Все об альтернативной гражданской службе (стр. 5 )

Во-первых, в названной норме говорится о территории субъекта Российской Федерации, в которых постоянно проживает гражданин, а вовсе не о месте его жительства. Из этого следует, что, направление гражданина для прохождения альтернативной гражданской службы в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором он постоянно проживает, в одном случае может сопровождаться изменением места его жительства, в другом - нет. В равной степени это относится и к случаям направления граждан для прохождения альтернативной гражданской службы за пределы территории субъекта Российской Федерации, в котором они постоянно проживают.

Во-вторых, направление граждан на альтернативную гражданскую службу вне места их жительства не может являться самоцелью, а должно осуществляться только в случаях явно выраженной государственной или общественной в этом потребности, соизмеренной с материальными затратами на обеспечение прохождения альтернативной гражданской службы гражданами вне места их жительства.

В-третьих, указанная норма, в силу ее неконкретности (в частности, понятие "при невозможности"), может создать реальную угрозу для возникновения и развития коррупции в органах, принимающих решение о месте прохождения альтернативной гражданской службы.

2. Одной из основных характеристик альтернативной гражданской службы является место ее прохождения.

От того, в каких сферах, в каких организациях и на каких должностях граждане будут проходить альтернативную гражданскую службу зависит не только сохранение (повышение) ими своей квалификации или приобретение новой специальности, но и эффективность использования труда этих граждан в целом.

Поэтому место прохождения альтернативной гражданской службы должно определяться исходя прежде всего из интересов общества и государства. В этой связи альтернативная гражданская служба должна быть предусмотрена в любых организациях, а не только в социальной сфере. При этом основное, чему должны соответствовать такие организации - это отсутствие основных признаков, характеризующих военную службу, главными из которых является обязанность быть готовым к вооруженной защите себя, других и государства, к уничтожению противника в условиях вооруженной агрессии против Российской Федерации.

Граждане, изъявившие желание заменить военную службу по призыву альтернативной гражданской службой, для прохождения последней могут направляться в любые организации, где не предусмотрена военная служба, включая правоохранительные органы, организации оборонно-промышленного комплекса, образовательные учреждения, сельскохозяйственные, строительные, экологические организации, жилищно-коммунальное хозяйство, сферу обслуживания и т. д.

Отсюда - прохождение альтернативной гражданской службы должно быть предусмотрено не только в организациях, подведомственных федеральным органам исполнительной власти, органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органам местного самоуправления и в организациях Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, но и в других организациях, которые будут определены в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

3. Пунктом 1 ст. 4 Федерального закона "Об альтернативной гражданской службе" предусмотрено прохождение альтернативной гражданской службы в организациях, подведомственных федеральным органам исполнительной власти, в организациях, подведомственных органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации, а также в организациях Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов в качестве гражданского персонала.

Там же отмечено, что прохождение альтернативной гражданской службы в организациях, подведомственных органам местного самоуправления, "определяется федеральным законом". В настоящее время нет ответа на вопрос о том, по какой причине прохождение гражданами альтернативной гражданской службы в организациях, подведомственных органам местного самоуправления, должно регламентироваться отдельным федеральным законом. Немалая часть организаций социальной сферы, куда для прохождения альтернативной гражданской службы, как предполагается, будет направлена основная часть граждан, подведомственна именно органам местного самоуправления.

4. Введение в Российской Федерации института альтернативной гражданской службы, без сомнений, должно сопровождаться кардинальным пересмотром системы оснований для освобождения и отсрочки от призыва на военную службу, которая (система) была сформирована в отсутствие возможности прохождения гражданами альтернативной гражданской службы, и поэтому на тот период себя оправдывала.

Часть 3 ст. 59 Конституции Российской Федерации, являющаяся первопричиной принятия Федерального закона "Об альтернативной гражданской службе", относит к числу случаев наличия или возникновения права на замену военной службы альтернативной гражданской службой не только когда несение военной службы противоречит его убеждениям или вероисповеданию, но и "иные установленные федеральным законом случаи".

