Обзор (стр. 5 )

Открытие в отношении должника по основному обязательству конкурсного производства не влечет прекращения поручительства по этому обязательству.

Решением Центрального районного суда от 25 марта 2011 года отказано в удовлетворении исковых требований ИП к о взыскании задолженности по договору поручительства.

Судебная коллегия решение отменила, указав на неверное применение судом норм материального права.

Судом установлено, что 13 августа 2009 года между ИП и Балтики» был заключен договор -08/К, согласно которому ИП (продавец) обязался поставлять Балтики» (покупатель) рыбопродукцию (товар), принадлежащую на праве собственности продавцу, а покупатель обязался оплачивать товар в соответствии с условиями настоящего договора.

Согласно дополнительному соглашению к указанному договору от 01.01.01 г. общая стоимость поставляемой по договору рыбопродукции составляет 50 рублей, в том числе НДС, срок действия договора установлен до 31 декабря 2010 г.

Согласно договору поручительства, заключенному между ИП и 14 января 2010 г., поручитель обязался отвечать перед кредитором ИП Сушко за исполнение Балтики» в полной мере всех обязательств по договору №13-08/К, в том же объеме, что и должник. Ответственность поручителя и должника является солидарной. Договор действует до момента исполнения сторонами своих обязательств по нему.

В нарушение условий договора от 01.01.01 года №13-08/К Балтики» прекратило надлежащее исполнение своих обязательств по оплате за поставленную продукцию, что подтверждается решением Арбитражного суда Калининградской области от 27 августа 2010 г., которым с Балтики» в пользу ИП взысканы задолженность по оплате полученного товара в размере 30 906 920 рублей и проценты за пользование денежными средствами в размере 724 746, 42 рублей.

Отказывая в удовлетворении заявленных ИП требований о взыскании вышеуказанной задолженности с поручителя, суд сослался на то, что решением Арбитражного суда Калининградской области от 17 января 2011 года Балтики» признано несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство сроком на 6 месяцев, что, исходя из положений Закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)», свидетельствует о том, что исполнение обязательств должника Балтики» прекратилось 17 января 2011 г., а также в соответствии с п. 1 ст. 367 ГК РФ прекратилось с указанной даты и поручительство

С таким выводом не согласилась судебная коллегия, указав, что признание должника несостоятельным (банкротом) и открытие конкурсного производства в отношении должника по основному обязательству не влекут прекращения поручительства по исполнению этого обязательства.

При таких обстоятельствах, с учетом того, что Балтики» не ликвидировано и не исключено из Единого государственного реестра юридических лиц, судебная коллегия пришла к выводу, что оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований к поручителю у суда не имелось.

На основании изложенного решение суда отменено с вынесением нового решения, которым исковые требования ИП удовлетворены и в его пользу с взыскана задолженность по вышеуказанному договору поручительства в общей сумме 31 631 666,42 рублей.

Дело по иску о взыскании страхового возмещения передано на новое рассмотрение, поскольку суд, отказывая в удовлетворении иска, пришел к необоснованному выводу о том, что установление инвалидности страхователю не является страховым случаем.

обратилась в суд с иском к страховая компания «Югория» о взыскании в пользу выгодоприобретателя Финанс Инвестиционный банк» страхового возмещения, ссылаясь на то, что 16 октября 2007 года она заключила кредитный договор с КИТ Финанс Инвестиционный банк (ОАО), с целью обеспечения обязательств по кредитному договору 16 октября 2007 года ею был заключен комбинированный договор ипотечного страхования с «Югория» сроком до 2017 года. 10 февраля 2009 года истице была установлена вторая группа инвалидности бессрочно. 02 апреля 2010 года она обратилась в страховую компанию о выплате страхового возмещения в пользу выгодоприобретателя Финанс Инвестиционный банк», однако ответа не получила.

КИТ Финанс Инвестиционный банк (ОАО) обратился в суд с иском к страховая компания «Югория» о взыскании страхового возмещения по тем же основаниям.

Решением Московского районного суда от 11 февраля 2011 года , КИТ Финанс Инвестиционный банк (ОАО) отказано в удовлетворении исковых требований к страховая компания «Югория». При этом суд исходил из того, что у имелись заболевания до заключения договора страхования, вследствие которых наступила инвалидность, следовательно, установление инвалидности не является страховым случаем.

