Стенограмма двести сорок девятого заседания Совета Федерации (стр. 4 )

. Я скажу, что буквально 12 мая вышел указ Президента на основе предложений Совета Безопасности по основам стратегического планирования в Российской Федерации.

Мы сегодня нашу концепцию совершенствования региональной политики уже внесли на утверждение в Правительство Российской Федерации. Она как раз связана с вопросами территориального планирования, стратегического планирования, всей вертикали стратегического планирования, с вопросами разграничения полномочий, реализации федеральных целевых программ. В ближайшее время мы просто доработаем ее уже с учетом особенностей этого указа по основам стратегического планирования… Думаю, что в июне, рассчитываем так, концепция будет внесена непосредственно на рассмотрение.

По закону. Сегодня закон о стратегическом планировании тоже проходит согласование со всеми ведомствами, то есть с Минэкономразвития, Министерством финансов и рядом других ведомств, заинтересованных в реализации этого проекта, потому что там и анализ, и прогнозирование, там как раз механизмы реализации. В этом законе все предусмотрено и, что самое главное, там четко определяются субъекты всей этой вертикали стратегического планирования. Все документы готовы, в ближайшее время они будут приняты.

Мы рассчитываем, что с января 2010 года мы уже будем совершенно по-другому разрабатывать стратегии территориального развития, потому что то, что мы сегодня прошли (Светлана Юрьевна знает) по Дальнему Востоку, не имея ни методических подходов, ни четко выверенной схемы… Подготовить сегодня стратегию очень и очень сложно. Спасибо.

Председательствующий. Спасибо большое, Виктор Федорович.

Вопрос задает Владимир Александрович Жидких.

, председатель Комиссии Совета Федерации по делам молодежи и туризму, представитель в Совете Федерации от законодательного (представительного) органа государственной власти Томской области.

Светлана Юрьевна, благодарю Вас.

, совсем недавно Президент ввел новый критерий оценки работы губернаторов – это региональная просроченная задолженность по заработной плате. Я разговаривал с нашим губернатором Крессом Виктором Мельхиоровичем, Вы его очень хорошо знаете, он сказал: "Давно надо было это сделать". Но теперь нужны полномочия. Почему? Потому что обращается сегодня региональная власть в конкретное предприятие, имеющее "верхушку" в Москве, и говорят: "Давайте прогноз по заработной плате, по сокращению рабочих мест ". Приходит очень короткий ответ: "Извините, но это коммерческая тайна". А мы должны с Вами спрогнозировать, и у нас есть методика. И, наверное, нужны изменения, в том числе и в методику.

Виктор Федорович, вопрос очень конкретный: работает ли сейчас министерство над наделением полномочиями субъекта Российской Федерации в связи с требованием Президента Российской Федерации по контролю за ростом задолженности по заработной плате? Спасибо.

. Мы, конечно, работаем. И, более того, может быть, кто-то из наших предпринимателей лукавит по поводу высвобождения работников, по поводу задолженности по заработной плате, потому что все центры занятости извещаются за определенный период о прогнозах высвобождения работников, то есть это уже учитывается и в бюджетах, и в вопросах планирования создания новых рабочих мест, в вопросах переобучения кадров.

Что касается бюджетных организаций, задолженности по бюджетным организациям, я думаю, здесь никого наделять полномочиями не надо, надо просто спросить с тех организаций, тех руководителей, кто эту функцию не реализует. У нас сегодня либо сметное финансирование, как вы понимаете, по ряду бюджетных организаций, либо это прямая ответственность губернатора.

Что касается предпринимательского сообщества, здесь универсальные механизмы, наверное, не разработаешь, потому что есть возможность, конечно, обратиться в суд. Можно сегодня призвать к совести, к социальной ответственности бизнес, но я думаю, что мониторить эту ситуацию и смотреть за тем, как сегодня работают предприятия, и принимать какие-то антикризисные меры, наверное, должны определенные структуры в наших региональных органах исполнительной власти. Потому что пример того же Пикалёво, пример Светлогорска и пример Байкальска показывают, что все три схемы развивались абсолютно по-разному. Везде есть задолженность, но везде всё реализовывалось… В одном случае собственники не договорились, а рынок, оказывается, можно было их продукцией там насыщать, в другом случае просто собственник не решал эту проблему, а сбыт был и были потребители, в третьем случае несколько другая ситуация, там нужны другие, допустим, меры государственной поддержки, реструктуризация этого предприятия.

