Коммуникативное образование в россии: история и современность (стр. 5 )

С середины 90-х годов, когда проводилось исследование , М. Харчевой и В. Харчевой (1998), в российских вузах произошли существенные изменения в области разработки коммуникативных учебных программ. В 2000 году Министерство образования Российской Федерации утвердило новую учебную дисциплину «межкультурная коммуникация», приняв новый Государственный образовательный стандарт по лингвистике и межкультурной коммуникации. Это значит, что новая специализация будет представлена в российских университетах на государственном уровне. Утвержденный учебный план включает в себя такие же компоненты, которые можно обнаружить в традиционных учебных программах по коммуникативным исследованиям в США. Особое внимание уделяется переводу (translation) и обучению межкультурной коммуникации (intercultural communication instruction). Большая роль отводится курсовым работам по семиотике, культурной антропологии, социолингвистике, психолингвистике, социальной психологии, а также исследованиям невербальной коммуникации. Межличностная коммуникация представлена пока довольно поверхностно. Но в целом государственный образовательный стандарт может быть охарактеризован как представляющий «прикладную лингвистику».

Если учесть, что лингвистика составляет одну из самых сильных научных традиций России, неудивительно, что лингвистический компонент преобладает в дисциплинах, связанных с коммуникацией, включая межкультурную коммуникацию. Как заметила О. Леонтович, межкультурная коммуникация является достаточно быстро развивающейся областью научного исследования в России. Тем не менее, «современное состояние межкультурного коммуникативного исследования в России характеризуется недостатком общих методологических основ и общих концептуальных подходов» [Леонтович, 2002: 44]. Она также отмечает, что при изучении межкультурной коммуникации в России уделяется большее, нежели в Соединенных Штатах, внимание таким междисциплинарным областям, как лингвострановедение, этнолингвистика, этнопсихолингвистика, лингвосоциопсихология и культурная лингвистика. Больший акцент на лингвистику и прикладную социолингвистику является отличительной чертой межкультурной коммуникации как научной сферы и учебной дисциплины в России [Леонтович, 2002].

Необходимо также отметить, что хотя некоторые традиционные области коммуникации и представлены в появляющихся учебных программах по коммуникации в России, менее традиционные – представлены явно недостаточно. Например, мало данных о том, что в российские учебные программы включены курсы, обучающие таким классическим коммуникативным навыкам, как публичные выступления, навыки межличностного общения и навыки совместной работы. Данные курсы и программы существуют, но они фрагментарны и возникли скорее благодаря усилиям отдельных ученых и факультетов, т. е. не являются частью единой образовательной политики. Для многих российских ученых и педагогов Большинство российских педагогов сегодня по-прежнему мало знакомы с широким традиционнынабором коммуникативных дисциплине сферы коммуникативного обучения, существующих в практике западного образования, включая как более традиционные направления: межличностную, организационную, профессионально-деловую, групповую коммуникацию, политическую коммуникацию;, так и более новые направления: международную коммуникацию (international communication), коммуникацию здоровья (health communication), в области здравоохранения, коммуникацию людей гомосексуальных ориентаций (gay and lesbian communication), и т. д.. Большинство российских преподавателей по-прежнему мало представляют себе теоретическое содержание этих коммуникативных дисциплин (что именно они изучают) и их педагогикоческое-методическое наполнение (чему и как в рамках этих дисциплин учат). едва ли представляемы в качестве элементов современной учебной программы.

По-прежнему актуальны для российских специалистов, теоретиков и практиков, вопросы концептуального осмысления: Что понимается под коммуникативным подходом в современных социальных науках? Как этот подход отличается от более традиционных наук, лингвистики, психологии, социологии, антропологии? Что нового вносит коммуникативный подход и коммуникативная парадигма в изучение человеческой природы? Как соотносятся категории “коммуникация“ и “общение “? В попытках современных авторов учебников и учебных пособий дать общее определение коммуникации нередко преобладает редуцированный подход, Современные российские педагоги продолжают сталкиваться с концептуальными трудностями при объяснении, что же понимается под коммуникативными исследованиями и почему они должны быть выделены в отдельную дисциплину, поскольку многие коммуникативные вопросы, как кажется, относятся к сфере лингвистики, языкознания и психологии. когда коммуникация трактуется преимущественно как “обмен информацией в процессе деятельности и как пути сообщения,” как “передача информации от человека к человеку.” [Спивак, 2002: 13-14Более того, коммуникация часто рассматривается как простой процесс отправления и получения информации.

