Природа и значение цели в советском праве (стр. 1 )

Л. Д. ЧУЛЮКИН

ПРИРОДА

и

ЗНАЧЕНИЕ ЦЕЛИ
В

СОВЕТСКОМ
ПРАВЕ

ИЗДАТЕЛЬСТВО
КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
1984

Печатается по постановлению
Редакционно-издательского совета
Казанского университета

Научный редактор — заслуженный деятель науки ТАССР, доктор юридических наук, профессор

В монографии рассматриваются общие проблемы цели в советском общенародном праве. В ней исследуются природа и некоторые вопросы методологии цели в праве, анализируются факторы, обусловливающие цель общего правового регулирования в условиях зрелого социализма, способы изложения сведении о цели в нормативных юридических актах, а равно некоторые методы выявления и измерения цели
законодателя. Большое внимание в работе уделяется вопросам цели в деятельности субъектов реализации социалистического общенародного права.

Книга предназначена для студентов, аспирантов, ученых, практических работников.

Рецензенты:

доктор юридических наук, профессор
(Мордовский гос. ун-т),

кандидат юридических наук, доцент (Ярославский гос. ун-т).

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ.. 4

ГЛАВА I. ПРИРОДА И НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ МЕТОДОЛОГИИ ЦЕЛИ В ПРАВЕ 7

§ I. Категория «цель» и её аспекты.. 7

§ 2. Соотношение цели и смежных явлений в праве. 11

§ 3. Некоторые проблемы методологии исследования цели в праве 20

ГЛАВА 11. ЦЕЛЬ В ОБЩЕМ ПРАВОВОМ РЕГУЛИРОВАНИИ.. 26

§ I. Факторы, обусловливающие цель общего (нормативного) правового регулирования, и её виды 26

§ 2. Сведения о цели в нормативных юридических актах. 48

§ 3. Некоторые методы выявления и измерения цели законодателя 52

ГЛАВА III. ЦЕЛЬ В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СУБЪЕКТОВ РЕАЛИЗАЦИИ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ОБЩЕНАРОДНОГО ПРАВА 59

§ 1. Реализация права как способ достижения цели законодателя 59

§ 2. Осуществление цели законодателя в процессе саморегуляции участниками общественных отношений собственного поведения. 75

§ 3. Цель в индивидуально-правовом регулировании. 83

ПРИМЕЧАНИЯ.. 91

ВВЕДЕНИЕ

Одной из отличительных черт современного развитого социалистического общества является возрастание
в нем роли права. Ещё на XXV съезде КПСС укрепление
правовой основы государственной и общественной жизни, совершенствование законодательства было выделено
в качестве одного из важнейших условий всестороннего
развития социалистического общества1. Это положение,
сформулированное партией, нашло законодательное
закрепление в Конституции СССР 1977 г. и получило
дальнейшее развитие в материалах и решениях XXVI
съезда КПСС2, последующих партийных директивах3.

В проведенных партийных документах указывается,
что на современном этапе коммунистического строительства в стране необходимо небывалое, резкое повышение
эффективности всего общественного производства.
Причём «задача повышения эффективности и качества — это не только техническая и экономическая задача,
это еще и задача социальная, идеологическая..., решение
этой задачи должно способствовать укреплению и совершенствованию социалистических общественных отношений, коммунистических норм общения» 4.

Одним из социальных механизмов, участвующих в
коммунистическом строительстве, является социалистическое право. Развитие многих социалистических общественных отношений объективно требует их правового
опосредования. Поэтому большое значение приобретает,
как отмечается в Программе КПСС, «... совершенствование правовых норм, содействующих решению задач
коммунистического строительства и всестороннему расцвету личности» 5.

