейчас. Вы поймите, когда я езжу по стране, мне вовсе не нужны потемкинские деревни. Дела надо делать, много дел.

– А рыбу сами вы едите?

– Гораздо чаще, чем мясо.

Люблю рыбу горячего копчения: пикшу, палтус, зубатку.

Очень уважаю жареного карпа, корюшку, мойву. Спокойно отношусь к осетрине. Осетр и на рыбалке рыба смешная.

Ее ловить скучно. На крючок ее поймал, можно уходить курить, она не понимает, что нужно побороться за свою жизнь. Обожаю сырую рыбу, но тут надо четко знать, какую именно. Строганина, чир, пелядь – пальчики оближешь.

Отдых, вы говорите? Семья – обожаю проводить время вместе с близкими мне людьми.

А еще я – байкер. Фанат мотоциклетного спорта? Почему фанат? Я просто не мыслю себя без мотоцикла, скорости, ветра, бьющего в лицо. Адреналин – полезная штука. Заряжает. Дел ведь еще надо переделать множество. Но, друзья, об этом в следующий раз, а то ведь я так и на самолет опоздаю. Пора лететь в Астрахань.

Досье "ВМ"

Андрей Анатольевич Крайний родился в Ельце в 1958 году.

Окончил Львовское высшее военно-политическое училище по специальности "военный журналист" и Академию государственной службы по специальности "государственное и муниципальное управление".

Шесть лет работал корреспондентом, редактором отдела "Комсомольской правды". Затем ушел в бизнес, создав совместное российско-швейцарское предприятие. Через два года возглавил корпорацию "Агропродснаб".

С 1998 по 2007 год последовательно руководил в качестве председателя совета директоров Калининградским тарным комбинатом, Балтийским рыбоконсервным комбинатом, Калининградским морским рыбным портом.

В мае 2007 года назначен руководителем Федерального агентства по рыболовству, в октябре того же года – руководителем Государственного комитета РФ по рыболовству.

В июне 2008 года вновь стал главой Федерального агентства по рыболовству.

Справка "ВМ"

Четыре года назад по объемам вылова рыбы Россия занимала десятое место в мире. На сегодня переместилась на шестое место. В СССР на каждого жителя страны приходилось 23,5 килограмма рыбных продуктов в год. Причем государство дотировало вылов рыбы. Например, себестоимость вылова трески составляла 3 рубля за килограмм. Продавали ее за 1 руб. 80 копеек, разницу возмещало государство. В 2007 году на каждого россиянина приходилось не более 12,9 килограмма рыбы в год, в настоящее время – 20–21.

Вылов рыбы, по данным на 21 августа 2011 года, составил 2,7 миллиона тонн, что на 6,9 процента выше уровня предыдущего года. 70 процентов водных биоресурсов добывается на Дальнем Востоке, еще 15 – в Северном бассейне. 76,9 организаций, представляющих рыбную отрасль, в 2010 году получили прибыль. По этому показателю среди девяти основных видов экономической деятельности рыбная отрасль занимает второе место.

По итогам 2011 года эксперты прогнозируют рост вылова рыбы на 3–4 процента, снижение импорта на 7–9 процентов и рост производства и переработки на 3–5 процентов.

Прямая речь

Александр КУПРИЯНОВ, главный редактор газеты "Вечерняя Москва":

– Андрей Крайний – человек чрезвычайно интересный. Утверждаю так не потому, что он занимает столь высокий государственный пост. Я много лет знаю Андрея Анатольевича.

Он начинал как военный журналист. Я был ответственным секретарем "Комсомольской правды", когда Министерство обороны прикомандировало его к этой газете.

Он проявил себя как очень успешный журналист. Более того, побывал во многих горячих точках – Афганистане, Ленинакане, Нагорном Карабахе. Потом вдруг занялся бизнесом, что для многих оказалось совершенно неожиданным.

Для меня очевидно, что Андрей Крайний остается столь же ярким, открытым и честным человеком, как и раньше, в те годы, когда занимался журналистикой. (Вечерняя Москва 31.08.11)

Новости компаний рыбной отрасли

В ТЦ "Дорогомиловский" изъято около 40 кг браконьерской икры, 15 кг рыбы.

Сотрудники правоохранительных органов и Росрыболовства изъяли в ТЦ "Дорогомиловский" около 40 килограммов черной и красной икры, 15 килограммов осетровых видов рыб, 13 килограммов мяса краба, сообщил агентству "Прайм" руководитель центра общественных связей по итогам совместного рейда.

