История Башкортостана (стр. 4 )

Башкирские съезды, Шуро и правительство в целом тяготели к

50

национально-демократическому потоку общественно-политического движения. Автономия должна была осуществляться в пределах так называемой "Малой Башкирии", охватывающей лишь восточных башкир. Органы управления должны были строиться на принципах демократической государственности. Предусматривалось сохранение "существующих общегосударственных и губернских административных и хозяйственных учреждений". Сохранялись волостные земские управы, институт мировых судей, существовавшие судебные установления и т. д. При этом следует обратить внимание на такой важный момент: учитывая совершившийся переход государственной власти в стране в руки Советов, председатель Башкирского шуро Ш. Манатов, выехавший в Петроград для участия в Учредительном собрании, возбудил перед Советским правительством ходатайство об утверждении автономии Башкирии. 7 января 1918 г. Ш. Манатов был принят и беседовал с ним о национальном движении. дал положительную оценку башкирскому национальному движению и, узнав о требовании башкир возвратить им построенный еще в XIX в. на средства и силами башкир народный дом Караван-Сарай в Оренбурге, предложил подготовить соответствующее распоряжение.17 января 1918 г. был подписан декрет о возвращении башкирам Караван-Сарая. Но, к сожалению, тогда башкирская автономия осталась непризнанной Советской властью.

23 января 1918 г. СНК издал декрет об образовании при Наркомнаце РСФСР Комиссариата по делам мусульман, председателем которого стал известный татарский революционер М. Вахитов, а его заместителями - Ш. Манатов и Г. Ибрагимов татарский общественный деятель и писатель. Войдя в состав Комиссариата по делам мусульман, Ш. Манатов занимался подготовкой решения Советского правительства о башкирской автономии. Однако довести это дело до конца ему не удалось: этому помешали события, которые развернулись в Оренбурге после установления там в начале 1918 г. Советской власти. В процессе борьбы революционных сил на Южном Урале с выступлением атамана Дутова, Башкирское правительство оказалось в труднейшем положении. Даже в этих условиях были сделаны попытки сформировать первые башкирские национальные отряды, на что было собрано 60 тыс. руб. денег и приобретено 300 винтовок. Это и послужило причиной острого конфликта, возникшего между органами Советской власти в Оренбурге и Башкирским правительством после освобождения города от белогвардейцев. Образовавшийся здесь

51

Мусульманский военно-революционный комитет (МВРК), в состав которого входили , , Б Я. Нуриманов и другие, с санкции губернского военно-революционного комитета в ночь на 17 февраля 1918 г. арестовал членов Областного шуро и Башкирского правительства. В те же дни подверглись репрессии представители Башкирского правительства, направленные в Таналыково-Баймак.

С. Магазов, Г. Идельбаев, занимавшиеся там формированием башкирского отряда, были расстреляны. Эти действия МВРК и Оренбургского губревкома вызвали крайне отрицательный резонанс среди башкир. Многочисленные башкирские делегации приезжали в Оренбург с требованием освободить арестованных членов Башкирского правительства. Недовольство этим арестом выразили и башкирские революционеры, которые в тот же день образовали Временный Революционный Совет Башкортостана (ВРСБ), у которого сложились весьма натянутые отношения с МВРК, не признавшего право башкир на самоопределение. Тогда за лидерами башкирского движения шла значительная часть башкирского населения, особенно восточных и юго-восточных районов. В таких условиях подвергать аресту членов Областного шуро и Башкирского правительства было грубой ошибкой и произволом местных органов Советской власти, отрицавших право башкир на самоопределение, и считавших национальное движение башкир националистическим, буржуазным и контрреволюционным. Следует отметить, что центральные органы власти не приняли никаких мер по освобождению арестованных, хотя Комиссариат по делам мусульман при Наркомнаце отверг требование Оренбургского МВРК об аресте Ш. Манатова, работавшего в Наркомнаце. Последующие факты показали возможность не только нейтрализации Башкирского правительства, но и завоевания его членов на сторону Советской власти. Но было допущено грубое насилие, а арестованные члены Башкирского правительства и Шуро 4 апреля бежали из-под ареста с помощью отдельных башкирских отрядов и дутовцев, и перебрались в Челябинск, а в конце мая 1918 г влились в общий поток борьбы с Советской властью, большевизмом.

