Егоров Киевской Руси (стр. 3 )

За Меотийским болотом и рекой Танаисом [по окружности Понта т. е. на запад от устья Дона] большую часть полей, как мною было сказано, заселили кутригуры-гунны, за ними всю страну [Здесь, очевидно, имеются в виду степи примыкающие с севера к Перекопу.] занимают скифы и тавры…26:II-24(VIII-5)

Если идти из города Боспора [Керченский полуостров] в город Херсон [Севастополь], который лежит в приморской области и с давних пор тоже пдчинён римлянам, то всю область между ними занимают варвары из племени гуннов… От города Херсона до устьев реки Истра, которую называют также Дунаем, пути десять дней; все эти места занимают варвары. Река Истр течёт с гор страны кельтов и, обойдя северные пределы Италии, протекает по области даков, иллирийцев и фракийцев [явная дань книжной традиции, т. к. среди этносов участвующих в современных автору событиях эти этнонимы не упоминаются] и впадает в Эвксинский Понт.26:II-25(VIII-5)

Такова по Прокопию этническая география Северного Причерноморья. Расстояние между антами-славянами на Дунае и антами на Дону – более 1000 километров. И все эти километры заселены различными другими племенами. Несмотря на очевидную трудность преодоления этого огромного расстояния, авторы Истории Великой Оченьдревней Руси трудностей не убоялись и смело объединили эти два региона в единый древнерусский массив.

В качестве связующих звеньев привлеклись сведения Иордана о распространении антов до Днепра (но всё же не до Дона), упомянутый народ Hroes Ритора, росомоны - противники готов в Причерноморье, венеды Иордана, связка споры-спалы и некоторые другие столь же полезные сведения. Самые решительные () русов расселяли почти до предгорьев Кавказа. Более осторожные, ограничивались правобережьем нижнего Днепра ( и советская школа антинорманизма). При этом, как обычно, если исходный текст не соответствует концепции, то нам предлагается "правильный вариант" этого текста (см., например, как , перетасовывая фразы ПВЛ, достигает соответствия источника теории). В случае с Прокопием, , стараясь сохранить максимальную корректность, тем не менее, предполагает, что Прокопий не продолжил здесь "ту же строгую последовательность в описании "окружности" Понта Эвксинского, которая соблюдалась им до сих пор".22-215 (#113) Проще говоря, утратил логику и запутался в собственном незнании тех мест и, указывая на север от Танаиса, текущего в нижнем течении почти строго в направлении восток-запад, имел в виду направление на северо-запад от Таманского полуострова, т. е. через Азов к району Мариуполя и далее к Среднему Днепру.

Методика, применяемая к текстам, точно так же применяется и к археологическим данным. Древности сер. I-го тыс. н. э., найденные в лесостепной зоне, включающей и Среднее Поднепровье, были названы "древностями антов". На каком основании? А вот на каком.

цитирует выдающегося археолога : "При определении антской культуры Спицын исходил из того, что "раз анты были оседлым племенем, район их в этой местности (где-то за Азовским морем) определяется более или менее точно – в полосе лесостепи, на чернозёме" Здесь две ошибки. Ошибка №1. Анты-земледельцы живут на Истре, а севернее Танаиса живут бесчисленные племена антов. Являются ли они земледельцами или скотоводами – это как раз вопрос к археологии, так же как их родство с антами на Истре - вопрос к истории. Вместо вопросов имеем сразу готовый ответ. Ошибка №2 - наведённая, т. е. является следствием первой. Так как очевидно, что на север от Дона места земледельцам нет в обозримых окрестностях, то и здесь древнего автора подправляют, заменяя северное направление на северо-западное и непосредственное соседство на соседство весьма опосредованное: между правобережьем Дона и Средним Днепром обитают кутигуры.[27]

Рыбаков пошёл дальше, расширив ареал "древностей антов" как во времени - вглубь до IV-V века н. э., так и в пространстве - почти на всё Северное Причерноморье, заодно переименовав их в "древности русов", хотя и первое-то название было всего лишь простым произвольно присвоенным ярлыком. Никаких соответствий этих древностей и доподлинно славянской археологической культуры выявлено не было. Да и их состав этому никак не способствует, так как в основном это клады с вещами либо Византийского происхождения, либо происходящими из позднеантичных городов Северного Причерноморья.14-44,85 Все, желающие в этом убедиться, могут посетить Исторический музей в Москве и в соседних витринах осмотреть "древности антов" и археологию славян.

