Деепричастия как глаголы, от которых они образуются, бывают:
— Пераходныя (переходные) и непераходныя (непереходные). Например: П’ючы халодную гарбату, я ня чую ў ёй смаку (Когда пью холодный чай, я не чувствую его вкуса). Гамонячы, мы не зважалі на час (Разговаривая, мы не обращали внимания на время).
— Зваротныя (возвратные) и незваротныя (невозвратные). Например: Вяртаючыся дадому, патэлефанаваў сяброўцы (Возвращаясь домой, позвонил подружке). Прылёгшы, бацька заснуў (Прилёгши, отец заснул).
— Имеют закончанае (совершенный вид) и незакончанае трываньне (несовершенный вид). Например: Напісаўшы ліст, я нясу яго на пошту (Написав письмо, я несу его на почту). Цешуся, гледзячы на маладых (Радуюсь, смотря на молодых).
Образование деепричастий.
Деепричастия несовершенного вида:
1) утвараюцца ад дзеясловаў 3-яй асобы мн. л. (образуются от глаголов 3-го лица мн. числа):
І спражэньне— купляюць, плывуць, будуюць, едуць,
ІІ спражэньне— сядзяць, ходзяць, робяць, ляжаць;
2) незакончанага трываньня (несовершенного вида):
І спражэньне— купляючы, плывучы, будуючы, едучы,
ІІ спражэньне — седзячы, ходзячы, робячы, лежачы.
Деепричастия совершенного вида:
1) твараюцца ад дзеясловаў прошлага часу адз. л.(образуются от глаголов прошедшего времени ед. числа):
купіў, плыў, будаваў, ехаў, сядзеў, хадзіў, рабіў, ляжаў
2) закончанага трываньня (совершенного вида):
купіўшы, адплыўшы, пабудаваўшы, ад’ехаўшы, пасядзеўшы, зрабіўшы, паляжаўшы.
Предлог.
Прыназоўнік (предлог) — служебная неизменяемая часть речи. Уточняет значение косвенных падежей и выражает отношения между существительным (местоимением, числительным) и другими словами в предложении или словосочетании: паклаў на стол (положил на стол), прыйду да цябе (приду к тебе).
Предлоги бывают:
— простыя (простые) ад, аб, пад, над, перад, прад, з, за, без: адыйшоў ад навукi (отошёл от науки), пад стольлю (под потолком);
— складаныя (сложные) накшталт, замест, звыш, усьлед, насустрач, упоперак, наконт: папытаюся наконт кватэры (узнаю насчёт квартиры).
Предлог связывает самостоятельные части и вместе с ними имеет разные значения (времени, места, способа действия). Предлог управляет падежом слова, перед которым стоит. Согласование предлога с тем или иным падежом часто бывает обусловлено чисто стилистически. Можно сказать паедзем па абедзе (поедем после обеда), а можно — паедзем пасьля абеду (поедем после обеда).
Предлоги пра, праз, на, у употребляются обычно с винительным и предложным падежами: чытаю пра падзеі за мяжой, едзем праз Польшчу, адзежа на сьвята, прыйду ў сераду, сьнег на страсе, дзяўчына ў хустцы.
Некоторые предлоги употребляются с несколькими падежами.
Выйшаў з дому (Р.) — вышел из дома.
Быў тут з тыдзень (В.) — был здесь около недели.
Спаткаўся зь сябрамi (Т.) — встретился с друзьями.
Следует отличать существительные с предлогами от похожих по звучанию наречий.
Прачытаю сьпіс з пачатку.
Спачатку прачытаю сьпіс, а потым удакладню.
У ночы зімовыя бывае холадна.
Я прыехаў уночы.
Ад’яжджалі ў восень халодную.
Увосень і верабей багаты.
У дзень летні хораша ў лесе.
Удзень было горача.
Прочту список с начала.
Сначала прочитаю список, а потом уточню.
В ночи зимние бывает холодно.
Я приехал ночью.
Отъезжали холодной осенью.
Осенью и воробей богат.
Летним днём хорошо в лесу.
Днём было жарко.
В белорусском языке употребление предлогов отличается от русского.