§ 2. Первые проекты советской автономии народов Приуралья и

Поволжья

После ареста членов Башкирского областного шуро и правительства

52

17 февраля 1918 г. в Оренбурге состоялось собрание представителей левого крыла башкирского национального движения из группы "Тулкын" (Волна), объединявшей в своих рядах часть башкирской молодежи с большевистским уклоном. Эта организация сформировалась еще 18 декабря 1917 г. при Областном шуро. Собрание образовало Временное революционное шуро (совет) Башкортостана (ВРСБ). В его состав вошли Г. Давлетшин, Б. Шафнев, Г. Алпаров, Ж. Шарипов, Х. Ильясов и другие. ВРСБ стоял, как заявляли его члены, "на советской точке зрения" и установил связь с МВРК и Оренбургским губревкомом. Последний принял постановление об утверждении ВРСБ и о возвращении денег, изъятых у Областного шуро. ВРСБ считал своей целью "...продолжить работу бывшего Областного шуро" и заявил о защите "башкирской автономии, объявленной Всебашкирским Курултаем".

В то же время ВРСБ нашел необходимым пересмотреть выработанные курултаем положения о башкирской автономии, "чтобы согласовать их с духом последовавших после Октябрьского переворота декретов СНК". В марте 1918 г. ВРСБ звершил подготовку измененного проекта положения об автономии Башкортостана, в котором в качестве органов власти башкирской автономии признавались Советы. В проекте положения делались попытки определения компетенции центральной власти и автономии. Выдвинув впервые идею советской автономии Башкортостана, ВРСБ защищал национальную свободу башкирского народа с точки зрения классовых интересов трудящихся масс, разъясняя башкирам сущность национальной политики большевиков. В конце марта

1918  г. ВРСБ направил в Петроград своего представителя Б. Шафиева для представления Советскому правительству проекта советской автономии Башкортостана. Однако этот документ не подвергался в Наркомнаце отдельному рассмотрению, так как Мусульманский комиссариат подготовил к тому времени проект Татаро-Башкирской Советской Республики, против которого члены ВРСБ не стали возражать. К тому же ВРСБ вошел в конфликт с МВРК и местные оренбургские власти, обвинив Революционное шуро в том, что оно пошло якобы по стопам националистического Шуро, 30 марта 1918 г. приняли решение о его роспуске. Эти действия Оренбургского губисполкома и губкома РКП(б) вытекали из их шовинистического курса, не признающего права наций на самоопределение; считавших, что революция не признает национальных границ, а признание автономии - уступка буржуазным националистам.

53

Одним из проектов самоопределения народов Поволжья и Приуралья было Положение о Татаро-Башкирской Советской Республике. В истории этого "Положения" можно выделить два этапа. Первый этап охватывает период с марта 1918 г. по март 1919 г., т е. до образования Башкирской АССР. Это был период первоначального опыта разрешения национального вопроса среди народов Поволжья и Приуралья и на этом этапе Советское правительство положительно восприняло проект образование объединенной Татаро-Башкирской Советской Республики. Второй этап - это период, наступивший после образования самостоятельной автономии башкирского народа и до отмены проекта о Татаро-Башкирской республике, т. е. до декабря 1919 г. На этом этапе стало ясно, что наиболее целесообразной формой самоопределения народов Татарстана и Башкортостана является их раздельная автономия.

Идею создания так называемого Урало-Волжского штата первоначально выдвинуло национальное собрание мусульман, которое состоялось в Уфе в ноябре 1917 г. Тон на нем задавали представители татарской интеллигенции, мусульманского духовенства, которые сугубо отрицательно относились к идее территориальной автономии башкир и активно проповедовали идею создания единого государства для народов Волго-Уральского региона. Урало-Волжский штат должен был стать государством буржуазно-парламентарского типа. Собрание учредило так называемое "Милли идара" или "Национальное управление". Была образована Коллегия по осуществлению Урало-Волжского штата (КУВШ). Однако КУВШ постепенно встала на советскую платформу - в ее составе преобладали татарские и башкирские деятели, положительно относившиеся к Советской власти. Так, одним из членов Уфимского отделения КУВШ стал известный башкирский революционер Ш. Худайбердин. КУВШ совместно с Мусульманским комиссариатом при Наркомнаце к марту 1918 г. разработали положение о Татаро-Башкирской советской республике. 22 марта 1918 г. положение о Татаро-Башкирской Советской Республике было утверждено Наркомнацем. В нем говорилось, что "политическое и экономическое взаимоотношение западной части Республики и Башкортостана определяется учредительным съездом Советов Татаро - Башкирской республики". Текст "Положения" был опубликован в газетах "Правда" и "Известия" В мае 1918 г. при Наркомнаце состоялось специальное совещание, которое осудило факты неправильного отношения некоторых местных Советов к идее самоопределения ранее угнетенных

