Рисовые поля (стр. 2 )

Он и тут го­во­рил о сво­их по­ис­ках, но свя­щен­ни­ки-буд­ди­сты от­ве­ча­ли то же са­мое, что и все дру­гие: «Здесь, в этом ми­ре, важ­но ис­це­лить ду­шу, дать че­ло­ве­ку Уче­ние для это­го — но от­крыть ему Чу­до мо­гут толь­ко свя­тые». Ко­гда Ми­као Усуи уже со­всем от­ча­ял­ся, его друг, ста­рый на­стоя­тель дзэн­ско­го мо­на­сты­ря, не­ожи­дан­но под­дер­жал его по­ис­ки. Он ска­зал: ни­что не мо­жет быть ут­ра­че­но; что бы­ло воз­мож­но рань­ше — воз­мож­но и те­перь, ни­что не ис­че­за­ет. Усуи на­чал изу­чать буд­дий­ские сут­ры, с ко­то­ры­ми до это­го был не­мно­го зна­ком. Ему при­шлось изу­чать язы­ки, что­бы чи­тать под­лин­ни­ки, и сно­ва пу­те­ше­ст­во­вать и мно­го­му учить­ся. В буд­дий­ских кни­гах со­хра­ни­лось мно­же­ст­во ле­то­пи­сей и рас­ска­зов об уди­ви­тель­ных чу­де­сах. И од­на­ж­ды Ми­као Усуи, пу­те­ше­ст­вуя по Ти­бе­ту, на­шел трак­тат, где бы­ли за­пи­са­ны со­вер­шен­но не­ве­ро­ят­ные ве­щи. В од­ном ти­бет­ском ма­ну­ск­рип­те го­во­ри­лось о ны­не ут­ра­чен­ном зна­нии, ко­то­рое ко­гда-то по­ве­дал Буд­да сво­им уче­ни­кам. Буд­да ска­зал, что в древ­но­сти бы­ли лю­ди, ко­то­рые мог­ли ус­та­нав­ли­вать осо­бую связь с Из­на­чаль­ной Жиз­нен­ной Си­лой, на­пол­няю­щей весь этот мир и ка­ж­дое жи­вое су­ще­ст­во. Что эта Си­ла, бу­ду­чи Со­стра­да­тель­ной, Бла­гой, Ра­зум­ной и Все­силь­ной — мог­ла тво­рить чу­де­са по од­но­му толь­ко об­ра­ще­нию к ней этих лю­дей. Буд­да был да­же зна­ком с эти­ми людь­ми и го­во­рил — то, что они де­ла­ли, бы­ло ис­тин­ным пу­тем к про­свет­ле­нию — и Буд­да то­же знал этот путь. До сих пор в трак­та­те не бы­ло ни­че­го уди­ви­тель­но­го: Буд­да об­ла­дал да­ром все­ве­де­ния, ко­неч­но же, он мог знать о свя­тых, ко­то­рые су­ще­ст­во­ва­ли в ми­ре все­гда. Но даль­ше бы­ло не­что ис­клю­чи­тель­ное. Буд­да рас­ска­зал уче­ни­кам о том спо­со­бе, ко­то­рый ис­поль­зо­ва­ли эти осо­бен­ные лю­ди для то­го, что­бы и обыч­ные лю­ди мог­ли ус­та­но­вить кон­такт с этой Си­лой, о Сим­во­лах и ри­туа­лах, ко­то­ры­ми они поль­зо­ва­лись, и о том, что глу­бо­кая связь с са­мой этой Си­лой при­во­ди­ла прак­ти­кую­ще­го к реа­ли­за­ции, про­свет­ле­нию. В этом трак­та­те бы­ли за­пи­са­ны Ри­туа­лы и Сим­во­лы, хра­ни­мые как ве­ли­чай­шая тай­на и дос­туп­ные толь­ко по­свя­щен­ным. Эти Ри­туа­лы и Сим­во­лы при­во­ди­ли че­ло­ве­ка к из­на­чаль­ной гар­мо­нии и чис­то­те, вос­ста­нав­ли­вая пря­мую связь с Бо­гом и при­во­дя к осоз­на­нию са­мой этой свя­зи.

Ми­као Усуи за­ду­мал­ся: пе­ред ним бы­ли сле­ды древ­ней­ше­го зна­ния, глу­бо­ко раз­ра­бо­тан­но­го уче­ния, са­мо­стоя­тель­ной тра­ди­ции. Фак­ти­че­ски эта тра­ди­ция бы­ла древ­нее, чем уче­ние Гау­та­мы Буд­ды и ис­то­ки ее те­ря­лись в не­обо­зри­мой безд­не вре­мен. Она ос­но­вы­ва­лась на об­ра­ще­нии к той же са­мой Си­ле, ко­то­рая со­тво­ри­ла весь этот мир, на­пол­ни­ла его жиз­нью и под­дер­жи­ва­ет эту жизнь сво­им ды­ха­ни­ем. Бо­лее то­го, эта Си­ла бы­ла ра­зум­на, и все го­во­ри­ло о том, что во­пло­ще­ние в жизнь этой тра­ди­ции мог­ло бы ука­зать на тот от­вет, ко­то­ро­го жда­ли от Ми­као Усуи его уче­ни­ки. Толь­ко — как эту тра­ди­цию «ожи­вить»? Ведь сей­час нет лю­дей, хра­ня­щих ее в пер­во­здан­ном ви­де. Ведь то, что про­чи­тал Усуи, бы­ло толь­ко ин­фор­ма­ци­ей, рас­ска­зом. Для то­го что­бы ста­ло воз­мож­ным са­мо об­ра­ще­ние к этой Си­ле, ну­жен был Учи­тель, спо­соб­ный со­еди­нить с ней.

И ес­ли воз­мож­но най­ти та­ко­го Учи­те­ля — то раз­ве что в буд­диз­ме, по­то­му что имен­но Буд­да был хра­ни­те­лем этой тра­ди­ции и обу­чал это­му спо­со­бу имен­но сво­их уче­ни­ков. Но ес­ли Усуи най­дет от­вет в буд­диз­ме, то он не ста­нет от­ве­том на за­дан­ный ему во­прос — во­прос о еван­гель­ских чу­де­сах.

Усуи опять при­шел к сво­ему зна­ко­мо­му дзэн-буд­ди­сту и рас­ска­зал ему о сво­ей на­ход­ке и о же­ла­нии уе­ди­нить­ся для то­го, что­бы в мо­лит­вах ис­про­сить у Гос­по­да от­кро­ве­ния об этой Си­ле и этой Сис­те­ме. Его друг, к то­му вре­ме­ни уже став­ший на­стоя­те­лем мо­на­сты­ря, под­твер­дил, что та­кие чу­де­са счи­та­ют­ся воз­мож­ны­ми, — но это чрез­вы­чай­но опас­но. По­ис­ки по­доб­но­го ро­да мо­гут сто­ить жиз­ни, а най­ти от­вет поч­ти не­воз­мож­но. Ми­као Усуи вы­слу­шал это — и под­нял­ся на го­ру, из­дав­на счи­тав­шую­ся свя­тым ме­стом, для то­го, что­бы про­вес­ти там три не­де­ли в по­сте и мо­лит­ве о ни­спос­ла­нии от­ве­та.