1) Обратите внимание на различие отношений между предметами, когда эти отношения выражаются предлогами за, проці, на, да, з, у:
— паедзем на госьці (поедем в гости),
— паедзем у грыбы, у ягады (поедем по грибы, по ягоды),
— маці сумуе па дзіцяці (мать грустит о ребенке),
— заедзем па сястру (заедем за сестрой),
— сьмяюся зь цябе (смеюсь над тобой),
— ажаніўся зь ёю (женился на ней),
— дзівімся з гэтага (удивляемся этому),
— кпяць зь яго (подтрунивают над ним),
— экзамэн з гісторыі (экзамен по истории),
— разумнейшы за ўсіх (умнее всех),
— лічу за свой абавязак (считаю своим долгом),
— маю яго за роднага брата (он мне как родной брат),
— Мікіту ўважаюць за галоўнага (Никиту признают главным),
— проці яго я нішто (по сравнению с ним я ничто),
— раз на тыдзень (раз в неделю),
— вучыцца на ўнівэрсытэце (учится в университете) НО! вучыцца ў школе (учится в школе),
— скрынка на лісты (ящик для писем),
— вада на ўмываньне (вода для мытья),
— сшытак на арыфмэтыку (тетрадь по арифметике),
— ланцужок да гадзіньніка (цепочка к часам),
— хустачка да носу (носовой платок),
— запрашаем да пакупкі (приглашаем за покупкой),
— адзежа на сьвята (праздничная одежда).
2) Предлог за всегда уместен с глаголами мець, быць, стаць, уважаць, выбіраць.
3) В отличие от русского, в белорусском языке есть много оборотов с предлогом на:
— бачыў на свае вочы (видел своими глазами),
— слабы на вочы (слаб глазами),
— багаты на латы, а не на шаты (богат заплатами, а не нарядами),
— наша мова багата на словы й на звароты (наш язык богат словами и оборотами).
В сочетании с предлогом на слово двор в предложном падеже имеет окончание:
— -ы, если имеется в виду двор как место, участок, площадка: Легкавік стаіць на двары (Легковая машина стоит на дворе);
— -э, если двор — наружная среда: Дзеці гуляюць на дварэ (Дети играют на дворе).
Вообще, в белорусском языке в смысле "площадка" более естественно употребление слова надворак, т. к. двор издревле имет другое значение — господский дом, усадьба.
Союз.
Злучнік (союз) — служебная часть речи, соединяет части сложного предложения или самостоятельные предложения и показывает отношения между ними: У дарозе добра думаецца, таму я й люблю дарогу (В дороге хорошо думается, потому я и люблю дорогу).
Союзы делятся на:
— простыя (простые): i, а, але, бо, ды, каб, нi, цi, калі, дзе, як;
— складаныя (составные): таму што, для таго каб, пасьля таго як, з прычыны таго што.
Функционально союзы делятся на:
— злучальныя (сочинительные): i, ды, дый, нi…нi, як…так і, таксама, а, але, затое, але i, або, аднак жа и др. — используются для построения сложных предложений, в которых части являются самостоятельными и равноправными;
— падпарадкавальныя (подчинительные): што, калi, каб, дзе, таму як, быццам, таму што, ледзь, чуць, толькі, чым, раз, з тым каб, з прычыны таго што и др. — используются для построения сложных предложений, в которых одна часть предложения подчинена другой.
Лексика белорусского языка.
В белорусском языке сохранилось множество архаичных древнеславянских слов (вёска, вавёрка, вепрук, жыхар, пярун..).
Имеются слова, общие с западнославянскими языками (зычыць, пуга, агіда, гузік, карак, шлюб, брама, кахаць, трымаць, качка, паркан, цікавы, суніцы, цнота, тлум и др.), а также пришедшие через польское посредство заимствования из латинского (колер, густ, імпэт, аркуш, келіх, кварта, мэта, аматар, папера, адукацыя, лямант, кляштар, алей, кошт, верш, сэнс, цэгла, палац, фэст, воцат) и немецкого языков (фарба, бавоўна, варты, ганак, дах, ланцуг, гатунак, друк, жарт, рахунак, ліхтар, кшталт, нырка, гандаль, шкода, вага, хваля, скарга, шпак, грубка).
В целом же для этого языка характерна общая с русским, украинским и русинским общая восточнославянская языковая база.
Номинативные ряды отглагольных личных субстантивов в русском и белорусском языках.
В описании номинативной системы языка важно исследование связей между номинативными единицами разной структуры. Основной номинативной единицей является слово. "Полнозначное слово - всегда название (предмета, признака, действия и т. д.), т. е. всегда номема. Но номема не всегда слово. В языке нет однозначного соответствия между значением и способом его выражения. Процесс словообразования (образования слов) является лишь частью процесса образования производных номинаций, которые бывают не только однословными".