54

народов.

Однако положение о Татаро-Башкирской республике не было претворено в жизнь. Это объясняется прежде всего отрицательным отношением к этой идее значительной части башкирского населения, не говоря уже о Башкирском правительстве. Даже сам Ш. Манатов, подписавший "Положение", указывал на наличие антагонизма между башкирами и татарами и говорил о неизбежности господства татар в будущей совместной республике. А Оренбургский губисполком, допускавший левацкую ошибку в национальном вопросе, 30 марта 1918 г. вынес решение против создания Татаро-Башкирской автономии. К тому же летом 1918 г. вспыхнуло восстание белочехов и с июля вся территория предполагаемой Татаро-Башкирской республики была охвачена пламенем гражданской войны. Поэтому Комиссия по созыву учредительного съезда Советов Татаро-Башкирской республики, созданная в мае 1918 г. под председательством М. Вахитова, была вынуждена приостановить свою работу. Проект образования Татаро-Башкирской республики остался неосуществленным.

Но положение о Татаро-Башкирской республике продолжало существовать и после образования в марте 1919 г. отдельной Башкирской автономной республики и находило себе сторонников . Последние мешали проведению в жизнь "Соглашения"

об образовании БАССР. Поэтому в 1919 г. Башревком и партийная организация БАССР неоднократно обращались к органам центральной Советской власти, к с: просьбой отменить положение о Татаро - Башкирской республике, и пресечь продолжающуюся агитацию за него. Этот вопрос рассматривался на II Всероссийском съезде коммунистических организаций народов Востока, который проходил с 22 ноября по 3 декабря

1919  г. в Москве. Основной докладчик по этому вопросу - известный татарский деятель, председатель Центральной военной коллегии М. Султангалиев и его сторонники прилагали все усилия к тому, чтобы добиться поддержки проекта предполагаемой республики. На этом съезде незначительным большинством голосов было принято решение о необходимости проведения в жизнь Положения Наркомнаца о Татаро - Башкирской республике. Это решение не удовлетворило делегатов БАССР. Затем, 13 декабря, по их просьбе вопрос о самоопределении народов Среднего Поволжья и Приуралья обсуждался на совещании, которое провел

с участием представителей народов указанного региона. В тот

55

же день, 13 декабря 1919 года Политбюро ЦК РКП(б), обсудив мусульманские вопросы, приняло постановление об отмене декрета о Татаро-Башкирской Советской Республике. Так была исправлена ошибка в татаро-башкирском вопросе, ибо существование башкирской автономии исключало возможность и необходимость создания объединенной Татаро - Башкирской республики.

§ 3. Соглашение центральной советской власти с Башкирским правительством о советской автономии Башкортостана

Образование Башкирской АССР в марте 1919 г. - это результат длительного и сложного пути, который прошло башкирское национальное движение с момента Октябрьской революции. Башкирская республика родилась в ходе гражданской войны в результате взаимного соглашения между Центральной советской властью и Башкирским правительством.

Члены Башкирского областного Шуро и правительства во главе с З. Валидовым в начале апреля бежали из-под ареста и перебрались из Оренбурга в конце мая 1918 г. в Челябинск, там восстановили Башкирское правительство и открыто объявили о защите башкирского народа, его автономии от "насильников-болыпевиков." Они установили там контакт с белочехами, Комучем и Временным Сибирским правительством и вели с ними переговоры о совместной борьбе с: большевиками. Когда началась гражданская война, охватившая и территорию Башкирии. Башкирское правительство в середине июня объявило мобилизацию в башкирскую национальную армию. Буквально за короткие сроки Башкирскому правительству удалось провести мобилизацию башкир и сформировать семитысячный башкирский корпус.