Повышение эффективности всего общественного производства, - укрепление правовой основы государственной
и общественной жизни — дело чрезвычайно сложное,
характеризующееся многогранностью и многоаспектностью задач. Но очевидно, что представить данный процесс вне анализа целей, лежащих в основе создания и
реализации права, невозможно, тем более что в современный период потребности коммунистического

строительства предполагают постановку только таких целей,
которые отвечают закономерностям общественного развития и являются реальными в их осуществимости6.
Скажем, задача правового обеспечения Продовольственной программы не может быть разрешена без учёта того,
что «цель намечаемых мер — в возможно более короткие
сроки обеспечить население страны продуктами питания» 7.

Без надлежащего уяснения проблемы цели в теории
социалистического общенародного права вряд ли возможно совершенствование нормотворческой и правореализационной деятельности, правильное разрешение
вопроса о соотношении законности и целесообразности.
Исследование процессов целеполагания и целеосуществления соответствующих субъектов может помочь более
глубокому пониманию сущности и форм проявления
метода общего (нормативного) правового регулирования
общественных отношений, дать дополнительный материал для более четкого представления о структуре
правовой нормы. Наконец, без исследования цели субъектов нормотворчества и правореализации невозможна
разработка теории эффективности правовых норм и
индивидуально-правовых актов и практические изыскания в этой области.

Вот почему изучению категории «цель» в советской
юридической науке уделялось и уделяется значительное внимание 8, и здесь накоплен значительный положительный опыт, который нельзя не учитывать.

Однако, если в философской и психологической
науках данная категория неоднократно являлась предметом самостоятельного обстоятельного и всестороннего
исследования 9, то в общетеоретической правовой литературе она, за редким исключением 10, освещается с точки зрения её отдельных граней, аспектов, в связи с какими-либо иными проблемами и лишь в той мере, какая
необходима для разрешения задач конкретного исследования. Примерно та же картина складывается и в отраслевых юридических науках11.

Между тем, проблема цели, являясь одной из центральных в теории права, имея наиболее общий характер
и тем самым прямое отношение ко всем отраслям права,
нуждается в выработке единой, последовательной и логичной концепции. В связи с этим основной целью работы является анализ по крайней мере трёх групп вопросов:

методологических основ изучения цели в праве,
места и роли цели в общем (нормативном) правовом
регулировании, а также цели в деятельности субъектов
реализации социалистического общенародного права.

Указанные исходные позиции во многом предопределили круг рассматриваемых в работе вопросов, а равно
её принципиальную композицию. Ясно осознавая, что
в одной монографии невозможно рассмотреть все аспекты этой емкой и богатой по содержанию темы, автор сосредоточил своё внимание на определении возможных
аспектов исследования цели субъектов правовой деятельности, на её соотношении со смежными явлениями,
на факторах, обусловливающих цель субъектов общего
правового регулирования, способах изложения цели в
нормативных юридических актах и методах её выявления
и измерения и, наконец, на рассмотрении реализации
права как способа достижения поставленных перед ним
целей.

Работа никоим образом не претендует на исчерпывающее освещение поставленных проблем.

В частности, нуждаются в дальнейшей разработке
исследования цели субъектов, деятельность которых
направлена на «обслуживание» общего и индивидуального правового регулирования путём толкования, координации деятельности правотворческих и правоприменительных органов, организации исполнения принятых решений общего и индивидуального характера, контроля и надзора за правомерностью всех юридически значимых
действий и решений, предупреждения, пересечения и профилактики правонарушений, обобщения и внедрения положительного опыта практики правотворчества и правореализации. Равным образом заслуживают более глубокого анализа указанные вопросы в деятельности по осуществлению правовых мероприятий сугубо культурно-воспитательного характера.

Очевидно, что охват и решение всего комплекса этих
вопросов — задача юридической науки в целом. В настоящей же работе сделана лишь очень скромная по объёму
и глубине анализа попытка в какой-то мере содействовать этому.

Автор искренне признателен профессорам , , доцентам ,
, за помощь, оказанную
ему при подготовке работы в печать, и глубоко благодарен

тем исследователям, работы которых использованы
в этой книге.