Однако судебная коллегия не согласилась с указанными выводами, указав, что они сделаны без достаточного анализа норм материального права и условий договора страхования.

Судом установлено, что 16 октября 2007 года между страховая компания «Югория» (страховщиком) и ДымовойН. П. (страхователем) был заключен комбинированный договор ипотечного страхования. В соответствии с п. п. 1.2-1.2.2 предметом договора страхования являются жизнь и трудоспособность страхователя (застрахованного) и , а также однокомнатная квартира, принадлежащая на праве собственности , переданная в залог (ипотеку) выгодоприобретателю в обеспечение исполнения кредитного договора, а также риска утраты права собственности страхователя на квартиру.

В соответствии с п.3.1-3.1.3 Договора страховым случаем по страхованию жизни, здоровья и трудоспособности страхователя (застрахованного) является смерть страхователя (застрахованного) по любой причине, произошедшая в период действия настоящего договора; полная/частичная утрата общей трудоспособности страхователем (застрахованным) присвоение инвалидности 1 или 2 группы по любой причине, наступившая в период действия договора; временная утрата трудоспособности в результате несчастного случая.

Из изложенных условий договора страхования видно, что страховым случаем является утрата трудоспособности и установление инвалидности 1-й или 2-й группы по любой причине. При этом понятие заболевания, в результате которого наступил страховой случай, в договоре отсутствует. Таким образом, застрахована от утраты трудоспособности в период действия договора страхования не зависимо от причины наступления инвалидности.

При таких обстоятельствах судебная коллегия признала, что выводы суда о том, что страховой случай не наступил, не соответствуют договору страхования.

Также суд кассационной инстанции указал, что положения п. п. 6.3, 6.3.4 Правил комплексного ипотечного страхования Государственной страховой компании «Югория» (раздел «Исключения из объёма страховой ответственности»), согласно которым договором страхования не покрываются убытки, понесенные страхователем в результате страхового случая, хотя и произошедшего в течение срока действия договора страхования, но причины наступления которого начали действовать до вступления договора в силу, не соответствуют требованиям закона, поскольку возможность освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения при наступлении страхового случая может быть преду­смотрена исключительно законом (ст. ст. 961, 963, 964 ГК РФ).

На основании изложенного решение отменено с направлением дела на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела с «Югория» в пользу Финанс Инвестиционный банк» взыскано страховое возмещение.

СПОРЫ, СВЯЗАННЫЕ С ПРАВОМ СОБСТВЕННОСТИ НА ИМУЩЕСТВО

Решение суда о признании права собственности на жилое помещение на основании предварительного договора мены жилыми помещениями отменено, поскольку в соответствии с действующим законодательством признание права собственности на объект такого договора невозможно без разрешения вопроса о заключении основного договора мены.

Решением Зеленоградского районного суда от 01.01.01 год отказано в удовлетворении исковых требований к Купер (Клемяшовой) А. А. о признании предварительного договора прекращенным, выселении, понуждении к передаче ключей. Удовлетворены исковые требования Купер (Клемяшовой) А. А. - признан состоявшимся предварительный договор мены жилыми помещениями, заключенный 17 мая 2008 года между , и Клемяшовой за Купер (Клемяшовой) А. А. право собственности на часть жилого дома 20 по ул. Садовая в г. Зеленоградске Калининградской области.

Судебная коллегия отменила указанное решение в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела, неправильным применением норм материального права.

Судом установлено, что 17 мая 2008 года между , , с одной стороны, и Клемяшовой (Купер) А. А., с другой стороны, был заключен нотариально удостоверенный предварительный договор, согласно которому стороны договорились, что в будущем, после оформления и своих наследственных прав и государственной регистрации права на часть жилого дома 20 по ул. Садовая в г. Зеленоградске, а также сбора всех необходимых для мены документов, и обменяют принадлежащую им часть указанного жилого дома на принадлежащую квартиру 17 дома 16 по ул. Бровцева в г. Зеленоградске. При этом обязалась доплатить деньги в суммедолларов США, что эквивалентно рублей, в срок до 01 июля 2008 года. Пунктом 3 предварительного договора срок заключения договора мены был установлен до 01 ноября 2008 года. 24 февраля 2009 года умерла. Основной договор мены между сторонами заключен не был.