По его словам, в понедельник утром рейд провели сотрудники территориального отдела по Московской области Московско-Окского территориального управления Росрыболовства совместно с сотрудниками Управления экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД России по Москве.

"В результате изъято 10 кг икры осетровых видов рыб, 30 кг икры лососевых видов рыб, 10 кг севрюги горячего копчения, 5 кг белуги холодного копчения, 13 кг мяса краба. Вся продукция – браконьерская, а ее стоимость можно оценить более чем в 1 миллион рублей", - сообщил Савельев. Стоимость только черной икры можно оценить в около 500 тысяч рублей /порядка 40-50 тысяч рублей за килограмм на "черном" рынке/.

По итогам проведённых мероприятий решается вопрос о возбуждении уголовного дела и мер административного воздействия, добавил он. Представитель Росрыболовства не исключил, что дело будет возбуждаться по статье "реализация продукции, добытой заведомо незаконным путем".

Как отметили в ведомстве, оперативно-розыскные мероприятия прошли в соответствии с планом совместных мероприятий МВД РФ и Росрыболовства по обеспечению контроля за соблюдением законодательства в области рыболовства и сохранения водных биоресурсов во внутренних водах Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, а также совместных контрольных мероприятий на транспорте, в местах хранения и реализации рыбопродукции для пресечения их незаконного оборота. (Прайм-ТАСС 29.08.11)

Компания Rsea Holdings приобрела у Corsico 57,5965% голосующих акций ГК "Русское море".

Компания Rsea Holdings Limited приобрела у Corsico Limited 57,5965% голосующих акций (45 млн 810 тыс. 906) ОАО "ГК "Русское море". Об этом говорится в материалах российской компании. Таким образом, доля Corsico Limited в обществе сократилась до 3,7718% голосующих акций (3 млн).

Ранее Rsea Holdings не владела акциями "Русского моря".

Отметим, в конце июня 2011г. сообщалось, что владелец компании Corsico Limited - RS Group заключил соглашение о стратегическом партнерстве с люксембургским инвестиционным фондом Volga Resources для инвестиций в "Русское море". Как говорилось тогда в сообщении "Русского моря", RS Group и Volga Resources намерены учредить совместную компанию, которая будет владеть 60,936% "Русского моря". Отмечалось, что 50% акций учреждаемой компании будет принадлежать компании RS Group, контролируемой совладельцем "Русского моря" Максимом Воробьевым, и 50% - стопроцентной дочерней компании Volga Resources. Стороны ожидали завершения сделки в течение двух месяцев.

ОАО "Группа компаний "Русское море" было основано в 1997г. В настоящее время в состав группы входят ЗАО "Русское море", а также ЗАО "Русская рыбная компания" (трейдер замороженной и охлажденной рыбы и морепродуктов), ООО "Русское море - Аквакультура". Группа выпускает готовую рыбную продукцию под брендами "Русское море", "Красный шар", "Золотая линия", "Златоглавая", "Медитерана", "Исландка", "Селедочка столичная", "Семь узлов", "Флоттика". (РосБизнесКонсалтинг-Санкт-Петербург 31.08.11)

"Алтайские семечки" назвали "Лучшей компанией Барнаула".

Подведены итоги ежегодного конкурса среди субъектов малого предпринимательства Барнаула, сообщает пресс-центр администрации города.

В номинации "Лучшая компания Барнаула" победителями стали ООО "Алтайские семечки", ООО "Алтайская бисквитная компания", ООО "Спецобъединение-Сибирь" (производство трикотажных перчаток), ООО "Штиль" (производство и переработка рыбной продукции), "Сладкий рай" (производство кондитерских и хлебобулочных изделий).

В номинации "Лучший предприниматель Барнаула" победу одержала индивидуальный предприниматель Оксана Анисимова, занимающаяся производством готовых и консервированных продуктов из мяса.

"Лучшим меценатом Барнаула" назван Олег Прохода, генеральный директор ООО "Первая продовольственная компания" (сеть магазинов "Лакомка"). (НГС22 - Независимый городской сайт Барнаула 22.08.11)

Закончены испытания барьерного контейнера 140 г (КНБ) производства ЗАО "Мир Упаковки" и получены положительные результаты по хранению икры лососевых рыб.

