Партнерка на США и Канаду по недвижимости, выплаты в крипто
- 30% recurring commission
- Выплаты в USDT
- Вывод каждую неделю
- Комиссия до 5 лет за каждого referral
Главенствовали тогда в Москве,
И Федьку видя в зале тронном,
Бояре все были в тоске…
………………………………….
…Момент такой ему удобный
Не мог Гонсевский упустить,
И поспешил народец злобный
Военной силой укротить.
А наперво в Кремле московском
Охрану немцам1 поручил,
Они надёжней вояк польских,
Не куролесят коль в ночи.
Орудья к бою приготовил
На стенах толстых крепостных,
И на военный лад настроил
Стрельцов и ратников своих.
И городские все ворота
Велел он наглухо закрыть,
И с ружьями поляков роты
Повсюду начали ходить.
19
Москва в осадном положенье октябрь 1610 г., Москва
Жить начинала с октября,
И ещё боле возбужденье
Росло в ней против короля.
Отныне власть вся у поляков
И холуёв их «воровских»,
Поруганные бояре страхов
Уж натерпелися от них,
От вакханалии ничтожной
Московской братии меньшой,
Богатства алчущей, безбожной,
С продажной, подлою душой.
Да что бояре! От насилья
Страдал любой в столице чин,
И порченые голосили
Всё чаще девицы в ночи.
Казалась взятою врагами
Той хмурой осенью Москва,
Цена победы над «ворами»
Была уж очень высока…
……………………………..
21
…А Вор, оставленный Сапегой[26],
В Калуге всех подозревал,
Кто рядом был и кто приехал,
И тьму невинных убивал.
О жизни собственной лишь пёкся
И стал похожим на «отца»[27],
А коли грозным быть зарёкся
Теперь он волк, а не овца![28]
Лжедмитрий немцев и поляков
Рубил и жёг поболе всех[29],
Он принял образ вурдалака[30]
И не считал это за грех,
На территориях подвластных,
Расправы страшные чиня,
Всех подозрительных, опасных
Пытая жутко и казня.
А роль же изверга Малюты
Играл Заруцкий атаман,
Исчадьем ада был для люда
Сей ненавистный уркаган.
В Калуге Думу возглавляли
,
Кого в столице проклинали,
И воевода Трубецкой[31].
А гетманом хоть и Валевский
Считался в стане воровском,
По сути, казачина дерзкий -
Заруцкий был их вожаком.
Не предаваяся унынью,
Он так успешно воевал,
Что Вор воспрянул и отныне
Уже и сам не унывал…
……………………………..
25
…Случилось это на охоте, 11 декабря 1610 г., под Калугой
Когда расстреливал «косых»
«Царёк», поглядывая чёртом
На сотоварищей своих.
И князь1 с драбантами2 был рядом,
Дворян стараясь оттеснить,
А сделав это, три заряда
Был волен в грудь ему всадить!
А после голову и руку,
Для пущей верности, отсёк,
Легко преставился, без муки,
Весь кровью залитый, «царёк».
И тут же с саблями татары
Набросились на мертвеца,
И мстя за гибель «государя»3,
Кромсали долго стервеца…
26
…Его истерзанное тело
Потом в Калугу привезли,
И лишь совсем когда раздели,
«Царя» в нём распознать смогли.
Марина с животом огромным,
На площадь выйдя из дворца,
Трясущаяся, с ликом злобным,
Взывала к мести без конца.
И только сил когда не стало,
Зашлась в рыданиях вдова,
Царевича ведь так мечтала
Родить «Димитрию» она.
И, не раздумывая долго,
Казаки бросились на мурз4
И убивали их с порога,
Круша с татарами союз…
27
...Лихая власть теперь казачья
Установилася в краю,
И все, кто были побогаче,
За жизнь боялися свою.
А главными были Заруцкий
И князь мятежный Трубецкой[32],
Кто был знатнейшим в круге русском
Боярской знати «воровской».
А Шаховской уже утратил
Своё влиянье на людей,
С повинною к московской знати
Готов был ехать лиходей!
28
Усилилась в Калуге смута
И вновь Сапега угрожал.