Как было отмечено , М. Харчевой и В. Харчевой, «перспектива исследований этих российских ученых прежде всего описательная; коммуникация обычно рассматривается как линейное интерактивное событие [Биби, Харчева и Харчева, 2002: 262]]. Несмотря на важные теоретические наработки в области отечественной психологии общения, социальной философии и социальной психологии (см. работы A.A. Леонтьева, Б. Д. Парыгина, М.С. Кагана, Л.П. Буевой, , тьева и др.) сложность, многогранность и многокачественность человеческой коммуникации еще не нашла, на наш взгляд, достаточного выражения в массовой учебной литературе.

ВВведение государственного образовательного стандарта по лингвистике и межкультурной коммуникации можно рассматривать как – важное начало, как разворот существующей практики образования и обучения к интеграции коммуникативного компонента. Однако дальнейшие но социально-экономическиеая преобразования в российском обществе неизбежно будут «подталкивать» российскую систему образования к введению коммуникативного компонента ситуация переходного общества вызывает растущую потребность в коммуникативном образовании и обучении в значительно более широких масштабах. , включая более серьезное обучение навыкам межкультурной коммуникации. Более того, м Уже сегодня, на основании анализа разворачивающихся социальных тенденций, можно прогнозировать, что определенный ряд коммуникативных дисциплин получит в ближайшее время в России особый толчок к развитию. К таким дисциплинам, на наш взгляд, относятся ы считаем, что в Российском обществе будут востребованы следующие коммуникативные дисциплины:

–  организационная коммуникация и деловая (бизнес) коммуникация;

–  межличностная коммуникация (особенно в профессиональной среде);

–  новые информационно-коммуникативные технологии;

–  философские и мета-теоретические вопросы коммуникативной теории (например, концептуализация того, в чем специфика коммуникативного подхола и коммуникативной парадигмы, в отличие от всех других видов современного социального знания) перспектив развития коммуникации, в отличие от перспектив развития лингвистики, социальной психологии, антропологии и других социальных наук);

–  разработка методологии коммуникативных исследований

–  учитывая также, что в Росии сегодня наиболее остро стоят экологические проблемы – очищения и охраны (можно добавить, и эстетического культивирования) окружающей среды, а также вопросы физического здоровья населения, можно предположить, что будут приобретать спрос и вес такие области практики (а вслед за тем и теории), как экологическая коммуникация и коммуникация здоровья и здравоохранения.

Данная тенденция, когда в России коммуникация принимается, но то же время еще не до конца понимается, вызывает потребность представить коммуникацию как важную прикладную и, одновременно, теоретическую область знания. Мы убеждены, Мы считаем, что коммуникативное обучение ция должноа стать обязательным компонентом частью в содержании российского образования на всех уровняхстандарта российского образования. Российскиее ученыее и педагогии должны должны предпринять объединить дальнейшие свои усилия в разработке и внедрении для того, чтобы ввести эту коммуникативного направления дисциплину в существующие учебные программы. Недавно Созданная для этих целей и активно растущаяучрежденная профессиональная ассоциация «Российская кКоммуникативная аАссоциация» может и должна сыиграть ведущую роль в этом процессе ведущую роль. [Матьяш 2002а, 2003].

Заключение

В качестве итога, подчеркнем еще раз те тенденции, которые позволяют рассматривать разворачивающиеся процессы формирования коммуникативного знания и коммуникативного образования как неизбежность. Несмотря на то, что в росссийской интеллектуальной и педагогической традиции еще только складывается представление о коммуникативном подходе как области социального знания, для становления этой области уже сложились необходимые социальные предпосылки. Растет активный интерес к изучению этой области с не только со стороны ученых и педагогов, но и специалистов многих других областей. Это свидетельствует о том, что коммуникативное знание будет рефлексироваться и оформляться в российской интеллектуально-образовательной традиции (так же, как и в западной традиции), во-первых, как кросс - и полидисциплинарное интегрирующее знание; во-вторых, как теоретическое и одновременно прикладное, практическое знание. Вместе с тем, принимая во внимание давнюю российскую традицию философско-теоретическойуя традицию мысли, следует предположить, что становление коммуникативного знания, коммуникативной парадигмы будет иметь в России свои особенности. Одна из них, на наш взгляд, - особый упор на концептуальные разработки, на всестороннее социально-философское осмысление природы человеческой коммуникации. И мы убеждены, что новые разработки российских теоретиков, исследователей, педагогов и других специалистов-практиков внесут существенный вклад в понимание процессов коммуникации как на национальном, так и на международном уровне.