Поэтому еще раз говорю, что мы рассматриваем этот вопрос, но вопрос по предприятиям, наверное, больше административный, просто надо иногда применить, что называется, власть.

Председательствующий. Виктор Федорович, у нас остается одна минута.

Последний вопрос задает Василий Николаевич Лихачев. Коллеги, я вынуждена перед остальными коллегами извиниться. Если можно, пожалуйста, вопросы в письменном виде направьте, а Виктор Федорович ответит.

Пожалуйста, Василий Николаевич.

, заместитель председателя Комитета Совета Федерации по международным делам, представитель в Совете Федерации от законодательного (представительного) органа государственной власти Республики Ингушетия.

Спасибо, Светлана Юрьевна.

Виктор Федорович, два очень коротких вопроса и в то же время они просьбу составляют. Нельзя ли программу социально-экономического развития Ингушетии начать уже в какой-то части реализовывать в 2009 году? Вы знаете, что есть перенос на 2010 год. Это очень важно для снятия социальной напряженности в республике.

И второе. Власть просит обратить внимание министерства на более эффективную работу по согласованию мероприятий по обустройству, жилищному прежде всего обустройству, вынужденных переселенцев из Чеченской Республики – жертв того самого конфликта. Спасибо.

. По Ингушетии, мне казалось, мы только-только всё выстроили, чтобы все-таки начать финансирование с 2010 года, и я просто скажу, что буквально недавно мы об этом проинформировали и Президента, и Председателя Правительства, и вроде договоренность была и с Президентом Республики Ингушетия Евкуровым. Давайте мы вернемся к этому вопросу с учетом особенностей периода… Там сумма предусмотрена 3 млрд. рублей. Но давайте еще раз посмотрим эту тему.

По жилью я скажу, что буквально вчера направлены документы по Чечне Председателю Правительства и Президенту, мы подготовили к принятию ряд нормативных документов по решению этой жилищной проблемы. Мы определили категории тех, кто должен быть обеспечен жильем, мы определили состав, определили объемы финансирования. И у нас есть предложение включить их тоже в программу "Жилище", то есть выделить отдельные категории граждан, включить в программу "Жилище", определить объем финансирования и, так же, как по другим категориям граждан, где есть обязательства государства, перейти либо на выкуп готового жилья, либо на выдачу сертификатов. То есть такие предложения буквально вчера внесены.

Председательствующий. Спасибо большое, Виктор Федорович, за Ваше выступление, за искренние ответы, за ту работу, которую уже проделало министерство. Но вместе с тем проблем остается очень много, и коллеги высказали озабоченность этим. Я думаю, что наш профильный комитет это еще обсудит, и, может быть, на очередной коллегии мы какие-то вопросы еще глубже рассмотрим.

. Светлана Юрьевна, Вам тоже огромное спасибо.

Я благодарен членам Совета Федерации, мы и с профильным комитетом работаем очень плотно. Наверное, здесь нет ни одного человека, кто бы равнодушно сегодня относился к работе с Министерством регионального развития и по вопросам промышленности, и по вопросам местного самоуправления, и по всем другим направлениям. Когда мы готовили это сообщение для членов Совета Федерации, когда говорили о том, в чем все-таки должна выражаться основная идея выравнивания этих диспропорций, тезис был один — он был связан с тем, что, если мы желаем сегодня простимулировать регионы в выравнивании этого процесса, если даем сегодня такую возможность, и регионы это видят и воспринимают именно как стимул, стремятся к выравниванию, значит, там идет всё позитивно. Если регионы воспринимают эти инструменты как инструменты иждивенчества, задачу никаким образом не сдвинуть.

Поэтому еще раз благодарю Совет Федерации за огромную совместную работу.

Председательствующий. Спасибо большое, Виктор Федорович.

Давайте поблагодарим Виктора Федоровича. (Аплодисменты.)

Мы стенограмму заседания направим во все субъекты Федерации.

Коллеги, переходим к следующему пункту повестки дня (подошел Владимир Петрович Лукин). Мы в 12 часов должны слушать доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации. Докладчик – Уполномоченный по правам человека в Российской Лукин.