Марине страх ежеминутный
Хранить беременность мешал.
Но всё прошло благополучно –
Царица сына родила,
И хоть над ней сгущались тучи,
Надежду снова обрела!
Иваном был ребёнок назван
И православным окрещён.
Воспрянул и Заруцкий сразу:
«Использовать его резон!»
На самом деле неизвестно,
Кто был родным его отцом,
Вела коль мать себя бесчестно,
Познав немало молодцов.
О ней давно ходили слухи,
Но нет ведь дыма без огня!
Четыре года он не тухнет,
И злится на неё родня…
……………………………….
…И кризис правящих династий,
И бунты русской бедноты,
Страну приведшие, к несчастью,
До роковой уже черты,
Сметя и Тушинского вора,
Так возбуждавшего страну,
Переросли совсем уж скоро
В национальную войну.
Народ опомнился и чувством
Патриотизма возгорел,
Всех единило оно русских,
Спасти кто родину хотел.
От помрачённого сознания
Их не осталось и следа,
Врагов России притязания
Унять им должно навсегда…
33
Для московитов1 православье
Было их нации сродни
И изменить ему не в праве,
Как и стране, были они.
И кто от веры христианской
Своей народной отступал,
То этим повод для острастки
И наказания давал.
И антипольский бунт в столице
Вначале целью не имел
Отринуть краковского принца2,
А против ереси гремел.
«Избранник примет нашу веру –
Ему рабами будем все,
А коли нет – отринем скверну
И быть тогда уже грозе!» -
Так говорили Трубецкие3
И их поддерживал народ,
И патриарх слова такие
Не раз в церквах произнесёт.
Единственный из всех начальных4
И значимых людей страны,
Не изменял своим он чаяньям
Во время внутренней войны.
И как никто перед тлетворным
Влияньем Смуты устоял,
И покрывал он всех позором,
Кто честь и совесть потерял.
А нравственное прямодушье
До самой смерти сохранил,
Святейший праведником сущим
И пастырем народу был.
34
И Салтыков когда занудно
И долго старого просил,
На присяганье Сигизмунду
Чтоб он народ благословил,
От Гермогена только злую
Услышал отповедь[33] одну:
«Скорее кровью истеку я,
Чем иноверцу присягну!»
Лихой боярин изругался
И на него с ножом полез,
Но Гермоген не испугался
И пасторский свой поднял крест…
………………………………
36
…И осознав, что лишь с оружьем
Бороться можно против них,
И что призыв к народу нужен,
Чтоб бил он недругов своих,
Открыто стал уже к восстанью
Святейший[34] паству призывать,
И в города свои воззванья
К единоверцам направлять.
И Суздаль, и Ростов Великий,
И Нижний Новгород, Рязань
Наполнил своим гневным криком
И единиться наказал.
Чтобы собирались ополченья
И шли к столице на врага,
Умов российских помрачение
Тогда уйдёт наверняка,
Коль цель их общая и главная, -
Страну и веру отстоять,
И из своих лишь православных
Царя отныне избирать.
Но боле всех на Ляпунова[35]
С его служилыми людьми
Рассчитывал старик суровый,
Войдя во все уже умы.
И к нему прежде обратился,
Лишь в нём увидев вожака,
Хотя при Шуйском-то ярился
Он на сего бунтовщика[36].
Но зная ум его, отвагу,
И с тем, уменье убеждать,
Благословил его всех раньше
Святое дело их решать.
И знамя гордое восстанья начало января 1611 ., Рязань
Поднял зимою Ляпунов
В мятежной издавна Рязани,
И был к войне уже готов.
37
Узнав о действиях враждебных
И столь опасных против них,
Сочли агрессоры потребным,
Чтоб под арестом был старик.
И приказали Патриарху
Не покидать отныне дом,
Коль не могли единым махом
Пока «пустить его на слом»…
…………………………………..
…Над первом земском ополченьем
Стояло трое вожаков,
Но конкурентов, к огорченью,
А не покладистых дружков.
Из них, конечно, выделялся
Своим талантом Ляпунов,
Вождём восстания являлся,
И был отважен и толков.