Удовлетворяя исковые требования Купер (Клемяшовой) А. А. и отказывая в удовлетворении иска , суд первой инстанции основывался на положениях ст. 570 ГК РФ, согласно которой, если законом или договором мены не предусмотрено иное, право собственности на обмениваемые товары переходит к сторонам, выступающим по договору мены в качестве покупателей, одновременно после исполнения обязательств передать соответствующие товары обеими сторонами.

При этом суд учитывал, что основной договор мены не был заключен по причинам, не зависящим от воли сторон (ввиду несоответствия сведений в кадастровом паспорте на жилое помещение и в решении Зеленоградского районного суда Калининградской области от 01.01.01 года о признании за , права собственности на часть жилого дома в порядке наследования), обмен жилыми помещениями был фактически совершен, получила от (матери Адолларов США доплаты, предусмотренной предварительным договором.

С такими выводами судебная коллегия не согласилась.

Согласно ст. 567 ГК РФ к договору мены применяются соответственно правила о купле-продаже (глава 30), если это не противоречит правилам настоящей главы и существу мены. Пунктом 2 ст. 558 ГК РФ предусматривается, что договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

Таким образом, закон обусловливает возникновение права собственности на жилое помещение по договору мены обязательным наличием такого договора, прошедшего государственную регистрацию.

Одновременно с этим, законом предусмотрена возможность понуждения стороны, уклоняющейся от заключения основного договора, к его заключению в судебном порядке (п. 4 ст. 445 ГК РФ). В частности, пунктом 5 статьи 429 ГК РФ предусматривается, что в случаях, когда сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 ГК РФ.

Установлено, что между сторонами данного спора не имеется договора мены вышеуказанными жилыми помещениями, зарегистрированного в установленном законом порядке.

При таких обстоятельствах, с учетом вышеуказанных материально-правовых норм, судебная коллегия пришла к выводу, что без разрешения вопроса о заключении основного договора мены за не может быть признано право собственности на спорное жилое помещение. Фактический обмен жилыми помещениями не имеет правового значения при разрешении вопроса о признании права собственности на эти помещения.

На основании изложенного решение суда отменено.

При новом рассмотрении дела предварительный договор мены от 01.01.01 года, заключенный между , и , признан прекращенным; , и выселены из спорного жилого помещения.

Неправильно определив обстоятельства, имеющие значение для дела, суд необоснованно признал гараж, находящийся в потребительском гаражном обществе, самовольной постройкой.

Решением Ленинградского районного суда от 18 апреля 2011 года исковые требования администрации Ленинградского района городского округа «Город Калининград» удовлетворены: на возложена обязанность в течение 3-х месяцев с момента вступления решения суда в законную силу освободить земельный участок путем демонтажа гаража № 50, находящегося в потребительском гаражном обществе «Трудовые резервы» по ул. Горького, 83 в Ленинградском районе г. Калининграда. Принимая такое решение, суд исходил из того, что принадлежащий гараж является самовольной постройкой, так как гараж надлежащим образом в эксплуатацию не введен, в установленном порядке не узаконен, разрешение на строительство не выдавалось, право собственности на гараж не зарегистрировано, земельный участок как ПГО «Трудовые резервы», так и под строение, на каком-либо праве не предоставлялся.

С указанным решением не согласилась судебная коллегия, указав на неправильное определение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

Из материалов дела следует, что на основании решения исполнительного комитета Калининградского городского Совета народных депутатов от 01.01.01 года № 000 «Об отводе Ленинградскому райисполкому земельного участка в Ленинградском районе по ул. Горького», Ленинградскому райисполкому во временное пользование сроком на 10 лет предоставлялся земельный участок площадью 1 га в Ленинградском районе по ул. Горького под размещение металлических индивидуальных гаражей.

ПГО «Трудовые резервы» зарегистрировано в администрации Ленинградского района г. Калининграда в установленном законом порядке 8 июля 1996 года.

При этом судом не выяснено, находится ли занимаемый гараж на территории, отведённой для постройки гаражей, в связи с чем выводы о том, что гараж является самовольной постройкой, являются преждевременными.