Таким образом, нет никаких убедительных аргументов для отождествления придунайских антов-славян и единственный раз упомянутого Прокопием народа анты, обитающего на север от Танаиса. Более того, про антов-славян Прокопий совершенно определённо говорит, что они живут вблизи Днепра. Большинство из них были гунны, славяне и анты, которые имеют жилище по ту сторону реки Дуная, недалеко от его берега.26:I-103(V-26) Гунны здесь - остатки орд Атиллы, оставшиеся в Паннонии. Следовательно, анты-танаиты ничего общего с антами-славянами, кроме схожести наименования (ср. герулы – эрулы) не имеют. Здесь уместно сказать, что само имя "анты" традиционно считается тюркским по происхождению. Ещё раз анты в Причерноморье упоминаются Иорданом о чём будет сказано немного позже.

Точно так же нет никаких оснований для отождествления споров и спалеев и ещё меньше их обоих с антами-танаитами, а всех вместе со славянами. С другой стороны вполне допустимо считать, что спалеи Плиния и спалы Иордана, обитающие в одном регионе – междуречье Днепра и Дона это одно и то же племя, но эта история к нашей никак не относится.

Византийский канцелярист дал вполне наивное объяснение названию славян и антов в древности "споры" - рассеянные, по значению созвучного греческого слова. Подобного рода этимологию принято называть "народной этимологией" и не предавать ей большого значения, что и делает, например, , указывающая ещё на ряд таких же этимологий Иордана. Она пишет, что это был весьма распространённый в средние века приём, например в "Этимологиях" Исидора Севильского VII в. Но оказывается, что ни одно благое начинание средневековых учёных не остаётся без последователей и продолжателей среди наших современников. Спалеи (II в., дельта Дуная) - споры (VI в., левобережье Нижнего Днепра) - поляне (VIII в., Средний Днепр) - поляница (женщина-богатырь) – вот какой изумительный в своей "строгой научной логике" ряд предлагают, заочно согласившись друг с другом, и .

Выше уже говорилось, что Прокопий и Иордан говорят о разных предках славян и антов: венеды у Иордана, споры у Прокопия. Естественно никакой народ не может появиться ни от куда и произойти ни от кого, прародину и предков иметь обязан.

1.6. Генезис (авторская версия)

Вопрос только кто и когда породил славян?

"Кто", в языковом смысле, решается достаточно надёжно: ближайшие родственники славянских языков - это языки балтов (литовский, латышский и др.) Протославянский язык происходит от окраинных диалектов древнебалтийских языков, занимавших на рубеже н. э. огромную территорию от Прибалтики до Верхнего Дона. "Наиболее древние черты в равной мере объединяют как праславянский, так и балтийские языки с азиатскими индоевропейскими языками, с балканскими (фракийским и иллирийским), исчезнувшими в начале новой эры (из этих языков в горах на побережье Адриатического моря сохранился лишь албанский язык), а так же с германскими языками. Вместе с тем праславянский язык характеризуется значительным комплексом особенностей, сближающих его с западноиранскими языками, к которым, как принято считать, относился язык скифов; эти особенности балтийским языкам неизвестны. На основании этих свидетельств высказано предположение, что протославянский языковой союз, со временем оформившийся в праславянский язык, по преимуществу состоял из диалектов, часть которых сохранилась на прибалтийской окраине когда-то обширного района их распространения. Окончательный отрыв праславянского языка от древнебалтийских диалектов произошёл после сближения с западноиранской речью скифов."25-37

"Когда" тоже пытаются решить, опираясь на данные лингвистики. В соответствии с методом глотохронологии язык в процессе своей жизнедеятельности за каждое тысячелетие обновляет ~15% корней из так называемого диагностического списка в 100 слов. Расчёт, проводимый для славянских языков, относит время их появления на конец II - начало I тысячелетия до н. э. Но метод глотохронологии – это статистический метод, и как всякий статистический метод применим к линейным процессам. Т. е. он применим к уже существующим живым не законсервированным языкам (Например, исландский язык, законсервированный письменной культурой, за тысячу лет практически не изменился – пороговая нелинейная функция; исландцы говорят на том же языке, на котором писали тысячу лет назад.) Процессы рождения – процессы заведомо нелинейные и к ним не применимы методы линейных оценок. Время, требующееся на образование нового языка, и словарный запас, заимствуемый из языков-родителей, определяются не статистическими законами, а конкретными историческими условиями.

