Стенограмма (стр. 3 )

Таким образом, мы имеем эту норму в качестве декларативной. Мы имеем норму, которая реально работать не будет, поэтому она препятствием для проведения выборов не является.

Я на первый вопрос отвечаю. Если мы сейчас его не примем, значит, мы начнем работать реально в согласительной комиссии в середине января, следовательно, согласительная комиссия закончит свою работу тоже, если за месяц, то очень хорошо. Реально мы получаем февраль–март. В этом случае, как нам представляется, те, кто готовится к выборам, кто собирается участвовать в выборах в Государственную Думу, фактически 3–4 месяца не будут иметь реальных ориентиров, на которые они должны опираться, формируя свою подготовительную работу.

Спасибо.

Председательствующий. Петр Станиславович, пожалуйста, Ваш вопрос.

У меня выступление.

Председательствующий. Борис Никитович, пожалуйста.

Юрий Афанасьевич, 6 миллионов фонд, какова теория этого вопроса, не многовато ли это? Дело в том, что залог, очевидно, будет выше и цены на услуги СМИ возрастут и так далее. Там много производных вопросов от этой суммы, от 6 миллионов. Какова теория, из чего исходили, когда устанавливали?

Я думаю, что на этот вопрос по цифрам сможет ответить Александр Альбертович, а я могу сказать, что мы исходили из следующего. Когда увеличивается объем средств, легально вводимых в оборот во время выборов и подготовки к выборам, тогда уменьшается возможность именно для нелегального внесения этих средств, следовательно, людям, которые баллотируются в депутаты, дается возможность агитировать на законном основании. Смогут они собрать эти деньги или не смогут – вопрос другой, но и публикации в газетах, и ролики на телевидении, которые являются достаточно дорогим удовольствием, могут теперь оплачиваться за счет действительного фонда каждого из кандидатов. Мы считаем это положительным фактором.

Что касается выведения цифры, я прошу Александра Альбертовича здесь помочь.

Председательствует Председатель Совета Федерации

Председательствующий. Александр Альбертович, пожалуйста, если у Вас есть информация.

Спасибо, Сергей Михайлович, уважаемые члены Совета Федерации.

Да, рассматривалось несколько различных вариантов установления предельной величины средств, которые можно тратить на избирательную кампанию. Было предложение одно радикальное вообще снять пределы ограничений, сколько потратит (только чтобы это было все легально и показано), столько пусть и тратит. Второе – оставить так, как было, а было около 1 млн. рублей, не больше.

В результате всех обсуждений, в том числе нашего анализа, который мы проводили, мы пришли к выводу, о котором сейчас в принципе сказал Юрий Афанасьевич.

Если мы хотим, чтобы были реальные возможности на проведение реального финансирования избирательной кампании, то предел 6 миллионов - это предел, я хочу подчеркнуть, который надо устанавливать этим законом. Больше средств ни в коем случае использовать нельзя. Больше – будет серьезно наказываться по этому закону: вплоть до снятия с регистрации, вплоть до отмены результатов выборов, если победитель будет с нарушением правил финансирования. Но, пожалуйста, если Вам не потребуется 6 миллионов, можете за меньшую сумму провести свою избирательную кампанию.

Но в то же время, когда устанавливается низкий предел, это приводит к тому, что все встают на путь нелегального использования финансовых средств, что очень опасно. В данном случае все ставится людьми, которые нарушают закон. Поэтому после многочисленных обсуждений и голосований была определена именно эта сумма, в данном случае Государственной Думой.

Председательствующий. Владимир Константинович, пожалуйста, Ваш вопрос.

, представитель в Совете Федерации от Московской городской Думы.

Юрий Афанасьевич, у меня вопрос и к Вам, но я был бы очень признателен, если бы господин Вешняков тоже на него ответил. Наверное, это возможно.

