Курс Дистантного Обществознания

Курс Дистантного Обществознания

Модуль 2. КЕЙС-АНАЛИЗ

Перед Вами Модуль 2. Кейс-анализ. Обязательно еще раз прочтите описание этого задания в Правилах участия на нашем сайте. Вы заметите, что формат немного изменился, но условия остались прежними. На этот раз мы подобрали для Вас небольшие отрывки из романа «Отцы и дети», который Вы все, наверняка, читали. Постарайтесь забыть все, о чем Вы говорили на уроках литературы в школе. Прочтите текст по-новому, как социологи. Мы предлагаем Вам пять аспектов для анализа. Вы можете выбрать любые три, а можете попробовать ответить на все вопросы, используя предложенные фрагменты. В конце каждого задания в скобках даны термины, которые Вам пригодятся. Вспомните и другие известные Вам понятия. При выполнении этого модуля Вы, разумеется, можете использовать и другие отрывки из романа на свое усмотрение. Последний день сдачи работ 19 декабря. Будьте самостоятельны!

Желаем удачи!

1. Выделите элементы структуры семьи Базаровых и семьи Кирсановых. Чем отличаются взаимоотношения Базарова с родителями от взаимоотношений Аркадия и Николая Петровича? (понятие роли и статуса; принципы возрастного и гендерного неравенства; конструирование экономической стратегии; поведенческие установки и стратегии («рамки приличия», гендерные стратегии, круг знакомств)

2. На основании анализа цитат и других фрагментов текста (найдите их самостоятельно) сделайте вывод о том, как происходит управление собственностью в семьях Базаровых и Кирсановых? (понятия ресурсов, социальных ресурсов, экономических ресурсов)

3. На основе анализа данных цитат, а также других фрагментов текста опишите особенности поведения главных героев в различных жизненных ситуациях: стиль ведения разговора с близкими людьми и с незнакомыми, ситуации общения с противоположным полом и т. д. Охарактеризуйте «круг знакомств» Базарова, его родителей, Аркадия, его отца и дяди. (понятия поведенческой установки, поведенческой стратегии)

4. Охарактеризуйте отношение Николая Петровича к Аркадию Кирсанову. Сравните его с отношением Василия Ивановича к Евгению Базарову. Чего ожидали отцы от своих сыновей раньше и каковы перспективы их взаимоотношений? (понятия социальных инвестиций, инвестиции в образование)

6. Охарактеризуйте особенности биографии семей Кирсановых и Базаровых? Какие ключевые слова вы можете выделить в этих характеристиках? (биографические интенции главы семьи и его наследника; гипотеза семьи в поколенческой вертикали)

1.

- Так вот как, наконец ты кандидат и домой приехал, - говорил Николай Петрович, потрогивая Аркадия то по плечу, то по колену. – Наконец!

- А что дядя? Здоров? – спросил Аркадий, которому, несмотря на искреннюю, почти детскую радость, его наполнявшую, хотелось поскорее перевести разговор с настроения взволнованного на обыденное.

- Здоров. Он хотел было выехать со мной к тебе навстречу, да почему-то раздумал.

- А ты долго меня ждал?

- Да часов около пяти.

- Добрый папаша!

Аркадий живо повернулся к отцу и звонко поцеловал его в щеку. Николай Петрович тихонько засмеялся.

2.

Базаров высунулся из тарантаса, а Аркадий вытянул голову из-за спины своего товарища и увидал на крылечке господского домика высокого, худощавого человека…

-  Наконец пожаловал, - проговорил отец Базарова, все продолжая курить, хотя чубук так и прыгал у него между пальцами. - Ну, вылезай, вылезай, почеломкаемся. Он стал обнимать сына...

"Енюшка, Енюша", - раздался трепещущий женский голос. Дверь распахнулась, и на пороге показалась кругленькая, низенькая старушка... Она ахнула, пошатнулась и наверно бы упала, если бы Базаров не поддержал ее. Пухлые ее ручки мгновенно обвились вокруг его шеи, голова прижалась к его груди, и все замолкло. Только слышались ее прерывистые всхлипывания. Старик Базаров глубоко дышал и щурился пуще прежнего.

-  Ну, полно, полно, Ариша! перестань, - заговорил он, поменявшись взглядом с Аркадием, который стоял неподвижно у тарантаса, между тем как мужик на козлах даже отвернулся. - Это совсем не нужно! пожалуйста, перестань.