Эти факты наиболее полно выявляются при сопоставлении разных языков, даже близкородственных. Наблюдения над текстами русского и белорусского языков указывают на такую тенденцию, как стремление к смысловой ёмкости, за счёт конденсации словосочетаний в слово. О номинативности словосочетаний, сближающей их со словом, свидетельствует их синонимика, выступление в роли "лексических эквивалентов" слова. Тенденция к конденсации словосочетаний в слово имеет ряд ограничений. Отдельное слово может отсутствовать по морфонологическим причинам. Кроме того, словосочетание способно передать и такие нюансы значений, которые недоступны слову. Особенности морфемной структуры исходного слова, способного стать производящим, могут привести к тому, что требуемое производное значение выражается лишь путём словосочетания. В результате этого могут возникнуть различия в структуре "эквивалентных" производных в разных, даже близкородственных языках.
Это утверждение подтверждается при выявлении сходств и различий отглагольных наименований лица в русском и белорусском языках. Наблюдения проводились нами с учётом морфемного строения сопоставляемых слови возможности корреляции слова с синонимичным словосочетанием. Полученные данные могут быть использованы для более содержательного изложения этих явлений в сопоставительной грамматике.
Наименование лица всегда бинарно, так как мотивирующий название признак сочетается с классифицирующим понятием лица. При образовании производных этой группы возможны два основных пути: 1) присоединение к производящему слову самой лексемы со значением лица (человека) или 2) образование аффиксного эквивалента такого сочетания слов, которое мы получаем в первом случае. В результате выделяются три подмножества номинаций лица: 1) деривационные сочетания, соотносительные с существительным; 2) деривационные сочетания, не имеющие соотносительных существительных; 3) существительные, не имеющие соотносительных деривационных сочетаний. Слова и словосочетания допускают синонимическую замену одних другими параллельное употребление.
За исходный при сопоставлении языков нами берётся русский. обращал внимание на важность и необходимость изучения изменений, которым подвергается русский язык в иноязычной среде. Поэтому было важно установить, относится ли это к русскому языку, функционирующему в условиях самого "родного" билингвизма.
Системы суффиксального образования наименований лиц по действию в русском и белорусском языках в основе своей совпадают. В однословных номемах основное различие сводится к несовпадению суффиксов в производных, образованных от одной и той же основы. Но более характерно сходство.
Самую многочисленную группу наименований лиц по действию составляют слова, которые в одинаковой мере могут считаться как русскими, так и белорусскими, так как восходят к периоду общевосточнославянской общности: вершитель - вяршыцель; мучитель - мучыцель; душитель - душыцель и др.
Большую группу в белорусском языке составляют неполные кальки, образованные из русских и белорусских структурных элементов (белорусский корень и русский аффикс или русский корень и белорусский аффикс): воспитатель - выхавацель; шутник - жартаўнiк; освободитель - вызвалiцель; мститель - мсцiвец и др.
При классификации материалов нашей картотеки мы заметили, что самую характерную, однако, группу составляют субстантивы, различающиеся всем набором морфем - корневых и аффиксальных, хотя они полностью относятся к восточно - или общеславянскому фонду: метатель - кiдальнiк; зритель - глядач; защитник - абаронца, испытатель - выпрабавальнiк и др.
Однако, нет доказательств для утверждения, что во всех таких случаях белорусский язык представлен кальками с русского языка. Более оправдано объяснить эти различия, как независимый результат развития в каждом их языков общей древневосточнославянской лексики.
Как показывают факты, между аффиксами, с помощью которых реализуется заимствованная внутренняя форма белорусских слов, и аффиксами соответствующих русских слов существует определённая связь. Русским суффиксам соответствуют определённые белорусские суффиксы, совпадая с ними по значению, и отличаясь по форме. Так, суффикс - тель используется в русском языке для образования существительных мужского рода, обозначающих лиц, выполняющих какие-нибудь действия, занимающихся какой-либо деятельностью.
Аналогично в белорусском языке. Например: губитель - згубiцель; воспитатель - выхавацель; исцелитель - збавiцель и др.
Однако, русский суффикс - тель соотносится и с белорусским -(а)льнiк (обследователь - абследавальнiк), - нiк, - оўнiк (просветитель - асветнiк, последователь - паслядоўнiк), - чык (исследователь - даследчык) - ца, - аваўца (обвинитель - абвiнаваўца, исполнитель - выканаўца), - ач (зритель - глядач) и др. Суффикс -нiк в белорусском языке употребляется для наименования лиц по роду их деятельности или склонности к чему-нибудь. Это говорит о семантической близости суффиксов - тель и - нiк.