Вопрос касается опять тех же самых 7 процентов. Одно дело, когда имеется система двухпартийная, как во многих странах сложилось, тогда действительно мелкие партии могут быть отсечены без особого ущерба для демократического функционирования власти. Но у нас не такая система. У нас сложился сильный центр. Имеется довольно сильная левая оппозиция и не очень сильная правая оппозиция. Переход от 5-процентного к 7-процентному барьеру не нарушит ли вообще баланс сил так, что останется только центр и левая оппозиция, а правая может вообще исчезнуть? Не опасаетесь ли Вы такого развития ситуации? И Ваш ответ на вопрос коллеги Шудегова говорил о том, что можно в любой момент изменить. Если такая ситуация сложится, то ничего изменить уже нельзя будет.

Но если сейчас 7 процентов не поставить впереди, то не к чему будет стремиться, не к чему будет бежать тому, кто хочет попасть в Государственную Думу (будь то партия или избирательное объединение). Это стимул, на наш взгляд. Если стимул не сработает (а целостность избирательной системы и целостность конституционного подхода к формированию высших органов власти Российской Федерации должна соблюдаться по определению), значит, тогда реально встанет вопрос о том, что надо будет эту цифру менять. И я этого совершенно не исключаю. Но, повторяю, в качестве стимула мне она представляется вполне адекватной. У партий просто будет к чему стремиться.

Сергей Михайлович, я был бы очень признателен, если Вы и господину Вешнякову дали возможность ответить.

Председательствующий. Александр Альбертович, пожалуйста.

Я с удовольствием готов ответить на этот вопрос. Не повторяя ту логику, которую привел Юрий Афанасьевич, с которой я согласен, хотел бы обратить внимание уважаемых членов Совета Федерации на следующее. Кроме того, что эта норма отложенного действия будет применяться только на последующих выборах после 2003 года, надо обратить внимание, что она обусловлена двумя условиями.

Условие первое, которое уже есть, уже действует. В любом случае в Государственную Думу должны пройти политические партии и избирательные блоки, за которых в сумме проголосует не менее половины избирателей от принявших участие в голосовании. Это одна из гарантий, чтобы была представительной часть Госдумы, избранная по партийным спискам.

Второе условие, которого пока не было. Оно вводится одновременно с позицией о 7 процентах: что в любом случае в Государственную Думу должно пройти не менее четырех политических партий, избирательных блоков. Это новация, увязанная с введением 7 процентов. То есть в какой-то мере она отвечает на Ваш вопрос, что все основные политические силы, которые пользуются поддержкой в обществе, будут представлены в Государственной Думе при таких гарантиях. Потому что (Вы понимаете) при увязке не менее четырех, может получиться, что три из них набирают кто-то 20, кто-то 30, кто-то, допустим, 25 процентов, а потом четвертая – всего 5,2 процента. Но ее надо будет подтягивать в любом случае при этом условии.

Поэтому на Ваш вопрос, по-моему, есть полный и адекватный ответ в этом подходе, который фиксируется в законе о выборах депутатов Госдумы на перспективу. И в этом отношении, полагаю, что обоснованный.

Председательствующий. Валерий Тотразович, пожалуйста, Ваш вопрос.

Уважаемые коллеги, вопрос к докладчику. Юрий Афанасьевич, трудно согласиться с Вашим ответом, откуда возьмет ВЦИК деньги, это ее дело.

Но вопрос мой заключается вот в чем. Как Вы думаете, при такой завышенной планке финансирования избирательной кампании и низких доходах граждан (тоже известная статистика), какова все же вероятность реализации конституционных и гражданских прав граждан избирать и быть избранными в высшие органы федеральной власти? Вчера наш комитет рассматривал данный закон с участием уважаемого Председателя ВЦИК, в целом он одобрительно отнесся к нему. Но я лично не получил на этот вопрос ответа. Мы пишем закон не для нынешнего состава Федерального Собрания, а для граждан Российской Федерации, для всего народа. И меня волнует этот вопрос.

Я могу только повторить, что сказал раньше. Низкая планка, маленький объем избирательного фонда еще ни разу в истории нашего парламентаризма никого не остановили от расходования больших денег. Я думаю, что в этом зале, да и во всем Федеральном Собрании никого не надо убеждать в том, что реально на выборы денег тратится гораздо больше запланированных сумм.

