Гражданское право (стр. 50 )

Комитент вправе в любое время отказаться от договора комиссии, отменив поручение и возместив убытки комиссионера, вызванные расторжением договора (п. 1 ст. 1003 ГК). Комиссионер не вправе отказаться от исполнения договора комиссии, кроме случая заключения договора без указания срока (п. 1 ст. 1004 ГК), а также иных случаев, предусмотренных законом и договором (ст. 1002 ГК). Представим ситуацию, когда комиссионер отказывается от исполнения договора без какого-либо основания, предусмотренного законом или договором. Конечно, комитент вправе требовать от комиссионера исполнения поручения, однако никаких мер ответственности, кроме возложения на комиссионера обязанности по возмещению убытков за отказ от исполнения договора (ст. 397 ГК), понуждающих комиссионера исполнить обязательство в натуре, т. е. заключить предусмотренную договором комиссии сделку, комитент применить не может. Пункт 1 ст. 1004 предусматривает лишь то, что комиссионер, отказавшийся от исполнения договора комиссии в одностороннем порядке, обязан возместить все убытки, понесенные комитентом вследствие расторжения договора. Если же комиссионер отказался от исполнения договора по основаниям, предусмотренным законом или договором, он сохраняет право на возмещение понесенных расходов

Гражданское право. Том 2. Под ред. , . – М., Велби, 2003. С. 670

и получение вознаграждения за сделки, совершенные им до прекращения договора (п. 3 ст. 1004 ПС).

Особый порядок применяется при заключении договора комиссий без указания срока. Такой договор может быть расторгнут в одностороннем порядке по заявлению как комитента, так и комиссионера с обязательным предварительным уведомлением другой стороны не позднее чем за тридцать дней. Договором может быть установлен и более продолжительный срок для уведомления о расторжении договора комиссии. В этом случае комитент обязан выплатить комиссионеру комиссионное вознаграждение и возместить понесенные расходы за сделки, совершенные до прекращения договора, а комиссионер обязан принять меры, обеспечивающие сохранность имущества комитента.

В случае прекращения договора комиссии у комиссионера может оставаться имущество комитента. Комитент, отменивший поручение либо получивший уведомление комиссионера об отказе от исполнения договора, обязан распорядиться своим имуществом, т. е. дать комиссионеру указания о том, куда и каким образом ему надлежит передать имущество. При отмене поручения комитентом он должен дать такие указания комиссионеру в срок, установленный договором, а если срок не предусмотрен – немедленно. Если же от исполнения договора отказался комиссионер, то комитент должен распорядиться своим имуществом не позднее пятнадцати дней с момента получения уведомления комиссионера об отказе от исполнения договора. Комиссионер, не получивший указаний в установленный срок, вправе сам принять одно из следующих решений: либо передать имущество на хранение за счет комитента, либо продать его по возможно более выгодной для комитента цене (ст. 1003–1004 ГК).

Прекращение договора комиссии, кроме случаев отмены поручения комитентом и отказа комиссионера, происходит также в связи с иными обстоятельствами, предусмотренными ст. 1002 ГК. Так, если в качестве комиссионера действовал гражданин, договор комиссии прекращается в случае его смерти, признания недееспособным, ограниченно дееспособным, безвестно отсутствующим или объявления умершим, а также в случае признания банкротом индивидуального предпринимателя (ст. 1002 ГК). Изменение правового положения комитента договор комиссии не прекращает.

В случае объявления комиссионера несостоятельным (банкротом) права и обязанности комиссионера по сделкам, заключенным им для комитента во исполнение его указаний, переходят на комитента независимо от того, являлся ли комиссионер физическим или юридическим лицом
(ст. 1002 ГК).