ЛИТЕРАТУРА

1.  Бергельсон М. Б. Межкультурная коммуникация: Программа специализации Новая учебная программа по коммуникативным исследованиям в российских университетах // Межкультурная коммуникация: Сб. учебных программ. – М.: МГУ, 1999. – С.21-24.

2.  Бергельсон М.Б. Публичная коммуникация как проблема социального партнерства в современной России // Гражданское общество: перспективы развития: Тезисы научно-практической конференции. – СПб, 1998

3.  Биби ценностям через содержание предмета «Коммуникативные исследования» // Сибирь. Философия. Образование: Научно-публицистический альманах. – Вып.4. – Новокузнецк: Институт повышения квалификации, 2000. –
С.77-96.

4.3.Кольшанский языка коммуникации // Материалы конференций. – М., 1984(b).

5.3.Кольшанский и функции коммуникации. – М.: МГУ, 1984(4. а).

6.Коммуникация: теория и практика в различных социальных контекстах: Материалы Международной научно-практической конференции РКА. – Т.1, Т.2. – Пятигорск, 2002.

7.Леонтович коммуникация в России: Настоящее и будущее // Теория коммуникации и прикладная коммуникация: Вестник РКА. – Вып.1. – Ростов н/Дону: РКА; ИУБиП, 2002. – С.44-47.

5.  Матьяш такое коммуникация и нужно ли нам коммуникативное образование // Сибирь. Философия. Образование: Научно-публицистический альманах. – Вып.6. – Новокузнецк: Институт повышения квалификации, 2002(б). – С.36-47.

6.  Matyash, O. I. Analysis of Communication Competence of Russian Professionals in Organizational Interactions: A Social Constructionist Approach to Three Problem Solving Cases in Siberian Business Organizations (Коммуникативная компетентность российских специалистов в организационных взаимодействиях: анализ трех организационных проблем с позиций социального конструкционизма (на примере Сибирских организаций) // Язык и речевая деятельность. – Т.4. – Ч.1. – СПб: СпбГУ, 2001. – С.80-109.

7.  Matyash, O. munication Studies and Their Role in a Changing Russia (Изучение коммуникации и ее роль в условиях современных социальных преобразований в России). // Коммуникация: теория и практика в различных социальных контекстах: Материалы Международной научно-практической конференции РКА. – Т.2. – Пятигорск, 2002(а). – С.171-174.

8.  Спивак бизнес-коммуникации. – СПб: Питер, 2002.

8.  Матьяш компетенция в профессиональных и организационных взаимодействиях в России: Социоконструкционистский подход к анализу трех проблем на примере бизнес-организаций Сибири // Язык и языковое поведение. – Т.4. – Ч.1. – СПб: СпбГУ, 2001. – С.80-109.

9.8.Матьяш исследования и их роль в изменяющейся России // Коммуникация: теория и практика в различных социальных контекстах: Материалы Международной научно-практической конференции РКА. – Т.2. – Пятигорск, 2002(а). – С.171-174.

10.8.Матьяш тенденции развития Западных коммуникативных исследований и их влияние на теорию и практику коммуникативных исследований в России // Проблемы междисциплинарных исследований информационной и коммуникативной реальностей современного общества: Материалы круглого стола. – СПб, 2002(b).

11.8.Матьяш такое коммуникация и нужно ли нам коммуникативное образование // Сибирь. Философия. Образование: Научно-публицистический альманах. – Вып.6. – Новокузнецк: Институт повышения квалификации, 2002(с). – С.36-47.

12.8.Устав Российской коммуникативной ассоциации, 2000.

9.  Beebee, S. A. & Beebe S. J. Public speaking: An audience-centered approach. – Boston: Allyn & Bacon, 2003.

14.9.Beebe S. A. Speech communication instruction and research: Developing Russian-American educational partnerships / Paper presented at the Russian-American Research in Education and Related Fields: Experience and Perspectives Conference. – Seattle: Seattle Pacific University, 1995.