Мы не считаем удовлетворительной версию о существовании в Европе на протяжении X в. до н. э. - V в. н. э. древнеславянского языка при отсутствии каких-либо следов славян в материальных культурах и письменных свидетельствах этого времени.

Представляется, что происхождение славян как языка и этноса относится к III-IV веку н. э., всего за 8-12 поколений до начала их исторического времени.

Причины этого можно попытаться описать в терминах пассионарного взрыва , или в терминах вызова-ответа Дж. Тойнби. Но указанные теории, остающиеся на уровне натурфилосовских спекуляций, так и не получивших твёрдого научного обеспечения, хотя их терминология и устойчиво присутствует в публичной лексике, не объясняют произошедшее. Пассионарные взрывы у германцев, викингов, монголов не приводили к смене языка или культуры в местах первичного обитания. А для такой силы ответа, как этническое обособление от балтов, не было адекватного по силе вызова: климат не менялся, проход германцев от Балтики следов великих разрушений и пожаров не оставил, других нашествий в эту лесную глушь не было.

Мы попытаемся предложить свой вариант механизма этногенеза славян.

Славяне и у Прокопия, и у Иордана выступают под своим собственным самоназванием. В отличие от усвоенного со школы материалистического определения народа как общности людей, имеющих единый язык, территорию, экономику, культуру и т. п., то есть, определения народа из вне, дающего возможность по произволу объявлять одних народом, других только народностью, а третьих и вообще обзывать сборищем негодяев, автор, склонный к идеализму, придерживается того мнения, что народ – это прежде всего те, кто таковым себя считает. И в этой связи первейшим признаком народа, отличающим его от других народов, является самоназвание.

В самом начале говорилось о происхождении самоназвания "славяне", что оно имеет значение люди одного корня, говорящие на одном языке. В оппозицию обычно ставиться именование народа "дойч" немцами, т. е. немыми, говорящими непонятно. , профессиональный детективщик и историк в духе гг. Фоменко и Ко, оспаривает подлинность ПВЛ на том основании, что в ней наличествуют "немцы". Поскольку "немцами" на Руси XVI-XVII веков называли любых иностранцев из Западной Европы, а отождествление немцев с Германией произошло гораздо позже, то и этот текст следовательно написан не ранее XVII века. Однако указанное явление имеет отношение только к "народной", в смысле фольклорной, культуре. Книжная традиция от Киевской Руси через Московию до Российской империи этой народной этимологии подвержена не была, и немцев, например, с итальянцами (фрягами) не путала никогда. И всё же версия, "немцы" от "немые", слишком привлекательна, только возникновение такого определения других народов следует отнести ко временам, задолго до складывания книжной традиции у восточных славян. Вот и говорит лишь о соблазнительности противопоставления "славяне-немцы" и неясности, когда праславянский этикон "немцы" стал использоваться применительно к германцам, а не ко всем "чужим".14-9

При восстанавливая схемы взаимодействия праславян и германцев в начальный период славянского этногенеза, получается неожиданный результат. В конце III, начале IV вв. н. э. территория зарождения славян, на которой спустя век распространится археологическая культура пражского типа, практически со всех сторон окружена передвигающимися германскими племенами. Юго-западная группа балто-славянских племён оказалась отрезана от остального массива и начала развиваться независимо от прочих. Именно к концу III в. н. э. произошло географическое разделение балтославян на будущих балтов и будущих славян. Для последних же практически все соседствующие с ними чужие племена оказались германскими. Т. е. никаких иных чужих, немых, кроме германцев в окружении будущих славян не было. Когда же славяне начали сталкиваться с другими народами – гуннами, даками-волохами, греками, аварами и т. п., название немцы закрепилось за теми из германцев, которые остались непосредственными соседями славян.