Поэтому, если опустить эту планку, создастся видимость, что люди и не очень состоятельные могут принимать участие в выборах, наполняя свой избирательный фонд, это будет воспроизведение той самой ситуации, которая существует сейчас. Но если эту планку поднять, то тогда деньги будут находиться в легальном обороте. И я вас уверяю (это я знаю по собственному опыту), если человек достойный, но с низкими собственными доходами, он сумеет привлечь заинтересованных лиц, которые ему деньги дадут.

Председательствующий. Пожалуйста, Владимир Константинович Агалов.

Юрий Афанасьевич, касаясь положений в пунктах 3 и 5 статьи 5, сразу обратил внимание, и это подтверждают в своих замечаниях наши комитеты, что если Президент страны не объявил выборы депутатов Государственной Думы в установленный срок, то данным законом это право дается Центральной избирательной комиссии. Это же грубейшее нарушение статьи 84 нашей Конституции.

Как Вы считаете, если мы примем закон, видимо, немедленно нужно вносить поправку?

Я полагаю, что вопрос о поправке в этой части должен стоять. Но мне представляется, что поправка может быть не только в сторону лишения Центральной избирательной комиссии этого права. Ведь речь идет о том, что правоотношения в государстве должны иметь свое разрешение, спор должен разрешаться, ситуация должна разрешаться тем или иным образом.

Ситуация, которая описывается, может иметь место. И если просто убрать это право Центральной избирательной комиссии, тогда ситуация не будет иметь разрешения. А с точки зрения предоставления Центральной избирательной комиссии такого права путем повышения статуса Центральной избирательной комиссии, придания ей иного статуса, мне представляется, что в такой комбинации внесение изменений в закон возможно.

Что же касается конкретно пункта 5, то я хотел бы обратить ваше внимание, что в самом законе уже содержится ответ на заданный вопрос. Посмотрите, выборы назначаются и проводятся в первое или второе воскресенье по истечении трех месяцев со дня роспуска Государственной Думы, то есть, в "теле" самого закона содержатся срок и дата, когда должны проводиться выборы, если Президент не назначает эти выборы, распуская Государственную Думу. То есть у Центральной избирательной комиссии фактически не возникает правомочия эти выборы назначать. Она имеет право только оформить своим решением это положение, уже записанное в федеральном законе, который обсуждается. Здесь нет властной позиции, здесь есть позиция исполнения закона. Но, повторяю, в том, что Вы сказали, существует большая доля справедливости. Мы разделяем такую точку зрения.

Мы полагаем, что к этим нормам надо обязательно возвращаться, но наша точка зрения такая: эта норма в ближайшие, Бог даст, 5—6 лет ну никак не будет реализовываться.

Председательствующий. Валерий Иванович Федоров, пожалуйста.

, первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству.

У меня вопрос, Сергей Михайлович, к уважаемому Александру Альбертовичу Вешнякову и выступление. Я могу задать Александру Альбертовичу Вешнякову вопрос?

Председательствующий. Пожалуйста, задавайте вопрос. Он готов ответить.

И в выступления запишите меня.

Председательствующий. Хорошо.

, в проекте закона есть статья 35 – о символах. В пункте 5 записано: "Политическая партия (избирательный блок) согласует с Центральной избирательной комиссией Российской Федерации краткое, состоящее не более чем из семи слов, наименование (эмблему) использования в избирательных документах". Чем эта норма обусловлена?

Спасибо, Валерий Иванович, за вопрос.

Нормы в этом законе возникли в связи со следующим. У нас с вами богатейшая практика в проведении выборов в Российской Федерации, и из этого опыта следует, что неопределенности в законе пытаются использовать различные "субъекты" избирательного процесса.

Не было такого ограничения о семи словах, и у нас на выборах в 1999 году были объединения, которые писали название в несколько строчек. А мы их обязаны потом писать в избирательном бюллетене. В этом названии по сути — одно слово. А все слова, которые сопровождают название, — это как бы для увеличения его политического веса (на самом деле веса-то ни у кого нет). И когда мы провели консультации с Государственной Думой при подготовке этого закона с теми основными участниками избирательных кампаний, которые получили поддержку у избирателей, все пришли к выводу, чтобы четко обозначить название политического объединения (блока), больше семи слов не требуется. Отсюда и появилось такое ограничение для такого рода экзотических подходов, экзотических партий, которые, к сожалению, иногда у нас возникают на политическом небосклоне.