Говоря о союзе башкирского национального движения с белым движением, не следует забывать о том, что даже тогда, т. е. в июле 1918 г., Валидов и его окружение пытались связаться с органами Советской власти, допускали колебания, не стояли на позиции твердой и безоговорочной поддержки противников революции. Это доказывается тем, что еще 2 июля

1918  г. Башкирское правительство направило своего представителя М. Халикова в Москву для ведения переговоров о возможности признания башкирской автономии при условии перехода членов Шуро на сторону Советской власти. Но М. Халиков в условиях начавшейся гражданской войны не доехал до Москвы и не смог выполнить возложенное на него

56

поручение.

Тем временем башкирские части сражались против Красной Армии. Но этот союз башкирских масс с белым движением, руководители которого тоже не были склонны признавать автономию башкир, не мог быть прочным. Башкирские солдаты сами видели, что ими распоряжаются бывшие царские генералы и офицеры, которые при первой возможности задушат башкирскую автономию Действительно, Колчак и Дутов сугубо отрицательно относились к идее башкирской, хотя и буржуазной, автономии, придерживались принципа "единой и неделимой России". Так, в ноябре 1918 г.. после известного государственного переворота Колчака, последовало распоряжение о прекращении деятельности всех "областных" правительств. В декабре 1918 г. Колчак назначил генерал-лейтенанта атамана Дутова и генерал-майора Вишневского главными начальниками Самаро-Уфимского и Оренбургского краев, наделив их широкими полномочиями, исключающими какую-либо автономию Башкортостана. Местная колчаковская администрация постоянно конфликтовала с органами Башкирского правительства по различным вопросам: налогообложение, судопроизводство и т. д. Белогвардейское командование не признавало самостоятельности башкирского корпуса, игнорировало Башкирское правительство в военном вопросе, плохо снабжало башкирские части, не доверяло им. Имелись случаи, когда целые группы солдат башкирского войска подвергались репрессиям. Например, в конце августа

1918  г. было арестовано 59 солдат 1-го башкирского полка" за неповиновение приказу".

Недовольство голодных и раздетых башкирских солдат колчаковским режимом выливалось в массовое дезертирство и открытое неповиновение и выступления. В ноябре 1918 г. солдаты 1-го стрелкового полка, посланного Дутовым на Актюбинский фронт, отказались пойти в атаку против красноармейцев. В том же месяце Юрматынский полк башкир, расположенный в Зиргане (к югу от Стерлитамака), не пожелал выполнить приказ белоказачьего атамана.

Изменение в военно-политической обстановке на Восточном фронте в результате наступательных операций красных войск в конце 1918 г., сдвиги в настроении башкирского народа, в том числе солдат башкирских войск, растущая острота конфликтов Башкирского правительства с колчаковцами, отрицавшими национальную автономию - все эти обстоятельства обусловили поворот Башкирского правительства в сторону

57

Советской власти. У многих членов Башкирского правительства, не лишившихся способности трезво судить о соотношении политических сил, появилось и постепенно росло искреннее желание сотрудничать с Советской властью. Башкирское правительство, в том числе 3. Валидов, хотели приспособиться к условиям советской действительности и добиться создания автономии башкирского народа.

С конца 1918 г. начались поиски путей к переговорам и соглашению с Советской властью со стороны Башкирского правительства В январе

1919  г. оно направило через фронт в Уфу своего представителя М. Халикова (впоследствии председатель СНК БАССР). 6 февраля 1919 г. и Нарком по делам национальностей телеграфировали Уфимскому губревкому, чтобы он не отталкивал Халикова, согласился на амнистию башкир, действовавших против Колчака. "Со стороны Советской власти гарантия национальной свободы башкир полная", - говорилось в телеграмме. В начале февраля1919 г. М. Халиков вернулся из Уфы и доложил Башкирскому' правительству о результатах переговоров. В итоге Башкирское правительство, расположенное тогда на Кананикольском заводе, вынесло постановление о необходимости вступить в соглашение с Советской властью.