ГЛАВА I. ПРИРОДА И НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ
МЕТОДОЛОГИИ ЦЕЛИ В ПРАВЕ

§ I. Категория «цель» и её аспекты

Уяснение места, роли и значения цели в деятельности
по упорядочению общественных отношении при помощи
правовых норм в условиях развитого социализма, а равно по претворению их в жизнь предполагает, с одной стороны, исследование ее как единой категории и, с другой,— учёт многоаспектности последней, поскольку, «чтобы действительно знать предмет, надо охватить, изучить все его стороны ...» 2.

Возможность поливариантного анализа цели в теории
права обусловлена сложностью и многогранностью обозначенного явления, существованием различных уровней
его бытия. Однако при любых условиях исследование
цели как закономерности познавательной и практической
деятельности людей в сфере правовой реальности, охватывающей все без исключения значимые с точки зрения
права явления в развитом социалистическом обществе 3,
предполагает выделение философского её аспекта. Это
вполне естественно хотя бы уже потому, что понятие
«цель» вообще есть категория философская, общесоциологическая.

С этой точки зрения данный уровень рассуждений
предполагает выявление:

1. Отношения цели субъектов правовой деятельности
к материальному миру.

2. Связи её с закономерностями общественной жизни.

3. Категориальной природы данного понятия 4.
Что касается последнего момента, то большинство авторов так или иначе, с теми или иными терминологическими нюансами, понимают цель как идеальное явление, как специфическое духовное образование, характеризуя её либо в плане предвосхищения «в сознании результата, на достижение которого направлены действия субъекта, носителя цели», как «мысленно представляемый предмет» 5, или в виде «в идее представляемого предмета» 6,

или как «идеальный образ предмета потребности»7, а
иногда как «идеальный мысленный образ создаваемой
ценности» 8. Всё это полностью соответствует известным
в этом отношении положениям классиков марксизма-
ленинизма 9.

Встречающиеся иногда в отдельных философских работах представления о цели как объективной потребности10 или явлении объективного мира11, либо будущем
результате деятельности 12 не встретили поддержки у
юристов, в той или иной степени занимавшихся изучением философского аспекта цели в теории права. Они
также ориентируются на то, что цель в праве — это «идеальное предопределение желаемого результата поведения людей в обществе» 13, отражение того, что должно быть достигнуто 14.

Определенный разнобой в понимании цели применительно к юридической проблематике имеет иногда своей
причиной некоторое смешение научных категорий с понятиями обыденного мышления, которое часто интерпретирует цель и как стремление к предмету потребности,
и в качестве самой потребности, и в виде намерения
действовать и т. п.

Между тем задачи научного анализа требуют чёткости и определённости используемых понятий, разграничения различных смысловых значений употребляемых
терминов, приведения их в систему, не забывая при этом,
что «... по отношению к цели и понятиям, тесно связанным с нею, вообще несостоятельны любые претензии на
исчерпывающие определения» 15.

Философский «срез» цели субъектов правовой деятельности рельефно показывает и ещё один важный момент — отражательную природу цели, что делает очевидным неаприорный характер цели, её зависимость от
материального мира и закономерностей общественной
жизни.

Таким образом, философский «подход» к изучению
цели субъектов правовой деятельности необходим уже
потому, что естественной первичной задачей любого исследования является предварительное выяснение своего
объекта. При этом выявленная специфика последнего
обусловит применение тех познавательных средств, «которые в наибольшей мере способствуют обнаружению его
природы, свойств, признаков»16. Конечно, философия
не может дать юристу конкретных методов изучения

цели соответствующих субъектов, но укажет на то, каков
должен быть общин характер приёмов и способов решения данной задачи, т. е. каким «должен быть общий
путь к открытию истины» п.

Определение понятия цели как применения общефилософской категории к сознательной деятельности людей в сфере правовой реальности, установление её специфической отражательной природы, ещё не исчерпывает всего богатого содержания цели, включающего в себя эмоционально-волевой, чувственный, психологический момент. В силу этого рассмотрение проблемы цели в советском праве должно быть сопряжено с анализом категории цели «как элемента воли реальных индивидов» 18.