Суффиксу русского языка - ник в белорусских номинациях лица по действию соответствуют суффиксы - нiк, - ар: избранник - выбраннiк, изгнанник - выгнаннiк, сплетник - пляткар и др.
В белорусском языке образование лиц по действию с помощью суффикса - шчык (-чык) аналогично русскому, хотя в отдельных случаях в этой позиции появляются суффиксы - эц, - цель: обидчик - крыўдзiцель; курильщик - курэц и др. Таким образом, кроме некоторых закономерностей русско-белорусских соответствий по суффиксам в целом отношения между ними очень сложны и их трудно систематизировать. При сопоставлении номинаций лица по действию в русском и белорусском языках отмечаются случаи, когда двум субстантивам в русском языке соответствует один в белорусском: притеснитель, угнетатель - прыгнятальнiк; клеветник, кляузник - паклёпнiк; обличитель, разоблачитель - выкрывальнiк и др. В таких случаях белорусская номинация по отношению к русской является двузначной. Более характерно, однако, противоположное отношение - одной русской номинации соответствует синонимический ряд белорусских: болтун - балбатун, лапатун; баловник - балаўнiк, дураслiвец, свавольнiк; мошенник - махляр, круцель, ашуканец и др.
На формирование белорусского языка большое влияние оказала народная лексика; белорусский литературный язык создавался в основном в послеоктябрьский период. Именно этим мы объясняем такое богатство синонимических рядов в белорусском языке. Характерны случаи, когда одной русской номинации соответствуют 2-3 словообразовательных варианта в белорусском языке: покупатель - пакупнiк, пакупец, пакупшчык; изгнанник - выгнаннiк, выгнанец; странник - вандровец, вандроўнiк и др.
В лексической системе белорусского языка рассматриваемые парплели неравноправны. Образования с суффиксом - нiк являются основными в отношении к своим вариантам. В стилистическом плане слова пакупнiк, выгнаннiк, вандроўнiк выступают как литературная норма, а их варианты даются с пометой "разговорное". Данные примеры показывают, хотя это лишь предварительный вывод, что в белорусском языке система аффиксации не столь устойчива, как в русском.
Если аффиксация всё же исследована в обоих языках достаточно углублённо, то этого нельзя сказать о словообразовательной недостаточности. В словарях русского и белорусского языков мы находим глаголы, от которых нельзя образовать субстантив, и для наименования лиц по действию от этих глаголов мы можем использовать только деривационные сочетания. Русскому отдельному слову может соответствовать сочетание в белорусском: дерзить - гаварыць дзёрзкасцi. Тот, кто дерзит - той, хто гаворыць дзёрзкасцi; впечатлять - рабiць уражанне. Тот, кто впечатляет - той, хто робiць уражанне.
В данных случаях мы имеем структурное несовпадение двух языков в самих производящих номинациях. Сочетания с "тот, кто" как семантический способ номинации в русском и белорусском языках различаются. В русском языке схеме "тот, кто" + глагол в белорусском языке соответствует "той, хто" + глагольное сочетание.
Сопоставив особенности номинаций лиц по действию в русском и белорусском языках, мы приходим к следующим выводам:
1. Словообразовательная структура наименований лиц по действию в русском и белорусском языке в основе своей совпадает.
2. По данным словарей, для белорусского языка более характерна синонимия в образовании номинации лица по сравнению с русским языком.
3. В белорусском языке отмечается вариантность в использовании суффиксов для образования наименований лиц по действию, которая менее заметна в русском языке.
4. Для русского и белорусского языков характерно структурное несовпадение в случаях, когда русскому глаголу соответствует сочетание слов в белорусском; при отсутствии цельнооформленных производных субстантивов возникает структурное различие и в субстантивных сочетаниях.
5. Отмечаются различия в продуктивности суффиксов и других аффиксов при образовании наименований лиц по действию. Так, для русского языка более характерен суффикс - тель, приставка - из, а для белорусского - суффикс - нiк, приставка - вы. Однако это не типологические различия.
Сравнительный анализа описательных предикатов в русском и белорусском языках
По данным , описательные предикаты (ОП) как особый тип синтаксической конструкции присутствуют во многих, если не во всех языках мира, таким образом, они фактически имеют статус лингвистической универсалии. Белорусский и русский языки, имея общее происхождение, на протяжении многих столетий развивались в тесном взаимодействии, потому в языках присутствуют общие черты на всех уровнях, в том числе и на синтаксическом. Описательные предикаты в названных языках имеют как сходства, так и различия.