В обстановке предельного обострения отношений со штабом армии Дутова Башкирское правительство 18 февраля 1919 г. в селе Темясово (ныне Баймакского района) объявило, что считает себя "окончательно перешедшим на сторону Советской власти". Малую Башкирию было решено объявить составной частью РСФСР в качестве автономной республики, а башкирское войско, его оружие повернуть "против врагов революции, свободы и самоопределения национальностей •• Колчака, Дутова и всех мировых империалистов". Из 8 полков (6 стрелковых и 2 кавалерийских) башкирского войска на сторону Красной Армии перешли 7 полков. (Один стрелковый полк по наущению братьев Курбангалеевых остался на стороне белых, а потом ввиду неблагонадежности был расформирован). По данным военного ведомства Башкирского правительства на сторону Красной Армии перешло 6,5 тыс. башкирских солдат. Командующий 1-й армией Восточного фронта , в распоряжение которого поступили башкирские части, поздравил башкирское войско "с разумным решением признать Советскую власть". 21 февраля 1919г. в селе Темясово состоялся "Всебашкирский военный съезд" с участием членов Башкирского правительства и представителей

58

башкирские полков численностью 92 человека. Съезд одобрил переход башкирских войск на сторону Красной Армии, а также все шаги к достижению соглашения с Советской властью об автономии Башкирии. Съезд образовал из 12 членов Башкирского правительства Военнореволюционный комитет Башкирской Советской Республики - Башревком. В состав Башревкома вошли в основном члены бывшего Башкирского правительства - З. Валидов, Т. Имаков, М. Кулаев, ИАлкин, Ю. Бикбов,

А. Адигамов и другие. 22 февраля председателем Башревкома был избран идейный и военный руководитель, башкирского национального движения З. Валидов, а с 18 мая 1919 г. им становится Х. Юмагулов, активный участник башкирского национального движения.. (З. Валидов оставил за собой пост военного комиссара Башревкома). Башревком получил всю полноту власти в Малой Башкирии. Съезд направил приветственную телеграмму- , где говорилось о готовности башкир-солдат "дружно ударить совместно с Рабоче-Крестьянской Красной Армией на врагов социалистической революции".

После перехода Башкирског о правительства и башкирских войск на сторону' Красной Армии и Советской власти переговоры об образовании башкирской автономии велись сначала в Уфе, затем в Симбирске (27 февраля 1919 г.) и, наконец, в Москве. .Эти переговоры вела башкирская делегация, в состав которой входили председатель Башкирского правительства , - выпускник медицинского факультета Казанского университета, башкирский просветитель, член Башкирского областного шуро и адьютант командующего башкирскими войсками А. Бикбабов. В них участвовал и 3. Валидов, находившийся тогда в Москве.

16  марта 1919 г, вопрос о соглашении с Башкирским правительством рассматривался на заседании ЦК РКГТ(б) с участием . Обсуждался вопрос " о договоре с Башкирской Автономной Советской Республикой". 20 марта 1919 г. на заседании СНК РСФСР, проходившем под председательством , ставится вопрос "Об утверждении автономной Башкирской республики". Было вынесено постановление: "Утвердить. Передать в ЦИК’1. Тогда же от имени СНК РСФСР подтвердил своей подписью "Соглашение центральной Советской власти с Башкирским правительством. ’Этот документ был подписан и. о. председателя ВЦИК М Ф. Владимирским, а также членами башкирской делегации. 23 марта 1919 г. текст "Соглашения" был опубликован в

59

"Известиях ВЦИК". Этот день считается днем рождения одной из первых автономий в составе РСФСР - Башкирской Автономной Советской Социалистической Республики.

Юридически закреплявшее создание БАССР "Соглашение" было, по сути, первой ее конституцией, определяющей общественное, государственное и административное устройство создаваемой республики. "Соглашение" устанавливало, что Автономная Башкирская Советская Республика составляет федеративную часть, входящую в РСФСР. В пункте 8 говорилось, что власть в Башкирской СР организуется на точном основании Советской Конституции. Пункты 5,9-14 "Соглашения" определяли компетенцию автономной республики и ее взаимоотношения с центральной Советской властью. Пункт 13 гласил, что вся полнота власти в пределах Башкирской СР впредь до созыва съезда Советов Башкирии переходит к Башкирскому временно^ революционному комитету. Предусматривалось создание башкирских войск, подчинявшихся командованию Красной Армии. Особый пункт "Соглашения” гласил, что члены Башкирского правительства, административных и общественных организаций не подлежат репрессиям за свою прежнюю деятельность.