Пожалуйста, Владимир Петрович.

. , уважаемые члены Совета Федерации! Представляю вам доклад о работе Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации за прошлый год. Поздновато, но так получилось, я в этом не виноват.

Это доклад, завершающий первый пятилетний цикл моей работы в качестве уполномоченного, поэтому он построен несколько нетрадиционным образом и отличается от других докладов. В прошлых докладах основное внимание было сконцентрировано на тех вопросах, по которым поступило наибольшее количество жалоб и обращений граждан, и, следовательно, они в наибольшей степени волновали наше общество. Теперь мы избрали несколько иной вариант. Мы отобрали…

Председательствующий. Владимир Петрович, извините, пожалуйста.

Коллеги, я прошу прекратить хождение.

Владимир Кузьмич, мы рассматриваем очень серьезный вопрос.

Пожалуйста.

. Ничего, Светлана Юрьевна. Мы, многие из нас, были в Государственной Думе, там еще больше ходят, чем здесь.

Мы отобрали 15 статей Конституции Российской Федерации, в которых наиболее полно и всесторонне формулируются основные права и свободы российских граждан, и постарались их проанализировать с двух позиций: во-первых, в какой мере эти права и свободы раскрываются и конкретизируются в нашем законодательстве; во-вторых, в какой мере они реализуются в практической работе наших органов исполнительной власти разных уровней.

Наши выводы хорошо известны тем, кто ознакомился с содержанием доклада, его электронная версия имеется в вашем распоряжении. Неэлектронной версии не имеется по той причине, что нам, как и всем, сократили бюджет, причем бюджет именно на работы, не на зарплаты, а на работы. В результате приходится ужиматься, в том числе на переводах, докладах и на количестве экземпляров.

В первой, законодательной, позиции можно в целом охарактеризовать существующую ситуацию как незавершенную, во многих аспектах противоречивую, но в целом вполне рабочую. Работа эта идет и, конечно, Совет Федерации вносит в нее свою лепту.

Во второй, исполнительной, позиции картина значительно более тревожная и далекая от того, чтобы она могла быть признана удовлетворительной, о чем мы честно пишем в докладе. Именно об этом свидетельствует неиссякаемый поток жалоб наших граждан на действия властей всех уровней. В среднем порядка 30 тысяч жалоб – такова ежегодная норма, которая достается нам от обид и претензий граждан в отношении тех, кто ими управляет. Со второй половины прошлого года их число возросло и сейчас является рекордным за последние два года. По-видимому, это кризис. Хотя, конечно, это заслуживает более тщательной оценки, тем более что тематика – трудовые отношения, жилищные и прочие отношения.

В целом тематика поступающих жалоб остается неизменной. До двух третей жалоб приходилось на жалобы о нарушении прав человека в процессе охраны общественного порядка и предварительного следствия, судопроизводства и исполнения наказаний. Остальные – это социально-экономическая сфера.

Думаю, вам будет небезынтересно ознакомиться с региональной раскладкой поступающих к нам жалоб. Наибольшее количество жалоб (я буду округлять цифры для легкости восприятия), порядка 9,5 тысячи, поступило от жителей Центрального федерального округа, и больше всего из Москвы – 3300. На втором месте Приволжский федеральный округ – примерно 5000 жалоб. Примерно столько же из Южного федерального округа – 4600. От жителей Северо-Западного федерального округа мы получили 2800 жалоб и почти столько же, 2500, из Сибирского федерального округа. Наименьшее число жалоб пришло из Уральского (примерно 1700 жалоб) и Дальневосточного (1000) федеральных округов.

Конечно, все это надо делить на численность населения и так далее, это особый разговор. Но хотел бы обратить внимание, что в Уральском и Дальневосточном округах активно работают региональные уполномоченные. Возможно, это сказывается.

Текст доклада уже представлен Президенту Российской Федерации и главе Правительства, которые выразили, так сказать, намерение стимулировать конкретную и конструктивную реакцию на доклад со стороны ведомств, что правильно, потому что без этого никакой ценности доклад, естественно, не имеет. Надо, чтобы была ответная реакция, обратная связь.