Освободительное движенье
Он как и Скопин возглавлял,
Хоть неумеренность в решеньях
Своих поспешных проявлял.
Повыше саном был знатнейший
Из русских в думе «воровской»,
Давно от ляхов отошедший,
.
И третий «тушинцем» был тоже,
И самым лютым среди них,
Заруцкий и не скрывал, похоже,
Коварных замыслов своих.
Но его армия казачья
Была огромна и сильна,
И без неё на неудачу
Борьба с врагом обречена…
41
Москва томилась в ожиданье середина марта 1611 г., Москва
И волновалась всё сильней,
Ещё немного и восстанье,
Казалось, грянет уже в ней.
И опасаясь выступленья
Крутые меры принимал,
Диктатор1 польский к населению -
У всех оружье изымал,
И запрещал носить с собою
Дубинки, сабли, и ножи,
Грозя и пыткой, и тюрьмою
Как за разбой и грабежи.
И у купцов с прилавков даже
Все изымались топоры,
И день, и ночь ломилась стража
Во все московские дворы
И к тем насилье проявляла,
Кто подозренье вызывал,
А сколько девок пострадало,
Один лишь Бог об этом знал.
Даже к заутрене1 во храмы
Не позволялося ходить,
Все перешли поляки грани,
За кои должно их судить…
……………………………
…Когда насилие пытались 19 марта 1611 г., Москва,
Поляки к русским применить, Китай - город
То мужики не убоялись
И сами ляхов стали бить!
А тут и чернь с ними сошлася
И драка в бой переросла,
На шум немедля собралася
Толпа людская без числа.
И посчитав, что на восстание
Подвигнул старец2 голытьбу,
Немецкие полки3 охранные
С оружьем ринулись в толпу,
И началась такая бойня,
Что ужас жителей объял!
А вскорь от дьяволов на конях
Люд безоружный убегал.
Но злые польские вояки,
Своих пришпорив лошадей,
Как разъярённые собаки
Набросилися на людей.
И на куски их изрубили,
И подавили как мышат,
И тех лишь русских возлюбили,
Какие мёртвыми лежат.
А в Китай – городе народу
До семи тысяч полегло,
Без ополчения исхода
Иного быть и не могло.
И даже князь Голицын1 в доме
Своём был собственном убит,
Став жертвой дикого погрома,
И в землю наскоро зарыт.
44
Но в Белом городе, однако,
Ударив русские в набат,
Собрали воинство для драки
С участьем прибывших солдат.
Вооружились чем попало,
И даже пушки привезли,
Хотя орудий было мало,
Но и они-то помогли!
И возводили баррикады,
Собрав весь хлам на берегу,
Из укреплений коли ладно
Палить из пушек по врагу.
Район же Сретенки2 Пожарский
И вовсе в крепость превратил,
И хоть сраженье было жарким,
Вражину вспять поворотил.
И к Яузским воротам3 также
Противник сунуться не мог,
В них Бутурлин стоял отважный
И зорко вражину стерёг.
А вот Колтовский казаками
Замоскворечье4 наводнил
И в стычках яростных с врагами
Их прочь убраться убедил.
Отброшенные в Китай – город
И в самый Кремль уже, они,
Хватали вожаков за ворот:
«Как выйти нам из западни?»
«Не паникуйте – из Можайска
К нам подкрепление идёт5,
И не сгущайте зря вы краски –
Раздор меж русскими грядёт, -
Гонсевский их уверил, - шаткий
Меж командирами[37] союз,
Заруцкий действует с оглядкой,
Им свой командует искус[38]…»…
……………………………….
46
…Когда Москва ещё дымилась,
Вновь на Пожарского враги
Немалым войском навалились
Острожек[39] взяв его в тиски.
Но укрепление до ночи
Не в силах были захватить,
И лишь израненный он очень
Велел дружинам отступить.
Резня в столице продолжалась
И погорельцы в холода
По сёлам ближним разбегались,
Чтоб не достала их беда.
А суждено кому остаться,
Смирились с участью своей,
Готовые повиноваться
Указам польских главарей.