По тексту' "Соглашения" временной столицей Башкирской СР оставалось местечко Темясово, а окончательное решение этого вопроса предоставлялось съезду Советов Башкирии. С августа 1919 г. столицей Башкирской автономии стал г. Стерлитамак ( после возвращения Башревкома из эвакуации).

Башкирская АССР тогда была создана в рамках так называемой Малой Башкирии: в ее состав входили в основном южные и юго-восточные районы современной Башкирии. Рядом с БАССР вплоть до 1922 г. просуществовала Уфимская губерния, где проживала значительная часть башкирского населения.

В отличие от других автономных республик, которые стали создаваться с 1920 г., башкирская советская автономия была провозглашена в сложной политической ситуации и по форме весьма своеобразно - путем двусторонних переговоров, завершившихся заключением "Соглашения". Ленин, сравнивая предоставление Башкирии автономии с признанием суверенитета буржуазной Финляндии, имея в ввду переговоры с лидером финских националистов Свинхувудом, говорил: "А вчера разве не пришлось то же

60

самое сделать по отношению к Башкирской республике".1 Конечно, это было неудачное сравнение. Но здесь важно то, что и башкирских деятелей считал "буржуазными националистами".

Образование Башкирской АССР имело большое историческое значение в жизни башкирского народа как практическое выполнение лозунга о праве наций на самоопределение. Опыт создания Башкирской автономии имел важное значение три образовании других республик.

О значении образования Башкирской республики говорил в своем докладе на VIII съезде партии. Он отметил, что Советская власть не могла отказать башкирам в признании их права на самоопределение, подверг резкой критике Н. Бухарина, который исключал возможность самоопределения башкир и других народов Российского Востока." В национальном вопросе, - говорил , - нельзя рассуждать так, что нужно во что бы то ни стало хозяйственное единство. Конечно нужно! Но мы должны добиваться его пропагандой, агитацией, добровольным союзом"2 . Но, к сожалению, в дальнейшем сам оценил "Соглашение" как клочок бумаги, подписав в мае 1920 г. декрет, ограничивающий автономные права республики.

Однако, уже с момента подписания Соглашения начались нападки на Башревком, на башкирскую автономию со стороны партийных и советских работников соседних губерний. Еще в начале марта /9,10/ 1919г. на заседаниях: Оренбургского губкома партии выносились решения против образования Башкирской автономии. В губкоме даже раздавались голоса лишь о фиктивном признании башкирской автономии, "чтобы создать иллюзию автономии, чтобы каждый народ сам отказался от автономии". С такими циничными заявлениями выступили в марте 1919г. члены Оренбургского губкома партии М. К Поляков, А. А, Сольц. Уже после образования БАССР начали кампанию против нее председатель Оренбургского губкома , член губкома партии, бывший активист Оренбургского МВРК .

Претворение в жизнь Соглашения было задержано и в связи с началом весеннего наступления Колчака. Еще 13 марта белые вторично взяли Уфу, а в течении марта - апреля вся территория Башкирии была захвачена колчаковцами

Верховный правитель в марте 1919 г. самолично

1 Ленин . собр. соч. Т.38. С.158.

2 Ленин . собр. соч. Т.38 С.158.

61

обратился к башкирам с воззванием, в котором говорилось об измене предателя Валидова, об уничтожении большевиков в скором времени. Верховный правитель в нем клялся в "большой дружбе" к "братскому башкирскому народу".

В связи с очередным наступлением Колчака в начале апреля 1919 г. Башревком предпринял ряд шагов на пути официального оформления статуса Башкирского военного комиссариата и башкирской армии. В итоге

5  апреля 1919 г. Реввоенсовет РСФСР утвердил "Положение о Башкирском военном комиссариате", дающее право на формирование "отдельной башкирской армии по особому расписанию". По приказу Реввоенсовета РСФСР от 5 апреля 1919 г. было разрешено формирование стрелковой бригады, состоящей из трех полков и из четырех полков - кавалерийской дивизии в г. Оренбурге. Ответственность за это дело возлагалась на 3. Валидова. Но в дальнейшем, по мере освобождения Башкирии от колчаковцев, Центр отказался от идеи создания башкирской армии. Формировались лишь отдельные национальные части: бригады, полки, дивизии, которые направлялись на самые различные фронты гражданской войны по отдельности.