Думаю, что подробное изложение с этой трибуны содержания доклада за прошлый год не является необходимостью, поскольку он уже опубликован (помимо электронной версии, в "Российской газете"). Я думаю, что целесообразнее затронуть здесь лишь некоторые наши конкретные предложения, касающиеся деятельности Федерального Собрания по совершенствованию законодательства, в целях того, чтобы привести его в соответствие с Конституцией и теми международными договорами, которые мы заключили.

Первое. Как известно, режим содержания подозреваемых и обвиняемых в следственных изоляторах и МВС по суровости условий и ограничению там прав человека значительно превосходит режим содержания заключенных в исправительных учреждениях, и прежде всего в колониях-поселениях. В связи с этим при назначении уголовного наказания в виде лишения свободы мы считаем необходимым применять дифференцированный зачет срока содержания под стражей в следственном изоляторе и соответственно в исправительном учреждении: один за два, за три дня. Соответствующий законопроект был нами инициирован, внесен в Государственную Думу в июле прошлого года, однако до настоящего времени он не рассмотрен палатой даже в первом чтении. В этой связи мне хотелось бы вас просить, чтобы ваша палата так или иначе оказала содействие в том, чтобы ускорить его рассмотрение и принятие. Это позволило бы не только обеспечить соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, но, что не менее важно, и существенно сократить численность осужденных, отбывающих наказание в местах лишения свободы, а значит, улучшить условия и увеличить права тех, кто остается там.

Второе. Важным для соблюдения прав граждан, привлекаемых к уголовной ответственности, является приведение отдельных положений Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в соответствие с международными стандартами, которые мы подписали. В связи с этим представляется необходимым указанные федеральные законы дополнить нормами, обеспечивающими реализацию права задержанного по подозрению в совершении преступления на сообщение о своем задержании родным или близким, причем немедленное, оперативное. Также требуется разработать механизм реализации права задержанного на свидание с родственниками и иными лицами, которое не должно зависеть от субъективного волеизъявления следователя или дознавателя и может ограничиваться судом только в тех случаях, когда это необходимо для отправления и соблюдения требований безопасности.

Третье. В настоящее время, до 1 июля текущего года, действует упрощенный порядок приема бывших граждан СССР в российское гражданство, который уже неоднократно продлевался. Упрощенный порядок позволяет приобрести российское гражданство примерно за шесть месяцев. Между тем процедура приема в российское гражданство в обычном порядке занимает, как правило, более шести лет и является практически неподъемной для многих соотечественников. В связи с этим я считаю неправильным отменять в это время (а этот вопрос стоит, как вы знаете) упрощенный порядок приема в российское гражданство. Есть конкретные категории граждан, которым надо предоставить право на этот упрощенный прием. У нас постоянное шараханье то в одну, то в другую сторону. Целесообразнее сделать упрощенный прием постоянным, а пока что в очередной раз продлить нынешний порядок. Прошу проявить инициативу при реализации этого предложения.

Четвертое. Зачастую органы государственной власти и должностные лица рассматривают обращения граждан таким образом, что они, эти граждане, затем направляют жалобы на принимаемые решения уполномоченному. Это свидетельствует, естественно, об отсутствии ответственности за допущенные нарушения, как правило, если эти жалобы справедливы, и свидетельствует о циничном нежелании отойти от практики отписок.

В связи с этим я полагаю необходимым дополнить Кодекс об административных правонарушениях статьей, предусматривающей конкретную ответственность должностных лиц за допущенное нарушение порядка рассмотрения обращений граждан.

Хотел бы напомнить (это пятый пункт, предпоследний), что 4 января текущего года по решению Бюро Международного координационного комитета национальных правозащитных институтов при Совете ООН по правам человека институту Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации был присвоен высший аккредитационный статус "А". Это означает признание его полного соответствия так называемым парижским принципам, касающимся статуса национальных правозащитных учреждений, то есть степени их независимости, а также форм и методов правозащитной работы. В связи с этим, как представляется, правовым демократическим государством, каким провозглашена Российская Федерация, должны быть приняты дополнительные меры по развитию и укреплению этого правозащитного института.