Я понял, что краткость – сестра таланта.

Председательствующий. Пожалуйста, Андрей Юрьевич Воробьев. У Вас вопрос или выступление?

, представитель в Совете Федерации от исполнительного органа государственной власти Республики Адыгея.

У меня вопрос. В своем выступлении Вы неоднократно говорили о необходимости сделать выборы прозрачными и легальными. С этим трудно не согласиться, и действительно данный закон способствует этому. Вместе с тем в статье 66 существует ограничение собственных средств кандидата, которые в совокупности не могут превышать 50 процентов от предельной суммы всех расходов.

То есть получается, если у кандидата есть собственные средства, превышающие эти 50 процентов, он должен их кому-то вручить, чтобы кто-то за него внес. Я правильно понимаю? С чем связано это 50-процентное ограничение?

По нашему разумению, это связано с тем, что формирование избирательного фонда должно осуществляться не только лично человеком, который может это легко сделать, но и через формирование этого фонда должна проявиться некая солидарность с этим человеком. Должна проявиться поддержка этому человеку со стороны других лиц.

Ведь если посмотреть на те нормы, которые обусловливают передачу средств в избирательный фонд кандидата, можно заметить, что существует большое количество всевозможных ограничений. Ограничение о том, что это не могут быть средства иностранных компаний или компаний, в которых иностранный капитал имеет превалирующее значение. Это могут быть только очищенные от налогов средства. При этом при перечислении средств необходимо подавать достаточно большое количество документов как юридическому, так и физическому лицу. И если будет нарушение даже по формальному признаку, то эти средства не будут зачисляться на счет конкретного кандидата или конкретной партии.

Поэтому, мы думаем, что… Повторяю, может быть, Александр Альбертович скажет о каком-то другом резоне, но, по нашему мнению, через формирование избирательного фонда должна проявляться солидарность и поддержка других лиц по отношению к данному кандидату.

Председательствующий. Вячеслав Александрович Новиков, у Вас выступление? Выступление.

Николай Игнатович, у Вас выступление?

Я тоже мнение хотел высказать.

Председательствующий. Валерий Иванович, у Вас выступление? Выступление.

Валерий Васильевич, у Вас выступление? Выступление.

Спасибо, Юрий Афанасьевич. Начинаем обсуждение.

Пожалуйста, Петр Станиславович, Вам слово.

Спасибо, Сергей Михайлович.

Уважаемые коллеги! Чтобы вам была понятна логика моего выступления, хочу напомнить о том, что когда мы с вами рассматривали закон об основных гарантиях, я выступал категорически против этого закона, и вот чего мы добились, приняв этот закон. А сейчас конкретно по этому закону, который предлагается одобрить.

На совместном заседании Тюменской областной Думы, Думы Ханты-Мансийского автономного округа, Государственной Думы Ямало-Ненецкого автономного округа депутаты нашего сибирского региона с сожалением констатировали то, что мы с вами совершили громадную политическую ошибку в формировании на 50 процентов законодательных органов власти на партийной основе.

Приведу такой маленький пример. В Ханты-Мансийском автономном округе проживает полтора миллиона жителей. В составе разного рода политических партий, которые имеют право участвовать в выборах, числится 3 тысячи человек. И получается, таким образом, что 0,3 процента населения приравнены к одному с лишним миллиону избирателей Ханты-Мансийского автономного округа, то есть они на равных участвуют в формировании законодательных органов власти субъектов Российской Федерации. Мы сейчас находимся в тупике — каким образом гарантировать права и свободы граждан на равных основаниях?