И чтоб себя обезопасить,
Народ вождю[40] их обещал 23 марта 1611 г., Москва
Отныне боле не проказить,
В раба себя он превращал,
И присягать готов был снова
Младому сыну короля,
Лишь не каралась бы сурово
Так их московская земля…
………………………………
…А к патриарху за строптивость,
За то, что к бунту призывал,
Гонсевский выказал немилость –
Сидеть под стражей приказал
Не на своём у же подворье,
А на Кирилловском[41] – в тюрьме,
Ни с кем не вёл чтоб разговоры
О том, что было на уме…
48
…С утра на Пасхе в понедельник, конец марта 1611 г.,
Желаньем праведным горя, под Москвой
Весь левый заполонили берег[42]
У Симонова монастыря[43]
Десятки тысяч ополченцев,
Дворян служилых, казаков,
Крестьян и прочих наших «земцев»,
Украинцев и русаков,
Людей из Вологды, Поморья,
Рязани, Северской земли.
Они от вражеской неволи
Спасать Московию пришли…
……………………………..
51
…Хотя числом превосходило
Их ополченье врагов,
Ему измором лишь светило
Осилить злых еретиков.
И что осада будет долгой,
Не сомневались вожаки,
У самой крепости порога
Свои поставив острожки.
Вожди разнились меж собою,
И каждый свой имел обоз,
А потому и с разнобоем
Решали всяк они вопрос.
Уж очень пёстрой по составу
И беспокойной была рать,
И по единому уставу
Ею непросто управлять.
Особо вольница казачья
На свары падкая была,
И зачастую по-варначьи[44]
Себя с людишками вела.
В одном лишь было единенье -
Хотели все иметь царя,
И было общим устремление
Изгнать поляков из Кремля,
И из Москвы, и государство
От них навек освободить,
Национальное собратство
Чтобы в России возродить…
…………………………….
62
…Для ополченья катастрофой июль – август 1611 г.
Явилась гибель вожака,
Уж очень злым и нездоровым
Было всевластье казака.
А оно тут же наступило –
Без Ляпунова не сильны
Коль были «земцы», не строптивы,
И прочь уйти были вольны.
Но прежде вольница казачья
Их била, грабила, секла,
Всевластной став, она иначе
Себя вести и не могла.
И ещё больше населенье
Страдало нынче от неё,
Во всём казацкое правление
Спешило брать уже своё.
И в Новодевичьем[45] позором
Себя покрыли казаки,
Предав ужасному разору
Обитель Божью у реки.
И всех ограбили монахинь
Раздевши бедных донага,
Зашлася Ксения[46] от страха,
Узнав жестокость казака,
И как прочие насилью
Была подвергнута в ту ночь,
Весь день черницы голосили,
Моля Всевышнего помочь…
63
…Все ляпуновские Приказы[47]
Подмял Заруцкий под себя,
А кто противился – повязан,
И атаман ему судья.
В одни лишь «таборы»[48] казачьи,
Да «воровские» острожки,
Недавний стан переиначен
По мановению руки.
Разбойным стало ополченье
В тот летний месяц роковой,
Утративши своё значение,
Как главной силы боевой,
Способной одолеть поляков
И мир в стране восстановить,
И православного монарха
На трон российский посадить…
………………………………..
65
…И Пскову шведы угрожали –
Для них он лакомый кусок!
И когда Новгород стяжали,
К нему готовили бросок.
И вдруг негаданный разбойник
Их наступленье упредил,
Оживший, по весне, покойник3 23 марта 1611 г., Ивангород
Там всю округу возбудил!
В предместье Пскова бивуаки
Свои в июле разместив,
Пристал к нему гадючьей пиявкой:
«Монарха своего впусти!»
А ране «Дмитрием» назвался
Ивангородцам прохиндей:
«Я чудом жив опять остался
И буду всех для вас родней!»
66
…Зарезан в Угличе, но выжил,
В Москве изрублен и сожжён,
Но видно дьяволом услышан
И был немедля возрождён.
А после он уже в Калуге
Был обезглавлен в декабре,
Но ожил в марте без натуги
И вновь участвует в игре[49]!
И поначалу удавалось
Ему людишек обаять,
На легковерных полагаясь,
И недоверчивых унять.