В культурно-археологическом смысле славяне ранее V века не просматриваются, и первоначальное ядро славянских древностей - культура пражского типа, занимает довольно узкий пояс на юго-западе первичного балто-славянского массива.

Кроме языкового и территориального смыслов происхождения народов, есть ещё и другие, в том числе и генетический или его менее точный вариант - антропометрический. Прямых исследований генов и построения их генеалогического древа сейчас нет. Поэтому остаётся только с большой долей уверенности сказать, что раз славяне не вырезали под ноль всё прежнее население от Балтики до Эгейского моря, а их в этом никто не обвинял, значит, они его ассимилировали - сделали славянами по языку и культуре. В течение V и первой половины VI века, т. е. всего за 6-8 поколений славяне, выйдя из лесов севернее Карпат, пришли в долину Дуная и начали переселение на Балканы, славянизируя все встречаемые на своём пути народы.

Прямым свидетелем этого процесса был Иордан, а отголоски этих процессов обнаруживаются в "Слове о полку Игореве", созданном в 1187 году. Иордан сообщает, что в 375 году король готов Винитар победил антов и приказал распять их князя Боса (Boz, Booz, Box) с сыновьями и ещё семьдесят знатных антов.

Про них [остроготов] известно, что по смерти короля их Германариха они, отделённые от везеготов и подчинённые власти гуннов, остались в той же стране, причём Амал Винитарий удержал все знаки своего господствования. Подражая доблести своего деда Вультульфа, он, хотя и был ниже Германариха по счастью и удачам, с горечью переносил подчинение гуннам. Понемногу освобождаясь из-под их власти и пробуя свою силу, он двинул войско в пределы антов и, когда вступил туда, в первом же сражении был побеждён, но в дальнейшем стал действовать решительнее и распял короля их Божа с сыновьями его и с семьюдесятью старейшинами для устрашения, чтобы трупы распятых удвоили страх покорённых. Но с такой свободой повелевал он едва в течение одного года: [этого положения] не потерпел Баламбер, король гуннов... (#245-246)

В то же время текст "Слово о полку Игореве" содержит в себе оппозицию "золотого века" и "нынешних плохих времён". "Золотым веком" "Слова о полку Игореве" является "век Трояна". Четырежды в тексте упоминается Троян в смысле минувших прекрасных времён:

О Боян, соловей старого времени!

Вот бы ты походы те воспел,

скача, соловей, по мысленному дереву,

летая умом по подоблачью,

свивая славу обеих половин сего времени,

рыща по тропе Трояна

через поля на горы.[28]-49

Были века Трояна,

Минули годы Ярославовы;

Были походы Олеговы,

Олега Святославича. 28-61

Встала обида в войсках Даждьбога внука,

вступила девою на землю Трояню,

выплеснула лебедиными крылами

на сине море у Дона;

плеская, прогнала времена обилия.28-65

На седьмом веку Трояна

Кинул Всеслав жребий.28-89

И в этом же тексте есть упоминание Буса.

На реке Каяле тьма свет покрыла –

По Русской земле простёрлись половцы

точно выводок гепардов.

Уже пал позор на славу;

уже ударило насилие на свободу;

уже бросился див на землю.

И вот готские красные девы

запели на берегу синего моря,

звеня русским золотом,

воспевая время Бусово.28-75

Сопоставление источников даёт следующий набор фактов. Русский источник XII века помнит век Трояна и время Бусово (II-IV века). Латинский источник VI века соотносит предков антов и склавинов своего времени с венедами IV века. Современники Римской империи (II-IV века) никаких славян, т. е. народов, говорящих на славянских, а не на германских, кельтских, иллирийских или фракийских языках, в обозримом им мире не знали.

Единым образом эти факты могут быть объяснены:

a) Случайное совпадение звучания имён. Готские девы должны бы по логике вещей счастливое время называть по имени своего великого древнего правителя, а не по имени одного из многих поверженных им врагов. А кроме того, с чего бы это готским девам, звеня золотом сейчас, воспевать какое-то древнее время: Бус – это их современный царь, в правление которого удачно налажена торговля с половцами, в результате которой русское золото оседает в готских городах Крыма. Исходя из этого поэтическая оппозиция «века Трояна» и «времени Буса» нам только мерещится. Но дело в том, что автор «Слова…» не перевоплощается в готских дев, а сохраняет оценку с русской точки зрения. «Время Бусово» – это не время удачной торговли готов, а время несчастий Руси, и имя этому времени даётся не по готскому удачливому правителю, а по русскому несчастному князю.