Он по­ло­жил пе­ред со­бой два­дцать один ка­му­шек для от­сче­та дней и, об­ра­тив ли­цо на вос­ток, на­чал мо­лить­ся. Сей­час мы не зна­ем, что про­ис­хо­ди­ло с ним в те­че­ние этих трех не­дель — из­вест­но толь­ко, что ран­ним ут­ром два­дцать пер­во­го дня, ко­гда был от­бро­шен по­след­ний ка­мень, ни­че­го не слу­чи­лось.

Бы­ло еще до­воль­но тем­но, он очень ус­тал и в то же вре­мя по­ни­мал, что на­зна­чен­ный им срок ис­те­ка­ет. Бы­ло по­тра­че­но мно­го лет жиз­ни — и этот путь ока­зал­ся оши­боч­ным. К не­му при­шло осоз­на­ние то­го, что са­ма его прось­ба бы­ла ве­ли­чай­шей дер­зо­стью. Толь­ко свя­той, со­вер­шен­ный че­ло­век мог бы по­лу­чить та­кой дар и та­кой от­вет, но вре­ме­на свя­тых уже про­шли. Ос­та­ва­лось од­но — вста­вать и ухо­дить, ни­че­го не об­ре­тя.

Усуи был го­тов встать и уй­ти, он чув­ст­во­вал, что вся его жизнь бы­ла не чем иным, как по­ис­ком От­ве­та. Он был го­тов уме­реть за этот от­вет — и те­перь нет раз­ни­цы, как и где ему уми­рать. Усуи по­нял это и ос­тал­ся си­деть — уже ни­че­го не ожи­дая. Он пе­ре­стал ждать от­ве­та, пе­ре­стал ждать смер­ти — он про­сто ос­та­вал­ся безо вся­ко­го ожи­да­ния. И в этот мо­мент Свет об­ру­шил­ся на не­го!

Ос­ле­пи­тель­ный луч све­та по­ра­зил его в лоб, мил­лио­ны искр и ра­дуж­ных пу­зырь­ков за­пля­са­ли в воз­ду­хе, все на­пол­ни­лось не­объ­яс­ни­мым сия­ни­ем. Усуи по­ка­за­лось, что он уми­ра­ет — и, как он по­том рас­ска­зы­вал, — Свет за­брал его из это­го ми­ра. Ко­гда же не бы­ло ни­че­го, кро­ме Све­та, за­пол­няю­ще­го все про­стран­ст­во — Усуи уви­дел ог­нен­ные зна­ки, во­пло­щав­шие в са­мих се­бе весь этот Свет. В зна­ках, от­крыв­ших­ся ему, бы­ло по­ни­ма­ние — и от­вет, ко­то­рый Усуи так дол­го ис­кал, на­пол­нил его серд­це. Как по­том го­во­рил сам Ми­као Усуи, его преж­няя жизнь в этот мо­мент за­кон­чи­лась и на­ча­лась дру­гая, как ес­ли бы ему бы­ло да­но про­жить две жиз­ни. Эта вто­рая жизнь Ми­као Усуи бы­ла на­пол­не­на слу­же­ни­ем лю­дям и не­се­ни­ем Све­та — от­вет, ко­то­рый он обе­щал най­ти, был, в кон­це кон­цов, най­ден.

Я мо­люсь ни о чем. Луч­ше все­го ни о чем мо­лить­ся: то­гда уже есть все и все хо­ро­шо… (св. Ио­анн Кре­ста).

Ко­гда Усуи от­крыл гла­за, бы­ло уже со­всем свет­ло. Его по­ра­зи­ло то, что не­смот­ря на дол­гий пост и бде­ние, он чув­ст­во­вал се­бя не про­сто хо­ро­шо, но слов­но бы по­мо­ло­дев­шим, на­пол­нен­ным све­том и ра­до­стью. Ко­гда он ог­ля­дел­ся по сто­ро­нам и убе­дил­ся, что все, ис­пы­тан­ное им — не сон, при­шло же­ла­ние рас­ска­зать лю­дям о том, что с ним про­изош­ло. Ми­као Усуи под­нял­ся на но­ги и по­бе­жал вниз, слов­но по­ле­тел на крыль­ях. До­ро­га не­ожи­дан­но ис­чез­ла, и боль­шой ка­мень по­пал ему под но­ги. Боль бы­ст­ро вер­ну­ла его на зем­лю, Усуи схва­тил­ся за ушиб­лен­ную но­гу и — пе­ред его гла­за­ми слов­но бы вспых­нул зна­ко­мый уже свет. Ра­до­ст­ная бла­го­дать на­пол­ни­ла серд­це, и Усуи опять рас­тво­рил­ся в ней. На ка­кое-то мгно­ве­ние он по­те­рял ощу­ще­ние вре­ме­ни, но вско­ре, от­крыв гла­за, об­на­ру­жил, что но­га его со­вер­шен­но ис­це­ли­лась. Слу­чи­лось пер­вое чу­до, ко­то­ро­го еще ни­кто не ожи­дал. Бы­ло не­по­нят­но, в чем де­ло — мо­жет быть, сам Усуи стал не со­всем обыч­ным че­ло­ве­ком? Мо­жет быть, ко­гда он слов­но бы умер и воз­ро­дил­ся — что-то из­ме­ни­лось в нем? Усуи по­спе­шил вниз, не зная, че­го те­перь ожи­дать.

Ко­гда он спус­тил­ся с го­ры, ему встре­ти­лась при­до­рож­ная гос­ти­ни­ца, где час­то ос­та­нав­ли­ва­лись па­лом­ни­ки. Усуи за­шел ту­да и по­про­сил ка­кой-ни­будь еды, по­сколь­ку уже чув­ст­во­вал го­лод. Хо­зя­ин вни­ма­тель­но по­смот­рел на не­го и ска­зал, что по­сле длин­но­го по­ста нель­зя есть обыч­ную пи­щу — это мо­жет при­чи­нить вред или про­сто при­вес­ти к смер­ти. По ли­цу Ми­као Усуи бы­ло за­мет­но, что он дол­го го­ло­дал, да и хо­зя­ин был аб­со­лют­но прав. Но ни­ка­кой спе­ци­аль­ной еды он не мог при­го­то­вить, к то­му же хо­зяй­ка серь­ез­но за­хво­ра­ла. У нее так силь­но раз­бо­лел­ся зуб и рас­пух­ла ще­ка, что ни­кто не знал, чем ей по­мочь. Ми­као Усуи вы­слу­шал его и от­ве­тил, что он мо­жет есть обыч­ную пи­щу — и что он по­про­бу­ет по­мочь хо­зяй­ке, ес­ли это воз­мож­но. Че­рез не­сколь­ко ми­нут со­вер­ши­лось еще од­но чу­до — ед­ва он при­кос­нул­ся ру­кой к ее опух­шей ще­ке, как боль про­шла и опу­холь бы­ст­ро спа­ла. По­том Усуи съел са­мую обыч­ную пи­щу и, не ощу­тив ни­ка­ко­го не­до­мо­га­ния, ушел. Те­перь он знал, что Си­ла, на­пол­нив­шая все его су­ще­ст­во, спо­соб­на тво­рить чу­де­са не толь­ко с ним. Он убе­дил­ся, что мо­жет еще счи­тать­ся обыч­ным че­ло­ве­ком, мо­жет пи­тать­ся и чув­ст­во­вать как все — но Свет, об­ре­тен­ный им, обе­ре­га­ет его.