И к Пскову оборотень с ратью
Уже немалой подошёл,
Но у строптивой его братии
Он пониманья не нашёл…
67
Но кто же ныне под личиной
Скрывался «Дмитрия – царя»,
Дурному следуя почину
Монаха Чудова монастыря?[50]
C годами общество узнало,
Что дьяконом служил в Москве
До этого сей дерзкий малый
И уличён был в воровстве.
Но удалось ему, паршивцу,
В Великий Новгород убечь,
Где и решил он исхитриться
И себя «Дмитрием» наречь.
В миру же Сидоркой он звался,
Когда в столице проживал,
Но вскоре так уже зазнался,
Что и себя не узнавал.
Хотя и Новгород покинуть
Бродяге скоренько пришлось[51],
Но Ивангород не отринет,
А разрешит его вопрос!
Под сотню было с ним, признавших
Его «Димитрием», солдат,
И, словно чуда ожидавший,
С восторгом принял его град
И без малейших колебаний
Его царём провозгласил, 23 марта 1611 г., Ивангород
Палил из пушек в знак признания,
И до вечерни голосил…
……………………….
69
…А в ополченье подмосковном
Уже все знали в сентябре
О, так чудесно возрождённом,
Калужско – тушинском «царе».
И те особо возбудились,
Воззвать готовые к нему,
С утратой кои не смирились
И так же верили ему,
Коль тело мёртвое воочию,
Увидеть им не довелось,
А легковерных много очень,
И плохо скептикам пришлось!
Новообращённые толпою[52]
Огромной ринулися в Псков,
И он, не властный над собою,
Признать был «Дмитрия» готов.
И хоть торжественной и пышной
Ту встречу вряд ли назовёшь, 4 декабря 1611 г., Псков
И колокольный звон был слышен,
И был приём весьма хорош.
Казачья вольница с восторгом
Встречала «Дмитрия - царя»,
Но большинство людей в тревоге
Жило в начале декабря…
Ч А С Т Ь Д Е В Я Т А Я
МИНИН И ПОЖАРСКИЙ
……………………………………
3
…До снега первого в предместье
Вошёл Ходкевич, наконец,
Военачальник он известный,
И тактик мудрый, и храбрец.
Но в стычках первых с ополченьем
Был небольшим его успех,
Хоть казакам и огорчение
Нанёс, побивши неумех
Литовским войском регулярным,
Пускай и даже небольшим.
В нём сила главная – гусары,
Любой в бою неустрашим!
К зиме готовились поляки
И запасались, как могли,
Не затевая боле драки,
Но и не упрятывая стволы.
А сам Ходкевич к Рогачёву[53]
Спешил уйти монастырю,
Чтобы весной прийти и снова
Продолжить миссию свою.
4
А осаждённые бояре, начало октября 1611 г., Москва,
Гуртом сидящие в Кремле, Кремль
Родного видя государя
В рисковом польском короле,
Решили новое посольство
К нему немедля снарядить,
Своё чтоб выказав покорство,
Военной помощи просить.
И если сам идти не может,
Сынок пусть войско приведёт,
А коль Москве он не поможет,
Она к весне уже падёт.
Их было трое дипломатов –
И Трубецкой[54], и Салтыков[55],
И дьяк сметливый, хитроватый,
Василий Осипыч Янов.
Их к Сигизмунду обращенье
От церкви русской подписал
Глава епархии Арсений[56],
Кто к сим изменникам пристал.
А патриарха[57] уже свергли -
Он в клети немощным лежал,
Казалося, что даже церкви
Распад в грядущем угрожал…
5
Вторая года половина[58]
Была ужасной для страны,
Устои все её старинные
Уже, казалось, сметены.
Лишь королевича на царство
В Москву призвали господа,
Поляки, выказав коварство,
Её пленили без труда.
Когда ж правительство пытался
Честной люд земское создать,
То под Заруцким оказался,
И лишь казачьей стала власть.
Смоленск поляками захвачен,
Под шведом Новгород живёт,
И власть разбойная казачья
Терзает собственный народ,
Соперничая с еретиками
В искусстве разорять страну,
Хотя вести должна с врагами
Национальную войну[59].