Глава 44. АГЕНТИРОВАНИЕ

§ 1. Понятие и элементы агентского договора

Понятие агентского договора. Отношения агентирования являются примером заимствования российским законодательством институтов англо-американской правовой системы. Праву стран континентальной Европы агентский договор неизвестен. Дело в том, что отношения, регулируемые в англо-американском праве агентским договором, в континентальном праве охватываются договорами поручения и комиссии. Для различных правовых систем считалось естественным наличие либо агентского договора, либо договоров поручения и комиссии. Так, если заключался агентский договор, подлежащий регулированию по континентальному праву, к нему соответственно применялись нормы, регулирующие отношения поручения или комиссии. Для англо-американского права характерно понимание агентского договора как общего, при котором поручение и комиссия являются по отношению к нему специальными, подчиняющимися институту агентирования. Сложившаяся после принятия части второй ГК ситуация в российском законодательстве не характерна ни для англо-американской, ни для континентальной правовой системы. В ГК урегулированы в качестве самостоятельных договоров и договор поручения, и договор комиссии, и агентский договор, при этом ни один из них не выступает в качестве общего для других, так как все они юридически равны.

Применение агентского договора в хозяйственной практике российских предпринимателей до принятия части второй ГК осуществлялось в соответствии с принципом диспозитивности, допускающим возможность заключения любого договора, в том числе и прямо не предусмотренного законом, но не противоречащего общим началам и смыслу гражданского законодательства (ст. 4 ГК 1964 г.). Необходимость его заключения была обусловлена стремлением создать такую модель посреднических отношений, которая не укладывалась бы в прокрустово ложе требований и ограничений, ранее содержавшихся в нормах о договорах комиссии и поручения. Однако при отсутствии в законе норм, непосредственно посвященных агентскому договору, стороны обязаны были руководствоваться требованиями закона, установленными для поручения и комиссии.

Другим фактором, оказавшим влияние на появление в российском законодательстве агентского договора, является активизация отношений по внешней торговле. Будучи широко представлены в экономике западных стран, агентские отношения стали получать

Гражданское право. Том 2. Под ред. , . – М., Велби, 2003. С. 672

распространение и в практике российских предприятий с участием иностранных инвестиций, а также иных предприятий, непосредственно реализующих свои товары и услуги на внешнем рынке. Например, судоходные, транспортные, страховые компании, осуществляющие свою деятельность во многих странах, не могут не прибегать к услугам посредников, которые, как правило, оформляются агентским договором.

Понимая важность регулирования агентских отношений, Советом Европейского экономического сообщества была принята Директива № 86/635 от 01.01.01 г. о координации законодательств государств – членов ЕЭС по вопросу о независимых торговых агентах[1], направленная на унификацию законодательства стран, входящих в Европейское сообщество. Поскольку большая часть внешнеторговых операций российских предпринимателей приходится на отношения с участием стран ЕС, при заключении агентских договоров необходимо учитывать и нормы Директивы Совета ЕС.

Как уже отмечалось, в действующем российском законодательстве агентский договор занимает самостоятельное место наряду с договорами поручения и комиссии, не совпадая ни с одним из них. Все названные договоры имеют своим предметом оказание посреднических нематериальных услуг, что их и объединяет. Отличия этих договоров обусловлены как сферой их применения, так и содержанием прав и обязанностей сторон.

Агентский договор определен в законе как такой договор, по которому одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала (п. 1 ст. 1005 ГК). Из определения следует, что агентский договор является консенсуальным, возмездным, взаимным.

При разграничении договоров поручения и комиссии в качестве одного из основных разграничительных признаков используется самый факт возникновения отношений представительства. Действуя от собственного имени, комиссионер не является представителем комитента; поверенный же, действуя от имени доверителя, выступает как его представитель. Указанный признак для отграничения договоров поручения и комиссии от агентского договора неприменим, поскольку агент может выступать как от имени принципала, так и от собственного имени. При этом выбор, от чьего имени агент будет совершать соответствующие действия, зависит от соглашения сторон, а если это не определено, то от усмотрения агента. Главным же фактором, подчеркивающим по-

Гражданское право. Том 2. Под ред. , . – М., Велби, 2003. С. 673

среднические функции агента, служит совершение им действий за счет принципала.