Характеристика цели как категории не тождественна
цели в процессе её непосредственного функционирования, где она выступает как сложное социально-психологическое явление, не сводится к понятию и не имеет чётко очерченных контуров.

Выделение психологического аспекта цели в праве
ориентирует исследователя на изучение конкретных её
форм в сознании действующих субъектов, выявление
соотношения, взаимосвязей и взаимопереходов цели и
других психологических явлений, определение процессов
целеобразования, целеполагания и целеосуществления
субъектов правовой деятельности, уяснение роли цели
как структурообразующего фактора последней19. При
этом важен как индивидуально-психологический момент,
связанный с целесообразной деятельностью индивидов,
так и, что особенно существенно, социально-психологический, ибо. всякая цель, преследуемая законодателем
при помощи права есть цель социальная, а в качестве
субъектов реализации права достаточно часто выступают
определенные коллективные образования, осуществляющие групповую деятельность, анализ которой есть прерогатива социальной психологии.

Кроме этого следует учесть и то обстоятельство, что
«цель выступает как классово-политическая категория
со всеми вытекающими из этого факта последствиями» 20.

Данный тезис означает, что вряд ли можно себе
представить постановку каким-либо действующим в сфере правовой реальности субъектом только и чисто «юридической» цели. Поскольку право есть концентрированное выражение политики, причём политики господствующей

государственной, постольку всякая преследуемая
посредством его цель всегда принимает классовую, политическую и идеологическую окраску, выражает волю и
интересы определенных социальных групп, партий, классов. То есть цели, к достижению которых при помощи
права стремится законодатель, подчинены политическим
целям, имеют в своей основе цели и политику КПСС
и Советского социалистического общенародного государства, их волю и интересы, отражающие волю и интересы
всего народа.

При этом для законодателя очень важно верно выявить объективную общественную закономерность, способствовать своей деятельностью вытеснению отживших
общественных отношений и стимулированию тех отношении, которые развиваются в русле выявленных закономерностей. Особая роль в этом принадлежит КПСС21,
поскольку именно партия осуществляет высший уровень
социального управления — политическое руководство
обществом.

Выступая в качестве ядра политической системы
развитого социалистического общества, КПСС определяет генеральные перспективы развития общества, вырабатывает общую стратегию воздействия на него, а, значит, устанавливает основные цели и средства такого
воздействия 22.

Вооруженная марксистско-ленинским учением, КПСС
определяет генеральную перспективу развития общества,
руководит всей деятельностью советского народа, при-
дает планомерный, научно обоснованный характер его
борьбе за победу коммунизма 23.

Таким образом. Коммунистическая партия, научно
предвидя ход и перспективы общественного развития,
ставя научно разработанные цели в области изменения
общественных отношений, пропагандируя эти цели
среди трудящихся и руководя работой по их осуществлению, выполняет роль силы, вносящей научную целесообразность во все проявления правовой деятельности в условиях развитого социалистического общества 24.

Классово-политический «срез» цели в правовой деятельности предполагает учёт того обстоятельства, что,
выступая в качестве общесоциального регулятора общественных отношений, право является необходимым

инструментом социального управления 25. Отсюда цели,
которые перед ним ставятся и достигаются посредством
его реализации, могут и должны анализироваться с позиции разработанной советской наукой. марксистско-ленинской концепции социального управления. Последняя же
рассматривает цель как главный ориентир управления,
приобретающий особо важное значение в обществе развитого социализма прежде всего в связи с усложнением
общественной жизни и, как следствием этого, множественностью и опосредованностью целей. Так сказать «управленческий» подход к проблеме цели субъектов правовой деятельности (по крайней мере тех из них, кто задействован в обозначенном процессе) позволяет чётко «разложить» иерархию их целей, выделить главную цель и «работающие» на нее промежуточные цели (подцели, цели-средства), определить «цепочку» очерёдности их достижения, сделать акцент на достижение именно главных, а не промежуточных целей 26.