Судебная коллегия указала, что из составленной органами БТИ карточки владельца гаража видно, что принадлежащий гараж был построен в 1994 году. Таким образом, во время строительства гаражей в гаражном обществе Градостроительный кодекс РФ и Земельный кодекс РФ еще не действовали. Применявшееся в тот период Постановление Совета Министров СССР от 01.01.01 г. № 000 «О приемке в эксплуатацию законченных строительством объектов» не предусматривало обязательной сдачи таких объектов государственной приемочной комиссии, которая в период гг. обладала правом на принятие решения о вводе в эксплуатацию объектов строительной деятельности.

Не согласилась судебная коллегия и с содержащимися в иске доводами о том, что принадлежащий гараж должен быть снесен в связи с нахождением в пределах охранной зоны водовода, поскольку из материалов дела усматривается, что соглашением № 27/22 от 2 февраля 2011 года, заключенным с организацией, эксплуатирующей указанный водовод – МУП КХ «Водоканал», ответчику согласовано размещение гаражного бокса в зоне действующих инженерных сетей, разрешено использование гаража.

На основании изложенного решение отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суд отказал администрации Ленинградского района ГО «Город Калининград» в удовлетворении исковых требований к о сносе самовольной постройки.

СПОРЫ, СВЯЗАННЫЕ С ПРИЗНАНИЕМ СДЕЛОК НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫМИ

Признавая договор дарения доли в праве собственности на квартиру мнимой сделкой, суд ошибочно исходил из того, что действительной целью сделки являлось предотвращение возможности обращения взыскания на это имущество в рамках исполнения решения суда о взыскании с дарителя в пользу истца суммы займа.

Решением Московского районного суда от 01.01.01 года применены последствия недействительности ничтожной сделки – договора дарения от 01.01.01 года Ювченко Василем Антоновичем Ювченко Сергею Васильевичу ½ доли в праве собственности на квартиру № 21 дома № 44 по ул. О. Кошевого г. Калининграда и указанная доля возвращена в собственность Ювченко такое решение по делу, суд исходил из того, что сделка является мнимой и стороны при ее совершении не были намерены создать правовые последствия, соответствующие этой сделке, поскольку действительной целью сделки являлось предотвращение возможности обращения взыскания на имущество

Между тем, судебная коллегия признала, что такие выводы суда основанием к удовлетворению иска не являются по следующим основаниям.

Судом установлено, что в период совершения ответчиками указанной сделки в суде рассматривалось дело по иску к о взыскании более 4 миллионов рублей по договору займа. В обеспечение заявленных требований судом наложен арест на имущество ответчика в пределах суммы иска. 04 июля 2009 года судебным приставом-исполнителем возбуждено исполнительное производство и вынесено постановление о запрете распоряжаться квартирой общей площадью 116,3 кв. м., расположенной по адресу: б-8, поскольку стоимость этой квартиры соответствовала сумме заявленных требований, что соотносится с требованиями ст. 140 ч.3 ГПК РФ. При этом доля в праве собственности на квартиру по ул. О. Кошевого, также принадлежащая , оставалась свободной от арестов и ограничений.

Вступившим в законную силу решением Московского районного суда г. Калининграда от 01.01.01 года с в пользу взыскано 4 264 000 рублей. На основании выданного судом исполнительного листа возбуждено исполнительное производство, однако решение суда не исполняется.

Из пояснений и его переписки с ОСП Светлогорского ГО следует, что на квартиру в г. Светлогорске, которая была арестована в обеспечение его имущественных требований к ответчику, взыскание, по мнению ОСП, обращено быть не может, поскольку это жилое помещение является единственным местом жительства должника , что послужило основанием для обращения в суд с настоящими требованиями.

Установив эти обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что названной сделкой нарушены права истца, поскольку в результате ее исполнения и отчуждения доли в праве на квартиру по ул. О. Кошевого, квартира в г. Светлогорске осталась единственным местом жительства ответчика и в этой связи на нее не может быть обращено взыскание в целях исполнения решения суда.

С такими выводами суда первой инстанции судебная коллегия не согласилась, поскольку в отношении принадлежащей ответчику доли в квартире по ул. О. Кошевого арест имущества в качестве меры по обеспечению иска судом не применялся, следовательно, отчуждение ее путем дарения сыну права и законные интересы истца не нарушает.

Что же касается доводов истца о невозможности в настоящее время обратить взыскание на квартиру в г. Светлогорске как оставшуюся единственным местом жительства должника, то судебная коллегия указала, что они подлежат выяснению при решении вопроса об обращении взыскания на заложенное имущество в рамках исполнительного производства, а в случае отказа судебного пристава в совершении таких действий – при разрешении этого спора в суде.