1. На уровне составных частей (глагола-экспликатора и именной части) описательные предикаты в русском и белорусском языках образуются сочетанием определенной группы глаголов и широкого набора существительных (а также некоторых прилагательных): выразить удовольствие – выразіць задавальненне, происходит распад – адбываецца распад. Однако в белорусском языке некоторые экспликаторы, широко используемые в русском, употребляются в весьма ограниченном количестве. Это, прежде всего, глаголы, которые наиболее десемантизируются в составе описательных предикатов: производить, подвергать, совершать и др. Так, глагол подвергать в белорусском языке имеет соответствие падвяргаць, но обычно русские описательные предикаты, имеющие в составе глагол подвергать, соотносятся лишь с глаголом, который имеет тождественное сочетанию значение: подвергать пытке – катаваць, подвергать критике – крытыкаваць. Иногда описательные предикаты в русском языке соотносятся с белорусскими описательными предикатами, имеющими близкую, но не тождественную семантику, и их обычно несколько: производить ремонт – выконваць (рабіць) рамонт, производить переполох – выклікаць (рабіць) перапалох. Однозначного соответствия глаголу производить в белорусском языке нет.
2. На уровне предложения в белорусском языке более распространены описательные предикаты предикативного типа (по классификации – ОП-2), где именная часть описательного предиката на формальном уровне занимает позицию подлежащего: У гэты час адбываецца змена дыпламатычнай тэрміналогіі. Такие ОП чаще выражают значение состояния: охватила радость – ахапіла радасць. В русском же языке такое же широкое распространение имеют и ОП-1, в которых существительное выступает в роли дополнения: производить нагревание, впасть в отчаяние. Заметим, что в обоих языках по модели ОП-2 образуются сочетания, сходные по строению с описательными предикатами, но не имеющие однословного коррелята: Произошло короткое замыкание – Адбылося кароткае замыканне. В таких предложениях часто отсутствует логический субъект.
3. На уровне текста существуют некоторые ограничения на использование ОП в белорусском языке. Так, в научных текстах и официальной документации описательные предикаты имеют широкое распространение, но в литературных произведениях и разговорной речи они употребляются в ограниченном количестве, язык избегает усложнения конструкции предложения. Так, в русской литературной речи употребительно выражение задать вопрос, в белорусском же языке описательный предикат задаць пытанне имеет стилистическую окраску и в литературном тексте скорее будет употребляться однословный эквивалент спытаць, то есть спросить. В то же время ОП с эмоциональной коннотацией (изобразительные ОП) употребляются широко: сунуць ногі (тащить ноги, идти), сыпаць праклёны (сыпать проклятия, проклинать).
Исходя из вышеизложенного можно сделать вывод, что описательные предикаты как особая синтаксическая конструкция в белорусском языке распространены несколько меньше, чем в русском. Объяснить это можно более поздним развитием белорусского литературного языка – этот процесс происходил в конце XIX – начале XX века, современный русский литературный язык на то время уже был достаточно развит. Однако научный и официально-деловой стили в белорусском языке имеют более глубокую письменную традицию (как известно, вся документация в Великом княжестве Литовском велась на старобелорусском языке), видимо, поэтому в текстах этих стилей описательные предикаты употребляются достаточно широко.
Звательный падеж в белорусском языке и аналоги в русском. //Клічны склон у беларускай мове ці анялогі ў рускай.//
Согласно классической традиции я рассматриваю звательную форму как полноценный падеж, а не какую-то особенную форму глагола или отглагольного существительного, в "звательной форме", как это подается в наркомовских учебниках и энциклопедиях.
Звательная форма - это отдельная падежная форма существительного, которая сохранилась в современном белорусском языке и употребляется для выражения обращения к личности. В восточнославянских языках она постепенно вытеснилась именительным падежом. В русском литературном языке звательная форма почти не сохранилась, и только в отдельных диалектах встречаются формы вроде «Ванько, папо, старче» либо соответствующие энклитические обращения вроде «мам, Мань, пап». Что касательно белорусского и украинского языков, то эта форма встречается не только в диалектах, но и в литературных произведениях. Например: "Гэй, гэй, хлебаробе мазольны, пан сошкі, і коскі, і поля!" (Янка Купала); "Лепш змагацца вольным, браце, чым цярпець і гнуцца" (Якуб Колас). И аналогичные примеры из украинского языка: "Яка ж ти красна, яка велична, земле моя!" (А. Даўжэнка); "Учителю, стою перед тобою малий, вчарований до німоти" (Дз. Паўлычка).