Испытания проводились в лаборатории аналитического и нормативного обеспечения качества и безопасности ФГУП "ВНИРО". Получены положительные результаты по хранению икры лососевых рыб. Срок хранения в КНБ -1 год.

Дегустационным советом отмечены высокие органолептические свойства икры по сравнению с использованием стеклянной банки, закрытой крышкой twist-off.

Ранее имели место испытания только у частных клиентов, закупавших КНБ.

Для получения текста приложения (архив zip) нажмите здесь

На очереди – мясная промышленность. Достигнута договоренность об аналогичных испытаниях применительно к мясной продукции: паштетов, тушенки и т. п. Партнер – Всероссийский Научно-Исследовательский Институт Мясной Промышленности им. .

Для справки: Название компании: Мир Упаковки, ЗАО Адрес: РФ, Ленинградская обл., Всеволожский район, г. Сертолово, Микрорайон Сертолово-1, ул. Песочная, корпус 1 Вид деятельности: Упаковка и тара Телефоны: (812)7770066 Факсы: (812)3212973 E-Mail: *****@***ru Web: http://www. ***** (INFOLine, ИА (по материалам компании) 22.08.11)

ЗАО "Мир Упаковки" примет участие в VIII Международной научно-практической конференции "Производство рыбной продукции: проблемы, новые технологии, качество", которая состоится в Калининграде 6-9 сентября 2011 года.

Конференция состоится при поддержке

Главный технолог по развитию компании, Ольга Коваленко, прочтет доклад на тему "НОВОЕ ПОКОЛЕНИЕ УПАКОВОЧНЫХ МАТЕРИАЛОВ: тенденция замещения традиционной упаковки на пластиковую". Лекция посвятит слушателей в историю развития барьерной упаковки в Европе, а так же коснется этапов внедрения пластиковой упаковки в пищевой промышленности как материала, замещающего традиционные стекло - и жестетару. В материале содержится подробный анализ плюсов и минусов различных материалов для упаковки и яркие живые примеры из мировой практики.

Кроме того, Ольга Коваленко расскажет об успешно завершившихся весной 2011 года испытаниях изделия КНБ (барьерный контейнер 140 г).

В завершение слушателям будет представлена инновационная идея комбинированной упаковки для консервной промышленности, пока не используемая в России. (INFOLine, ИА (по материалам компании) 26.08.11)

На стадии малька. "Эксперт Северо-Запад". №34 2011

Алгоритм успешного развития аквакультуры – системная поддержка государства, приход крупных инвесторов и развитие инфраструктуры отрасли

Мировое производство товарной рыбы и морепродуктов сопоставимо с добычей: аквакультура, по разным оценкам, дает от 44 до 55% рыбопродукции, которая поступает на прилавки магазинов. Объемы искусственно выращенной рыбы достигают 60 млн тонн в год и продолжают расти. Лидерство в отрасли принадлежит Китаю, производящему почти две трети мирового объема этой продукции. Но и северные страны демонстрируют хорошие результаты. К примеру, Норвегия находится на первом месте по выращиванию лососевых, производя около 1 млн тонн ежегодно: по доходности эта отрасль уступает только нефтегазовой.

Россия, однако, несмотря на уникальные природно-климатические возможности для рыбоводства, занимает всего 0,2% мирового производства аква - и марикультуры. За последние 25 лет объемы рыбоводства сократились почти в пять раз – с 500 до 114 тыс. тонн в год. "Переломить ситуацию и превратить индустрию в стратегически важную можно только в том случае, если в отрасль придут крупные инвесторы, которым будет оказана всесторонняя поддержка государства", – уверена генеральный директор компании "Русское море – аквакультура" Инна Гольфанд. Компания входит в Группу компаний "Русское море", которая является ведущим игроком на российском рынке дистрибуции рыбы и морепродуктов. Несмотря на это, "Русское море" приняло решение инвестировать средства в новое для себя направление – развитие аквакультуры в СЗФО.

Не тот путь

– Почему, несмотря на уникальный потенциал, аквакультура медленно приживается в России?

– Можно назвать целый ряд причин. Прежде всего – правовая неурегулированность отрасли. На данный момент она регулируется Законом о рыболовстве, но рыболовство и рыбоводство – совершенно разные виды деятельности, со своей спецификой. Такая неоправданная "унификация" порождает абсурдные ситуации. Например, вопрос о собственности на рыбу. Мы купили малька, запустили в озеро, кормим его. Тем не менее с юридической точки зрения он нам не принадлежит: собственность на рыбу по действующим законам возникает в момент вылова. Знаю, что у наших коллег были конфликты с рыбаками по этому поводу.