С учетом изложенного решение суда отменено с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований

Дело по иску о признании сделок купли-продажи нежилых помещений недействительными направлено на новое рассмотрение, так как суд, отказывая в удовлетворении иска, пришел к необоснованному выводу о том, что истцом не доказано заключение сделки под влиянием заблуждения.

Отменяя решение Балтийского районного суда от 25 октября 2010 года, которым отказано в удовлетворении иска к , , центр недвижимости» о признании сделок недействительными, возмещении убытков, компенсации морального вреда, судебная коллегия указала на нарушение норм материального права.

Судом установлено, что 26 февраля 2008 года между и (продавцы) и (покупатель) заключены договоры купли-продажи, согласно которым приобрел в собственность нежилые помещения, расположенные по адресу: г. Калининград, ул. Железнодорожная, дом № 7. Право собственности на вышеуказанные нежилые торговые помещения зарегистрировано в Управлении Федеральной регистрационной службы по Калининградской области.

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 01.01.01 года признано недействительным зарегистрированное право собственности на вышеуказанные нежилые торговые помещения. Судом было установлено, что спорные торговые павильоны не обладают признаками объекта недвижимости.

Согласно сообщению Областного государственного предприятия «Автовокзал» , в виду отказа Агентством по имуществу согласования заключения договоров аренды на сооружения, под временную установку сборных, разборных павильонов, запрещено осуществление предпринимательской деятельности на территории автовокзала г. Калининграда.

Отказывая в удовлетворении иска, суд исходил из того, что , заключая договоры купли-продажи, не заблуждался относительно предмета сделки, так как договоры содержали все необходимые условия. Так же Козловский не заблуждался относительно свойств предметов сделки, поскольку имел возможность осмотреть торговые павильоны.

Однако судебная коллегия не согласилась с такими выводами, указав, что, покупая торговые павильоны, предполагал, что они являются недвижимым имуществом. В случае приобретения нежилых помещений в соответствии со ст. ст. 35, 36 Земельного кодекса РФ имел бы безусловное право на предоставление земельного участка, необходимого для обслуживания этих помещений, и не мог быть ограничен в распоряжении недвижимым имуществом.

Поскольку торговые павильоны к недвижимому имуществу не относятся, земельные участки для их установки не выделены, запрещено осуществлять торговлю в определённом месте, в котором в настоящее время находятся павильоны, он не обладает правом на предоставление земельных участков для обслуживания павильонов и для использования их по назначению должен вывезти павильоны в другое место.

Так как продавцы имели зарегистрированные права на нежилые помещения, приобретая указанные объекты, имел основания предполагать, что приобретает недвижимое имущество, то есть заблуждался относительно свойств предметов сделки.

На основании изложенного решение суда отменено с направлением дела на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела договоры купли-продажи спорных нежилых помещений признаны недействительными, применены последствия недействительности ничтожных сделок – с и в пользу взысканы уплаченные по договорам денежные средства.

НАСЛЕДСТВЕННЫЕ СПОРЫ

Неосведомленность наследника о наличии в собственности у наследодателя имущества не является уважительной причиной для восстановления пропущенного срока для принятия наследства.

Решением Балтийского районного суда от 01.01.01 года Кульдяеву Артему Сергеевичу и Кульдяеву Антону Сергеевичу восстановлен срок для принятия наследства, открывшегося после смерти , умершего 23 марта 2010 года.

Судебная коллегия отменила указанное решение в связи с неправильным применением норм материального права, неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора.

Судом установлено, что 23 марта 2010 года умер , после смерти которого открылось наследство в виде 1/4 доли квартиры, находящейся по адресу: г. Калининград ул. Баумана, д. 13 кв.3. Наследниками по закону первой очереди умершего являются его супруга - , а также его дочери - и , признанные судом недееспособными и находящиеся в ОГСУСО «Советский психоневрологический интернат». Кроме того, в силу ст. 1146 ГК РФ наследниками после смерти по праву представления являются его внуки – и , поскольку их отец - (сын наследодателя ) умер до открытия наследства - 04.11.2009 года.