В частности, просил бы Совет Федерации инициировать законопроект о внесении дополнений в Уголовно-процессуальный и Гражданский процессуальный кодексы в соответствии с положением федерального конституционного закона, регулирующего деятельность уполномоченного. Речь идет о его праве на обращение в суды. У нас в федеральном конституционном законе это положение есть, а в кодексах этого нет. Поэтому суды к этому относятся вольно, несмотря на то, что Верховный Суд признал правомерным это положение, что естественно, федерального конституционного закона. Но пока этот вопрос не решен. Просьба помочь нашей работе.

Необходимо также пересмотреть отдельные положения федерального конституционного закона, регулирующего деятельность уполномоченного, в том, что касается создания институтов уполномоченного в каждом субъекте и обеспечения на этой основе равномерной правовой защиты граждан на всей нашей территории.

Мы с вами здесь этот вопрос обсуждали в прошлые годы, и должен сказать, что движение вперед есть. Я думаю, что и вы сыграли в этом определенную роль. В настоящее время уполномоченные действуют уже в 50 регионах. Но хотелось бы завершить этот процесс, а для этого нужно законодательно решить проблему. А если не законодательно, то вам надо удвоить усилия в регионах, чтобы подтолкнуть принятие такого решения.

Шестое, последнее. Федеральным Собранием были приняты поправки в статью 32 федерального конституционного закона об уполномоченном, которые открывают возможность проведения по инициативе уполномоченного парламентских расследований в случаях грубого или массового нарушения прав и свобод человека и гражданина. Предлагаю вам поручить комиссии по Регламенту с участием уполномоченного и его представителей разработать и принять поправки в Регламент палаты, которые уточняли бы процедуру реализации этого положения федерального конституционного закона. Было бы правильным, если бы вы инициировали, быть может, создание совместной группы из членов комиссии и комитета по Регламенту обеих палат (с нашим участием, естественно) для разработки однотипных дополнений к их регламентам. Это открыло бы пути к практической реализации положения закона об уполномоченном в части парламентских расследований. А недостатка тем для такого расследования, как вы понимаете, нет. С моей точки зрения, этого недостатка не ощущается, тем очень много.

Понимая необходимость изучения внесенных предложений и предложений, содержащихся в докладе, просил бы членов Совета Федерации включить в текст проекта специального вашего постановления пункт о том, чтобы подготовить к определенному сроку соответствующие предложения по тем моим предложениям, которые покажутся вам резонными и справедливыми.

Всё. Спасибо за внимание.

Председательствующий. Спасибо большое, Владимир Петрович.

Коллеги, у нас есть время на вопросы, почти 12 минут, поэтому просьба записываться.

Первый вопрос задает Валерий Иванович Федоров. Пожалуйста, Валерий Иванович.

, первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству, представитель в Совете Федерации от исполнительного органа государственной власти Вологодской области.

Спасибо, Светлана Юрьевна.

, должность Ваша в нашем государстве знаковая. Люди к Вам обращаются, Вы сейчас только нам сказали, что существенный рост обращений и так далее… Люди надеются на должную реакцию по устранению тех минусов, которые, к сожалению, есть еще в нашей жизни. Обязанности большие у Вас. Скажите честно, у Вас, как у Уполномоченного по правам человека, хватает прав для реализации поставленных задач? Вот такой вопрос.

. Да, вопрос интересный.

С учетом Вашей профессии так и вспоминается известная шутка о том, как останавливает водителя представитель правоохранительных органов и говорит: "Товарищ, Вы превысили скорость". – "Ну, какой же русский не любит быстрой езды?" Он говорит: "Ну, ладно, хватит, давайте Ваши права". А тот отвечает: "Ну, какой же представитель национальных меньшинств имеет какие-то права? Нет прав никаких".

Поэтому я должен сказать, что уполномоченный не должен обладать большими правами на самом деле, потому что, если давать права директивные уполномоченному, это превращается во что-то вроде младшего брата прокурора. Понимаете? У прокурора всё еще есть права, по-моему.

Поэтому значительно важнее, во-первых, создать институты региональных уполномоченных во всех регионах нашей страны. У меня просто просьба к вашей палате, которая имеет прямое отношение к этому делу, помочь в тех регионах, где еще местные власти имеют какие-то вопросы на этот счет. Это во-первых.