Агентский договор применяется в более широкой сфере отношений, нежели комиссия и поручение. Объясняется это тем, что предметом агентского договора могут быть не только действия, влекущие юридические последствия, но и иные действия, которые таких последствий не вызывают. Предметом агентского договора могут быть как действия сделочного типа, так и действия, не являющиеся таковыми, с которыми, однако, также связаны те или иные правовые последствия. Предметом агентского договора могут быть и такие действия, которые правовых последствий вообще не вызывают. Таковы, например, действия по рекламе товара или услуг, которые никакого отклика со стороны покупателей могут и не вызвать. Такие действия иногда называют фактическими[2]. Агентские отношения – это отношения по оказанию любых посреднических услуг, в том числе имеющих комплексный характер. Отношения, охватываемые договором поручения и комиссии, не облекаются в правовую форму агентского договора, поскольку они специально урегулированы законом. Например, агент принимает на себя обязанность по реализации и продвижению товаров на рынке, его рекламированию и т. д., осуществляемую от собственного имени, а не от имени изготовителя товара. Лица, обслуживающие различного рода творческие исполнительские отношения, например антрепренеры, импресарио, патентные поверенные, действуют, как правило, на основании агентских договоров. Если же действия импресарио можно свести исключительно к совершению сделок от собственного имени, то независимо от наименования сторон такой договор следует квалифицировать как договор комиссии. Таким образом, из предмета агентского договора должны быть исключены такие отношения, содержание которых полностью охватывается договорами поручения или комиссии.

Отличительным признаком агентского договора является также его длящийся, по сравнению с поручением и комиссией, характер, ибо агент обязуется совершать определенные действия, т. е. подразумеваются многократно повторяющиеся длящиеся действия агента.

При урегулировании агентского договора законодатель использовал юридико-технический прием, позволяющий применять к этому договору нормы о договоре поручения или комиссии (главы 49 и 51 ГК.) в зависимости от того, как действует агент – от собственного имени или от имени принципала, при условии, что нормы о договоре комиссии и поручения не противоречат поло-

Гражданское право. Том 2. Под ред. , . – М., Велби, 2003. С. 674

жениям главы 52 ГК и существу заключенного агентского договора (ст. 1011 ГК). Использование такого приема, с одной стороны, экономит нормативный материал, с другой – оставляет больше возможностей для включения сторонами в договор новых условий, еще не отраженных в законодательстве.

Агентский договор может порождать особую форму представительства, не оформляемую доверенностью, поскольку закон не предусматривает обязанности принципала выдать агенту доверенность. Напротив, п. 2 ст. 1005 ГК рассчитан на ситуацию, когда в агентском договоре, заключенном в письменной форме, определены общие полномочия агента на совершение сделок от имени принципала. В этом случае принципал не вправе ссылаться в отношениях С третьими лицами на отсутствие у агента надлежащих полномочий. Таким образом, законом презюмируется, что для совершения действий от имени принципала агенту достаточно иметь заключенный в письменной форме агентский договор, в котором предусмотрено, что агент вправе Действовать от имени принципала.

Отсутствие доверенности может приводить к отождествлению агентских и трудовых отношений. Действительно, агент юридического лица и в части полномочий, и в порядке получения вознаграждения может восприниматься как работник принципала. Трудовые и агентские отношения разграничиваются по тем же основаниям, что трудовые и подрядные отношения. Внешне они проявляются в силу чисто формальных признаков: заключен ли трудовой контракт, включен ли работник в состав трудового коллектива, имеется ли запись в трудовой книжке и т. п.