Из других славянских языков звательная форма сохранилась в польском (panie, boz*e, chlopcze, czlowiecze, sasiedzie, gosciu, matko, glowo, ziemio), чешском (pane, kluku, hrade, kvitku, muz^i, chlapc^e, z^eno), сэрба-лужыцкай (knjez*e, holc^e, dubo, kluc^o), болгарском (докторе, професоре, сестрице, гражданино, Иване, соколе, брате, народе, вълко, бабо, мамо, приятелю, коню), сербохорватском (народе, жено, судиоэ) и других языках.
В современном белорусском языке в звательной форме преимущественно выступают собственные и общие лицевые существительные мужского рода, реже существительные, которые обозначают других существ - животных, птиц, насекомых, пресмыкающихся (часто в фигуральном смысле), а также неодушевленные существительные в своем непосредственном значении либо когда они употребленные в значении одушевленных. Например: "Мой дружище, Чэсю, верный дружище мой" (А. Зарыцкі); "А скажи мне, деду любимый, почему да на сьвеце стала, что одним дается мало, а второму - вплоть до губы?" (Якуб Колас); "Сьмялей, беларусе-пахарь! Сьмялей поднимай к солнцу глаза" (Янка Купала); "Попался, жучку, в барскую ручку" (Кондратий Крапива); "Гаю, мой, залечиваю, залечиваю зеленый, что же ты не йграеш?" (К. Буйло).
В зависимости от характера основы существительных звательная форма может оканчиваться на разные гласные. При основе на твердые согласные либо на ў неслоговое звательная форма оканчивается обычно на - у (-ю) либо - е с чередованием соответствующих твердых и мягких концевых согласных основы (деду, саколю или саколе, Иване, Игнатии, Вацлаве, сын, брат, барин, голубе, громе, лесе), при основах на отверделые и заднеязычные - гласными - у, - а, либо - о, нередко с чередованием согласных в основе (гаспадару, званару, грабару, ветру, вужу, чытальніку, сынку, каханку, жучку, хлопчыку, чалавеча, бядача, казача, малойча, украінча, хлопча ці хлапчо, Пятро (хозяин, звонарь, землекоп, ветер, уж, чтец, сынок, любимый, жучок, мальчик, человек, бедняк, казак, малой, украинец, парень, Петр), при основе на мягкие согласные и j [и] краткое - гласными - ю, - е (Чэсю, Ясю, Мікалаю і Мікалае, дабрадзею, коню, гаю, краю, вынятак: князь — княжа (Чеся, Яся, Николай и Микола, благодетель, конь, сторона, исключение: князь - княже)). Например: "Узьнімайся, народзе мой, на вялікую расплату!" (Янка Купала); "Эх, лес цёмнакудры, мілы мой лесе, удумныя дрэвы, зялёныя шаты, мой брат ты!" (Якуб Колас); "На твой зоў магутны цеснай грамадою хутка ўсе зьбяруцца... Не прасьпі, званару!" (Цішка Гартны); "Зайграй, зайграй, хлопча малы, і ў скрыпачкі, і ў цымбалі" (Паўлюк Багрым); "Ты ляці, ляці, саколе, здабываць радзіме волю, у бой ляці, казача" (К. Буйло); "Ясю мой, з вайны вяртацца час" (А. Зарыцкі).
В определенных беларуских наречиях, преимущественно юго-западного языкового ареала, отмечаются случаи существования звательной формы при выражении обращения в существительных женского рода и общего рода на - а, - я. Например: «мамо, Сашо, Марыно, Манё» (во всех причисляемых случаях с ударением на первый слог).
В языке произведений художественной литературы звательная форма используется обычно с целью стилизации и отыгрывает языково-изобразительную роль.
Как уже было сказано выше в русском языке звательного падежа нет, и он замещается именительным. При этом особенная звательная форма утрачивается и о том, что в данном случае существительное используется как обращение, можно понять только из контекста.
Анализ русской фонетики, морфологии, лексики.
Грамматический строй русского языка.
I. Фонетика и фонология.
Гласные.
Вокализм литературного русского языка представлен треугольной системой с пятью или шестью гласными фонемами. Гласные различаются по степени подъёма языка и по ряду (сопряжённому с наличием или отсутствием лабиализации): передний ряд смешанный ряд задний ряд
верхний подъем i ɨ u
средний подъем e (ə) o
нижний подъем a
В безударных слогах русские гласные подвергаются редукции, которая вместе с влиянием окружающих согласных приводит к появлению аллофонов.