О необходимости разработать собственный отраслевой закон говорится на протяжении многих лет. Весной этого года законопроект наконец принят в первом чтении, но пока, с точки зрения практиков, он далек от совершенства. Я вхожу в рабочую группу Государственной думы РФ по разработке проекта закона по аквакультуре, мы уже внесли в версию, принятую в первом чтении, пакет предложений. Например, прорабатывается вопрос о финансовой поддержке субъектов аквакультуры в форме возмещения части затрат на приобретение рыбопосадочного материала, кормов, ГСМ, коммунальные платежи за электроэнергию и тепло. Норвегия тоже начинала с того, что выделяла значительные государственные средства на поддержку аквакультурных хозяйств.

– К чему приводит отсутствие системности в отношениях с государством?

– К тому, что отрасль развивается по весьма специфическому сценарию. Это очевидно на примере Карелии. В республике действует Программа поддержки аквакультуры, власти оказывают реальную помощь. Результаты вроде бы налицо: Карелия лидирует среди регионов России по объемам производства садковой рыбы – здесь выращивают около 70% всей российской форели, ежегодно открываются новые предприятия. Но что это за предприятия? В основном – маленькие фермы, которые выращивают по 20-50 тонн рыбы в год. Технологии, используемые ими, предельно просты, производительность соответствующая. Это не тот путь, который поможет достичь масштабов Норвегии в рыбоводстве.

Чтобы отрасль стала значимой для экономики страны, в нее должны прийти крупные производители, готовые к многомиллионным инвестициям. Рыбоводство – довольно капиталоемкое занятие, на первоначальном этапе требующее больших вложений в оборудование участков, покупку молоди и кормов.

Неосвоенный лосось

– Почему компания "Русское море", специализировавшаяся на поставках рыбной продукции в торговые сети, решила развивать аквакультуру?

– Мы видим в этом перспективы. Отечественный рынок красной рыбы (форели и семги) – порядка 140 тыс. тонн в год. Из них в России, в основном в Карелии, Мурманской и Ленинградской областях, производится около 20 тыс. тонн. Основные объемы поступают из Норвегии, и "Русское море" – лидер по объемам поставок. Мы посчитали и увидели огромный потенциал по импортозамещению: экономически целесообразнее растить форель и семгу самим, чем покупать в Скандинавии.

Поэтому в 2007 году начали вкладывать деньги в новое направление – приобрели в Карелии хозяйство "Сегозерское". На тот момент оно представляло собой типичную карельскую рыбную ферму: отсутствие инфраструктуры, пара вагончиков на берегу озера и простейшие садки, в которых выращивали несколько десятков тонн рыбы. За три года компания вложила в развитие "Сегозерского" 300 млн рублей: построены административные, бытовые, складские помещения, закуплено оборудование для трех площадок. Месяц назад запущен цех первичной переработки стоимостью около 50 млн рублей, в котором установлена современная норвежская автоматическая линия потрошения рыбы. Потенциал цеха рассчитан на то, чтобы через несколько лет выйти на значительные для Карелии объемы производства – на уровне 5 тыс. тонн рыбы в год на имеющихся участках. За пяти-семилетний промежуток времени намерены довести объемы выращивания до 20 тыс. тонн.

– Каковы результаты на текущий момент?

– Мы поэтапно осваиваем акваторию: первые годы работала только одна площадка, в прошлом году открылась вторая, в мае 2011-го – третья. Поэтому пока объемы производства довольно скромные: лучший результат, 600 тонн форели, получен в 2009 году. В 2010-м из-за аномально жаркого лета рыба росла плохо. В нынешнем году планируем произвести и продать 1 тыс. тонн рыбы (уровень реализации сильно снизился). К слову, и с такими объемами мы входим в пятерку крупнейших производителей в республике. Это еще раз подтверждает тезис: действительно крупных игроков в отрасли пока нет.

– Насколько известно, в этом году вы двинулись в Мурманскую область. Карелия стала тесна?