Следует иметь в виду, что агент всегда хозяйственно самостоятелен, всегда выступает как самостоятельный субъект гражданского оборота, независимо от того, действует ли он от собственного имени или от имени принципала. При этом, как бы ни выступал агент в отношениях с третьими лицами, экономический результат совершенных им сделок всегда падает на принципала.

Элементы агентского договора. Стороны в агентском договоре именуются агент и принципал. В качестве и принципала, и агента может выступать любой субъект гражданского права, обладающий дееспособностью. Хотя деятельность агента в большинстве случаев связана с осуществлением предпринимательства, закон не содержит жесткой привязки агента к статусу предпринимателя. Напротив, вполне допустимо заключение агентского договора и вне сферы предпринимательской деятельности (например, агентский договор между гражданами для поиска контрагента и заключения договора на аренду автомобиля). Требования, установленные законом по лицензированию отдельных видов деятельности, применяются и к агентированию, поскольку в положении о лицензиро-

Гражданское право. Том 2. Под ред. , . – М., Велби, 2003. С. 675

вании могут употребляться наименования не отдельных договоров, а более общие термины, например посредник.

Предметом агентского договора является оказание посреднических услуг. Никаких ограничений по роду и характеру действий, совершаемых агентом, законом не предусмотрено, что позволяет принципалу поручать агенту осуществление любых действий. Как и в договоре поручения или комиссии, действия агента, т. е предмет договора, должны быть конкретизированы в указаниях принципала, например путем указания видов и характера заключаемых сделок, порядка и условий предоставления услуг и т. п.

Агентским договором может быть ограничена свобода как агента, так и принципала в части заключения аналогичных агентских договоров. Так, принципал вправе потребовать от агента не заключать с другими принципалами аналогичных агентских договоров, которые должны исполняться на территории, предусмотренной агентским договором (п. 2 ст. 1007 ГК). Ведь если агент будет представлять одновременно нескольких принципалов, рекламируя одним и тем же потребителям аналогичный товар, то, вероятнее всего, будут ущемлены интересы обоих принципалов. С другой стороны, и агента нужно «обезопасить» от конкурентов на территории его действия, в связи с чем агент вправе требовать от принципала не заключать договоров с другими агентами и не осуществлять самому деятельность, предусмотренную агентским договором, на территории, указанной в договоре (п. 1 ст. 1007 ГК). Таким образом, на предмет агентского договора оказывает влияние, в пределах какой территории действует агент. Она может определяться как конкретным местом, например Кузнечным рынком, так и территорией района, города, страны и т. п.

В то же время закон не допускает установления агентским договором ограничений по кругу лиц. Ничтожными признаются соглашения, предписывающие агенту продавать товар, выполнять работы или оказывать услуги лишь определенной категории покупателей (например, льготникам) либо исключительно покупателям (заказчикам), имеющим место нахождения или место жительства на определенной территории (п. 3 ст. 1007 ГК).

Специальных требований по форме заключения агентского договора законом не предусмотрено. Как уже отмечалось, выдачи доверенности для осуществления действий от имени принципала не требуется, достаточно иметь агентский договор, облеченный в простую письменную форму. В остальном правила заключения и оформления агентского договора соответствуют общим правилам ГК.

Определение цены в агентском договоре подчиняется общему правилу о возмездном договоре. Принципал обязан выплатить вознаграждение агенту в размере, определенном договором, а если

Гражданское право. Том 2. Под ред. , . – М., Велби, 2003. С. 676

в договоре размер вознаграждения не определен, – в размере, обычно взимаемом за соответствующие услуги (ст. 1006 ГК).

Агентский договор по усмотрению сторон может заключаться как на определенный срок, так и без указания срока (п. 3 ст. 1005 ГК). Важно то, что агентский договор, как правило, не содержит указания на выполнение какого-либо разового поручения, он охватывает своим действием определенный промежуток времени, т. е. носит длящийся характер.

[1] См.: Рябиков С Ю. Агентские отношения во внешнеэкономических связях. М., 1992.