Логично предположить, что к "иным" могут быть отнесены случаи, когда гражданин не исповедует какой-либо религии, запрещающей ему прохождение военной службы, и у него нет никаких убеждений, не совместимых с военной службой, но в то же время набор определенных условий может либо не позволить ему проходить военную службу по призыву со всеми присущими ей атрибутами (к примеру, невозможность проживания с семьей весь период службы), либо - относит гражданина к числу тех, трудовая деятельность которых с государственной точки зрения может быть использована более эффективно.

Федеральным же законом "Об альтернативной гражданской службе" в качестве таких "иных" случаев предусмотрены только граждане, относящиеся к коренным малочисленным народам, ведущие традиционный образ жизни, осуществляющие традиционное хозяйствование и занимающиеся традиционными промыслами.

Тем не менее немало и других жизненных ситуаций, когда гражданам можно было бы предоставить право проходить альтернативную гражданскую службу и в отсутствие у них каких-либо не традиционных для российского общества убеждений или вероисповедания.

Такими случаями изобилуют, в частности, статьи 23 и 24 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе", которые, как отмечено выше, проектировались в условиях отсутствия в Российской Федерации института альтернативной гражданской службы. Наиболее яркими примерами являются основания для отсрочки от призыва на военную службу по причине работы (службы) граждан в определенных организациях (органах) или по определенным профессиям.

Это и сельские учителя, и сельские врачи, и работники почти четырехсот организаций оборонно-промышленного комплекса, и сотрудники органов внутренних дел, и Государственной противопожарной службы МЧС России, и таможенных органов Российской Федерации, и федеральных органов налоговой полиции, и учреждений и органов уголовно-исполнительной системы.

И это только категории, оговоренные непосредственно Федеральным законом. Помимо них имеется целый ряд указов Президента Российской Федерации, которыми предоставлено право на отсрочку от призыва на военную службу гражданам по причине их профессиональной принадлежности к определенным профессиям.

Нет никаких сомнений в том, что всем этим категориям работников (сотрудников) отсрочка от призыва на военную службу предоставлена лишь потому, что они со своим образованием, профессией и специальностью востребованы на другом, не менее важном для общества и государства, участке.

А в этом случае это и есть служба, альтернативная военной, то есть альтернативная гражданская служба, определение которой, данное в п. 1 ст. 1 Федерального закона "Об альтернативной гражданской службе", только подтверждает это ("Альтернативная гражданская служба - особый вид трудовой деятельности в интересах общества и государства, осуществляемой гражданами взамен военной службы по призыву").

С учетом этого пересмотр оснований для освобождения и отсрочки от призыва на военную службу необходим как с теоретической, так и с практической точки зрения. Тем более, что это было бы справедливо и в отношении самих граждан названных категорий.

5. В связи с тем, что принятие Федерального закона "Об альтернативной гражданской службе" не было синхронизировано с масштабным внесением соответствующих изменений и (или) дополнений в другие законодательные акты Российской Федерации, регламентирующие так или иначе связанные с альтернативной гражданской службой правоотношения, со вступлением названного Федерального закона в силу неминуемо будет создан вакуум в комплексном правовом обеспечении организации прохождения гражданами альтернативной гражданской службы, возникнет неопределенность в понимании ряда аспектов этой службы.

В частности, остался нерешенным вопрос о формах и способах использования граждан, проходящих альтернативную гражданскую службу, в период мобилизации, в период военного положения и в военное время, а ст. 9 названного Федерального закона является отсылочной и ни к чему не обязывающей.

6. Статьей 24 Федерального закона "Об альтернативной гражданской службе" одновременно предусмотрено и зачисление граждан, прошедших альтернативную гражданскую службу, в запас Вооруженных Сил Российской Федерации, и освобождение их от военных сборов.

Видно, что названные положения не лишены внутреннего противоречия.

Так, основной целью создания запаса Вооруженных Сил Российской Федерации является формирование мобилизационного ресурса, который может быть использован в период мобилизации Вооруженных Сил Российской Федерации, а военные сборы проводятся для поддержания необходимой готовности такого ресурса к военной службе по мобилизации.

Федеральным законом "О мобилизационной подготовке и мобилизации в Российской Федерации" граждане, прошедшие альтернативную гражданскую службу и пребывающие в запасе, от призыва на военную службу по мобилизации не освобождены.

Таким образом очевидно, что граждане, зачисленные в запас должны проходить и военные сборы. Если же они автоматически освобождаются от военных сборов, то нет никакого смысла и зачислять их в запас.