Во-вторых, очень важно создать в нашей стране, если хотите, в нашей элите, в нашем чиновничестве атмосферу, когда не прислушаться к словам уполномоченного – неприлично, просто неприлично. Так принято во многих странах, где давно существует институт уполномоченного. Это все равно, что преднамеренно спутать туалет, понимаете, создается неприятное ощущение от человека…

Но помимо этого, я думаю, какие-то административные меры надо принять. В частности, мне кажется, очень важно сделать так, чтобы уполномоченный при явных нарушениях прав человека (которые он считает явными) имел возможность направить свою точку зрения на этот счет в суд высшей инстанции (конечно, после окончания, после вынесения приговора, поскольку вмешиваться во внутренние дела суда никто не имеет права) и попросить, чтобы суд высшей инстанции обратил на это внимание. Я считаю это правильным, и это сразу бы решило много хороших внутренних дел. А во внешнем плане это, между прочим, значительно разгрузило бы от жалоб граждан Европейский суд по правам человека, если бы наша внутренняя инстанция каким-то образом систематизировала то, что происходит с судами в области прав человека. Это большая и трудная работа, но, по-моему, она заслуживает того, чтобы за нее приняться.

Вот кратко то, что я могу сказать.

Председательствующий. Спасибо.

Вопрос задает Николай Иванович Рыжков. Пожалуйста, Николай Иванович.

, председатель Комиссии Совета Федерации по естественным монополиям, представитель в Совете Федерации от исполнительного органа государственной власти Белгородской области.

Спасибо.

Владимир Петрович, по-видимому, эти шесть пунктов, которые Вы обозначили и по которым рекомендуете принять те или иные законы, – это правильно, и наша задача в том числе создавать в регионах ваши структуры – это тоже правильно. Знаете, каждый год слушаю Вас (это, по-видимому, в пятый раз), Вы очень большое внимание уделяете людям, которые попадают под следствие, в тюрьмы, в места временного содержания и так далее. По-видимому, этими вопросами тоже надо заниматься. Но у нас государство социальное, так записано в Конституции: каждый человек имеет право на труд, каждый человек имеет право на оплату своего труда. Вы видите, что делается в государстве: то Пикалёво (вышли на федеральные трассы), премьер-министр вынужден бросить все, лететь туда для того, чтобы утихомирить народ… (Микрофон отключен.)

Председательствующий. Добавьте, пожалуйста, одну минуту.

Пожалуйста, Николай Иванович.

. ЦБК тоже собирается… Но это только то, что мы знаем. Мы же очень многого не знаем на самом деле, не знаем, какая напряженность есть по оплате труда… Люди месяцами не получают зарплату.

Владимир Петрович, не Ваша ли святая обязанность заниматься этим вопросом? Я понимаю, Вы скажете: профсоюзы... Ну, так и по разным вопросам есть у нас структуры. Мне кажется все-таки, этот раздел недостаточно проработан, и мы сегодня даже не услышали от Вас ничего по этому поводу.

Председательствующий. Пожалуйста, Владимир Петрович.

. Спасибо.

Это не совсем точно, Николай Иванович, что Вы не услышали. Я сказал, что две трети нашей работы состоит в реакции на жалобы граждан по социально-экономическим вопросам и по вопросам, связанным со злоупотреблениями в правоохранительных органах. А всего к нам приходит примерно 200–250 жалоб в день, так что это не совсем так.

Что же касается вашего общего мнения, то… ну что же, конечно, я не могу не согласиться с Вашим мнением, что социальные права граждан являются одними из самых существенных, важных, и обстановка с этим весьма острая, особенно в связи с кризисом. Но, как в свое время правильно сказал первый Уполномоченный по правам человека в Совете Европы Хиль-Роблес, испанец: "Надо иметь в виду, что омбудсмен – это не супермен". Если бы омбудсмен был суперменом, конечно, он мог бы реагировать, как в сказке, на все жалобы граждан. Омбудсмен должен все-таки реагировать на конкретные нарушения прав отдельных граждан, для этого в основном его институт и создан. Он может в виде исключения инициировать парламентские расследования, о чем я говорил здесь и просил вас помочь с этим, но в принципе он реагирует на нарушения индивидуальных прав граждан. Когда индивидуальная жалоба появляется, мы ее внимательнейшим образом рассматриваем, и должен сказать, что неоднократно мы делали так, что выполнялись... Когда мы, например, облегчили положение многих "чернобыльцев"... Когда выяснилось, что в домах инвалидов со стариков, с тех, которые получают две пенсии – инвалида Великой Отечественной войны и просто пенсию, брали деньги, мы вмешались, и суды ликвидировали это по нашей инициативе.