[2] Об условности разграничения юридических и фактических действий см. главу 42 настоящего учебника.

§ 2. Содержание агентского договора

Обязанности агента, Права и обязанности сторон по агентскому договору во многом сходны с правами и обязанностями сторон по договору поручения или комиссии.

Так, основной обязанностью агента является выполнение поручения в соответствии с условиями заключенного договора и указаниями принципала. О ходе исполнения поручения принципал может судить по отчетам, которые агент обязан представлять в порядке и сроки, установленные агентским договором. Так, может предусматриваться направление копий всех заключенных агентом договоров, письменные отчеты о всех состоявшихся переговорах и т. п. Если стороны не определили сроки и порядок представления отчета, то агент обязан представить отчет по мере исполнения им договора или по окончании действия договора (п. 1 ст. 1008 ГК).

Поскольку агент действует за счет принципала, то обязательным является представление финансовых отчетов. Агент обязан приложить к своему отчету доказательства, подтверждающие необходимость и обоснованность произведенных им расходов. Если принципал имеет какие-либо возражения по отчету агента, он обязан уведомить агента о наличии возражений не позднее тридцати дней с даты получения отчета. Если принципал не заявил в указанный срок о несогласии с обоснованностью каких-либо расходов, то считается, что он принял отчет без возражений (п. 3 ст. 1008 ГК). При заявлении принципалом возражений по отчету констатируется лишь наличие спора между агентом или принципалом по поводу исполнения поручения и расходования средств, в дальнейшем же этот спор подлежит рассмотрению в установленном законом порядке. Если же принципал своевременно не заявил о наличии возражений по отчету, он лишается права в дальнейшем предъявлять претензии агенту по принятому отчету.

Принципал вправе освободить агента от представления отчета, поскольку правило ст. 1008 ГК является диспозитивным и позволяет сторонам договориться об установлении иного правила либо отказаться от представления отчета.

Гражданское право. Том 2. Под ред. , . – М., Велби, 2003. С. 677

Агент вправе привлекать к исполнению поручения третьих лиц путем заключения субагентского договора. Ответственным перед принципалом за действия субагента остается агент, что характерно для общих правил о возложении исполнения на третье лицо. Агентским договором может быть предусмотрен как запрет на заключение субагентского договора, так и обратная ситуация – предписание агенту заключить субагентский договор с указанием или без указания конкретных условий такого договора (п. 1 ст. 1009 ПС).

Субагент не может полностью заместить агента, поскольку закон запрещает субагенту заключать с третьими лицами сделки от имени принципала (п. 2 ст. 1009 ГК). Таким образом, субагент может совершать сделки в интересах принципала лишь от собственного имени. Исключение составляет ситуация, когда в соответствии с п. 1 ст. 187 ГК агент вынужден силою обстоятельств передоверить исполнение поручения субагенту для защиты интересов принципала. При передоверии применяются правила ст. 976 ГК.

Обязанности принципала. Принципал обязан уплатить агенту вознаграждение и возместить понесенные им при исполнении поручения расходы. Размер и порядок выплаты вознаграждения определяются договором. Если размер вознаграждения не определен договором, то подлежит применению правило п. 3 ст. 424 ГК, в соответствии с которым вознаграждение выплачивается в размере, обычно взимаемом за соответствующие аналогичные услуги при сравнимых обстоятельствах (ст. 1006 ГК).

Принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в течение недели с момента получения отчета агента за прошедший период, если иной порядок не предусмотрен договором либо не вытекает из существа договора или обычаев делового оборота. Например, если агент сам получает денежные средства от третьих лиц по заключенным сделкам, то обычаи делового оборота допускают самостоятельное удержание причитающегося вознаграждения агентом из имеющихся у него сумм, принадлежащих принципалу. В те же сроки, как правило, возмещаются и расходы агента. Договором могут устанавливаться и иные правила, в том числе и авансирование агента либо кредитование принципала агентом. Например, агент в интересах принципала совершает сделку от своего имени и за собственный счет, поскольку принципал своевременно не обеспечил агента средствами. В этом случае агент вправе, представив отчет, потребовать возмещения понесенных им расходов по исполнению поручения. Если же принципал при этом допустил нарушение условий договора, то агент вправе требовать и взыскания процентов за пользование чужими средствами (ст. 395 ГК).