7. Федеральным законом "Об альтернативной гражданской службе" право на замену военной службы альтернативной гражданской службой, помимо граждан, несение военной службы которыми противоречит их убеждениям или вероисповеданию, предоставлено гражданам, относящимся к коренным малочисленным народам, при условии, что эти граждане ведут традиционный образ жизни, осуществляют традиционное хозяйствование и занимаются традиционными промыслами.

Практическое применение указанной нормы неизбежно столкнется с рядом проблем. В частности, в настоящее время граждане не обязаны где-либо указывать свою национальность. Соответственно отсутствует и документ, удостоверяющий принадлежность гражданина к той или иной национальности.

В этой связи возникает вопрос о том, каким образом граждане, относящиеся к коренным малочисленным народам, будут подтверждать свою принадлежность к этим народам и реализовывать свое право на замену военной службы альтернативной гражданской службой. Ясно, что граждане, относящиеся к коренным малочисленным народам, могут реализовать свое право на замену военной службы альтернативной гражданской службой не по факту принадлежности к указанным народам и занятия соответствующим видом деятельности, а в связи с наличием у них соответствующих убеждений или вероисповедания.

В силу же п. 3 ст. 4 Федерального закона "Об альтернативной гражданской службе" указанные граждане тем не менее должны направляться для прохождения альтернативной гражданской службы только в организации традиционных отраслей хозяйствования и традиционных промыслов.

Учитывая, что сохранение исконной среды обитания, традиционного образа жизни, хозяйствования и промыслов коренных малочисленных народов является их правом, а не обязанностью, такое положение дел вряд ли можно признать по отношению к ним справедливым.

8. Пунктом 7 ст. 12 Федерального закона "Об альтернативной гражданской службе" призывной комиссии предоставлено право принимать решение "об отказе в замене военной службы по призыву альтернативной гражданской службой".

Однако, в п. 1 ст. 28 Федерального закона "О воинской обязанности и, военной службе" приведен исчерпывающий перечень решений, которые могут быть вынесены призывной комиссией, среди которых решения "об отказе в замене военной службы по призыву альтернативной гражданской службой" отсутствует (имеются только такие виды решений, как "о призыве на военную службу" и "о направлении на альтернативную гражданскую службу"). При этом тем же пунктом установлено, что призывная комиссия вправе выносить только одно решение.

Наличие такой несогласованности между нормами федеральных законов "Об альтернативной гражданской службе" и "О воинской обязанности и военной службе" является причиной того, что первый из названных федеральных законов дублирует правовые нормы, относящиеся к предмету регулирования исключительно Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе".

Это обусловлено, в первую очередь, тем, что вплоть до вынесения призывной комиссией решения о направлении гражданина на альтернативную гражданскую службу, несмотря на то, что он имеет право на замену военной службы альтернативной гражданской службой, такой гражданин считается подлежащим призыву на военную службу, а вопросы призыва граждан на военную службу как одного из элементов воинской обязанности регламентируются исключительно Федеральным законом "О воинской обязанности и военной службе".

9. Статья 21 Федерального закона "Об альтернативной гражданской службе" запрещает гражданам, проходящим альтернативную гражданскую службу, помимо прочего, "совмещать альтернативную гражданскую службу с работой в иных организациях", а также "заниматься предпринимательской деятельностью лично или через доверенных лиц, а также оказывать содействие физическим и юридическим лицам
в их предпринимательской деятельности, получать за это вознаграждение и пользоваться льготами".

Такие запреты в большей степени характерны для государственной службы, каковой альтернативная гражданская служба по определению не является. Учитывая же, что прохождение альтернативной гражданской службы предполагается, как правило, на низкооплачиваемых работах, не связанных с государственной или муниципальной службой, наличие указанных запретов представляется необоснованным: важно, чтобы гражданин, проходящий альтернативную гражданскую службу, на месте прохождения этой службы добросовестно выполнял свои должностные обязанности, а вовсе не то, чтобы он был всячески ограничен в возможностях получения дополнительного дохода из других источников.

10. Часть вторая ст. 328 Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающая ответственность за уклонение от прохождения альтернативной гражданской службы, в действующей редакции не позволяет в полной мере охватить все способы уклонения от прохождения альтернативной гражданской службы, так как попросту не содержит их.