Наконец, позволительно, как представляется, выделять и специфически юридический аспект категории
«цель». При этом имеется в виду анализ факторов, обусловливающих цель субъектов общего (нормативного)
правового регулирования, места, роли и видов цели в
его механизме, способов выявления и формализации
целей законодателя и т. п.

Указанные аспекты категории «цель» раскрывают
её содержание в различных, но теснейшим образом взаимосвязанных и взаимозависимых измерениях, отнюдь
не заслоняя при этом друг друга. С другой стороны,
ни один из них в отдельности не может претендовать на
исчерпывающее объяснение феномена цели в правовой
деятельности соответствующих субъектов, что может
быть достигнуто лишь путём комплексного, системного,
интегративного подхода.

§ 2. Соотношение цели и смежных явлений в праве

Общая характеристика цели применительно к задачам юридической науки вряд ли может быть полной вне
анализа соотношения её с явлениями смежными, сопредельными, которые в некоторых случаях соотносятся
с целью как единой категорией, а иногда стыкуются с
каким-либо из обозначенных аспектов последней. Учёт

этого обстоятельства необходим постольку, поскольку
иной подход может привести к отрыву целей субъектов
правовой деятельности от фактической жизни, выхолащиванию её действительного содержания и превращению в произвольную конструкцию27. Поэтому следует брать цель в той системе отношений, в которую она включена в этой реальной деятельности и изучать её не изолировано, но как закон, которому человек подчиняет свою волю, которым определяются способы и характер его деятельности 28.

В этом контексте помимо цели должны учитываться
и другие общие моменты деятельности в их необходимой
связи и взаимодействии. Таким образом правовая цель
в условиях развитого социализма оказывается увязанной со средствами её реализации, результатами целевой
деятельности, задачами, потребностями, интресами, мотивами, волей действующих субъектов, сопряжена с
социальной ценностью, соотносима с понятиями «назначение», «функции», «принципы» права. То есть, охватив
различные стороны изолированного предмета анализа,
следует теперь изучить его связи и «опосредствования» 29, поскольку «каждое понятие находится в известном отношении, в известной связи со всеми остальными», существует «взаимозависимость понятий «всех» без исключения», равно как и «переходы понятий из одного в другое »всех» без исключения»30.

Абсолютность связи одновременно предполагает и относительное обособление понятий и обозначаемых ими
явлений. Последний момент нельзя сбрасывать со счетов,
т. к. «строгость и научная обоснованность понятийного
аппарата имеет особое значение в правовой науке, поскольку результатом развития теории могут быть предложения по совершенствованию законодательства и практики, что требует особенной точности и ясности»31.

Приведенные рассуждения позволяют в общем виде
охарактеризовать соотношение цели субъектов правовой
деятельности и обозначенных смежных явлений.

Цель — средство

Этимологически понятие «цель» отличается от категории «средства» тем, что последние понимаются как
приемы, способы действия для достижения чего-нибудь,

орудия, для осуществления какой-нибудь деятельности 32.

Таким образом, цель субъектов правовой деятельности в развитом социалистическом обществе побуждает
и направляет определенное движение соответствующих
средств, избираемых в соответствии с поставленной
целью, а сама цель ставится с учётом возможных
средств. Вместе с тем, между средством и целью не существует непреодолимой границы, т. е. если средство
есть определенность объекта через цель, то цель есть
определенность через средство 33, цель становится средством. средство до овладения им само служит целью 34.

Следовательно всякое средство, в том числе и средства, используемые в правовой деятельности, может само
иметь ценность, быть относительно самостоятельным,
выступая как способность предмета служить цели.

Исследование соотношения целей и средств их достижения в области правовой реальности часто бывает
сопряжено с использованием категории «целесообразность». С определенной точки зрения целесообразность
свойственна любому действию субъекта, соответствующему какой-либо цели. Но по-настоящему целесообразна
лишь деятельность, отвечающая общему направлению
развития, основывающаяся на знании объективных закономерностей и потребностей развития, т. е. целесообразность есть категория, используемая для обозначения соответствия избранных средств поставленной цели. Все
иные варианты означают деятельность, хотя и имеющую
определенную Цель, но нецелесообразную, в силу неадекватности её избранным средствам.