6
Особо тяжко населению
Жилось в центральных волостях,
Где были частыми сражения
И вся земля была в костях,
И где разор и пепелища,
Повсюду виделись одни,
А люди по чащобам рыщут,
Зверью голодному сродни.
И мало кто из них был в силах
Такую вынести беду,
Потерь несметно у России
Было в злопамятном году.
Момент критический для царства
И самый жуткий наступил,
Коли боялись не бунтарства,
А власти иноземных сил,
И надругательства над верой
И гнёта злых еретиков,
Перед глазами ведь примеры
Были глумления врагов.
Существованию России,
Как независимой страны,
Конец ведь положить грозили
Заводчики лихой войны…
7
Угроза эта устрашила
И всколыхнула тех людей,
Для коих и поляк – вражина,
И свой же русский лиходей,
Кто лишь дурную только славу
За годы Смуты заслужил,
Кто бунтовать себе дал право,
Переходя все рубежи.
Для здравых главное – порядок
Чтоб был в отечестве родном,
Чтоб не грозил ему упадок,
И Смуты чтоб не стало в нём…
………………………………….
…По смерти Вора он[60]решился
Народ к восстанью призывать,
И в грамотах крамольных тщился
Измены польские вскрывать,
И от присяги Владиславу
Сословия освобождал,
А потому дурную славу
И у поляков он стяжал
И у предателей российских –
Своих[61] и тушинских[62] бояр,
И в чёрном оказался списке,
Хоть был и немощен, и стар.
И даже сидя под надзором
Честных притягивал людей,
И те, кто вёл с ним разговоры,
Казались всех ему родней.
А Ляпунов от Гермогена
Благословенье получив,
С городами против скверны
Союз военный заключил,
И уже к марту ополчение
Собрал под самою Москвой,
Хотя с Заруцким единение
Ошибкой стало роковой.
10
Узнав, расправились жестоко,
Как с ним на сходе казаки,
Расстроен был старик и долго
Лежал в потёмках в забытьи.
А в августе нижегородцам
Свою он грамоту послал,
Надеясь - край их отзовётся
На то, к чему он призывал.
И ведь не кто иной – Сапега
Ему в том деле услужил,
На укрепления набегом[63],
Когда повстанцев положил
И дал возможность порученцам
В нутро кремлёвское войти,
В толпу подворную втереться
И дверь заветную найти…
…Из рук Святейшего посланье 5 августа 1611 г., Москва
Мосеев Родя[64] получив,
И выказав ему признание,
Домой отправился в ночи,
Таясь от недругов проклятых
И разъярённых казаков,
Он знал, что дело его свято,
И был на всё уже готов,
Чтоб только слово патриарха
До своих граждан донести,
А потому не знал он страха
На своём праведном пути[65].
11
В своем послании Святейший
Былой с казаками союз
Назвал ошибкою грубейшей:
«…Был неизбежным сей конфуз!
Не должно «земству» полагаться
На «воровскую» их орду,
Им только грабить бы и драться
У всего мира на виду.
И самозванщиною снова
Нам угрожают казаки,
А потому на Ляпунова
Свои обрушили клинки.
Маринку[66] с сыном призывают
Сегодня к власти «воровской»,
А вождь[67] их на Ворёнка ставит,
Чтоб правой быть его рукой.
А коли власть себе забрали
Над ополчением они,
Страшнее ляхов даже стали
Казачьи шайки для страны…»
И призывал увещеванья
Свои в иные города
Все направлять, чтобы заранее
Отвращена была беда…
……………………………….
13
…А Нижний словом патриарха октябрь 1611 г.,
Уже два месяца звучал, Нижний Новгород
Когда от троицких монахов
Посыльный с грамотой примчал[68].
У чудотворца Николая
Старинной церкови изба
Стояла «земская» большая –
К ней и стекалася толпа,
Потолковать чтобы о деле
Свершить какое предстоит,
О том, как ляхи обнаглели,
И что казачество творит.