б) "Слово о полку Игореве" - позднейшая (XVIII века) фальсификация. Список XVI века найден -Пушкиным около 1790 года, скопирован для Екатерины-II в году (копия потеряна и найдена лишь в 1864 г.), опубликован в 1800 г. и сгорел в московском пожаре 1812 года. Основные аргументы сторонников фальсификации (В т. ч. ):

- Распространённость и не слишком большая предосудительность литературных фальсификаций на рубеже XVIII-XIX веков. Достаточно указать на «Песни Оссиана» Макферсона, в подлинность которых поверил и «Песни южных славян» Мериме, на которые «купился» .

- -Пушкин был изобличен современниками в фальсификации "Тмутараканского камня". (Сведения почерпнуты авторм из книги одной дамы с экзальтированным слогом, так что возможно недостоверны.)

- "Слово..." не имеет аналогов среди письменных памятников Киевской Руси. Это единственный представитель светской литературы наполненный не христианскими а, языческими образами, весьма популярными в конце века XVIII.

- Автор "Слова..." "не знает", по мнению критиков, XII века.

- Текстовое сходство с "Задонщиной" (самый конец XIV или XV век) сторонниками версии о фальсификации, видится в по схеме: краткая редакция "Задонщины" - более поздняя пространная редакция "Задонщины" - фальсифицированное "Слово...".

Проверить подлинность оригинала физико-химическими методами, как это было сделано в 1969 году с фальсифицированными чешским филологом Вацлавом Ганкой в первой половине прошлого века Краледворской и Зеленогорской хрониками (Чехословакия), теперь уже невозможно. Но совокупность лингвистических методов вполне позволяет признать "Слово..." аутентичным.

Если всё же признать "Слово…" фальшивкой, то лингвистический уровень этой "фальсификации" существенно превосходит уровень знания языка Руси XII века, имевшийся у возможных авторов, среди которых кроме -Пушкина называют архимандрита Иоиля Быковского, у которого был куплен сборник с текстом «Слова…», а также участвовавших в подготовке публикации , -Каменского и консультировавшего их . Даже Ломоносов, положивший начала в том числе и российской лингвистике, вряд ли корректно справился бы с такой задачей.

Мусина-Пушкина и в подделке вообще смехотворны. Как раз они сами были жертвами одной фальсификации связанной со “Словом...” В 1815 г. каждому из них было предложено купить “вновь открытый древний список” “Слова...” и оба купили. В восторге последний из жертв подлога, -Пушкин “приехал в Общество истории и древностей российских при Московском университете и торжественно сообщил о приобретённой им “драгоценности”. “Все удивляются, радуются, один Алексей Фёдорович [Малиновский] показывает сомнение. “Что же вы?” - ”Да ведь и я, граф, купил список подобный...” - ”У кого?” - ”У Бардина”. При сличении списки оказались одной работы” ("Мсковитянин" за 1841 г.)89-103

Бардин – уважаемый московский антиквар, занимавшийся изготовлением “сувенирных”, когда подписывал, или подложных, когда не подписывал, документов под древность. В отличие от другого столь же известного мастера, Сулакадзева, никогода не фальсифицировал содержание, стараясь добросовестно его копировать. Текстовые же фальсификации последнего в научном плане вполне безобидны, т. к. “по словам Лотмана, древность памятника, в понимании Сулакадзева, состояла не просто в непонятности его текста, а в принципиальной непонятности.” 89-167

В общем случае, уровень фальсификации не может превосходить уровень передовых знаний и научных методов своего времени, а поскольку такого рода сомнительными делами крайне редко занимаются выдающиеся учёные, то практически все фальшивки дезавуируются уже в момент их первой публикации (см. книгу ). А представить, что современные лингвисты не отличат текст, написанный на языке Киевской Руси XII века, от текста конца XVIII века имитирующего язык Московского княжества века XV весьма сложно.