В начале апреля 1919 г., в сеязи с продвижением белых частей в глубь Башкирии, Башревком был эвакуирован в г. Саранск. Туда, по - видимому, он прибыл 13 мая. В Саранске 17 мая состоялось заседание Башревкома, на котором был заслушан доклад 3. Валидова о реорганизации Башревкома,

Башревком, находясь в Саранске, внимательно следил за событиями в Башкирии. 22 мая он направил своих уполномоченных в освобожденные от белогвардейцев районы автономии.

Башревком, по мере освобождения Башкирии от колчаковцев, стремился усилить свою работу по подготовке необходимых условий для возвращения на родину. С этой целью еще в июне был образован совет уполномоченных, члены которого направлялись в Башкирию из Саранска для изучения обстановки.

В процессе подготовки Башревкома к развертыванию национальногосударственного строительства, по сообщению газеты "Известия Башревкома" /3.06.1919/, при нем была организована ячейка РКП(б) и открыта запись сочувствующих. Организация партячейки мотивировалась тем, что РКП(б) "стоит в авангарде борьбы за освобождение трудящихся", что "будущее принадлежит коммунизму”. За этими привычными лозунгами

62

скрывалось желание Башревкома расположить к себе ЦК партии, реальную силу которого прекрасно понимали башкирские деятели. В дальнейшем эта ячейка оформилась во Временное Центральное бюро коммунистов Советской Башкирии, но ЦК РКП(б) оно не было утверждено.

31 июля состоялось очередное заседание Башревкома в Саранске, на котором было принято решение об отъезде учреждений Башкирской республики из г. Саранска в связи с освобождением территории Башкирии от белых войск.

Наконец, 20 августа 1919 г. Башревком прибыл в г. Стерлитамак и об этом поставил в известность Уфимский и Оренбургский губревкомы. Предполагалось, что в Стерлитамаке, входившем в Уфимскую губернию, Башревком будет находиться временно, до приведения в порядок намеченного для его размещения здания в с. Темясово.

22  августа состоялось заседание Башревкома, которое приняло воззвание к населению о вступлении к непосредственному управлению Советской Башкирией, об образовании кантонных ревкомов, для организации которых в кантонные центры были направлены члены Башревкома. При этом массу осложнений и разногласий вызвали определение границ Башкирской республики, решение продовольственного вопроса. Губпродкомы соседних губерний и после возвращения из эвакуации Башревкома продолжали свою деятельность в Малой Башкирии. Передав другие отделы губисполкомов Башревкому, они никак не хотели решить вопрос о передаче продовольственного дела в ведение органов власти автономия. В этих условиях власти Башкирской автономии запретили вывоз продуктов и сырья с территории республики, для чего высылались заградительные отряды. Лишь 16 сентября был образован народный комиссариат Башкирии по делам продовольствия, который возглавил представитель Дудник.

Центральные власти, мало доверявшие Башревкому, считавшие его тоже националистическим, буржуазным, старались всячески усилить надзор и контроль над его деятельностью. С этой целью, помимо , в республику был направлен член ЦК РКЛ(б) в качестве члена Башревкома. Все свои усилия, будучи в Башкирии, он направил на борьбу с пресловутым "национализмом Башревкома", мало что сделав для нормализации обстановки в Башкирии.

С сентября по декабрь 1919г. продолжалась организация управления, передача территорий и учреждений Башревкому соседними с Малой

63

Башкирией губерниями.

К декабрю 1919г. в целом определилось административное устройство Башкирии. Территория Малой Башкирии была разделена на 11 кантонов, в них организовывались кантонные ревкомы со всеми отделами, во всех волостях создавались волисполкомы. Председателями кантревкомов стали активные участники башкирского национального движения, такие как К. Идельгужин, Г'.Карамышев, Ф. Мухамедьяров, К. Мухамадеев. Г. Таганов и другие.