Гражданское право. Том 2. Под ред. , . – М., Велби, 2003. С. 678

Как и другие договоры по оказанию нематериальных посреднических услуг, агентский договор наряду с общими основаниями может быть прекращен вследствие отказа одной из сторон от исполнения договора, заключенного без определения срока его действия, смерти агента, умаления его дееспособности (вследствие ограничения либо недееспособности), объявления его умершим или признания безвестно отсутствующим, а также вследствие банкротства агента, являющегося индивидуальным предпринимателем (ст. 1010 ГК). Закон связывает особые случаи прекращения агентского договора лишь с изменением статуса агента, подобные изменения в статусе принципала не приводят к прекращению договора. Таким образом, права принципала по агентскому договору могут переходить в порядке правопреемства, а права агента не могут. Для передачи прав агента по договору необходимо согласие принципала.

Глава 45. ДОВЕРИТЕЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ИМУЩЕСТВОМ

§ 1. Общие положения о доверительном управлении имуществом

История становления института доверительного управления имуществом. Доверительное управление имуществом – сравнительно новый институт гражданского законодательства России. До введения в действие части второй нового ГК в нашем законодательстве имели место лишь некоторые фрагменты, относящиеся к доверительному управлению имуществом. Так, в соответствии со ст. 19 ГК 1964 г. в случае признания гражданина безвестно отсутствующим на основании решения суда над его имуществом устанавливалась опека. Опекун фактически управлял имуществом безвестно отсутствующего лица, выделяя из этого имущества содержание гражданам, которых безвестно отсутствующий по закону обязан был содержать, погашал задолженности по другим обязательствам безвестно отсутствующего и совершал иные фактические и юридические действия с его имуществом. Статьи 544 и 545 ГК 1964 г. предусматривали возможность назначения исполнителя завещания, который совершает все действия по управлению наследственной массой в процессе исполнения завещания. Закон РФ «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» от 01.01.01 г. при ликвидации организации-банкрота предусматривал назначение конкурсного управляющего, который управляет имуществом этой организации до прекращения ее деятельности[1].

В ином русле пошло развитие нашего законодательства в данной области с принятием Указа Президента РФ от 01.01.01 г. «О доверительной собственности (трасте)»[2]. Этот Указ впервые ввел в наше законодательство институт доверительной собственности, широко распространенный в странах с англо-американской системой права. Одно из существенных отличий доверительного управления имуществом от доверительной собственности состоит в том, что при учреждении доверительной собственности реальный собственник утрачивает право собственности, которое возникает у доверительного собственника. Вместе с тем последний становится лишь номинальным, а не действительным собственником, что порождает целый ряд противоречий и проблем[3].

Гражданское право. Том 2. Под ред. , . – М., Велби, 2003. С. 680

В отличие от доверительного собственника, доверительный управляющий
не становится собственником имущества, переданного ему в управление. Им по-прежнему остается учредитель доверительного управления. Однако в силу договора, заключенного между учредителем доверительного управления и управляющим имуществом, последний вправе осуществлять правомочия по владению, пользованию и распоряжению вверенным ему имуществом.