[i] и [ɨ] (/и/ и /ы/)
[i] и [ɨ] являются гласными верхнего подъёма переднего и среднего ряда соответственно.
Обозначаются обычно буквами и и ы; в безударной позиции также буквами е, я, а и э, е соответственно.
Вопрос, являются ли гласные [i] и [ɨ] одной или двумя фонемами, в настоящее время представляет собой предмет дискуссий. Московская фонологическая школа считает их одной фонемой, петербургская — двумя. Фонема [i] встречается только после мягких согласных и гласных, [ɨ] — после твёрдых. В абсолютном начале слова как правило представлена только [i], но есть несколько слов с начальным ударным [ɨ]: ы (название буквы и название «операции Ы»), ыкать и много географических названий и имен собственных: Ыйван, Ыйбён, Ытык-Кюёль, Ыльчи Мундок и другие. В начале слова не под ударением [i] и [ɨ] не различаются: иммигрант и эмигрант. Кроме того, носители русского языка ощущают ы скорее как отдельную фонему и могут произнести её изолированно.
Существуют следующие аллофоны:
[i] ([и]) — основной аллофон /и/, представлен под ударением и перед мягкими согласными.
[ɪ] ([ие] и [ь]) — аллофон /и/ в безударном положении не перед мягкими согласными: пятак [pʲɪ´tak]. В кириллической транскрипции [ие] используется в первом предударном слоге и в абсолютном начале слова, а [ь] в остальных безударных слогах.
Ноль звука или шёпотный характер — допустимо в безударных слогах (в го́сти).
[ɨ] ([ы]) — основной аллофон /ы/.
упередняется между переднеязычными или велярными согласными — [ɨ̟]: тыкать [´t ɨ̟kətʲ].
отодвигается назад и слегка дифтонгизируется после сочетаний губных согласных с [ɫ]: плыть [pɫш,ɨ̟tʲ].
[ə] ([ъ]) — аллофон /ы/ в безударном положении (ср. дорогой и дырокол).
[ᵻ] (или [ɨ ̞]) ([ыэ]) — возможный аллофон /ы/ в безударном положении: цена [ʦi´na], дышать [dɨ̞´ʂatʲ].
После /ц/ может звучать ещё более открытый аллофон [ɘ]: на танце/на танцы [nɐ'tantsɘ].
[a] (/а/)
Фонема /а/ является гласным среднего ряда нижнего подъёма.
Обозначается обычно буквами а и я; в безударной позиции также буквами о, реже э, е.
Основные аллофоны:
[a] ([а]) — основной аллофон, представлен после твёрдых согласных: пат [pat]
[æ] ([ä]) — после мягких согласных под ударением: пять [pʲætʲ]
[ɐ] ([ʌ]) — в безударном предударном слоге: оловя´нный [əɫɐ'vʲæn:ə] (в начале слога и после велярных согласных допустимы различные аллофоны)
[ə] ([ъ]) — в прочих безударных слогах после твёрдых согласных: мигом ['migəm]; после мягких может произноситься только в конце слова в грамматических окончаниях: дача ['daʨə] (но да́чи ['daʨɪ]). В некоторых междометиях оказывается под ударением: что́б тебя! ['ʂtəptʲɪbʲɪ].
Ноль звука или шёпотный характер — допустимо в безударных слогах (дерется, костяной, потому).
[ɑ̟] — после твёрдых согласных перед [ɫ]: палка ['pɑɫkə]
Согласно современной норме, после ж и ш как под ударением, так и без ударения произносятся аллофоны [a]: шары [ʂɐ.'rɨ], жара [ʐɐ.'ra]. Однако ещё в XX веке нормой было произношение в безударной позиции аллофонов фонемы [ɨ], что сейчас эпизодически сохраняется в словах жалеть [ʐɨˈlʲetʲ], к сожалению [ksə.ʐɨ.ˈlʲe. nʲɪ.jу] (последний слог может варьироваться) и косвенных падежах слова лошадь, например, лошадей [ɫə.ʂɨ.´dʲej].
[e] (/э/)
Фонема /э/ является гласным переднего ряда среднего подъёма.
Обозначается обычно буквами е и э; в безударной позиции практически не встречается.
Аллофон, наиболее близкий к [e] произносится между мягкими согласными: петь [pʲetʲ].
Аллофон, наиболее близкий к [ɛ] произносится в начале слова перед твёрдыми согласными: этот ['ɛtət].
[o] (/о/)
Фонема /о/ является гласным заднего ряда среднего подъёма.