Применительно к сфере правовой деятельности общеметодологические положения относительно соотношения
цели и целесообразности делают очевидным то обстоятельство, что постольку, поскольку законодатель, принимая ту или иную норму права, всегда преследует соответствующую цель, деятельность субъектов реализации данной нормы всегда в этом смысле целесообразна, т. к. направлена на достижение этой цели. Эта мысль чётко прослеживается и при анализе партийных директив35, и при изучении материалов правореализационной практики. Скажем, в п. 3 постановления пленума Верховного суда СССР от 7 июля 1971 г. №2. 0 дальнейшем совершенствовании деятельности судов по осуществлению правосудия в свете решений XXIV съезда КПСС»

прямо указывается, что «никакие отступления от норм
материального и процессуального права... недопустимы
и не могут быть оправданы соображениями так называемой целесообразности36. Таким образом, противопоставление законности и целесообразности в сфере правореализации никоим образом недопустимо.

С другой стороны, изложенные соображения не исключают возможность неточностей в отдельных случаях
со стороны законодателя относительно правовых средств
•достижения в принципе истинных целей37. Однако и в
этом варианте нецелесообразность избранных средств
(правовых норм) не должна противопоставляться законности и преодолеваться в процессе реализации «ущербных» в этом смысле норм права. Единственный путь обеспечения целесообразности избранного средства (нормы права) цели законодателя в данной ситуации — вмешательство самого законодателя в лице органа, компетентного на изменение правовой нормы, приведение её
как средства в соответствие с поставленной целью.

Цель — результат

Соотношение этих категорий проявляется в том, что
цель всякого субъекта правовой деятельности выступает
как реально действующая идеальная" причина результата, наряду со средством как материальной причиной его38.

его

Цель существует в идеальном виде, результат в отличие от нее — в фактическом. Результат правовой деятельности и цель ее нетождественны и в другом аспекте. Несовпадение или неполное их совпадение — общее правило, тождество же возможно лишь как гипотетическое, идеальное.

Цель — задача

В философской и юридической литературе достаточно
часто эти понятия употребляются как взаимозаменяемые.
Этимологически это так и есть. Если цель — это то, к
чему стремятся, что надо осуществить, то задачу определяют как то, что требует исполнения, разрешения, как
поставленную цель, которую стремятся достичь39
. В юридической литературе наметилось несколько вариантов решения соотношения категорий «цель» и

«задача» прежде всего по их объему. Иногда цель трактуют
как категорию более общего характера, нежели задачу,
определяя задачу через цель, выводя её из последней.
Например, полагает, что задача представляет из себя ближайшую, юридически обязательную
цель 41.

С другой стороны, встречаются и противоположные
утверждения, рассматривающие цель правовой деятельности в качестве производной от её задач 42, определяющие цель как задачу, которую надо решить 43.

Наконец, высказаны суждения о неоправданности
формулирования двух самостоятельных категорий — целей и задач, поскольку разница между ними не в их содержании, а в разноаспектном использовании. Причём категория «цель»— философская, тогда как «задача»— более обиходно-практический термин44. В силу этого, когда данная категория подвергаете» исследованию в её философском выражении, следует использовать категорию цель. Если же речь идёт о выражении содержания этой категории в нормативных актах, то более точно пользоваться термином «задача» 45.

Констатируя, что в области советского общенародного права различие между целями и задачами установить трудно, некоторые авторы указывают на употребление термина «задача» в правовых актах в смысле конкретизации цели, хотя и отмечают теоретическую возможность выделения в этой связи определенных различий 46. Они видятся в том, что если для выявления целей системы достаточно установления закономерностей её развития, то постановка задачи — акт творческий, волевой, вытекающий из знания цели, сопряжённый с определением оснований её решения, что отсутствует в цели.