Мы работаем каждый день, но, конечно же (Вы совершенно правильно сказали и ожидали, что я скажу), не наша задача подменять профсоюзы. Наша задача, если профсоюзы вопреки закону каким-то образом преследуются, работают в ненормальных условиях, нарушаются их права, обратить на это внимание властей, судебных органов и так далее. Но сама профсоюзная работа, работа по согласованию интересов граждан, государства и работодателя должна вестись, конечно, на совершенно другом уровне. Если попросят омбудсмена быть каким-то посредником, мы всегда готовы это сделать, но в принципе это другая работа.

Председательствующий. Спасибо большое.

Вопрос задает Василий Николаевич Лихачев.

. Владимир Петрович, спасибо за проделанную работу. Хлеб Ваш очень труден, его приходится зарабатывать.

У меня два вопроса.

Первый. Какова Ваша оценка состояния работы по обеспечению социально-экономических прав беженцев и перемещенных лиц в Республике Ингушетия и в других регионах Северного Кавказа?

И второй вопрос. Каково Ваше отношение к дискуссии, которая идет в российском обществе, по введению института уполномоченного по правам ребенка? Этот институт введен уже в значительном числе субъектов Российской Федерации, он активно работает в Соединенных Штатах Америки, во Франции, в других европейских государствах.

. Спасибо за вопросы.

По проблемам беженцев из Ингушетии. Вопрос старый, сложнейший, чувствительнейший вопрос. Мы занимались этим вопросом, к нам периодически приезжают посланцы из этой нашей республики, в том числе из комитетов женщин, инвалидов. Мы пытались на индивидуальном уровне решать их проблемы.

Как вы знаете, медленно, но вопрос движется. Из того, что мы сделали, первое – мы посодействовали созданию групп посредников. Когда собираются с посредничеством взаимоуважаемых правозащитников жители конкретных сел Осетии и конкретных сел Ингушетии или районов каких-то, регионов, они стараются решить свои вопросы. Вот один из правозащитников, Валерий Васильевич Борщев, занимается этим вопросом.

Мы рассчитываем в сентябре (у нас уже договоренность с Президентом Ингушетии есть) отправиться в Ингушетию и там провести встречу по линии такого посредничества, возможно, с участием ингушского президента. Я думаю, что и осетинские коллеги примут в этом участие. Сейчас эта встреча готовится. Так что мы стараемся скромными силами работать на этом участке, хотя он очень сложный и запущенный.

Что касается уполномоченного по правам ребенка, то это старый вопрос. У нас в стране существуют в нескольких регионах уполномоченные по правам ребенка. По-моему, они работают хорошо. И там, где считают необходимым создавать этот институт, почему бы и нет? Я знаю, что некоторые конфликты возникли в Москве, но я надеюсь, что они разрешатся и какое-то сочетание там будет найдено.

Существует один принципиальный вопрос. Этот принципиальный вопрос состоит в том, готовы ли мы создавать сейчас на федеральном уровне институты уполномоченных по всем основным, так сказать, нуждам людей. Ведь люди – все. Существует институт уполномоченного, федерального и регионального, по правам человека. Я думаю, никто из нас не считает, что, скажем, ребенок – это не человек, поэтому у него есть просто права, те права, которые ему присущи от рождения как гражданину, и есть определенные социальные потребности, нужды и так далее, которыми должны заниматься государственные органы, конечно, под наблюдением.