Обозначается обычно буквами о и ё; в безударной позиции может встречаться только в неосвоенных заимствованиях, чаще всего — в заударных или после гласной в конце слова: радио ['ra. dʲɪo], вето ['vʲe. to], кредо ['krɛ.do] (также ['krɛ.də]).
Между мягкими согласными произносится аллофон, несколько продвинутый вперёд (огубленный шва): тётя [´tʲɵ̞.tʲə].
[u] (/у/)
Фонема /у/ является гласным заднего ряда верхнего подъёма.
Обозначается обычно буквами у и ю.
Между мягкими согласными произносится аллофон, несколько продвинутый вперёд: ютиться [jу´tʲiʦə].
В безударном положении произносится аллофон, близкий к [ʊ]: сухой [sʊ.´xo̞j], мужчина [mʊ.´ɕ:i. nə].
Влияние гласных на согласные
Гласные влияют на предшествующий согласный. Так, перед [o] и [u] согласные огубляются: мог [mʷok]. Эти же гласные и [ɨ] вызывают некоторую веляризацию: ты [tˠɨ].
Редукция гласных
Как видно из изложенного выше, в безударном положении одни гласные ослабляются, а другие чередуются с другими фонемами. В частности для литературного языка характерны аканье, иканье и ыканье.
Первое заключается в том, что морфонема |o| представлена фонемой /о/ под ударением и фонемой /а/ не под ударением.
Для второго характерно совпадение в одной фонеме безударных морфонем |i|, |e|, |a| и |o| после мягких согласных.
При ыканьи в одной фонеме совпадают безударные морфонемы |ɨ|, |e|, а после ж, ш, ц и |o|.
Так как русская орфография является этимологической, редукция безударных гласных в ней не отображается.
Сочетания гласных
В русском языке допустимы сочетания почти всех гласных: прообраз, воображать, муар, клеить, струи, бои.
Согласные
Согласные в русском языке делятся на две большие группы: сонанты (сонорные) и шумные. Каждая из них подразделяется на несколько более мелких подгрупп, сформированных по общему признаку.
Так, например, шумные согласные подразделяются на:
1. Губные согласные
Взрывные согласные представлены только губно-губными:
[p] (/п/) — орфографически п, б: паб [pab]
[pʲ] (/п’/) — орфографически п: пила [pʲɪ'la]
[b] (/б/) — орфографически б, п: поп-группа [pob'grupə]
[bʲ] (/б’/) — орфографически б: бил [bʲil]
Фрикативные согласные представлены только губно-зубными:
[f] (/ф/) — орфографически ф, в: фивский [fʲifskɪj]
[fʲ] (/ф’/) — орфографически ф, в: Федя ['fʲedʲɪ], все [fʲsʲe] (допустимо [fsʲe])
[v] (/в/) — орфографически в, ф: Вовка /'vofkə/
[vʲ] (/в’/) — орфографически в: век /vʲek/
2. Переднеязычные согласные
Взрывные согласные
Твёрдые согласные — зубные, апикальные.
[t] (/т/) — орфографически т, д: Тэд [tɐt], подходит /pət'xodʲɪt/.
[d] (/д/) — орфографически д, т: Дутбаев [dʊdbajɪf]
Мягкие согласные — альвеолярные, ламинальные. Произносятся с некоторым трением языка, приближаясь к свистящим аффрикатам и фактически составляя мягкие пары для твердых свистящих аффрикат (/ʦ/, [dz]). Только перед гоморганными смычными (когда смычка не разрывается) они не имеют фрикативного отступа: брать там.
/tʲ/ (/т’/) — орфографически т, д: тётя [tʲotʲɪ]
/dʲ/ (/д’/) — орфографически д, т: дядька [dʲætʲkə]
Аффрикаты
Русские аффрикаты являются двухфокусными и круглощелевыми.
/ʦ/ (/ц/) — альвеолярная, апикальная, свистящая; орфографически ц, тс, тьс: целоваться [ʦəɫɐ'vaʦə]
Звонкий аллофон [ʣ] ([дз]) представлен перед звонкими шумными; орфографически ц: спецгруппа [spʲɪʣ'grupə]. В словах типа дзэн, дзюдо представлены двухфонемные сочетания [d]+[z]. Открытым остаётся вопрос о том, какие фонемы представлены в китайских словах на месте твёрдого и мягкого цз: Мао Цзэдун, Цзюлун.
[ʨ] (/ч’/) — какуминальная, ламинальная, шипящая; орфографически ч: час [ʨas]
Твёрдый аллофон [tʂ] представлен в слове лучше ['ɫutʂʂə].
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 |