Что же касается "Задонщины", то это произведение было найдено только в 1852 году. И так же сложно представить, что кто-то вместо того, что бы "размахивать" действительной находкой, сохраняет её в тайне, а в свет выходит со своей собственной фальшивкой. Но это - не доказательство. Доказательство другое. "В стиле "Задонщины" значительны следы деловой прозы XV в., сказывающиеся в хронологических уточнениях, титулованиях князей, генеалогических формулах, перечне убитых, однообразии приёмов введения прямой речи".[29] Никаких из перечисленных признаков в "Слове…" нет. Совершенно невозможно для конца XVIII века изготовить текст на основе "Задонщины" и не включить в него какие-либо из вышеуказанных конструкций. Это невозможно было ни случайно, ни намеренно, последнее ввиду отсутствия соответствующих литературоведческих знаний.

в) Автор "Слова о полку Игореве", будучи человеком из княжеской дружины, а не церковным писателем, был в то же время очень образованным книжником, почерпнувшим свои сведения из книг. Тогда и его слушатели - князья и княжеские дружинники конца XII века - должны быть тоже столь же образованными книжниками, ведь образы "века Трояна" и "времени Бусова" должны были быть понятны и автору, и его слушателям. Это не соответствует известному образу княжеского окружения. Автор "Слова о полку Игореве" - неординарное исключение, но всё-таки не до такой степени, чтобы читать и цитировать своим сотрапезникам римскую историю.

Римский император Траян, победивший царя Децибала и завоевавший Дакию, превратился для румын и болгар в божество. Божество жестокое, сильное, воинственное, богатое. В его стране много золота и городов. Откуда это божество появилось у румын понятно - они прямые потомки романизированных даков и гетов. А вот славяне получили его в наследство, от той части даков и гетов, которых они ассимилировали. Для иных предположений нет никаких данных. Среди противников Траяна во Фракии не было никаких славян и никого, кого можно было бы со славянами отождествить.

Только имея в виду, что Троян - это один из славянских богов, можно правильно понять смысл строк о деве-обиде вступившей на землю Трояню. Не на землю римского императора Траяна, а на землю, охраняемую славянским богом Трояном. В этом же смысле тропа Трояна - это не конкретный географический объект (по , дорога с Русской равнины через Карпаты - через поля на горы), а скорее символическая дорога воинской доблести. Также и На седьмом веке Трояна... – это не реальное летоисчисление с привязкой ко времени императора Траяна, а мифологическое время, имеющее смысл конца «золотого века»96-213. Всеслав Полоцкий – князь превращавшийся в волка, хитростью и кудесничеством получивший Киевский стол - последний великий представитель ушедшей языческой Руси, Руси Трояна. Таким образом, все упоминания Трояна – это обращения к славянскому воинскому божеству, Траян же римский император автору «Слова…» неизвестен.

Упоминания Трояна нет в “Повести...”, но он есть в апокрифическом “Хождении богородицы по мукам”, дошедшем в пергаментном списке XII века, где упомянуты каменные истуканы Трояна, Хорса, Велеса и Перуна.97-198

г) Народы северо-восточного пограничья Римской империи - суть славяне. Такая интерпретация долгое время была наиболее распространённой. На венедов Тацита, как на славян указывали и , и Костомаров называли славянами даков и т. п. То, что это заблуждение, очевидно. Иллирийских венетов, карпатских котинов, дунайских певкинов с таким же успехом можно называть славянами, с каким цезальпинских (т. е. доальпийских - италийских) галлов - французами. Да, галлы - предки современных французов. Но не только галлы, не все галлы и не только французов. Так что галлы - это не французы. Фраза "Гуси Рим спасли от французов" абсурдна.

Кроме того, комплекс археологических данных в указанном Иорданом ареале антов (Северное Придунавье и Северо-западное Причерноморье) до VI века не имеет славянских элементов.[30]

И, наконец...