Далее по этому закону. Я удивлен, честно говоря, аргументами нашего докладчика, очень уважаемого мною Юрия Афанасьевича Шарандина. Практически во всех заключениях, которые представлены нам (их сделали наши Комитет по конституционному законодательству, Комитет по делам Федерации и региональной политике, Комитет по бюджету, а также Правовое управление Аппарата Совета Федерации), говорится о том, что некоторые нормы этого закона нарушают статью 84 Конституции, не согласуются с определением Конституционного Суда. Еще говорится о том, глава 9 закона не согласуется с нормами Бюджетного кодекса.

Мы же рассуждаем о том, что закон необходимо принимать, потому что он якобы не оказывает прямого действия на проведение конкретной избирательной кампании. Почему-то мы даже не допускаем мысли, что мы с вами не выполняем свое конституционное предназначение. Для чего мы здесь с вами заседаем и чем мы с вами занимаемся?

Если мы предназначены для того, чтобы пропускать все законы, которые приходят из Государственной Думы, тогда я не вижу смысла содержать Совет Федерации. Если же мы с вами видим и пишем о том, что представленный закон не согласуется с Конституцией, с определением Конституционного Суда, противоречит Бюджетному кодексу, то мы с вами имеем право применить определенную процедуру, которая прописана в нашем Регламенте, то есть отклонить закон с созданием согласительной комиссии.

Я предвижу возражения: да, мы можем затянуть каким-то образом принятие этого закона, это зависит от нас. Мы в течение двух недель можем изменить те положения, которые грубо нарушают Конституцию и не соответствуют ей. Для этого мы здесь собрались, уважаемые коллеги, а не для того, чтобы бездумно голосовать и пропускать законы, которые не согласуются с Конституцией. С этим же мы с вами согласны, когда-то надо начинать этим заниматься.

Сколько можно говорить о том, что представляет этот законопроект исполнительная власть? Александр Альбертович в тот раз говорил, что он является представителем Президента по закону об основных гарантиях избирательных прав граждан.

Но давайте тогда посмотрим хотя бы вкратце то, о чем говорится в этом законе (хочу сказать о конкретике). Если Президент не назначает выборы, то их назначает Центральная избирательная комиссия. Что, у нас нет других конституционных органов государственной власти? Раньше такая практика была, что суд назначал выборы. Если тот орган, который должен, не назначает по каким-либо причинам выборы, суд назначал и принимал на себя эти обязательства.

Следующее. Я бы хотел сказать о том, что вопиющее вообще безобразие предлагается законодательно закрепить в нашем законе, который мы с вами сейчас собираемся одобрять, – это утверждение схемы избирательных округов непосредственно Центральной избирательной комиссией. Вот этого я понять никогда не смогу и принять тоже не смогу, понимаете? Это вообще интервенция во властные полномочия конституционных органов государственной власти. Что, у нас нет органов государственной власти, которые должны принять это решение, если Госдума не принимает такого решения?

Я хочу сказать о том, что действительно давайте хотя бы сделаем один раз гражданский шаг мужественный: отклоним и быстро решим вот те проблемы, которые явно, невооруженным глазом видны. Сколько можно валом пропускать? Спасибо за внимание.

Председательствует
первый заместитель Председателя Совета Федерации

Председательствующий. Петр Станиславович, время. Спасибо.

Вячеслав Александрович Новиков, пожалуйста.

Уважаемые коллеги! Я думаю, что всем нам вообще очень хорошо известно отношение в российском обществе к законам. Закон – это нечто мешающее жить, и высочайшая доблесть – это каким-то образом его нарушить, обойти, избавиться и не попасть под систему наказания.

Я глубоко убежден, что до тех пор, пока в нашем обществе не будет изменено отношение к закону, вряд ли двинемся вперед, хотя бы даже с очень маленькой скоростью. Потому что это единственное, что осталось сейчас в отсутствие идеологии, которая может связать наше общество.

Но давайте посмотрим, что мы с вами делаем. Мы – высший законодательный орган - принимаем закон, который прямо нарушает другой закон. Я специально спросил Юрия Афанасьевича – ни у кого не вызывает сомнений, что данный закон нарушает Бюджетный кодекс. Поэтому я считаю, мы не имеем никакого права, ни морального, ни физического, в таком виде этот закон принимать.