Вторая проблема состоит в том, что, если мы скажем, что надо ввести этот институт, мы вдохновим людей, которые спросят: а почему не ввести институт уполномоченного по правам, скажем, инвалидов и пенсионеров? Вполне возможные варианты, они не менее достойны. А почему не ввести институт уполномоченного по правам инвалидов? А почему не ввести институт уполномоченного по правам женщин? В результате мы получим некоторую группу людей, которые будут довольно долго и иногда очень активно выяснять, у кого где кончаются полномочия, где начинаются полномочия. Согласитесь, что в нашей стране такое бывает иногда. И это на пользу делу не пойдет. Поэтому у меня есть такое мнение: там, где создаются и реально работают на региональном, на городском уровне институты уполномоченных… и слава богу, пусть они работают. На федеральном уровне было бы, по-моему, все же лучше… тем более что есть юридические проблемы… Институт Уполномоченного по правам человека создан ведь в соответствии с Конституцией, Уполномоченный по правам человека – это конституционная должность. Конституцию менять, как вы знаете, мы не хотим. Поэтому тут, я думаю, было бы хорошо создавать институты вполне автономные, но под эгидой Уполномоченного по правам человека, дабы не делить человека на подразделения. В этом смысле, я думаю, это можно делать. Спасибо.

Председательствующий. Спасибо, Владимир Петрович.

Коллеги, у нас еще два вопроса, и должен выступить председатель профильного комитета, поэтому короткий вопрос и короткий ответ.

Борис Исаакович Шпигель, пожалуйста. У нас три минуты осталось.

, председатель Комиссии Совета Федерации по вопросам развития институтов гражданского общества, представитель в Совете Федерации от правительства Пензенской области.

Спасибо большое, Светлана Юрьевна.

, спасибо большое за хороший доклад. Я действительно задам короткий вопрос.

Вы, наверное, знаете, что в Совете Федерации создана Комиссия по вопросам развития институтов гражданского общества, которая должна тесно работать с аппаратом Уполномоченного по правам человека. К сожалению, такой совместной работы (вот Вы призывали к тому, чтобы мы помогли, чтобы мы активнее работали) у нас не ведется. Ни одно, собственно говоря, обращение, которое мы посылали в аппарат, к нам, к сожалению, с ответом не вернулось.

Вы сказали о том, что было 5 тысяч жалоб подано только из одного Приволжского федерального округа. Мы недавно с заместителем полномочного представителя данного округа слушали уполномоченного по правам человека в одном из субъектов Российской Федерации и увидели то, что там идет просто повальный беспредел со стороны правоохранительных органов, сплошное нарушение Уголовно-процессуального, Уголовного кодексов и прочее. Те вопросы, которые справедливо поднимал Николай Иванович Рыжков, тоже имеют место быть и так далее. В связи с этим у меня есть к Вам вопрос… (Микрофон отключен.)

Председательствующий. Борис Исаакович, вопрос короткий, остается полторы минуты.

. Я понимаю, буквально 15 секунд.

Не считаете ли Вы, что нам нужно усилить нашу работу с профильной комиссией Совета Федерации и с аппаратом Уполномоченного по правам человека?

И второе. Можете ли Вы привести примеры конкретной помощи конкретным людям, потому что Вы сказали, что, допустим, надо обратить внимание Правительства и еще что-то?.. Какие у нас есть возможности, когда мы видим такие нарушения, реально помогать людям? Спасибо.

. Спасибо. Поскольку времени совсем мало осталось, мне придется штрихпунктирно отвечать.

Я по первому вопросу разберусь, потому что это какое-то недоразумение. Мы общаемся с коллегами из Совета Федерации. Совсем недавно мы с вашим коллегой Александровым сидели и обсуждали вопросы.

Давайте сделаем так. Просто буквально договоримся и встретимся, я, мои коллеги, помощники и комиссия, и разберемся во всем, во всех вопросах, которые нас интересуют. Ведь это я вас с трибуны сейчас просил помочь мне во многих вопросах, так что у меня большой интерес есть.

Теперь что касается второго вопроса, о произволе правоохранительных органов. Эта проблема нам всем хорошо известна. Я должен вам сказать, что когда я пришел работать в это учреждение, если можно так сказать, то мы, конечно, обратили на это первостепенное внимание. Мы создали группу, которая ездила без предупреждения по ИВС, по СИЗО, и до сих пор эта группа работает неплохо. Мы информируем непосредственно министра о результатах наших поездок, и министр, надо сказать, всегда отвечает нам и говорит о принятых мерах в связи с теми нарушениями, которые мы заметили там. Конечно, это капля в море, мы не такая мощная организация, которая может все, но все-таки элементы контроля, элементы, знаете, некоторой озабоченности у тех, кто нарушает закон, там тоже все же существуют, наверное. Это первое.