д) Ситуация крушения "Великой Державы" - страны, где личность оказывается всецело подчинена государственному надзору, всегда порождает у значительной части людей, переживших это крушение, психологическое ощущение утраченного рая безотносительно к реальной жизни в рухнувшей империи. Эти иррациональные чувства не только передаются из поколения в поколение, но и закрепляются в фольклоре в образах "золотого времени". Так было на заре цивилизации после крушения первой в истории "Великой Державы" - государства III династии Ура. После его падения не только цари государств-преемников, но и князья окружающих кочевников возводили своё происхождение к царям этого государства. Библейский Авраам тоже родился в Уре. Это же мы видим в окружающей нас постсоветской действительности. Так же было и после крушения Вечного Рима.

1.7. Дранг на юг

Примерно с конца V века шёл процесс славянизации населения северных Балкан. Те, кто не погиб под ударами нашествий германцев с севера и кочевников с востока, присоединились к молодому народу, выходившему из лесов центральной Европы, принимая славянский язык, культуру и образ жизни. Но в своей памяти эти бывшие кельты, иллирийцы, фракийцы смогли удержать воспоминание о "мирной жизни под властью Рима" и погроме, устроенном готами, и продолженном гуннами. И эту память они передали славянам. В этом смысле, история народов северо-восточного пограничья Рима - это общая история всех восточно-европейских народов, так же, как история отношений Рима и германцев - это общая история всех западноевропейских народов. И никто по отдельности - ни французы, ни англичане, ни немцы не могут претендовать на исключительность по отношению к тем же готам или вандалам.

Теперь вернёмся к антам-танаитим. Согласное мнение советских историков, что все анты – это славяне, “осложняется”, по выражению («Собрать бы книги все и сжечь», чтоб жизнь не портили. Е. К.), мнением, высказанным ещё в 1922 А. Ольриком и поддержанным в последствии , что анты-танаиты (приставка "танаиты" введена мной для отличия их от дунайских антов-славян) – это аланы, точнее их некоторая периферийная группа: осетинский «ändä» – «всё», «ändag» - "внешнее", на санскрит "anta" - "конец", "граница". Осетины помнят о войне с племенем "Gut", а Аммиан Марцеллин сообщает о войне остроготов с аланами22-326 (#610)

Впрочем, в такой интерпретации представляется, что расселение алан на север от Дона столь же неправомерно, как и поселение туда же славян. Смысл приведённых А. Ольриком и слов скорее указывает на то, что анты-танаиты - это не этническое определение группы племён, а объединение различных племён по географическому принципу. Анты-танаиты - племена, занимающие всю внешнюю по отношению к границе территорию. Границей для северокавказского степного региона был несомненно Дон (Танаис). Среди этих заграничных племён возможно, и даже очень вероятно, были и тюркоязычные племена, родственные аланам. И за ними определение "внешние" закрепилось как племенное имя, при обращении к ним других племён (но не самоназвание, которое нам не известно).

Эти тюркоязычные племена, обитавшие в III-IV веках на правобережье Дона, были подчинены гуннами. Далее можно говорить только в категориях возможного, реконструируя переход имени «антов» от тюрок к славянам. В качестве аналога примем переход имени «болгары» также с тюрок на славян. В качестве союзников гуннов анты подверглись нападению вышедших из повиновения гуннов остроготов. Возможно, это было самое тяжёлое поражение антов в их истории – гибель царского рода и большинства племенной знати. Затем они так же как все прочие народы Северного Причерноморья приняли участие в великом переселении народов, придя вместе с гуннами Аттилы в центральную Европу. Здесь они получили во владение территории на периферии ойкумены и остались их владетелями и после развала гуннского государства. Анты стали правителями конгломерата осколков от разных народов, переживавшего бурный процесс этногенеза, и этот процесс в полной мере захватил и самих антов, от которых в скором времени осталось только имя одного новообразовавшегося славянского племени. Таким образом фрагмент из истории чужого этноса попал в этническую память славян.