Ко­гда Ми­као Усуи при­шел к на­стоя­те­лю мо­на­сты­ря, под­дер­жав­ше­му его по­ис­ки это­го Све­та, тот ле­жал с при­сту­пом арт­ри­та и не вста­вал с по­сте­ли. Усуи во­шел к не­му — и хо­тел бы­ло рас­ска­зать о слу­чив­шем­ся чу­де. Но ед­ва они уви­де­лись, ста­рый на­стоя­тель ощу­тил про­изо­шед­шую с Усуи пе­ре­ме­ну. Он уви­дел Свет, на­пол­няю­щий Усуи — и вос­клик­нул: «Это на­стоя­щее Рэй­ки!» Усуи по­до­шел к не­му, об­нял — бо­ли про­па­ли, сме­нив­шись чув­ст­вом сво­бо­ды и ра­до­сти.

Мы уже го­во­ри­ли о том, как пе­ре­во­дит­ся япон­ское сло­во «рэй­ки» — те­перь по­нят­но, что дар, об­ре­тен­ный Ми­као Усуи, то­же вер­но на­зы­вать Рэй­ки. Од­на­ко есть раз­ни­ца ме­ж­ду про­сто сло­вом и этим чу­дес­ным да­ром: сей­час, ко­гда мы го­во­рим «рэй­ки», мы ча­ще все­го име­ем в ви­ду имен­но дар Усуи. Те­перь этот дар так­же на­зы­ва­ет­ся бо­лее точ­ным име­нем: «Usui Shiki Ryoho Reiki», что и обо­зна­ча­ет «Сис­те­ма Це­ли­тель­ст­ва Усуи Рэй­ки». По­это­му, по­жа­луй­ста, ко­гда вы го­во­ри­те сло­во «рэй­ки» или слы­ши­те его — раз­ли­чай­те, идет ли речь про­сто о чув­ст­ве, или это име­ет от­но­ше­ние к Ми­као Усуи. Обыч­но, для то­го что­бы вы­ра­зить на­ши чув­ст­ва, у нас дос­та­точ­но слов на род­ном язы­ке — это сло­ва «бла­го­дать», «лю­бовь», «чу­до», «свет», «яс­ность» — и мно­гие дру­гие. Они, на­вер­ное, да­же луч­ше для нас, по­то­му что по­нят­нее и нам са­мим — и тем, к ко­му они об­ра­ще­ны.

Ми­као Усуи по­со­ве­то­вал­ся со сво­им зна­ко­мым на­стоя­те­лем, как луч­ше об­ра­тить этот чу­дес­ный дар на поль­зу лю­дям. Он го­рел же­ла­ни­ем по­мо­гать тем, кто ну­ж­дал­ся в по­мо­щи и по­де­лить­ся сво­им от­кры­ти­ем с те­ми, для ко­го это мог­ло быть дей­ст­ви­тель­но важ­но. Усуи хо­тел не­сти свой дар са­мым обез­до­лен­ным, ни­щим и по­ки­ну­тым об­ще­ст­вом лю­дям.

На­стоя­тель по­мог ему, до­бив­шись для Усуи раз­ре­ше­ния по­се­лить­ся в квар­та­ле для ни­щих в Кио­то, где имен­но эти лю­ди и жи­ли. По­лу­чить та­кое раз­ре­ше­ние бы­ло не очень-то лег­ко, но Усуи стре­мил­ся по­мо­гать имен­но им. Он по­лу­чил раз­ре­ше­ние на жи­тель­ст­во, по­се­лил­ся там и про­вел еще семь лет, за­ни­ма­ясь це­ли­тель­ст­вом. Ино­гда под его ру­ка­ми про­ис­хо­ди­ли не­ве­ро­ят­ные чу­де­са, ис­це­ля­лись бо­лез­ни, счи­тав­шие­ся аб­со­лют­но не­из­ле­чи­мы­ми, лю­ди ис­пы­ты­ва­ли не­обы­чай­ные пе­ре­жи­ва­ния све­та и ра­до­сти, об­ре­та­ли ве­ру в се­бя — и да­же на­хо­ди­ли ве­ру в Бо­га.

Но че­рез эти семь лет Усуи об­ра­тил вни­ма­ние на стран­ную вещь — сре­ди его па­ци­ен­тов ста­ли по­па­дать­ся зна­ко­мые ли­ца. Он спро­сил од­но­го из та­ких лю­дей — не мог ли он ви­деть его где-то рань­ше, со­всем дав­но? И па­ци­ент Усуи от­ве­тил ему, что они ви­де­лись мно­го раз, по­то­му что к не­му за ис­це­ле­ни­ем хо­дят од­ни и те же лю­ди. Вот и сам он — уже не пер­вый раз ис­це­ля­ет­ся, уже не пер­вый раз встре­ча­ет этот Свет и Бла­го­дать в ру­ках Усуи, уже не в пер­вый раз об­ре­та­ет ве­ру, но жить по-но­во­му, че­ст­но и пра­виль­но, так труд­но, что луч­ше и не пы­тать­ся. Ка­ж­дый раз, по­сле ис­це­ле­ния, хо­те­лось на­чать ка­кую-то осо­бен­ную, че­ст­ную жизнь, на­чать все сна­ча­ла — но при­выч­ка силь­нее, и все про­дол­жа­лось так же, как рань­ше. Бо­лез­ни то­же по­яв­ля­лись вновь — но ведь и Усуи жи­вет в со­сед­нем до­ме! Так что про­ще все­го при­хо­дить и по­лу­чать ис­це­ле­ние, ни­че­го в се­бе не ме­няя.

Вы ведь знае­те, как час­то лю­ди пы­та­ют­ся уто­пить му­ки со­вес­ти в ви­не и нар­ко­ти­ках, по­том же ищут таб­лет­ку от по­хме­лья, или как об­ра­ща­ют­ся к экс­т­ра­сен­су с прось­бой пе­ре­де­лать за них их соб­ст­вен­ную жизнь и ис­пра­вить по­след­ст­вия их соб­ст­вен­ных оши­бок. И ес­ли на­хо­дит­ся кто-то, кто все ме­ня­ет, то это дей­ст­ву­ет толь­ко на ко­рот­кий про­ме­жу­ток вре­ме­ни, че­ло­век ча­ще все­го соз­да­ет но­вые ус­ло­вия для воз­ник­но­ве­ния ста­рых бо­лез­ней — по­то­му, что не ме­ня­ет­ся сам. И да­же, ес­ли най­ти таб­лет­ку от по­хме­лья — раз­ве это по­мо­жет и че­ло­век бу­дет мень­ше пить?!

Мож­но вспом­нить так­же сло­ва Хри­ста, об­ра­щен­ные к ис­це­лен­но­му им че­ло­ве­ку: «Вот, ты вы­здо­ро­вел; не гре­ши боль­ше, что­бы не слу­чи­лось с то­бою че­го ху­же» (Ио­анн. 5:14).

Воз­мож­но, что Усуи вспом­нил вдруг эти же сло­ва. Воз­мож­но, что он про­сто по­нял, что его дар был не со­всем пра­виль­но ис­поль­зо­ван — труд­но по­нять, что тво­ри­лось в его ду­ше. Но ко­гда Усуи ус­лы­шал это объ­яс­не­ние, он по­те­рял соз­на­ние. Оч­нув­шись, Усуи встал и ушел из квар­та­ла ни­щих — что­бы боль­ше ни­ко­гда ту­да не воз­вра­щать­ся.