– Мурманск – это немного иное направление, связанное с выращиванием лосося. Форелеводство в Карелии – сегмент, где уже есть хотя бы какой-то опыт. Выращиванием же товарного лосося (семги), производство которого составляет львиную долю аквакультуры в Норвегии, в нашей стране почти никто не занимается. При этом в Баренцевом море условия для этого идеальны и аналогичны норвежским. Прибрежная линия изрезана фьордами, летом вода не прогревается до температур, вредных для лосося, зимой Гольфстрим не дает морю замерзнуть.

Несколько лет назад наши коллеги из крупной петербургской компании "Балтийский берег" решили попробовать разводить лосося – купили два рыбоводческих хозяйства в Мурманской области. Мы тоже заинтересовались этим направлением – в начале года на конкурсе получили право на развитие аквакультуры на девяти участках Баренцева моря. Планируем в следующем году зарыбить первый участок, а в течение десяти лет выйти на максимальные объемы производства. Совокупный потенциал наших участков – 30 тыс. тонн рыбы. Это треть ввозимого сейчас в страну норвежского лосося.

GMP по-российски

– Каков предполагаемый объем инвестиций? И откуда возьмете деньги?

– В программе развития компании "Русское море – аквакультура" предусмотренный объем инвестиций в основные средства и оборотный капитал на ближайшие пять лет по мурманскому и карельскому направлениям достигает 6 млрд рублей. До сих пор мы развивали аквакультуру за счет собственных средств, но сейчас вышли на уровень крупных инвестиций, поэтому решили привлечь кредиты. Это выгодно. Аквакультура относится к отраслям сельскохозяйственного производства и поэтому субсидируется государством. Кредиты выдаются под низкий процент, 80% ставки рефинансирования возмещается из федерального бюджета, еще 20% – из регионального.

Индустрия действительно достаточно капиталоемкая. Прибыль от существенных инвестиций можно получить только на третий-четвертый год. Опыт производителей с мировым именем, да и наш собственный, свидетельствует, что этот бизнес дает отдачу только при выходе на объемы производства свыше 1 тыс. тонн ежегодно. По нашему проекту совокупная эффективность планируемых инвестиций при масштабном развитии оценивается на уровне 30-40%.

– Почему такой скачок инвестиций – со 100 млн до 1 млрд рублей в год?

– Инфраструктурное обустройство новых участков – наиболее капиталоемкая часть проекта. На Баренцевом море складские, хозяйственные, административные помещения придется строить с нуля, это обойдется дороже, чем переоборудование "Сегозерского". Кроме того, мы приняли решение производить рыбу в своих хозяйствах по стандартам GMP (GoodManufacturingPractice) и, соответственно, значительную часть оборудования приобретали за рубежом. Хотя в России нет протоколов GMP для аквакультуры, мы, опираясь на собственный опыт и норвежские технологии, разработали внутрикорпоративные стандарты, описывающие качественные требования на всех этапах производства. Посмотрели, как это делается в мировой практике, и перенесли к себе, приспосабливая к местным условиям.

– К чему именно приходится приспосабливать?

– К сожалению, всю норвежскую практику к нам перенести не удается. Например, их рыбоводы в четыре часа дня просто уходят с баржи, даже не закрывая ее на замок, и дальше наблюдают за кормлением рыбы по мониторам. У нас, как понимаете, нельзя оставить участок без охраны даже на ночь.

Так вот, одно из условий перехода на GMP – внедрение автоматизированной системы кормления рыбы. В большинстве хозяйств Карелии до сих пор корма рассыпают вручную или используют автоматические устройства, которые значительно хуже тех, что применяют производители с мировым именем. Что собой представляет современная система кормления? Это баржа, на которой установлены бункеры с загруженным кормом. Он автоматически транспортируется по системе труб, которые ведут к "рассеивателю". В программу введены данные – сколько корма подавать к каждому садку, с какой периодичностью. Это на порядок эффективнее, чем кормить вручную. Разбросать корм не так просто, как кажется. Важно достичь оптимальных коэффициентов, чтобы и корм не терять, и рыба была сыта.

Кроме того, использование ручного труда повышает себестоимость продукции. Мы уже скармливаем около 10 тонн корма в день. Представляете, сколько людей необходимо, чтобы разбросать такое количество? Тогда как автоматизированную систему контролирует один человек.

К слову, это помогает решить еще один болезненный вопрос, сильно тормозящий развитие рыбоводства в стране. В регионах очень трудно найти квалифицированные кадры. Выпускники обучены работать по старой советской системе рыбоводства, а мировая аквакультура ушла далеко вперед. Мы активно сотрудничаем с Петрозаводским государственным университетом, который будет совместно с нами готовить специалистов, в том числе разбирающихся в норвежских технологиях выращивания рыбы.