Указом Президента Российской Федерации от 01.01.01 г. N 793 "Вопросы организации альтернативной гражданской службы" специально уполномоченными федеральными органами исполнительной власти по организации альтернативной гражданской службы определены Министерство труда и социального развития Российской Федерации и Министерство обороны Российской Федерации.

Порядок прохождения альтернативной гражданской службы утвержден Правительством Российской Федерации 28 мая 2004 г. Однако в настоящее время представители гражданского и военного ведомств до сих пор расходятся в комментариях по некоторым деталям организации прохождения альтернативной гражданской службы.

Таким образом, введение института замены военной службы альтернативной гражданской службой в современной России продиктовано рядом обстоятельств, к которым можно отнести: признание общечеловеческих ценностей, приведение отечественного законодательства в соответствие с международными нормами, в частности, в вопросах соблюдения прав человека, успешного проведения военной реформы и решения государственных задач. В настоящее время в отечественном законодательстве имеется пакет нормативных правовых документов, регламентирующих условия и порядок реализации гражданами конституционного права, предусмотренного ст. 59 п. 3 Конституции РФ. Однако, организационные проблемы при реализации гражданами конституционного права на альтернативную гражданскую службу неизбежно влекут за собой оперативное внесение изменений в законодательные акты Российской Федерации, связанные с реализацией гражданами конституционного права на замену военной службы по призыву альтернативной гражданской службой.

Часть II. Конституционно-правовой механизм реализации гражданами Российской Федерации права на альтернативную гражданскую службу

Глава 1. Сущность конституционно-правового механизма реализации гражданами Российской Федерации права на альтернативную гражданскую службу

Концепция прав человека весьма объемная и проблематичная. Поэтому задачи, поставленные в настоящей работе, ограничены определением понятия, сущности, содержания и эффективности действия конституционно-правового механизма реализации гражданами права на альтернативную гражданскую службу и защиты прав индивидов.

Не умаляя достигнутого, следует признать, что проблема конституционно-правового механизма реализации гражданами права на альтернативную гражданскую службу не была, по существу, предметом серьезного научного анализа. До сих пор нет ни монографических трудов, ни широких теоретических обобщений. Отсутствие глубоких исследований весьма отрицательно сказывается как на развитии социальных и юридических средств, при помощи которых граждане могут реализовать свое право на замену военной службы по призыву альтернативной гражданской службой, так и на концепции всей системы прав человека.

Известно, что человек в России всегда был "винтиком" государственной машины. Соответственно, задача задач отечественной науки - преодолеть неверие россиян в основополагающие нравственно-правовые ценности человеческой жизни, сделать их своеобразными единицами качественного измерения всех социально-экономических и политических преобразований в стране. Теоретической базой, способствующей достижению поставленной задачи является создание целостной концепции прав человека, которая включает в себя, в том числе исследование конституционно-правового механизма реализации гражданами права на альтернативную гражданскую службу.

Значение конституционно-правового механизма реализации гражданами Российской Федерации права на альтернативную службу определяется необходимостью изучения уроков истории развития прав человека в этой области и разработкой рекомендаций, способствующих недопущению непоправимых ошибок. В какой-то мере это искупит вину юристов, которые не только не замечали остроты ситуации, требующей разрешения вопросов, связанных с реализацией гражданами конституционного права на замену военной службы альтернативной гражданской службой, но и приукрашивали в своих трудах приоритетное значение интересов, высокую правовую и социальную защиту граждан в условиях отсутствия закона об альтернативной службе, при одновременном наличии права на таковую в Конституции Российской Федерации.

И в настоящем и в будущем необходим анализ становления и развития института альтернативной службы, выяснения его места и роли в обеспечении прав человека и гражданина.

Конституционное право на замену военной службы по призыву альтернативной гражданской службой представляет собой общепланетарную ценность. Оно подлежит оценке и защите в соответствии с теми стандартами, принципами, нормами, которые выработаны мировым сообществом. Сегодня, как никогда раньше, особенно велико влияние международных стандартов, норм и принципов международного права на развитие национального законодательства.