Он по­нял, что че­ло­век все­гда сво­бо­ден вы­би­рать свой соб­ст­вен­ный путь и мо­жет прий­ти к Све­ту, где бы он ни на­хо­дил­ся. Сво­бо­да че­ло­ве­ка в том и со­сто­ит, что ка­ж­дый жи­вет с те­ми убе­ж­де­ния­ми, ко­то­ры­ми до­ро­жит, ве­рит толь­ко в то, во что хо­чет ве­рить — и ме­ня­ет­ся толь­ко то­гда, ко­гда сам это­го за­хо­чет. Усуи не смог пе­ре­дать ни­щим свое по­ни­ма­ние, свою во­лю и свое серд­це. Дар, об­ре­тен­ный им, рас­хо­до­вал­ся бес­по­лез­но, лю­ди толь­ко ис­поль­зо­ва­ли его, — а жизнь их тем вре­ме­нем про­хо­ди­ла в бес­по­лез­ной суе­те. На­до, что­бы че­ло­век сам за­хо­тел жить по-но­во­му, что­бы че­ло­век не толь­ко хо­тел ис­це­ле­ния, но и был го­тов на под­ви­ги — что­бы са­мо­му об­рес­ти та­кой же дар.

Те­перь Усуи го­рел же­ла­ни­ем най­ти уче­ни­ков: в древ­нем трак­та­те го­во­ри­лось, что этот дар мож­но пе­ре­да­вать и сле­до­ва­ло най­ти дос­той­ных лю­дей.

Усуи сфор­му­ли­ро­вал то­гда пять жиз­нен­ных Прин­ци­пов Рэй­ки, ко­то­рые очень про­сты и по­мо­га­ют до­бить­ся ус­той­чи­вых ре­зуль­та­тов и в це­ли­тель­ст­ве, и в из­ме­не­нии сво­ей соб­ст­вен­ной жиз­ни.

Вот эти прин­ци­пы.

Имен­но се­го­дня не бес­по­кой­ся.

Имен­но се­го­дня не гне­вай­ся.

Чти ро­ди­те­лей сво­их, сво­их учи­те­лей и тех, кто стар­ше те­бя.

За­ра­ба­ты­вай на жизнь че­ст­ным тру­дом.

Вы­ска­зы­вай бла­го­дар­ность ко вся­ко­му жи­во­му су­ще­ст­ву.

Ко­гда Усуи го­во­рил о Прин­ци­пах Рэй­ки, он рас­ска­зы­вал о про­стых жиз­нен­ных прин­ци­пах, ко­то­рые и безо вся­ко­го чу­да мог­ли бы из­ме­нить жизнь че­ло­ве­ка и дать ему ра­дость ис­це­ле­ния.

Но ес­ли вы пе­ре­чи­тае­те эти прин­ци­пы сей­час, то за­ме­ти­те, что ска­зан­ное в них не так-то про­сто ис­пол­нить. Де­ло в том, что это ско­рее чув­ст­ва, чем дей­ст­вия, а мы обыч­но не уме­ем управ­лять свои­ми чув­ст­ва­ми.

Но вер­но и об­рат­ное — ес­ли вы за­ме­ти­ли, что чув­ст­вуе­те имен­но так, то мож­но ска­зать, что вы уже в Рэй­ки. Это еще не Сис­те­ма Це­ли­тель­ст­ва Усуи, но — так ска­зать, «ес­те­ст­вен­ное Рэй­ки», су­ще­ст­вую­щее са­мо по се­бе. Ко­гда вы на­хо­ди­тесь в нем, то ва­ши же­ла­ния са­ми на­чи­на­ют сбы­вать­ся, бо­лез­ни са­ми про­хо­дят, и вы об­ре­тае­те ду­шев­ное спо­кой­ст­вие и ра­дость. Важ­но толь­ко — на­дол­го ли вы за­дер­жи­вае­тесь в этом чув­ст­ве, ус­пе­ют ли за это вре­мя же­ла­ния ис­пол­нить­ся, а бо­лез­ни — ис­це­лить­ся.

Ко­гда мы го­во­рим о Це­ли­тель­ст­ве Сис­те­мы Усуи, мы го­во­рим о та­ком же ес­те­ст­вен­ном ис­це­ле­нии, толь­ко все это про­ис­хо­дит обыч­но на­мно­го бы­ст­рее, при ощу­ти­мой под­держ­ке Бо­же­ст­вен­ной Си­лы. Ино­гда нам ка­жет­ся, что про­ис­хо­дят чу­де­са, но в дей­ст­ви­тель­но­сти это не так.

Чу­де­са при­су­щи на­шей соб­ст­вен­ной при­ро­де. Имен­но та­ки­ми мы соз­да­ны Бо­гом — со­вер­шен­ны­ми и чу­дес­ны­ми, толь­ко обыч­но мы са­ми пря­чем от се­бя свое со­вер­шен­ст­во и не по­зво­ля­ем ему про­явить­ся. Час­то спра­ши­ва­ют: «Ка­кие же­ла­ния ис­пол­ня­ют­ся в Рэй­ки — толь­ко хо­ро­шие или лю­бые?» Но от­вет прост: ко­неч­но же, лю­бые! Ес­ли вы ощу­щае­те то, что на­зы­ва­ет­ся Рэй­ки, чув­ст­вуе­те то, что опи­са­но в Прин­ци­пах Рэй­ки — то для вас нет ни­ка­ких гра­ниц! Од­но толь­ко ус­ло­вие — чув­ст­во долж­но пол­но­стью ох­ва­тить вас.

Ко­неч­но, не­ко­то­рые же­ла­ния «не по­ме­ща­ют­ся» в Прин­ци­пы Рэй­ки, не­ко­то­рые чув­ст­ва про­сто не­воз­мож­но ощу­тить при этом. Ес­ли вы за­хо­ти­те дос­та­вить ко­му-то не­при­ят­ность, — то это бу­дет вы­зва­но гне­вом и бес­по­кой­ст­вом, не­ува­же­ни­ем к его жиз­ни, от­сут­ст­ви­ем муд­ро­сти и бла­го­дар­но­сти. Ес­ли вам за­хо­чет­ся «ис­под­тиш­ка» сде­лать ко­му-ли­бо доб­ро, как бы «при­чи­нить доб­ро на­силь­но», то это опять бу­дет вы­зва­но гне­вом, не­до­ве­ри­ем и бес­по­кой­ст­вом, это доб­ро бу­дет со­зи­дать­ся не­че­ст­но и без ува­же­ния к его жиз­ни, к его соб­ст­вен­ной во­ле. Же­ла­ния та­ко­го ро­да, ко­неч­но же, не мо­гут ис­пол­нять­ся.

Но для все­го ос­таль­но­го — гра­ниц про­сто нет!

В этот пе­ри­од сво­ей жиз­ни Ми­као Усуи учил сво­их по­сле­до­ва­те­лей. Он стран­ст­во­вал по Япо­нии, не­ся в ру­ке за­жжен­ный фо­нарь, как Сим­вол то­го све­та, ко­то­рый он сам нес в се­бе. Ино­гда рас­ска­зы­ва­ют, что Усуи стал из­вес­тен под име­нем Бро­дя­че­го Мо­на­ха с ли­цом, об­ра­щен­ным к Све­ту.