Стоит отметить, что вряд ли возможно разграничение
целей и задач субъектов правовой деятельности по признаку наличия в одних волевого момента и отсутствия
его у других. Равно как и задачи, цели немыслимы вне
волевой деятельности людей. С другой стороны, постановка цели уже предполагает идеальное отражение возможных оснований её осуществления. Скорее всего соотношение целей и задач состоит в том, что задачи представляют собой определённый момент состояния всякой цели, проявляющейся в данности цели в конкретных условиях её существования в единстве не со средством понятием, являющимся средством определения цели,

но с реальным средством, т. е. применённым уже средством достижения цели правовой деятельности. В философской литературе справедливо указывается на то, что
цель приобретает характер практической задачи, поскольку включает в своё содержание момент преобразования действительности. Последняя оказывается не
столько отражением действительности, сколько полаганием новой действительности. Цель как задача направлена на устранение самой себя как таковой 47. Потому-то,
наверное, в текстах нормативно-правовых актов чаще
говорится о задачах, поставленных перед ними, поскольку здесь цели законодателя уже соотнесены с реальными
средствами их достижения — правом, его нормами
(ст. I ГК РСФСР, ст. 2 ГПК РСФСР, ст. 1 КоБиС
РСФСР, ст. 1 КЗоТ РСФСР, ст. 1 ИТК РСФСР, ст. 2
УПК РСФСР, ст. 1 УК РСФСР и т. п.).

Цель — социальная ценность

Поскольку одним из возможных вариантов понимания цели является определение её как мысленно представляемого предмета, постольку цель тесно связана
с категорией ценности, она может интерпретироваться
как мысленный образ создаваемой ценности. Это проистекает из понимания ценностей как предметов, явлений, их свойств, идей и побуждений, которые нужны людям, их историческим общностям для удовлетворения их потребностей и интересов, связанных с нормальным, закономерным развитием тех или иных общественных отношений 48.

Таким образом цель, с одной стороны, предполагает
в идеальном виде будущую ценность, а с другой,— сама
должна подвергаться такой оценке с точки зрения того,
верно ли отражены в цели субъекта правовой деятельности объективные общественные интересы и насколько
моделируемая в цели будущая ценность способна содействовать их достижению. Верно отмечено, что цель связана с категорией ценности через отношение желательности, но она не сводится к желательности субъективной 49.

Причём цели субъектов правовой деятельности связаны не с ценностями вообще, но с социальными ценностями вследствие того, что все связанные с правом феномены всегда вносят глубоко социальный характер.

Отсюда вряд ли сам факт существования какой-либо
цели достаточен для констатации её ценности 50. Далеко
не всякая цель субъекта правовой деятельности в условиях развитого социализма сама по себе является социальной ценностью. Наличие последней позволительно
констатировать лишь в том случае, если классово-партийный анализ существа и содержания цели субъекта
правовой деятельности приводит к выводу о гармонии
её с закономерностями общественного развития, объективными и необходимыми потребностями социального
прогресса, т. е. социальная ценность представляет собой
возможное (но никоим образом не имманентное) свойство цели субъекта правовой деятельности.

Цель — предвидение 51

Первое, что привлекает к себе внимание при анализе
соотношения цели и предвидения—это органическая
взаимосвязь и взаимопроникновение социального предвидения и целеполагания, поскольку предвидение является, с одной стороны, необходимым этапом становления цели в советском общенародном праве, предшествует всем остальным элементам управленческого цикла, а, с другой,— цель, отражая «потребное будущее», есть компонент предвидения субъекта правовой деятельности. Это прослеживается в том, что, скажем, законодатель, исходя из знания действующих в развитом социалистическом обществе объективных законов, существующих тенденций и проецирования их в будущее, предвидит основные направления развития общественных отношений, подлежащих правовой регламентации. Затем, основываясь на этом и осознавая объективно необходимые
направления развития, им ставятся цели (конечные,
промежуточные и ближайшие) с учётом и определением
средств их осуществления. В свою очередь, постановка
цели и учёт возможных результатов её достижения способствует коррекции предвидения, а реальное её осуществление выступает критерием его истинности.