Имя склавины является лингвистически правильной трансформацией имени славян в греческом языке (ср. Висла - Вискла). Но под именами склавинов и антов византийцы и римляне оставили сведения не только о славянах, но о конгломерате народов принявших участие в славянском движении и славянизировавшихся в ходе его. С течением времени греки усвоят более точное звучание имени славян. В начале Sklaboi - славяне; Sklabhniai - Славинии (места компактного расселения славян среди балканских народов). Но названия более позднего происхождения уже точно отражают самоназвание славян. Slabintza - крепость Славинеца.[31]-490

Хотя главное божество склавинов и антов - повелитель молний, которому аттрибутируется так же и бык, довольно точно соответствует славянскому Перуну (и балтийскому Перкунасу, в других случаях быка связывают с Велесом), но столь же точно оно соответствует и греческому Зевсу и римскому Юпитеру, являя собой скорее элемент общего наследия европейских народов, чем собственность славян.

Выше приводились отрывки о славянах из Иордана и Прокопия. Иордан более этой темы не касался. Прокопий же регулярно, описывая общую обстановку в империи, даёт сведения касательные славян. Автор не уверен, что следующее утверждение не было ранее кем-то высказано, но в явном виде оно не обнаружено. Сведения Прокопия дают весьма последовательную и точно датируемую хронологию выхода славян к Дунаю и первых попыток его преодоления.

494 г. (3-й год правления императора Анастасия 491-518 гг.) Когда эрулы были побеждены в бою лангобардами и должны были уйти, покинув места жительства отцов, то один из них, как я выше рассказывал, поселился в станах Иллирии, остальные же не пожелали нигде переходить [на правый берег] через реку Истр, но обосновались на самом краю обитаемой земли. Предводительствуемые многими вождями царской крови, они прежде всего последовательно прошли через все славянские племена, а затем, пройдя через огромную пустынную область, достигли страны так называемых варнов [саксы]. После них они прошли племена данов, причём живущие здесь варвары не оказали им никакого противодействия. Отсюда они прибыли к океану сели на корабли, пристали к острову Фуле [Ирландия] и там остались.26:I-159(VI-15)

В этом отрывке почти всегда обращают внимание на упоминание славянских племён во множественном числе, считая это за доказательство их повсеместного распространения. Однако обращает на себя внимание то, что это первое ретроспективное упоминание славян, которое содержит достаточно определённую локализацию их мест расселения. Славяне в этот момент ещё не вышли к Дунаю. Герулы попадают на их территорию, уходя на север-запад от Дуная. За территорией славян в направлении на северо-запад огромная пустая область – места прежнего обитания лугиев и только потом начинаются земли приморских германцев. Кстати, даны, вовсе не столь многочисленные в последствии, какими потом окажутся славяне, тоже определены во множественном числе племён. Таким образом, территория славян на 494 г. в меридиональном направлении совпадает с ареалом пражской культуры.

527 г. Когда Юстиниан (527-565гг.), дядя Германа вступил на престол, анты, ближайшие соседи славян, перейдя Истр, с большим войском вторглись в пределы римлян. Незадолго перед этим император назначил Германа начальником войск всей Фракии. Герман вступил в бой с войском неприятеля и, нанеся им сильное поражение, почти всех их перебил.26:I-326(VII-40)

Где-то между 494 и 527 гг. славяне двумя объединениями: склавины и анты вышли на Дунай и в этом отрывке упомянута первая попытка переправы через эту великую реку. По мнению ,14-11 для славян переход через Дунай был переходом в иной мир, выходом с того света на этот, переходом через границу исторического небытия и бытия славянского этноса.

Где же произошёл этот выход? Из отрывка Иордана, приведённого выше, который цитируется вне общего контекста, многими делался вывод, что славяне вышли к Дунаю на всём его протяжении от Норика до дельты. Но это не так. Тот же Иордан, описывая места расселения германских племён, которые в отличие от славян, являются основным предметом его интереса, весьма последовательно определяет территорию Дакии как территорию гепидов.

33. В Скифии первым с запада живёт племя гепидов, окружённое великими и славными реками; на севере и северо-западе [по границе области] протекает Тизия [Тисса]; с юга же [эту область] отсекает сам Данубий, а с востока Флютвазий [Олт, левый приток Дуная, впадающий в него у города Никополь, совр. Секуриска]; стремительный и полый водоворотов, он, ярясь, катится в воды Истра. Между этими реками лежит Дакия, которую, наподобие короны ограждают скалистые Альпы [Альпы - горы вообще, здесь Карпаты и Трансильванские Альпы]. Непосредственным продолжением этого отрывка является текст о многолюдном племени венедов.