В юридической литературе бытует мнение о "сращивании" международного и внутригосударственного права. Поэтому ясно, что вопрос об их соотношении превращается в актуальную теоретическую и практическую проблему, решению которой способствует тема настоящего исследования. В конечном итоге научная разработка конституционно-правового механизма реализации гражданами Российской Федерации права на замену военной службы по призыву альтернативной гражданской службой позволит обозначить контуры развития государственности и правовой системы, а, следовательно, и даст ответ на острейшую потребность научного осмысления коренных преобразований в обществе, государстве и праве.

В юридической литературе категория "механизм" рассматривается с различных точек зрения: "механизм правового регулирования", "механизм правотворчества", "механизм формирования правомерного поведения", "юридический механизм управления", "механизм трудового воспитания", "механизм реализации личных конституционных прав и свобод граждан", общий механизм действия права, социальный механизм уважения к праву, механизм действия правовой системы, социально-психологический механизм поступка, социально-психологический механизм перевода экономических фактов в юридические категории, социально-психологический механизм перевода права и обязанностей личности в реальное поведение, механизм укрепления законности, механизм обеспечения законности и т. д.*(38).

Термин "конституционно-правовой механизм реализации гражданами конституционного права на альтернативную гражданскую службу" не получил широкого распространения в науке: не определены понятие, содержание, объект и цели конституционного регулирования, а также эффективность и перспективы развития.

Конституционно-правовой механизм реализации гражданами права на альтернативную гражданскую службу - это определенная система средств и факторов, обеспечивающих необходимые условия уважения всех прав и свобод граждан Российской Федерации, убеждениям или вероисповеданию которых противоречит несение военной службы, вытекающих из достоинства, присущего человеческой личности, и являющихся существенными для их свободного и полного развития.

Структура названного механизма включает конституционные нормы; правомерную деятельность субъектов прав человека и гражданина; гласность; общественное мнение; гарантии: общие, специальные (юридические), организационные; процедуры; ответственность; контроль.

Главная цель функционирования исследуемого механизма - это защита субъективных прав человека и гражданина, если его убеждениям и вероисповеданию противоречит несение военной службы. В задачи конституционно-правового механизма реализации гражданами конституционного права на альтернативную гражданскую службу входит охрана, защита и восстановление нарушенных прав, формирование общей и правовой культуры населения. Функции конституционно-правового механизма подразделяются на охранительную, компенсационную, информационную, воспитательную. Движущей силой конституционно-правового механизма реализации гражданами права на альтернативную гражданскую службу являются интересы и общественно-полезные потребности индивидов. Отмечая значение потребностей в генезисе человеческого поведения, К. Маркс и Ф. Энгельс писали: "Никто не может сделать что-нибудь, не делая этого вместе с тем ради какой-либо из своих потребностей и ради органа этой потребности"*(39).

Субъективное отношение к окружающей среде, нормативным предписаниям оказывает немаловажное влияние на выбор формы защиты своих прав, влияет на конституционно-правовую активность личности. Создание конституционно-правового механизма реализации гражданами права на альтернативную гражданскую службу будет способствовать их качественной реализации. "В состав такого механизма входят меры, направленные на разъяснение смысла, целей и содержания соответствующих нормативных положений и правовой политики"*(40). В качестве элементов подсистемы конституционно-правового механизма реализации гражданами права на альтернативную гражданскую службу можно назвать: "механизм охраны", "механизм защиты", "механизм восстановления нарушенных субъективных прав", а также "механизм воспитания". Будучи самостоятельными механизмами и одновременно находясь в диалектической взаимосвязи друг с другом, они создают целостную структуру конституционно-правового механизма реализации гражданами права на альтернативную гражданскую службу. Теоретическое и практическое значение последнего рассматривается полнее, если рассматривать конституционно-правовой механизм реализации гражданами права на альтернативную гражданскую службу в связи с психологическими элементами, при посредстве которых происходит реализация субъективных прав. От психологических установок личности в значительной мере зависит и понимание конституционно-правового механизма реализации гражданами права на альтернативную гражданскую службу.

Процесс мотивации индивидов отличается сложностью и динамичностью. В нем заложены не только нормативный комплекс, но и другие социальные явления, институты, которые можно условно разделить на две группы: внешние и внутренние*(41). К формам внешней регламентации воздействия на потенциальное поведение человека и гражданина, наряду с социальными нормами, можно отнести гласность, общественное мнение, деятельность различного рода организационных структур. Они служат основой выбора поведения, "образуя как бы мостик, переход от внешних факторов мотивации к внутренним императивам и ценностям"*(42).