Импортозависимость

– Лет десять назад российские рыбоводы испытывали большие проблемы с посадочным материалом: своих мальков не было, а ввоз из-за рубежа был настолько зарегламентирован требованиями ветконтроля, что оказывался практически невозможным.

– Такие проблемы были, но сейчас процесс урегулирован. Поэтому для хозяйств в Баренцевом море мы привезем смолт из Норвегии. В России посадочного материала лосося нужного качества просто нет. С форелью дело обстоит лучше: уже есть отечественные заводы, выращивающие малька для снабжения посадочным материалом всех северо-западных производителей. Мы берем для нашего хозяйства мальков как у финнов, так и у российских поставщиков. По качеству мальки сопоставимы – вполне здоровые, жизнеспособные.

Однако есть несколько "но". Во-первых, финские мальки хоть и в полтора раза дороже, но из них впоследствии выводятся самки, приносящие икру – продукт дорогой, значительно повышающий рентабельность разведения форели. Российский же малек приобретается только на мясо. Вторая причина, почему иностранные поставщики часто бывают лучше, – отличие менталитетов: если финны работают как часы, то отечественные, бывает, не выдерживают сроки и обязательства выполняют нечетко. И третье – в соответствии с нашими внутренними стандартами обеспечения качества на один участок мы стараемся высаживать мальков из одного хозяйства, чтобы не смешивать генерации. Это формирует помимо качественных некие количественные требования к закупаемым партиям. Выяснилось, что не очень просто найти поставщика, который готов выдерживать наши требования одновременно по качеству и по объемам.

Уже сейчас мы завозим 2,5 млн мальков. Пока закрываем свои потребности за счет поставщиков. Но понятно, что с выходом на объемы от 5 тыс. тонн рыбы в год у компании возникнут проблемы с посадочным материалом. Мы не уверены, что производители малька в Карелии захотят и смогут подстроиться под наши нужды, и думаем о создании собственного завода. Собственный малек позволит снизить себестоимость рыбы, однако строительство цеха имеет смысл только после выхода на существенные объемы выращивания.

– Насколько зависима отрасль от иностранных кормов?

– Российские корма присутствуют на рынке, они дешевле импортных, но не выдерживают наших требований по качеству. Для выращивания карпа и других ординарных пород они, вероятно, хороши, но для ценных пород, форели и семги, категорически не подходят. В состав кормов, к примеру, входит рыбная мука, которая должна быть произведена из пелагической рыбы. Отечественные корма бывают худшего качества – они не всегда сбалансированы по содержанию протеинов и жиров. Поэтому мы предпочитаем корма от производителя с мировым именем. Это дороже, особенно учитывая перевозку и пошлины, однако альтернативы внутри страны, на наш взгляд, пока нет.

Мы считали вместе с поставщиками, имеет ли смысл строить предприятие по выпуску кормов в России. Получается, что этот проект окажется рентабельным только в том случае, если российские производители аквакультуры будут потреблять не менее 30 тыс. тонн кормов в год, соответственно, и рыбы должно выращиваться не меньше. Таким образом, в ближайшие несколько лет такой завод будет просто неактуальным.

– Объемы производства форели и семги в Норвегии несопоставимы с российскими, технологии там отработаны, инфраструктура развита. Можно предположить, что себестоимость производства у них в разы ниже. Как вам удается конкурировать на прилавке?

– Пока российской форели удается выдерживать конкуренцию по цене за счет того, что у норвежцев высокие расходы на доставку и таможню. Более того, в рознице карельская форель дешевле, чем норвежская. На мой взгляд, это не маркетинговый ход отечественных производителей, а следствие некого предвзятого отношения торговых сетей к карельской форели, которая, по их мнению, совсем другая, чем норвежская. Хотя серьезных отличий по качеству нет, только по размеру товарной рыбы. Но небольшим карельским производителям сложно наладить равноправный диалог с сетями, приходится отдавать продукцию на реализацию по тем ценам, которые им называют. У нас есть серьезное конкурентное преимущество перед другими игроками карельского рынка. Дистрибуцию нашей рыбы осуществляет одна из компаний группы, что облегчает вхождение в сети и позволяет иметь стабильный канал сбыта продукции.