Сюда и старшие все люди
Сошлися вместе на совет -
Казачества и ляхов судьи
И в этом их приоритет
Среди иных властей российских,
И волостных, и городских,
И в том, что не сносились близко
С вождями шаек воровских.
14
Но в этот день не воевода[69],
И не епархии[70] глава,
А земский староста[71] народу
Изрёк великие слова:
«Коли хотим мы государство
Своё навеки сохранить,
То надо всякое бунтарство
И свары злые прекратить.
И ополчение толково
Готовить новое своё,
Но только земцев будем снова
Теперь мы ставить под ружьё.
А в ратном деле не искусны
Коль наши граждане пока,
То позовём служилых русских,
Чтоб победить наверняка.
Порядок должно в государстве
Нам навсегда восстановить,
И только русского на царство
Вовек избранника садить…»
………………………………..
15
…Мясник и оптовый торговец,
И староста в одном лице,
Вот кем был сей нижегородец,
Кто видел свет уже в конце
И ход к нему из преисподней,
В кой оказалася страна.
Уж не по воле-то Господней
Стал новым пастырем Кузьма?
«…Являлся Сергий[72] преподобный
Ко мне три раза по ночам
И наказал, готовить чтобы
Я рать великую начал, -
Признался Минин, - государство
Меня спасать он устремил,
И это не моё лукавство –
Взаправду Сергий это был!»…
………………………………
18
…Над ополченьем воеводой
Быть должен истый патриот,
Кто уваженье у народа
Снискал большое наперёд.
Чтоб незапятнанным и честным
Военачальником он был,
Своим кто мужеством известен,
И мудрым воином прослыл.
Особо в Нижнем не искали
Кандидатуры на сей пост,
И вскорь Пожарского[73] призвали,
Чтоб он поднялся во весь рост
И Божий дар свой полководца
В великом деле проявил,
И от воров и инородцев[74],
Москву и Русь освободил.
19
Хранитель непреклонный чести
Своей высокой родовой,
Не мыслил даже быть он вместе
С разбойной тушинской ордой,
И милости у Сигизмунда
Он никогда бы не искал,
Понять его было нетрудно –
Он к старой знати примыкал,
Для кой порядок в государстве
Лежал в основе всяких дел,
И злом считал он и бунтарство,
И власти вольный[75] передел.
А потому с «ворами» бился
И зачастую побеждал,
И первым под Москву явился,
Когда поляк ей досаждал.
Хотя и был ещё в то время
Он воеводой молодым,
Неся достойно своё бремя,
Не уступал он и седым.
В искусстве воинском Куракин[76]
Его из многих выделял,
И Ляпунова[77] сей вояка
Своим талантом удивлял…
…………………………………
24
…Пришли коломничи, рязанцы,
Украинский служилый люд,
А вскорь узнали, что казанцы
Спасать отечество идут!
И черемисы, и татары,
Башкортостан (Башкирия)" href="/text/category/bashkortostan__bashkiriya_/" rel="bookmark">Башкиры с ними, и мордва,
Вливались в рать в порыве яром,
Имея все на то права,
Коли казаков не терпели
За дикий нрав и «воровство»,
Да и поляка не хотело
Иметь во власти большинство.
Всеземским стало ополченье,
Сомнений в этом боле нет.
Повысил и своё значение
Нижегородский их совет[78]…
……………………………….
32
…Ударом войск своих Пожарский
Повергнул в бегство казаков
Из Пошехонья в стан их гадский,
И в Угличе побил врагов.
Переяславль у них отбили,
И Суздаль древний, и Ростов.
И так казачество смутили,
Что изменить иной готов.
Но брали тех, кто «земской» власти
Поклялся преданно служить,
А вольницы лихие страсти,
Отныне напрочь позабыть.
И жалованье, как и прочим,
Давали этим казакам,
Чтоб деньги застилали очи
Оголодавшим варнакам…
…………………………………
3
…А Сидорку в конце апреля
Иван Плещеев[79] развенчал,
Хотя вначале не поверил
Ему народ и воскричал.
Но Самозванец уже понял,
Что с ним удачи боле нет,
И опасаяся погони,
Умчал из города[80] в момент.