Вместе с тем надо заметить, что цель и предвидение
применительно к деятельности субъектов в сфере право-
вой реальности категории не совпадающие, хотя бы уже
потому, что цели, поставленные законодателем, носят
нормативный, обязательный характер, в то время как его
предвидение лишено данного качества 52.

Цель — назначение — функции — принципы права

В юридической теории рассмотрение различных аспектов цели правовой деятельности часто связано с назначением, функциями и принципами общенародного права. Такая увязка вне всякого сомнения справедлива и
полезна, ибо все они друг с другом соприкасаются. Однако и отождествлять их вряд ли следует.

Если цель законодателя представляет собой идеальный образ ожидаемого им результата, достигаемого при
помощи права как средства, то назначение права характеризует его само как это средство, объективные возможности последнего в общественной жизни, параметры использования его как такового.

Производными от назначения права являются его
функции, представляющие собой внешнее проявление
его (права) свойств в жизни общества. Они обусловлены
и сущностью советского общенародного права как средства в руках законодателя, и, опосредованно, целью его,
т. к. для своей актуализации требуют именно правовое,
а не какое-либо иное средство.

Весьма тесно цели законодателя увязаны с принципами права, которые понимаются как исходные, руководящие идеи, которые фактически положены в основу действующего права, выражены в его содержании, закреплены в нормах права 53. Однако специально
подчёркивал, что «основные положения и цели — две
разные вещи... Принципы—это не цель...»54. Поэтому
можно согласиться с в том отношении,
что смешение данных категорий вряд ли оправдано55.

Цель — потребность — интерес — мотив — воля

До настоящего момента цель и обозначенные ранее
смежные моменты рассматривались главным образом с
точки зрения их категориальной характеристики. Однако
всякий научный анализ" цели требует изучения её с позиции реальной жизнедеятельности соответствующих
субъектов, динамики их целеполагания и целеосуществления, т. е. определение её места в ряде таких феноменов,
как потребность, интерес, мотив, воля. Это необходимо
как для верного определения общесоциологической

отправной базы56, так и для правильного - решения более
конкретных вопросов — адекватного отражения субъектами правовой деятельности потребностей и интересов
соответствующих социальных групп, выбора оптимального варианта решения, обеспечения его исполнения.

Отправной точкой анализа при данном подходе будет
являться потребность. Чаще всего под ней понимают объективное состояние системы организм — среда, характеризующееся неуравновешенностью, наличием нужды в определённых факторах для обеспечения устойчивости системы57. Причём при анализе потребностей социальных систем надо учитывать, что, во-первых, понятие «организм» охватывает собой любого субъекта (индивида или коллектив), и, во-вторых,—среда здесь понимается как комплекс складывающихся на базе материального производства общественных (главным образом экономических) отношений.

Иногда потребность интерпретируется как чисто психическое, идеальное явление. Скажем, К. ^К. Платонов
рассматривает потребность как психическое явление,
отражающее нужду в чём-либо, побуждающее действовать58. Однако вряд ли стоит наделять потребность
субъективными характеристиками, которые привносятся
в деятельность другими элементами её структуры и,
прежде всего, целью.

Потребность, таким образом, выступает как необходимая предпосылка деятельности, но для того, чтобы
возникла непосредственная побудительная сила сознательной деятельности, необходимо новое звено в цепи её
детерминации — интерес, как форма выражения, осознание потребности. Будучи объективно обусловлен, интерес в то же время субъективен по своему носителю, т. е.
имеет объективно-субъективный характер.

Будучи обусловлен потребностями, интерес одновременно с этим обладает некоторой степенью относительной самостоятельности, в силу опосредованности связи
его с материальными условиями бытия субъекта. Вследствие этого «... нечто может уже представлять интерес и еще не быть потребностью» .