Так же, как Солн­це све­тит ка­ж­до­му че­ло­ве­ку, но не все об этом ду­ма­ют, так же, как Бог лю­бит ка­ж­до­го че­ло­ве­ка, но не все это­му ве­рят, так же и Рэй­ки — суть ка­ж­до­го че­ло­ве­ка, но не все об этом зна­ют.

За­жжен­ный фо­нарь в ру­ке Ми­као Усуи был Сим­во­лом это­го зна­ния и све­та. Ко­неч­но, он при­вле­кал вни­ма­ние: не­ко­то­рые за­ме­ча­ли, что в этом стран­ном мо­на­хе есть что-то не­обыч­ное. Усуи ино­гда ос­та­нав­ли­вал­ся и рас­ска­зы­вал этим лю­дям свою ис­то­рию. Мно­гие из них ста­но­ви­лись его уче­ни­ка­ми, и их ру­ки так же пре­вра­ща­лись в про­вод­ни­ки Рэй­ки.

Рас­сказ об ис­то­рии Рэй­ки край­не ва­жен для по­ни­ма­ния су­ти это­го яв­ле­ния. У уче­ни­ка, на­чи­наю­ще­го в Рэй­ки свой соб­ст­вен­ный путь, не долж­но ос­та­вать­ся ни­ка­ких со­мне­ний. Вспом­ни­те, ведь в са­мом Ти­бе­те рас­сказ Учи­те­ля о ка­кой-ли­бо прак­ти­ке, о ка­ком-ли­бо спо­со­бе дос­тичь про­свет­ле­ния — то­же счи­та­ет­ся осо­бой пе­ре­да­чей, ини­циа­ци­ей.

Ко­неч­но, Учи­тель для это­го дол­жен быть имен­но Учи­те­лем с боль­шой бу­к­вы, знаю­щим то, о чем он го­во­рит, не толь­ко по­на­слыш­ке, но и са­мо­стоя­тель­но дос­тиг­шим все­го то­го, о чем рас­ска­зы­ва­ет. И в Сис­те­ме Це­ли­тель­ст­ва Усуи — уст­ный рас­сказ Мас­те­ра, об­ра­щен­ный к уче­ни­ку, яв­ля­ет­ся важ­ной, не­об­хо­ди­мой ча­стью тра­ди­ции.

На­цио­наль­ное Со­кро­ви­ще Япо­нии

Глу­би­ну серд­ца рас­по­знать не да­но мне, но на ро­ди­не — аро­мат сли­вы все тот же, что и в юно­сти.

Ки-Но Цу­раю­ки (868—945)

Стран­ст­вуя по Япо­нии, Ми­као Усуи встре­тил че­ло­ве­ка, ко­то­ро­го из­брал хра­ни­те­лем сво­его да­ра. Сей­час мы на­зы­ва­ем это­го уче­ни­ка Усуи — Вто­рым Ве­ли­ким мас­те­ром Рэй­ки.

Его имя— Чуд­жи­ро Хая­ши, и его ис­то­рия то­же за­слу­жи­ва­ет осо­бо­го рас­ска­за.

Чуд­жи­ро Хая­ши, буд­дист и мор­ской офи­цер, ос­та­вил во­ен­ную служ­бу из ре­ли­ги­оз­ных убе­ж­де­ний. Он счи­тал, что нель­зя за­ни­мать­ся тем, что толь­ко уве­ли­чи­ва­ет стра­да­ние в ми­ре. Ко­гда он ос­та­вил служ­бу, это бы­ло рав­но­силь­но ухо­ду Ми­као Усуи в мир: во­ин­ское ис­кус­ст­во бы­ло един­ст­вен­ным, че­му его обу­чи­ли. Он ушел из ми­ра, как ко­гда-то ухо­ди­ли в мо­на­хи. Все бы­ло по­став­ле­но на кар­ту ра­ди од­ной глав­ной це­ли — Чуд­жи­ро Хая­ши ушел стран­ст­во­вать в по­ис­ках ду­хов­но­го Учи­те­ля. Ко­гда Хая­ши встре­тил Ми­као Усуи и уз­нал в нем Учи­те­ля, ко­то­ро­го ис­кал, он стал его уче­ни­ком.

Чуд­жи­ро Хая­ши мно­гое сде­лал для Сис­те­мы Це­ли­тель­ст­ва Усуи: он соз­дал пер­вую кли­ни­ку Рэй­ки, где мог­ли по­лу­чить по­мощь и ис­це­ле­ние все об­ра­щав­шие­ся ту­да, ор­га­ни­зо­вал сис­те­му под­го­тов­ки уче­ни­ков, вел на­блю­де­ния за хо­дом ис­це­ле­ния боль­ных и соз­дал «Ас­со­циа­цию Ис­сле­до­ва­ния Све­та». (Это на­зва­ние об­ла­да­ет глу­бо­ким смыс­лом, по­то­му что ие­рог­лиф «Свет» име­ет в япон­ском язы­ке не толь­ко зна­че­ние «свет», но и зна­че­ния: «на­де­ж­да», «ра­дость», «свет­лое бу­ду­щее».)Чуд­жи­ро Хая­ши го­то­вил сво­их уче­ни­ков в три эта­па: сна­ча­ла уче­ни­ку пе­ре­да­ет­ся та са­мая Си­ла, ко­то­рую об­рел Ми­као Усуи, и он уже мо­жет до все­го су­ще­ст­вен­но­го дой­ти са­мо­стоя­тель­но.

По­том воз­мож­но по­лу­че­ние Вто­рой Сту­пе­ни, ко­гда про­ис­хо­дит пе­ре­да­ча Сим­во­лов Рэй­ки, от­крыв­ших­ся Усуи в его ме­ди­та­ции, — и это по­зво­ля­ет за­ни­мать­ся це­ли­тель­ст­вом и осо­бы­ми прак­ти­ка­ми Рэй­ки бо­лее эф­фек­тив­но да­же вне про­стран­ст­ва и вре­ме­ни.

И, на­ко­нец, не­ко­то­рые уче­ни­ки мо­гут дос­тичь Треть­ей Сту­пе­ни и стать Мас­те­ра­ми Рэй­ки, что по­зво­ля­ет не толь­ко ши­ро­ко за­ни­мать­ся прак­ти­кой и очень глу­бо­ко ра­бо­тать с со­бой, но и го­то­вить уче­ни­ков, — то есть пе­ре­да­вать дру­гим лю­дям Пер­вую и Вто­рую Сту­пень Рэй­ки. Так­же ста­но­вит­ся воз­мож­ным обу­чать дру­гих Мас­те­ров, но это тре­бу­ет осо­бой под­го­тов­ки и яв­ля­ет­ся во­про­сом вре­ме­ни. Чуд­жи­ро Хая­ши го­то­вил Мас­те­ров Рэй­ки толь­ко сам — он был очень муд­рым и вни­ма­тель­ным Учи­те­лем.

В кли­ни­ку док­то­ра Хая­ши об­ра­ща­лись са­мые раз­ные лю­ди — и про­стые, и знат­ные. По­мощь ока­зы­ва­ли всем, не­взи­рая на раз­ли­чия. Це­ли­те­ли ра­бо­та­ли при кли­ни­ке, хо­ди­ли на вы­зо­вы в от­да­лен­ные рай­оны, по­мо­га­ли всем, кто это­го хо­тел.