Позаимствованное у других стран понятие доверительной собственности не получило сколько-нибудь значительного применения в нашей стране. Более того, конструкция доверительной собственности, как инородное тело, была отторгнута нашим законодательством по целому ряду причин. Конструкция доверительной собственности становится незаменимой там, где существует необходимость скрыть фигуру реального собственника, заслонив ее номинальным (доверительным) собственником. Именно в этих целях конструкция доверительной собственности была разработана в средневековой Англии, где существовали запреты для некоторых категорий лиц на приобретение права собственности на землю. Чтобы обойти этот запрет, указанные лица приобретали право собственности на землю на имя другого лица – доверительного собственника. В нашей же стране в настоящее время не существует причин, по которым требовалось бы искусственно маскировать фигуру реального собственника лицом, называемым «доверительный собственник».

Другой причиной, по которой конструкция доверительной собственности не прижилась на российской почве, является то обстоятельство, что при учреждении доверительной собственности юридически собственником имущества становится доверительный собственник. Учредитель же доверительной собственности с формально юридической точки зрения утрачивает все права на имущество, переданное доверительному собственнику. В силу этого в рамках общего права практически невозможно защитить интересы реального собственника (учредителя доверительной собственности) в тех случаях, когда доверительный собственник действует вопреки его интересам. В Англии и других странах англо-американской системы права выход из этого положения находят с помощью так называемого «права справедливости». Последнее, в отличие от общего права, признает право собственности за учредителем доверительной собственности. В тех же странах, где отсутствует такой институт, как «право справедливости», защитить интересы реального собственника от злоупотреб-

Гражданское право. Том 2. Под ред. , . – М., Велби, 2003. С. 681

лений со стороны доверительного собственника практически невозможно[4].

Конструкция доверительной собственности малопригодна для российского законодательства и по той причине, что объектом доверительного управления могут быть не только вещи, но также права и иное имущество. Объектом же права собственности (в том числе и права доверительной собственности) в соответствии с закрепленной в российском законодательстве доктриной могут быть только вещи. К тому же расщепление правомочий собственника на одну и ту же вещь между двумя лицами (доверительный собственник использует имущество, а учредитель доверительной собственности извлекает из него выгоду) порождает немало противоречий и вносит путаницу в гражданский оборот, чего гражданское законодательство нашей страны всегда стремилось избежать.

С вступлением в силу части второй ГК Указ Президента РФ «О доверительной собственности (трасте)» утратил юридическую силу. На смену понятия доверительной собственности в наше законодательство пришло понятие доверительного управления имуществом.

Понятие доверительного управления имуществом. Когда собственник сам использует свое имущество, ему принадлежат и поступления, полученные в результате использования этого имущества (ст. 136, 218 ГК). Однако и бремя содержания имущества также полностью ложится на собственника (ст. 210 ГК). Институт же доверительного управления имуществом позволяет собственнику или назначенному им лицу извлекать выгоду от имущества, не неся бремени содержания указанного имущества. Все заботы по его содержанию и использованию перелагаются на другое лицо – доверительного управляющего, который получает за это вознаграждение.

Полномочия доверительного управляющего, с одной стороны, не сводятся к осуществлению им правомочий по владению, пользованию и распоряжению вверенным ему имуществом, а с другой – доверительному управляющему не всегда предоставляется возможность их осуществлять. Доверительный управляющий осуществляет триаду правомочий по владению, пользованию и распоряжению имуществом в тех случаях, когда объектом доверительного управления являются вещи. Если же в качестве объекта доверительного управления выступают исключительные или иные права, то управление ими, как правило, не связано с осуществле-

Гражданское право. Том 2. Под ред. , . – М., Велби, 2003. С. 682

нием указанных правомочий. В этих случаях управление имуществом предполагает прежде всего совершение действий по осуществлению этих прав, т. е. тех действий, возможность которых определяется содержанием соответствующих прав. Управление же некоторыми видами имущества предполагает одновременно и осуществление правомочий по владению, пользованию и распоряжению имуществом, и осуществление иных действий. Так, управление ценными бумагами связано с осуществлением как правомочий по владению, пользованию и распоряжению этими бумагами, так и тех прав, которые в них воплощены. Поэтому п. 2 ст. 1012 ГК предусматривает, что, осуществляя доверительное управление имуществом, доверительный управляющий вправе совершать в отношении этого имущества в соответствии с договором доверительного управления любые юридические и фактические действия. Однако, какие бы фактические или юридические действия ни совершал доверительный управляющий, он всегда должен действовать не в своих интересах, а в интересах учредителя доверительного управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