15.Beebe S. A. Teaching values through a communication curricula / Presented at the International Center for Human Values. – M., 1994.

10.  Beebe, S. A., Kharcheva M., & Kharcheva V. Speech communication in Russia // Communication Education. – 1998. – №47. – P.261-273.

17.11.  Bergelson, M. (2003, March 17). Professor, Faculty of Foreign Languages, Moscow State University, Moscow. Personal electronic correspondence with Olga I. Matyash and Steven A. Beebe.

18.12.  Berry, M. E. Speech education in Scandinavia // The Speech Teacher. – 1961. – №10. – P.22-26.

19.13.  Cohen, H. Speech communication: The emergence of a discipline, . – Annandale, VA: Speech Communication Association, 1994.

20.14.  Dance, F. E.X. Human communication theory. – NY: Holt, Rinehart and Winston, 1967.

21.15.  Dewine, S. A new direction: Internationalizing communication programs // Journal of the Association of Communication Administration. – 1995. – №3. – P.204-210.

22.16.  Ekachai, D. Public relations education and teaching in Thailand / Paper presented at the annual meeting of the Speech Communication Association. – New Orleans, LA, 1994.

23.17.  Engleberg, I. N. Listening in Australia: Lessons from down under / Paper presented at the annual meeting of the Eastern Communication Association, Baltimore, MD, 1988.

24.18.  Flordo, R. The basic course in Canadian universities: A preliminary study limited / Paper presented at the annual meeting of the Western Speech Communication Association, Spokane, WA, 1989.

25.19.  Greenberg, B. & Lau T. The revolution in journalism and communication education in the People’s Republic of China // Gazette. – 1990. – №45. – P.19-31.

26.20.  Hadwiger, K. E. & Smith C. N. Geissner H. West German speech education and the SCA toward a truly international association // The Speech Teacher. – 1972. – №21. – P.15-21.

27.21.  James, S. Unpublished report of research sponsored by the African Council for Communication Education. Unpublished manuscript, The Center for the Study of communication and the World Association for Christian Communication. – L., 1990.

28.22.  Jellicorse, J. L. Applying communication studies in Hong Kong // Journal of the Association of Communication Administration. – 1994. – №1. – P.41-46.

29.22.Leathers D. Defining features of institutional and interpersonal communication in Russia // World Communication. – 1993. – №22. – P.54-61.

30.23.  Littlejohn, S. Theories of Human Communication. – 7th edition. – Alburquerque, New Mexico: Wadsworth, 2002.

23.  Matskovsky M. Speech communication and family communication in Russia: Address to the Speech Communication Association Research Colloquium, M., 1996. – July.

32.23.Morozov M. (2003, March 16). Professor of English, Northwestern International University at St. Petersburg, Personal electronic correspondence with Steven A. Beebe.

24.  Nikandrov, N.D. Opening address to the Speech Communication Association

Research Colloquium. – M., 1996. – July.

34.25.  Oliver, R. T. Speech teaching around the world: An initial survey // The Speech Teacher. – 1956. – №5. – P.102-108.

35.26.  Randal,l M. Two SCA members receive Fulbright Fellowships // Spectra. – 1997. – May. – №35. – P.14.

36.27.  Scarfe, N. V. Speech education in Canada // The Speech Teacher. – 1962. – №11. –
P.108-114.

37.28.  UNESCO: World communication report – Paris: UNESCO, 1989.

38.29.  Vigotsky Vigotsky, L. S. Thought and language. – Cambridge, MA: MIT Press, 1962.

39.30.  Weitzel, A. Higher education communication curricula outside the U. S.: An inventory and data report. – San Diego, CA: San Diego State University. (ERIC Document Reproduction Services No. Ed. , 1990.

40.31.  Wise, A. Speech education in Great Britain // The Speech Teacher. – 1963. – №12. – P.285-288.

41.32.  Yonghua, munication research and education in Australia // Australian Communication Review. – 1988. – №9. – P.65-75.

42.33.  Zassoursky, Y. (1996, July). Journalism education in Russia. Address to the Speech Communication Association Research Colloquium, Moscow, Russia.