-  Ах, Василий Иваныч, - пролепетала старушка, - в кои-то веки батюшку-то моего, голубчика-то, Енюшеньку... - И, не разжимая рук, она отодвинула от Базарова свое мокрое от слез, смятое и умиленное лицо, посмотрела на него какими-то блаженными и смешными глазами и опять к нему припала.

-  Ну да, конечно, это все в натуре вещей, - промолвил Василий Иваныч, - только лучше уж в комнату пойдем. С Евгением вот гость приехал. Извините, - прибавил он, обращаясь к Аркадию, и шаркнул слегка ногой, - вы понимаете, женская слабость; ну, и сердце матери... А у самого и губы и брови дергало, и подбородок трясся... но он, видимо, желал победить себя и казаться чуть не равнодушным.

3.

Николай Петрович успел, еще при жизни родителей и к немалому их огорчению, влюбиться в дочку чиновника Преполовенского, бывшего хозяина его квартиры, миловидную и, как говорится, развитую девицу: она в журналах читала серьезные статьи в отделе "Наук". Он женился на ней, как только минул срок траура, и, покинув министерство уделов, куда по протекции отец его записал, блаженствовал со своею Машей сперва на даче около Лесного института, потом в городе, в маленькой и хорошенькой квартире, с чистою лестницей и холодноватою гостиной, наконец - в деревне, где он поселился окончательно и где у него в скором времени родился сын Аркадий. Супруги жили очень хорошо и тихо: они почти никогда не расставались, читали вместе, играли в четыре руки на фортепьяно, пели дуэты; она сажала цветы и наблюдала за птичьим двором, он изредка ездил на охоту и занимался хозяйством, а Аркадий рос да рос - тоже хорошо и тихо... В 55-м году он повез сына в университет; прожил с ним три зимы в Петербурге, почти никуда не выходя и стараясь заводить знакомства с молодыми товарищами Аркадия.

4.

Наконец, уже прощаясь с ним в кабинете, он (Базаров) проговорил с натянутым зевком:

-  Да... чуть было не забыл тебе сказать... Вели-ка завтра наших лошадей к Федоту выслать на подставу. Василий Иванович изумился.

-  Разве господин Кирсанов от нас уезжает?

-  Да; и я с ним уезжаю.- Василий Иванович перевернулся на месте.

-  Ты уезжаешь?

-  Да... мне нужно. Распорядись, пожалуйста, насчет лошадей.

-  Хорошо... - залепетал старик, - на подставу... хорошо... только... только... Как же это?

-  Мне нужно съездить к нему на короткое время. Я потом опять сюда вернусь.

-  Да! На короткое время... Хорошо. - Василий Иванович вынул платок и, сморкаясь, наклонился чуть не до земли. - Что ж? это... все будет. Я было думал, что ты у нас... подольше. Три дня... Это, это, после трех лет, маловато; маловато, Евгений!

-  Да я ж тебе говорю, что я скоро вернусь. Мне необходимо.

- Необходимо... Что ж? Прежде всего надо долг исполнять... Так выслать лошадей? Хорошо. Мы, конечно, с Ариной этого не ожидали. Она вот цветов выпросила у соседки, хотела комнату тебе убрать...

5.

"Бросил, бросил нас, - залепетал он, - бросил; скучно ему стало с нами. Один как перст теперь, один!" - повторил он несколько раз и каждый раз выносил вперед свою руку с отделенным указательным пальцем. приблизилась к нему и, прислонив свою седую голову к его седой голове, сказала: "Что делать, Вася! Сын - отрезанный ломоть. Он что сокол: захотел - прилетел, захотел - улетел; а мы с тобой, как опенки на дупле, сидим рядком и ни с места. Только я останусь для тебя навек неизменно, как и ты для меня". Василий Иванович принял от лица руки и обнял свою жену, свою подругу, так крепко, как и в молодости ее не обнимал: она утешила его в его печали.

6.

- Хлопоты у меня большие с мужиками в нынешнем году, - продолжал Николай Петрович, обращаясь к сыну. – Не платят оброка. Что ты будешь делать?

- А своими наемными работниками ты доволен?

- Да, - процедил сквозь зубы Николай Петрович. – Подбивают их, вот беда; ну и настоящего старания все еще нету. Сбрую портят. Пахали, впрочем, ничего. Перемелется – мука будет…

<…>

- Вот разве что приказчика я сменил. Я решился не держать больше у себя вольноотпущенных, бывших дворовых, или, по крайней мере, не поручать им никаких должностей, где есть ответственность… Теперь у меня приказчик из мещан: кажется, дельный малый.