Поведение может преследовать следующие основные цели:

1) непосредственное удовлетворение какого-либо интереса;

2) отказ от удовлетворения какой-либо потребности по объективным или субъективным мотивам;

3) устранение возникших препятствий к пользованию социальными благами, удовлетворения материальных и духовных потребностей;

4) разрешение возникшей коллизии законным путем.

Внутренняя мотивация поведения личности предопределяется, в свою очередь, внешними факторами. Она включает интересы, потребности, мотивы, оценки, идеалы и т. д. При этом следует иметь в виду, как утверждают Ю. Антонян. А. Нашиц, С. Рубинштейн, В. Кудрявцев, , другие ученые*(43), что сложившаяся жизненная ситуация может осознаваться индивидами с большими субъективными искажениями. Так, источник коллизии нередко создается особенностями поведения личности, но граждане склонны воспринимать по-другому: несправедливое отношение к ним должностных лиц, неблагоприятные условия своей жизни, чрезмерная категоричность требований закона.

Ядро конституционно-правового механизма реализации гражданами конституционного права на альтернативную гражданскую службу составляет защита субъективного права замены военной службы альтернативной гражданской службой. Указанную защиту следует рассматривать как правомерную деятельность управомоченных лиц и органов по реализации субъективного права и охраняемых законов интересов в случаях, когда последние оспариваются кем-либо или нарушаются.

Заслуживает уважения успешная попытка Осипова Ю. К. более двадцати лет назад отстоять точку зрения, согласно которой защита субъективных прав и интересов граждан возможна не только посредством применения норм права управомоченными на то органами, но и допустима в форме непосредственной самозащиты индивидом своих прав*(44).

На языке действующей Конституции речь идет о праве каждого человека защитить свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ст. 45). "Необходимость в защите субъективных прав и охраняемых законом интересов возникает в случаях, когда они нарушены, или оспариваются, или существует угроза их нарушения. Иными словами - понятие защиты охватывает лишь часть правоприменительной деятельности, именуемой правоохраной"*(45).

Категория правоохраны весьма объемная и должным образом не разработана в юридической литературе*(46). Вероятно, поэтому правоведы подчас диаметрально противоположных позиций подходят к раскрытию категории охраны и защиты, полагая, что термины "гарантии" () либо, "обеспечение" (, , ) создают необходимые условия для нормального осуществления прав и свобод. Вступая с ними в полемику, , и другие ученые приходят к иному выводу: охрана и защита - самостоятельные категории, которые нельзя дифференцировать по основанию правонарушения.

На наш взгляд, верна позиция авторов, утверждающих, что эти категории следует различать по сути, содержанию и форме. При этом имеется в виду следующее: охрана прав и свобод есть состояние правомерной реализации прав и свобод под контролем социальных институтов, но без их вмешательства. Меры защиты применяются тогда, когда осуществление прав и свобод затруднено, но права и свободы еще не нарушены. Если права и свободы нарушены, то их нужно не защищать, а восстанавливать.

Следовательно, восстановление нарушенных прав есть верный путь к их обеспечению, но не к защите. Реализация мер защиты отличается от применения мер охраны формами деятельности социальных институтов, участвующих в обеспечении прав и свобод. Меры защиты предполагают активное вмешательство органов государства в процесс реализации прав и свобод. Их охрана ограничивается контрольно-надзорной функцией государства, совершенствованием законодательства, работой по повышению уровня правосознания должностных лиц и граждан.

В научной литературе в 70-е годы были предприняты попытки определить и функции механизма защиты субъективных прав, иначе говоря, его сущность. насчитывает их не менее восьми, И сегодня наименование и перечень функций механизма защиты субъективных прав не вызывает возражений*(47). Разумеется, необходимо учитывать современные методологические подходы к правопониманию, принципам правового регулирования, функциям права, суть которых точно выразил , утверждая, что за десятками классификаций и дефиниций не должна пропадать "главная определяющая функция права - обеспечение прав человека"*(48).