С заявлением о принятии наследства в установленный ч.1 ст. 1154 ГК РФ шестимесячный срок к нотариусу обратилась супруга наследодателя - , а также опекун недееспособных и

Истцы - и законный представитель несовершеннолетнего Кульдяева Антона Сергеевича – в установленный законом срок с заявлением к нотариусу о принятии наследства не обращались, фактически наследство не принимали. С иском в суд о восстановлении им срока для принятия наследства истцы обратились 25 ноября 2010 года, ссылаясь при этом на то обстоятельство, что не знали о смерти дедушки и узнали об этом только после того, как в октябре 2010 года навестили могилу отца и рядом с ней увидели могилу дедушки.

Разрешая заявленный спор, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что истцы не могли не знать о смерти С указанным выводом согласилась судебная коллегия, поскольку он подтверждается совокупностью имеющихся в материалах дела доказательств.

В то же время, удовлетворяя заявленный Кульдяевыми иск, суд признал уважительной причиной пропуска ими срока для принятия наследства то обстоятельство, что на момент смерти наследодателя у истцов отсутствовали сведения об имеющемся в собственности имуществе в виде 1/4 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. Калининград, , и о ее наличии им стало известно 18.10.2010 года - после получения выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество, то есть после того, как установленный законом срок для принятия наследства ими был пропущен.

С таким решением суда судебная коллегия не согласилась исходя из того, что сама по себе неосведомленность наследника о наличии в собственности у наследодателя имущества основанием для признания причины пропуска срока для принятия наследства уважительной не является, поскольку не препятствует ему обратиться с заявлением о принятии наследства.

На основании изложенного, учитывая, что на какие-либо иные обстоятельства, препятствующие истцам принять наследство в установленный законом срок, в том числе, обратиться к нотариусу с заявлением о принятии наследства, они не ссылались, судебная коллегия решение суда отменила с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении иска.

Дело о признании права собственности на жилое помещение в порядке наследования направлено на новое рассмотрение, поскольку суд при рассмотрении дела по существу разрешил вопрос о правах наследника, не привлечённого к участию в деле.

обратилась в суд с иском к администрации городского округа «Город Калининград» о признании права собственности в порядке наследования на кв. 9 в д. 4 по ул. Ген. Озерова в г. Калининграде, ссылаясь на то, что её отец 29 марта 2010 года заключил договор приватизации указанной квартиры, однако зарегистрировать право собственности по этому договору не успел. 06 июня 2010 года умер. В связи с тем, что право собственности наследодателя не было зарегистрировано в Едином государственном реестре, получение свидетельства о праве на наследство у нотариуса невозможно. Просила признать в порядке наследования право собственности на квартиру.

Решением Центрального районного суда г. Калининграда от 01.01.01 года исковые требования удовлетворены. За признано право собственности на кв. 9 в д. 4 по ул. Ген. Озерова в г. Калининграде.

Судебная коллегия решение отменила в связи с нарушением норм процессуального права.

В соответствии со ст. 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение 6 месяцев со дня открытия наследства. В случае возникновения в суде спора по поводу наследственного имущества до истечения срока принятия наследства, суд на основании положений ст. 215 ГПК РФ обязан приостановить производство по делу и истребовать у нотариуса сведения о лицах, принявших наследство.

Между тем, суд получил у нотариуса соответствующие сведения по состоянию на 25 августа 2010 года, хотя срок принятия наследства истёк 06 декабря 2010 года.

До указанной даты родной брат истицы и сын наследодателя – в установленном порядке обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, и 07 декабря 2010 года получил свидетельство о праве на наследство на вклад в Сбербанке.

В силу положений п.2 ст. 1152 ГК РФ принятие наследником части наследства означает принятие всего наследства, в чем бы оно не заключалось и где бы не находилось.

Таким образом, настоящим спором затрагиваются права , принявшего наследство.

Судебная коллегия указала, что суд на основании ч. 3 ст. 40 ГПК РФ, ст. 42 ГПК РФ был обязан своевременно истребовать у нотариуса сведения о лицах, принявших наследство, и привлечь к участию в деле в качестве ответчика или третьего лица, заявляющего самостоятельные требования на предмет спора.

Удовлетворив требования , суд разрешил вопрос о правах другого наследника, не привлечённого к участию в деле, что в силу положений п.4 ч.2 ст. 364 ГК РФ является безусловным основанием к отмене решения суда.