7.

Но вот на скате пологого холма открылась наконец небольшая деревушка, где жили родители Базарова. Рядом с нею, в молодой березовой рощице, виднелся дворянский домик с соломенной крышей. У первой избы стояли два мужика в шапках и бранились. «Большая ты свинья, - говорил один другому, - а хуже малого поросенка». – «А твоя жена – колдунья», - возражал другой.

- По непринужденности обращения, - заметил Аркадию Базаров, - и по игривости оборотов речи ты можешь судить, что мужики у моего отца не слишком притеснены…

<…>

(Арина Власьевна) управление имением предоставила Василию Ивановичу - и уже не входила ни во что: она охала, отмахивалась платком и от испуга подымала брови все выше и выше, как только ее старик начинал толковать о предстоявших преобразованиях и о своих планах.

8.

Кирсановы, отец с сыном, поселились в Марьине. Дела их начинают поправляться. Аркадий сделался рьяным хозяином, и "ферма" уже приносит довольно значительный доход. Николай Петрович попал в мировые посредники и трудится изо всех сил; он беспрестанно разъезжает по своему участку; произносит длинные речи (он придерживается того мнения, что мужичков надо "вразумлять", то есть частым повторением одних и тех же слов доводить их до истомы) и все-таки, говоря правду, не удовлетворяет вполне ни дворян образованных, говорящих то с шиком, то с меланхолией о манципации (произнося ан в нос), ни необразованных дворян, бесцеремонно бранящих "евту мунципацию". И для тех и для других он слишком мягок.

9.

(Василий Иванович):

- А я здесь, как видите, как некий Цинциннат, грядку под позднюю репу отбиваю. Теперь настало такое время, - да и слава богу! – что каждый должен собственными руками пропитание себе доставать, на других нечего надеяться: надо трудиться самому. И выходит, что Жан Жак Руссо прав.

10.

(Николай Петрович):

- Строгий моралист найдет мою откровенность неуместною, но, во-первых, это скрыть нельзя, а во-вторых, тебе известно, у меня всегда были особенные принципы насчет отношений отца к сыну. Впрочем, ты, конечно, будешь вправе осудить меня. В мои лета... Словом, эта... эта девушка, про которую ты, вероятно, уже слышал...

-  - Фенечка? - развязно спросил Аркадий. Николай Петрович покраснел.

-  - Не называй ее, пожалуйста, громко... Ну, да... она теперь живет у меня. Я ее поместил в доме... там были две небольшие комнатки. Впрочем, это все можно переменить.

-  Помилуй, папаша, - подхватил Аркадий, - ты как будто извиняешься; как тебе не совестно.

-  - Конечно, мне должно быть совестно, - отвечал Николай Петрович, все более и более краснея.

-  - Полно, папаша, полно, сделай одолжение! - Аркадий ласково улыбнулся. "В чем извиняется!" - подумал он про себя, и чувство снисходительной нежности к доброму и мягкому отцу, смешанное с ощущением какого-то тайного превосходства, наполнило его душу. - Перестань, пожалуйста, - повторил он еще раз, невольно наслаждаясь сознанием собственной развитости и свободы.

11.

-  Воспитание? - подхватил Базаров. - Всякий человек сам себя воспитать должен - ну хоть как я, например... А что касается до времени - отчего я от него зависеть буду? Пускай же лучше оно зависит от меня. Нет, брат, это все распущенность, пустота! И что за таинственные отношения между мужчиной и женщиной? Мы, физиологи, знаем, какие это отношения. Ты проштудируй-ка анатомию глаза: откуда тут взяться, как ты говоришь, загадочному взгляду? Это все романтизм, чепуха, гниль, художество.

12.

(Василий Иванович):

- А я, Аркадий Николаич, не только боготворю его (Базарова), я горжусь им, и все мое честолюбие состоит в том, чтобы со временем в его биографии стояли следующие слова: «Сын простого штаб-лекаря, который, однако, рано умел разгадать его и ничего не жалел для его воспитания…»

13.

— Особенно я, будущий лекарь, и лекарский сын, и дьячковский внук... Ведь ты знаешь, что я внук дьячка?..

— Как Сперанский, — прибавил Базаров после небольшого молчания и скривив губы. —