Че­рез не­ко­то­рое вре­мя об­ра­ти­ли вни­ма­ние на то, что к их по­мо­щи при­бе­га­ли в ос­нов­ном лю­ди со­стоя­тель­ные, ко­то­рые мог­ли бы за­пла­тить хо­ро­ше­му вра­чу, но пред­по­чи­та­ли Рэй­ки-це­ли­тель­ст­во. Бед­ные же по­че­му-то об­ра­ща­лись в кли­ни­ку Рэй­ки ре­же, а ни­щие поч­ти со­всем не встре­ча­лись. Ко­гда Хая­ши спро­си­ли, по­че­му так про­ис­хо­дит, он от­ве­тил, что бед­ные обыч­но пред­по­чи­та­ют бо­лее тра­ди­ци­он­ные, а по­то­му убе­ди­тель­ные сред­ст­ва — опе­ра­цию, таб­лет­ки, уко­лы. Для бед­ных очень важ­но, что­бы их жа­ле­ли и ря­дом си­де­ла ня­неч­ка, а бо­га­тые все это и так мо­гут се­бе по­зво­лить, а по­ка вра­чи со­ве­ту­ют­ся, что с ни­ми де­лать — ко­лоть или ре­зать, они об­ра­ща­ют­ся к Ес­те­ст­вен­но­му це­ли­тель­ст­ву Рэй­ки. Но по­мощь по­лу­ча­ли все — и бо­га­тые, и бед­ные, ни­ко­му не от­ве­ча­ли от­ка­зом.

Ра­бо­тая над со­хра­не­ни­ем Сис­те­мы Це­ли­тель­ст­ва Усуи, док­тор Хая­ши вни­ма­тель­но сле­дил за тем, что­бы ме­тод, ос­но­ван­ный его Учи­те­лем, не ис­ка­жал­ся. Рэй­ки обу­ча­лись толь­ко япон­цы, ко­то­рые мог­ли пол­но­стью по­ни­мать зна­че­ние сло­ва «рэй­ки» и сущ­ность са­мо­го ме­то­да. Та­ким лю­дям уже не на­до бы­ло мно­гое объ­яс­нять: са­мо­го рас­ска­за об этой сис­те­ме и ис­то­рии ее об­ре­те­ния бы­ло впол­не дос­та­точ­но. Бо­лее то­го — це­ли­те­ля­ми Рэй­ки мог­ли стать толь­ко муж­чи­ны, спо­соб­ные по­свя­тить этой прак­ти­ке всю свою жизнь и все свое вре­мя.

Для жен­щин, как счи­тал Хая­ши, бы­ло бы слиш­ком тя­же­ло уде­лять Рэй­ки мно­го вре­ме­ни, а это со­вер­шен­но не­об­хо­ди­мо для дос­ти­же­ния хо­ро­ше­го ре­зуль­та­та. Де­ло в том, что хо­тя Рэй­ки с са­мо­го на­ча­ла «ра­бо­та­ет на­деж­но и про­сто», це­ли­тель мо­жет са­мо­со­вер­шен­ст­во­вать­ся — ведь не­да­ром Буд­да опи­сы­вал этот ме­тод как один из крат­чай­ших пу­тей к про­свет­ле­нию. Но серь­ез­ная прак­ти­ка тре­бу­ет очень боль­шой ра­бо­ты и мно­го вре­ме­ни — лишь то­гда Рэй­ки пе­ре­ста­ет быть толь­ко це­ли­тель­ст­вом и при­во­дит к глу­бо­ко­му ду­хов­но­му опы­ту.

Солн­це све­тит всем,
или А по­че­му мы-то это уз­на­ли?

Осы­пал­ся, но в серд­це — этот пи­он бу­дет цве­сти все­гда.

Бу­сон

Но од­на­ж­ды все пред­став­ле­ния о том, ко­му сле­ду­ет до­ве­рять Рэй­ки, бы­ли пе­ре­вер­ну­ты. Это слу­чи­лось в 1935 го­ду, ко­гда в Япо­нию прие­ха­ла жен­щи­на по име­ни Га­вайо Та­ка­та, вы­держ­ки из днев­ни­ка ко­то­рой вы уже чи­та­ли.

Стро­го го­во­ря, она бы­ла не со­всем япон­кой — ведь ро­ди­лась и вы­рос­ла она на Га­вай­ях, не зна­ла мно­гих тон­ко­стей япон­ско­го бы­та и куль­ту­ры и вряд ли смог­ла бы обу­чить­ся Рэй­ки, ес­ли бы судь­ба не рас­по­ря­ди­лась ина­че.

Сов­па­де­ние име­ни Га­вайо Та­ка­та и на­зва­ния ее ро­ди­ны не слу­чай­но — при ро­ж­де­нии ей пред­рек­ли ве­ли­кое бу­ду­щее. Бы­ло пред­ска­за­но, что она ста­нет гор­до­стью сво­ей стра­ны и при­не­сет ей сла­ву, по­то­му Та­ка­ту и на­зва­ли в честь Га­вай­ев. С дет­ст­ва она от­ли­ча­лась вни­ма­тель­но­стью и глу­бо­кой чув­ст­ви­тель­но­стью к ве­щам, ко­то­рых обыч­но лю­ди не за­ме­ча­ют. Воз­мож­но, с са­мо­го сво­его ро­ж­де­ния у нее бы­ла склон­ность к Рэй­ки. Но в Япо­нию она прие­ха­ла со­всем не для обу­че­ния Рэй­ки, на­про­тив, ее при­ве­ли сю­да не­сча­стья, вы­пав­шие на ее до­лю.

Га­вайо Та­ка­та прие­ха­ла в Япо­нию хо­ро­нить сво­его му­жа — со­глас­но его за­ве­ща­нию. Да и са­ма она бы­ла тя­же­ло боль­на, шан­сов на спа­се­ние бы­ло очень ма­ло — един­ст­вен­ное, что мог­ло бы ее спа­сти, бы­ла сроч­ная опе­ра­ция. Все вре­мя, по­ка гос­по­жа Та­ка­та го­то­ви­лась к опе­ра­ции, ее му­чи­ли со­мне­ния. Ка­кой-то внут­рен­ний го­лос твер­дил ей, что не­об­хо­ди­мо най­ти дру­гой спо­соб ле­че­ния, что опе­ра­ция со­всем не нуж­на.

Га­вайо Та­ка­та бы­ла обыч­ным че­ло­ве­ком и, по­ни­мая, что ее со­мне­ния мо­гут быть про­сто эмо­цио­наль­ной ре­ак­ци­ей, гна­ла эти мыс­ли прочь. Од­на­ко уже на опе­ра­ци­он­ном сто­ле она все же ре­ши­лась при­слу­шать­ся к внут­рен­не­му го­ло­су. Ко­гда эти мыс­ли вновь при­шли к ней, она спро­си­ла хи­рур­га, не зна­ет ли он дру­го­го спо­со­ба ле­че­ния. Док­тор уди­вил­ся и от­ве­тил, что он зна­ет про кли­ни­ку Рэй­ки, где не ис­поль­зу­ют ле­кар­ст­ва, но это тре­бу­ет вре­ме­ни, а за­бо­ле­ва­ние дос­та­точ­но тя­же­лое. Как толь­ко Та­ка­та ус­лы­ша­ла имя Чуд­жи­ро Хая­ши, она ощу­ти­ла, что это един­ст­вен­ное, что ей нуж­но, ста­ло са­мым глав­ным в ее жиз­ни.