Таким образом, под доверительным управлением имуществом понимается самостоятельная деятельность управляющего по наиболее эффективному осуществлению от своего имени правомочий собственника и (или) иных прав другого лица (учредителя управления) в интересах последнего или указанного им лица (выгодоприобретателя).

В большинстве случаев правоотношения по доверительному управлению имуществом возникают на основании договора доверительного управления имуществом. Однако они могут возникать и по другим основаниям, предусмотренным законом (ст. 1026 ГК). Доверительное управление имуществом может быть учреждено вследствие необходимости постоянного управления имуществом подопечного в случаях, предусмотренных ст. 38 ГК; на основании завещания, в котором назначен исполнитель завещания (душеприказчик); по иным основаниям, предусмотренным законом. К отношениям по доверительному управлению имуществом, учрежденному по основаниям, предусмотренным законом, правила о договоре доверительного управления применяются, если иное не предусмотрено законом и не вытекает из существа таких отношений.

Общая характеристика договора доверительного управления имуществом. По договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя). Передача

Гражданское право. Том 2. Под ред. , . – М., Велби, 2003. С. 683

имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему (п. 1 ст. 1012 ГК).

Передавая имущество в доверительное управление, собственник не передает управляющему правомочия по владению, пользованию и распоряжению этим имуществом (они по-прежнему остаются у собственника), а лишь наделяет доверительного управляющего правом от своего имени осуществлять эти правомочия[5]. Вместе с тем сам собственник, пока действует договор доверительного управления имуществом, не может осуществлять принадлежащие ему правомочия по владению, пользованию или распоряжению переданным в доверительное управление имуществом.

Договор доверительного управления имуществом – реальный договор. Он считается заключенным с момента передачи имущества управляющему в доверительное управление. Если же договор доверительного управления имуществом подлежит государственной регистрации, он считается заключенным с момента его регистрации (ст. 433 ГК).

Договор доверительного управления имуществом может быть как возмездным, так и безвозмездным. Возмездный характер договор приобретает тогда, когда в нем определены размер и форма вознаграждения управляющему. При отсутствии таких сведений в договоре он считается незаключенным, поскольку ст. 1016 ГК относит размер и форму вознаграждения управляющему к числу существенных условий договора доверительного управления имуществом. Безвозмездным договор доверительного управления признается тогда, когда в законе или в самом договоре предусмотрено, что доверительный управляющий действует безвозмездно.

Возмездный договор доверительного управления имуществом является взаимным договором. Безвозмездный же договор доверительного управления имуществом относится к числу односторонних договоров, так как в этом случае учредитель доверительного управления имуществом приобретает только права и не несет обязанностей перед управляющим[6].

Как правило, договор доверительного управления имуществом – это свободный договор, заключаемый всецело по усмотрению сторон. Однако в случаях, когда доверительное управление имуществом учреждается по основаниям, предусмотренным зако-

Гражданское право. Том 2. Под ред. , . – М., Велби, 2003. С. 684

ном (ст. 1026 ГК), договор доверительного управления имуществом приобретает обязательный характер. Так, заключение договора доверительного управления имуществом становится обязательным для органа опеки и попечительства, если вступило в силу решение суда, предусматривающее необходимость постоянного управления имуществом гражданина, признанного безвестно отсутствующим (ст. 43 ГК). Договоры доверительного управления закрепленными в федеральной собственности акциями акционерных обществ, созданных в процессе приватизации, заключаются с победителями конкурсов на право заключения договоров доверительного управления этими акциями[7].