20 октября на заседании Башревкома обсуждался вопрос о структуре центральных органов Башкирской республики. Было создано 12 комиссариатов - внутренних дел, военный, здравоохранения, просвещения, социального обеспечения, почт и телеграфов, продовольствия, земледелия, юстиции, государственного контроля и труда. Под ведением председателя Башревкома образовался отдел внешних сношений, а при НКВД - отдел по национальным делам. Сохранялся Башсовнархоз, возник БашЧК, а также центральное управление по делам статистики.

ЦК РКП(б), местные коммунисты большое внимание уделяли вопросам обеспечения надлежащего партийно-политического руководства создаваемой Башкирской республикой. Тем более, в руководящих органах Малой Башкирии партийная прослойка была очень слабой. К тому же созданное в сентябре 1919г. Центральное бюро коммунистов Советской Башкирии под председательством X. Юмагулова не пользовалось поддержкой ЦК и не было им признано. В этих условиях Оренбургский губком РКП(б), пытавшийся всячески ограничивать автономию Башкирии, стал добиваться, чтобы партийно-политическое строительство в Башкирии шло не иначе, как под его руководством, даже собрался созвать в Оренбурге межгубернский партийный съезд.

Готовясь к конференции, коммунисты из Башревкома стремились защитить свои интересы, не допустить, чтобы она встала на антибашкирские позиции. Центральное; бюро установило единую норму' представительства от кантонных партячеек - по 2 делегата без учета общей численности коммунистов в тех или иных парторганизациях. Установление такой квоты было продиктовано тем, что башкир-коммунистов было очень мало. 8 ноября в Стерлитамаке открылась 1 Всебашкирская партийная конференция На ней присутствовало 29 делегатов с решающим голосом и 14-е совещательным. Они представляли 57 партийных организаций и ячеек, объединивших 840 коммунистов и 1178 сочувствующих. В работе

64

конференции приняли участие представители ЦК РКП(б), Уфимского. Оренбургского, Челябинского губкомов партии, получивших право решающего голоса. Тем самым коммунисты, сторонники Башревкома, были лишены возможности защиты своей линии по вопросам партийного строительства. Острая борьба на конференции развернулась вокруг организационного вопроса. Коммунисты из башкир, отражающие точку зрения Башревкома, стояли за то, чтобы в основу строительства парторганизации был положен не классовый, а национальный принцип. В своем выступлении на конференции З. Валидов настаивал на создании "особой национальной партии коммунистов Башкирии", руководство которой принадлежало бы национальному-' пролетариату, а русские коммунисты должны были ограничиться работой "только среди колонистов", подчиняясь партийному органу республики. Конференция отвергла предложение З. Валидова. В резолюции конференции по этому вопросу было записано, что вновь возникшая областная парторганизация будет руководствоваться общепартийным Уставом.

Конференция также записала, что местные партийные организации "должны играть роль контролирующих и наблюдающих органов, не брать на себя функций административных и добиваться исправления всех ошибок местной власти через высшие советские органы, обращаясь в качестве последней партийной инстанции к обкому партии Башкирии.”

Как видно из этого пункта резолюции, парторганизация оставляла за собой право самого широкого вмешательства в дела управления Башкирией. В дальнейшем она полностью взяла на себя и "административные функции".

Конференция избрала областной комитет Башкирской парторганизации в составе 7 членов и 3 кандидатов: Ф. Самойлова, М. Тагирова, Г. Шамигулова, и активных участников башкирского национального движения Х. Юмагулова, К. Каспранского, И. Рахматуллина. Председателем обкома партии был избран Х. Юмагулов, его заместителем - Ф. Самойлов, секретарем - К. Каспранский, составившие президиум обкома партии.

Итак, в составе Башкирского обкома КПСС оказались люди, активно выступавшие в свое время против самоопределения башкирского народа и участвовавшие в феврале 1918 г. в аресте членов Башкирского правительства- Г. Шамигулов, МТагиров, бывшие члены Оренбургского МВРК. На позициях неприятия автономии Башкирии стояли и Ф. Самойлов,

65

А. Измайлов, и это делало неизбежным в будущем столкновение между членами обкома партии, с одной стороны, и Башревкомом - с другой.