Мы зна­ем, что бы­ва­ет мно­го слу­ча­ев, ко­гда уче­ник впер­вые слы­шит имя сво­его бу­ду­ще­го Учи­те­ля — и сра­зу по­ни­ма­ет, что он го­тов на все, что­бы его жизнь пол­но­стью из­ме­ни­лась. Ино­гда это про­сто при­ят­ное чув­ст­во ра­до­сти и уз­на­ва­ния, ино­гда же оно на­столь­ко силь­ное, что че­ло­век да­же те­ря­ет соз­на­ние от вос­тор­га.

Га­вайо Та­ка­та не те­ря­ла соз­на­ние, од­на­ко, она ре­ши­тель­но от­ка­за­лась от опе­ра­ции и мо­мен­таль­но об­ра­ти­лась в кли­ни­ку Рэй­ки. Это бы­ло очень ре­ши­тель­ным по­ступ­ком с ее сто­ро­ны, ведь в этой иг­ре став­кой бы­ла ее жизнь. Ко­гда уче­ни­ки Чуд­жи­ро Хая­ши на­ча­ли ра­бо­тать со сво­ей но­вой па­ци­ент­кой, Та­ка­та бы­ла по­тря­се­на тем, что ощу­ти­ла. Она мог­ла ожи­дать мно­го­го, но то, что про­ис­хо­ди­ло про­сто от при­кос­но­ве­ния рук, — бы­ло по­ис­ти­не не­ве­ро­ят­но! Ее изум­ле­нию не бы­ло пре­де­ла! На ка­ком-то эта­пе ле­че­ния, она ста­ла рас­смат­ри­вать ру­ки сво­их це­ли­те­лей, пы­та­ясь по­нять, от­ку­да бе­рут­ся эти не­обык­но­вен­ные ощу­ще­ния те­п­ла и све­та, где на­хо­дят­ся при­бо­ры, из­лу­чаю­щие все это.

По япон­ским мер­кам, ее по­ве­де­ние бы­ло шо­ки­рую­щим. Це­ли­те­ли бы­ли очень удив­ле­ны и по­счи­та­ли та­кое вни­ма­ние ос­кор­би­тель­ным. Толь­ко вме­ша­тель­ст­во са­мо­го Учи­те­ля Хая­ши, ко­то­рый объ­яс­нил, что па­ци­ент­ка ни­ко­гда не слы­ша­ла ни о чем по­доб­ном и про­сто не уме­ет се­бя вес­ти, их ус­по­кои­ло.

Про­шло не­ко­то­рое вре­мя. Ре­зуль­та­ты це­ли­тель­ст­ва бы­ли все бо­лее оче­вид­ны, Га­вайо Та­ка­та чув­ст­во­ва­ла се­бя по­мо­ло­дев­шей и пол­ной сил. Она об­ра­ти­лась к Чуд­жи­ро Хая­ши с прось­бой нау­чить ее Рэй­ки. Она бы­ла го­то­ва ос­тать­ся в Япо­нии и учить­ся столь­ко, сколь­ко бу­дет нуж­но.

Но Хая­ши от­ка­зал­ся обу­чать ее, объ­яс­нив, что для за­ня­тий Рэй­ки не­об­хо­ди­мо быть япон­цем — ина­че она про­сто не­вер­но пой­мет, о чем идет речь. Для за­ня­тий Рэй­ки так­же не­об­хо­ди­мо быть муж­чи­ной — ведь жен­щи­на, за­ня­тая хо­зяй­ст­вом и вос­пи­та­ни­ем де­тей, про­сто не смо­жет уде­лять за­ня­ти­ям так мно­го сил и вре­ме­ни. Та­ка­та за­ду­ма­лась, ее ле­че­ние бы­ло за­вер­ше­но она мог­ла уез­жать до­мой, но у нее те­перь поя­ви­лась но­вая цель. Бы­ло не­об­хо­ди­мо объ­яс­нить, что она все же спо­соб­на учить­ся Рэй­ки не ху­же муж­чи­ны-япон­ца. Она по­вто­ри­ла свою прось­бу, но ей опять от­ка­за­ли.

То­гда Та­ка­та уе­ха­ла к се­бе и там, на Га­вай­ях, про­да­ла свой дом, вы­ру­чив ог­ром­ную для нее сум­му в де­сять ты­сяч дол­ла­ров. Она вер­ну­лась в Япо­нию и пред­ло­жи­ла эти день­ги Чуд­жи­ро Хая­ши как пла­ту за обу­че­ние.

Удив­лен­ный Хая­ши спро­сил, где же те­перь она бу­дет жить.

Та­ка­та ска­за­ла, что, ес­ли она за­бо­ле­ет и ум­рет, дом уже не по­на­до­бит­ся. Ес­ли же она смо­жет по­за­бо­тить­ся о сво­ем здо­ро­вье и здо­ро­вье дру­гих, то ей то­же не о чем бес­по­ко­ить­ся. То­гда Учи­тель при­нял эти день­ги, и обу­че­ние на­ча­лось.

По­сле то­го как Га­вайо Та­ка­та по­лу­чи­ла пер­вую сту­пень, она ста­ла очень мно­го ра­бо­тать. Ее день на­чи­нал­ся с ран­не­го ут­ра и за­вер­шал­ся позд­ним ве­че­ром. Она бы­ла и це­ли­те­лем в кли­ни­ке, и хо­ди­ла на вы­зо­вы, по­мо­гая всем, кто к ней об­ра­щал­ся. Ее ус­пе­хи в це­ли­тель­ст­ве удив­ля­ли. Но са­ма Та­ка­та, ко­гда ее спра­ши­ва­ли об этом, го­во­ри­ла: «Это не я ле­чу, это Бог ле­чит че­рез ме­ня».

Не­мно­го поз­же она по­лу­чи­ла вто­рую сту­пень Рэй­ки — уже толь­ко за пять­сот дол­ла­ров, хо­тя для Япо­нии, да еще в то вре­мя, это бы­ло очень зна­чи­тель­ной сум­мой. Она про­дол­жи­ла за­ни­мать­ся це­ли­тель­ст­вом, по­мо­гая и про­стым и знат­ным лю­дям, — и до­ка­за­ла, что яв­ля­ет­ся пре­вос­ход­ным це­ли­те­лем. Но вре­мя от вре­ме­ни с ней про­ис­хо­ди­ли со­вер­шен­но не­обыч­ные ве­щи — ино­гда она зна­ла, что про­ис­хо­дит с ее па­ци­ен­та­ми, хо­тя они на­хо­ди­лись на ог­ром­ных рас­стоя­ни­ях от нее ино­гда она ощу­ща­ла их чув­ст­ва так же хо­ро­шо, как свои. К то­му же ино­гда у нее про­бу­ж­да­лись не­обы­чай­ные спо­соб­но­сти, за­час­тую да­же пу­гав­шие ее.