И всё же в мае был он схвачен
И в стан казачий увезён,
Коли особо неудачлив
Из трёх Лжедмитриев был он…
34
…На русских шведы наседали,
Стоя упрямо на своём –
Чтобы согласье они дали
Избрать их Карлуса[81] царём,
Нето в Поморье двинут войско,
Уже и Тихвин ими взят.
Через посыльных новгородских[82]
Они Пожарскому грозят.
И он, чтоб не было раздора,
Согласье будто бы им дал,
Но отложить переговоры
До конца года настоял…
…………………………….
40
…Четыре дня стояло войско
Под стенами монастыря,
Кой дух свой выказал геройский
В правленье Шуйского – царя.
Свершив благое песнопенье[83],
У раки Сергия святой[84],
И получив благословенье,
Перед кровавою страдой,
Вояки двинулись к столице,
Её от недругов спасать,
И были светлыми их лица,
И гордою была их стать!
41
Хоть и недолгим, но тревожным
Был их последний переход,
У Яузы[85] сочли возможным
Вожди закончить свой поход
И стали лагерем под вечер
На поле травном у реки.
Хотя к себе в Замоскворечье[86]
Их вновь манили казаки.
А утром приказал Пожарский
Поближе к ляхам выступать,
И скоро у ворот Арбатских
Остановилась его рать.
И за день был на этом месте
Острог особый возведён,
С казачьей вольницею вместе
Коли стоять им не резон.
И Трубецкой был озадачен,
И были в гневе казаки,
Но «земцы» не могли иначе:
«Мы верить им – не дураки!»
……………………………….
43
…Едва сготовясь к обороне, 21 августа 1612 г., Москва
И был шатёр когда разбит,
Дознался князь, что на Поклонной3
Ходкевич с вечера стоит!
А коли так, решил навстречу
Идти он злобному врагу
К монастырю4, что недалече
Стоял на левом берегу.
На правом же с казачьим войском
Стоял боярин Трубецкой1,
И отходить от стен московских
Нужды не видел никакой,
Хотя у Дмитрия подмогу
Просить погнал своих гонцов:
«У меня конницы немного,
Пришли своих мне молодцов!»
И князь немедля отозвался –
Пять сотен конных снарядил,
Благословить их постарался,
И к Трубецкому проводил.
44
Ещё во мраке предрассветном 22 августа 1612 г.,
Вражина реку одолел, сражение под Москвой
И вскоре с гиканьем победным
На ополченцев налетел
Всей мощью конницы тяжёлой,
Разящей пулей и мечём,
Лишь на победу заряжённой,
Кой всё на свете нипочём…
……………………………..
…Сраженье долго продолжалось
И поначалу русакам
Сдержать литовцев удавалось,
Дав волю саблям и штыкам,
Паля из ружей громогласных,
И пикой яростно коля,
И становилась уже красной
От крови пролитой земля.
Но европейской подготовке,
Военной выучке врагов,
Литовских конников сноровке,
Вояка русский был готов
Противопоставить только ярость,
Самоотверженность и честь,
А бесшабашная отважность
Всегда была у нас и есть.
И земцы дрогнули к полудню
И стали пятиться назад,
Хотя недавно ещё грудью
Встречали вражеских солдат…
46
А сотни многие казачьи[87],
Что рядом были день и ночь,
На битву глядя и судача,
Не помышляли им помочь:
«Пускай помаются дворяне,
А нам быть с ними не с руки!»
Разгневались на земцев ране
За их гордыню казаки.
И лишь Пожарского отряды,
Что казакам он передал,
Прийти на помощь были рады,
Никто любимца не предал!
И не послушав Трубецкого,
Рванулись за реку бойцы:
«Не признаём вождя иного,
Мы все – Пожарского птенцы!»
47
И благоверных[88] атаманов[89]
Пример их мужества увлёк:
«Стоим толпою, как бараны,
А люд наш кровушкой истёк!
От ссоры нашей государству
И людям пагуба[90] грозит,
Не помогать им – святотатство,
Господь такого не простит!»
И свежих сил напор могучий
Судьбу сражения решил -
Унялся враг и в стан[91] гадючий
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 |