Термин "обеспечение" применительно к различного рода правовым предписаниям вообще и к правам и свободам, в частности, к конституционному праву на альтернативную гражданскую службу, можно рассматривать в двух смыслах: во-первых, как деятельность специально уполномоченных федеральных органов государственной власти, должностных лиц и граждан по осуществлению своих функций, компетенций, обязанностей в целях создания оптимальных условий для строгой, неуклонной реализации правовых предписаний и правомерного осуществления; во-вторых, как итог, результат этой деятельности, выражающейся в фактической реализации гражданами права на замену военной службы альтернативной.

Учитывая объемное содержание прав человека, термин "обеспечение" может нести не только юридически смысловую нагрузку, но и предполагает восприятие его через систему социальных факторов, создающих условия для гражданина, позволяющих ему реализовать свое конституционное право на замену военной службы альтернативной.

Как справедливо замечают и , обеспечение прав и свобод нельзя ограничивать только системой правовых гарантий, оно должно дополняться системой четких организационных и иных условий, дающих возможность пользоваться правами, надежно их защищать. Под условиями авторы имеют в виду общие гарантии: экономические, политические, социальные и т. д., которые, образуя целостное единство различных видов общественных отношений, способствуют неуклонной реализации прав личности. Подобный подход позволяет не отождествлять понятие прав человека с юридическими правами и свободами, а утверждать, что биологические характеристики человека являются предпосылками формирования его социальных свойств*(49).

К числу внешних, организующих начал обеспечения права гражданина Российской Федерации на замену военной службы альтернативной относятся социальные учреждения, институты.

Их условно можно разделить на четыре группы:

1) внегосударственные национальные правозащитные организации (Межрегиональный благотворительный общественный фонд "Созидание" и другие);

2) государственные организации и институты (Комиссия по правам человека при Президенте РФ, Уполномоченный по правам человека в РФ);

3) международные правительственные организации общемирового и регионального характера (Комитет по правам человека, Экономический и Социальный Советы, Комитет против пыток и др.);

4) международные неправительственные организации ("Дорога Свободы", Международная комиссия по международным гуманитарным вопросам).

Основополагающей идеей деятельности правовых и социальных институтов является несовместимость принципа консенсуса в вопросах, связанных с санкциями в адрес страны, нарушающей права человека. Социальные институты в сфере обеспечения прав человека выполняют жизненно важные функции: а) создание эффективных контрольных механизмов и процедур восстановления нарушенных прав; б) совершенствование правовой базы по регулированию и защите прав и свобод человека на международном и национальном уровнях; в) сбор и распространение информации по вопросам прав человека; г) правовая помощь парламентариям и юристам, занимающимся проблемами прав человека; д) рассмотрение жалоб о нарушениях прав человека, подготовка рекомендаций по их восстановлению; е) создание базовых структур поощрения и защиты прав коренных малочисленных народов; ж) просвещение общественности, содействие распространению знаний о правах и свободах.

Содержание и формы реализации названных функций в сфере прав человека тем объемнее и разнообразнее, чем демократичнее общество, в котором находится личность, чем более психологически подготовлены власть и должностные лица к восприятию самой концепции прав человека, а, следовательно, и к соблюдению законности. Перечень функций, которые выполняют социальные институты в сфере обеспечения прав человека, нацеливает на мысль, что защита субъективных прав и охраняемых законом интересов и разрешение юридических дел - однозначные понятия.

Разрешение юридических дел имеет место во всех ситуациях применения норм права, в том числе в защите субъективного права. В то же время, как утверждает , защита субъективных прав и разрешение юридических дел - категории, имеющие частично совпадающее содержание. Общим для них является то, что они включают в себя различные формы правоохранительной деятельности социальных институтов. Однако в содержание защиты, кроме того, входит самозащита, а в содержание разрешения юридических дел - оперативно-исполнительная деятельность правоприменительных органов. Поскольку правоохрана составляет основное содержание защиты субъективных прав граждан на альтернативную гражданскую службу, все, что касается исследования форм последней, имеет непосредственное отношение и к формам разрешения юридических дел*(50).

Дискуссионный характер понятий охраны, защиты, разрешения форм обеспечения прав человека и гражданина не может не отразиться на понимании понятия "механизм" в теории права. Но это не мешает ученым придерживаться единого мнения, что механизм есть способ функционирования, система средств взаимодействия. Некоторые юристы определяют категорию механизма через систему факторов обеспечения чего-либо, но суть от этого не меняется*(51).