Од­на­ж­ды это ста­ло на­столь­ко силь­ным, что Та­ка­та все­рь­ез ис­пу­га­лась за свою жизнь. При­шед­ший к ней Хая­ши за­ве­рил, что нет ни­ка­ких при­чин для бес­по­кой­ст­ва — про­сто ее ор­га­низм очи­стил­ся на­столь­ко, что обо­ст­ри­лись все при­род­ные да­ро­ва­ния. Сто­ит толь­ко ре­шить, хо­чешь ли ими вос­поль­зо­вать­ся сей­час или нет, — и все урав­но­ве­сит­ся. «Хо­ро­шо, — ска­за­ла Та­ка­та, — мне дос­та­точ­но быть про­сто це­ли­те­лем».

Ко­гда обу­че­ние бы­ло за­вер­ше­но, она вер­ну­лась до­мой с уди­ви­тель­ным да­ром Рэй­ки в сво­их ру­ках, про­дол­жая да­рить лю­дям ра­дость, свет и ис­це­ле­ние.

Чуд­жи­ро Хая­ши на­ве­щал ее, про­дол­жая обу­че­ние и ра­ду­ясь, что не­смот­ря на то, что Та­ка­та — жен­щи­на и не со­всем япон­ка, она бе­реж­но хра­нит Сис­те­му Це­ли­тель­ст­ва Усуи в ее пер­во­здан­ной чис­то­те. Рэй­ки-це­ли­тель­ст­во ока­зы­ва­лось эф­фек­тив­ным и для лю­дей, вос­при­ни­маю­щих все по-дру­го­му.

В фев­ра­ле 1938 го­да Та­ка­та бы­ла по­свя­ще­на в Мас­те­ра Рэй­ки и ста­ла од­ним из не­мно­гих Мас­те­ров, под­го­тов­лен­ных Чуд­жи­ро Хая­ши. Она про­дол­жа­ла жить и ра­бо­тать на Га­вай­ях, а Учи­тель вер­нул­ся в Япо­нию.

Од­на­ж­ды но­чью Га­вайо Та­ка­та уви­де­ла не­обыч­ный сон. Там все бы­ло очень жи­во и яс­но, как на­яву. К ней по­до­шел Учи­тель Хая­ши, вни­ма­тель­но по­смот­рел на свою уче­ни­цу и по­ма­нил за со­бой, как буд­то хо­тел ска­зать что-то важ­ное, — и тут же бы­ст­ро уда­лил­ся. Та­ка­та про­сну­лась силь­но обес­по­ко­ен­ной: что мог обо­зна­чать столь стран­ный вид Учи­те­ля? Тем бо­лее что он был одет в тор­же­ст­вен­ный бе­лый цвет, цвет трау­ра? Она бы­ст­ро со­бра­лась и прие­ха­ла в Япо­нию.

Ко­гда Та­ка­та при­шла в Рэй­ки-кли­ни­ку, там точ­но та­ким же об­ра­зом со­бра­лись ос­таль­ные уче­ни­ки Хая­ши. Не­ко­то­рые прие­ха­ли из­да­ле­ка. Учи­тель вы­шел к ним и рас­ска­зал, что он спе­ци­аль­но со­брал всех, что­бы сде­лать не­сколь­ко важ­ных рас­по­ря­же­ний.

Ко­гда все бы­ли го­то­вы, Хая­ши по­ве­дал, что ему из­вест­ны не­ко­то­рые со­бы­тия, ожи­даю­щие стра­ну в ско­ром вре­ме­ни. В ча­ст­но­сти, Япо­нии пред­сто­ит страш­ная раз­ру­ши­тель­ная вой­на, ко­то­рую нель­зя пре­дот­вра­тить, и по­это­му мно­гое вско­ре долж­но из­ме­нить­ся. Бу­ду­чи во­ен­ным офи­це­ром, он не мо­жет от­ка­зать­ся от уча­стия в этой вой­не. Но, с дру­гой сто­ро­ны, яв­ля­ясь буд­ди­стом, он не мо­жет при­ни­мать в ней уча­стие. По­это­му он ре­шил про­стить­ся с уче­ни­ка­ми и ос­та­вить свое те­ло. Так­же Хая­ши объ­яс­нил, что в этой вой­не, ско­рее все­го, бу­дет труд­но со­хра­нить Сис­те­му Це­ли­тель­ст­ва Усуи: Мас­те­ра Рэй­ки вряд ли бу­дут уби­вать лю­дей. При­хо­дит­ся счи­тать­ся с тем, что Сис­те­ма Усуи мо­жет быть ут­ра­че­на, ведь боль­шин­ст­во Мас­те­ров — во­ен­но­обя­зан­ные муж­чи­ны.

Учи­тель Хая­ши ска­зал, что он на­зна­ча­ет Хра­ни­тель­ни­цей Сис­те­мы Це­ли­тель­ст­ва Усуи свою уче­ни­цу Га­вайо Та­ка­ту, ко­то­рая смо­жет быть Ве­ли­ким Мас­те­ром Рэй­ки по­сле не­го и со­хра­нит уче­ние, ко­гда вой­на за­кон­чит­ся.

По­сле это­го Хая­ши в ме­ди­та­ции ос­та­вил свое те­ло. Он рас­ска­зы­вал, что про­ис­хо­дит с его соз­на­ни­ем и с те­лом до тех пор, по­ка мог го­во­рить. Как он объ­яс­нил, при этом про­изош­ло не­сколь­ко ин­суль­тов. Он умер, но его те­ло ос­та­ва­лось не­тлен­ным дли­тель­ное вре­мя, до са­мо­го мо­мен­та кре­ма­ции. То­гда с раз­ных кон­цов Япо­нии при­шли лю­ди, что­бы про­стить­ся с ним.

Во вре­мя вой­ны и по­сле нее Га­вайо Та­ка­та мно­го ра­бо­та­ла с Рэй­ки, ста­ла еще из­вест­нее. Час­то под ее ру­ка­ми про­ис­хо­ди­ли на­стоя­щие чу­де­са. Про­хо­ди­ли бо­лез­ни, ка­зав­шие­ся не­ис­це­ли­мы­ми, за­жи­ва­ли от­кры­тые ра­ны. Од­на­ж­ды про­изо­шел слу­чай, о ко­то­ром на­до рас­ска­зать от­дель­но. Де­ло в том, что Та­ка­ту вы­зва­ли к боль­ной в от­да­лен­ный рай­он. Но по­ка она до­би­ра­лась, ее па­ци­ент­ка уже скон­ча­лась.

Бы­ло со­всем не­по­нят­но, что де­лать — уже и цве­ты вно­си­ли в дом, уже по­шли за гро­бом, все пла­ка­ли. Та­ка­та по­до­шла к те­лу и, не по­ни­мая, что мож­но пред­при­нять в та­ком слу­чае, ин­туи­тив­но по­ло­жи­ла ру­ки на сол­неч­ное спле­те­ние умер­шей.

По по­яв­ле­нию те­п­ла в ру­ках она по­ня­ла, что энер­гия Рэй­ки дей­ст­ву­ет. Но как? Но — на что?

Та­ка­та про­дол­жа­ла си­деть, де­лая Рэй­ки ру­ка­ми, че­ты­ре ча­са. В тот мо­мент, ко­гда в дом вно­си­ли гроб, ожив­шая па­ци­ент­ка от­кры­ла гла­за и по­про­си­ла лап­ши. Это бы­ло уди­ви­тель­но — при­шлось го­во­рить, что «все уже про­шло»!