На основании изложенного решение отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

Несогласие одного из наследников с завещанием, которое в установленном порядке не оспорено и не признано недействительным, не является основанием для отказа другому наследнику в выдаче свидетельства о праве на наследство.

Решением Центрального районного суда от 10 мая 2011 года отказано в удовлетворении заявления о признании недействительным постановления нотариуса КГНО от 01.01.01 года об отказе в совершении нотариального действия.

Судебная коллегия решение отменила в связи с нарушением норм материального права.

Судом установлено, что 02 февраля 2007 года умерла Егорова A. M. 10 апреля 2007 года нотариусом КГНО было заведено наследственное дело к имуществу умершей, в материалах которого имеется закрытое завещание. При вскрытии и оглашении закрытого завещания обнаружено, что оно было составлено следующим образом: завещала свою квартиру 6 в д. 3 по Нарвскому проезду в г. Калининграде внуку с возложением обязанности распределить стоимость квартиры между детьми и частично внукам наследодателя следующим образом: первую долю – сыну , вторую долю дочери – , третью долю внучке , четвертая доля стоимости квартиры, которая принадлежала бы сыну , но он 21 сентября 1998 года скоропостижно скончался, разделена между его сыновьями: (первая) - старшему (внуку наследодателя) , (вторая) – младшему (внуку наследодателя) , среднему сыну (внуку наследодателя) от стоимости квартиры ничего не завещано, так как он проживает в квартире своего отца в городе Таллине.

Все наследники по завещанию и по закону обратились к нотариусу КГНО с заявлениями о принятии наследства в установленном порядке.

В соответствии со ст. 1132 ГК РФ 02 октября 2007 года нотариусом КГНО было вынесено постановление о толковании закрытого завещания Егоровой A. M., согласно которому 1/4 доля указанной выше квартиры завещана , 1/4 доля - , 1/4 доля - , 1/8 доля - , 1/8 доля -

Наследники , , письменно выразили согласие с толкованием завещания Егоровой A. M.

Наследник по закону по праву представления Егоров Дмитрий, являющийся гражданином Эстонской Республики, обратился к нотариусу с заявлением от 01.01.01 года, в котором указал имеющиеся у него претензии по поводу толкования завещания, ссылаясь на то, что завещание неясно и противоречиво в целом, а также содержит ошибочные условия наследования или исключения наследования. Полагает целесообразным пренебречь завещанием и выдать свидетельства о праве на наследство исходя из принципа наследования по закону.

09 июня 2009 года умерла дочь Егоровой A. M. - .

22 февраля 2011 года , являющаяся внучкой Егоровой A. M. и дочерью , обратилась к нотариусу с заявлением, из содержания которого следует, что она является наследницей по закону после смерти матери к имуществу умершей бабушки Егоровой A. M., однако ее мать в течение длительного периода времени наследство не получила в связи с отказом в выдаче ей свидетельства о праве на наследство, что также лишило и права на получение наследства.

Постановлением нотариуса от 01.01.01 года в совершении нотариального действия – выдаче свидетельства о праве на наследство было отказано.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд исходил из того, что между наследниками возник спор по поводу толкования завещания, следовательно, выдача свидетельства о праве на наследство противоречит закону.

С указанным выводом не согласилась судебная коллегия, указав, что действительно, в соответствии со ст. 48 Основ законодательства РФ о нотариате противоречие требуемого нотариального действия закону является основанием для отказа в его совершении, однако ни одной нормой гражданского законодательства не предусмотрен отказ в выдаче свидетельства о праве на наследство в связи с несогласием наследников с завещанием.

Согласно ст. 1111 ГК РФ наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием. Таким образом, предложенный вариант игнорирования завещания и выдачи свидетельств о праве на наследство по закону без учёта завещания противоречит указанной норме ГК РФ.

Завещание недействительным в соответствии со ст.1131 ГК РФ не признано. Более того, с 2007 года с таким иском не обращался, хотя о содержании завещания и толковании его нотариусом ему известно. прямо лишён наследства указанным завещанием, что он не оспорил.

Действительно, завещание изложено некорректно, однако воля наследодателя в нём выражена достаточно чётко. Согласно положениям ст. 1132 ГК РФ завещание было правильно истолковано нотариусом, соответствующее постановление тоже до настоящего времени не оспорено.