Теперь давайте посмотрим по поводу последствий, скажем, отклонения этого закона. Последствия тоже очень хорошо Юрий Афанасьевич обрисовал. Дело в том, что для всех участников избирательного процесса основные нормы, которые в этом законе существуют, останутся без изменений, потому что никто и не настаивает на их изменении.

И поэтому приведение в соответствие с законом и с Бюджетным кодексом в том числе данного законопроекта пойдет ему просто на пользу. А все остальные участники избирательного процесса пусть спокойно тренируются, ибо все нормы уже прописаны, они известны, никто на них не покушается.

Поэтому я вижу единственный путь – это, безусловно, отклонить данный закон с созданием согласительной комиссии. А результатом работы согласительной комиссии должно быть просто приведение данного закона в соответствие с законодательством Российской Федерации.

Председательствующий. Спасибо, Вячеслав Александрович.

Николай Игнатович Кондратенко, пожалуйста.

, уважаемые коллеги! С болью я вчера читал проект этого закона и понимал, что общество заходит в тупик, что теперь уже фиаско в обществе практически неминуемо. Ведь мы, законодатели, не хотели заметить очень многого в политической жизни нашей страны. Мы не заметили того, что партий-то нет, партии-то не получились.

Партия – это убеждение людей, когда снизу доверху есть люди, они представляют эту партию, они отстаивают интересы политические. А у нас в России этого нет. У нас кучка людей. А, извините, если люди побывали уже в пятой партии или в пятом движении, то я вправе назвать — кучка политических авантюристов собирается в Москве в одном из залов и объявляет себя партией.

Телевидение громко кричит, что то партия, да такая красивая, особенно, если там будут общепризнанные политики, которые уже примелькались, они, как и шуты наши придворные, которые стали народными, хотя там от народного искусства ничего нет, но примерно одна и та же политическая категория и там, и там уже.

И затем на местах кучка людей, которая хочет прорваться к власти, ищет, где выгоднее, куда присоединиться. Ну, вот хваленое "Единство". Мы же видим: в Краснодаре из "Единства" два человека, в Санкт-Петербурге — четыре. Какая это партия? Какое это, как говорится, общенародное одобрение, рейтинги, что хотите рисуйте.

Те же "яблоки" — Явлинский выпадет, и вся партия закончилась, или Жириновский и все остальное. Зачем же мы, политики, закрываем глаза, что партий-то не получилось? А мы выстраиваем модель голосования с учетом политических партий.

Но если не получилось, то правильнее было бы, согласитесь, — ну ладно, пусть они, искалеченные партии, называют кандидатов, но конкретно: Иванов, Петров, Сидоров, Кондратенко.

Пусть народ определяется с учетом и политических вкусов, и с учетом личностей (чего стоит та или другая личность). Голосование по партийным спискам в этой ситуации преступно. Или как нас приучили к деньгам на выборах? Ведь, когда мы признали участие денег на выборах, считайте, мы расстались с демократией. Разве мы не видим этого? Разве не видим, что добрая часть денег находится у жуликов, обворовавших народ, но мы называем это демократией. И они, эти жулики, дают деньги, чтобы избрать своих вассалов в Госдуму. А если завтра выборы в Совет Федерации? Разве это нормальная политическая модель?

Тогда нам выгоднее из бюджета выделить деньги, избрать праведным путем честных людей любой политической ориентации. Это меньше ущерба, чем избирать жуликов, а потом называть это общество демократическим.

Я, если нажму на кнопку, то только уважая Александра Альбертовича. По-человечески, чтобы не нервничал лишний раз, чтобы не мучился человек. А по другой мотивации нажимать на кнопку не могу.

Председательствующий. Валерий Иванович Федоров, пожалуйста.

, уважаемые коллеги! Через несколько минут нам, членам Совета Федерации, необходимо принять очень важное решение: одобрить или отклонить закон о выборах депутатов Государственной Думы. Закон этот очень важный. Я бы сказал даже, знаковый, ибо от того, как мы будем избирать и кого изберем в декабре будущего года в Государственную Думу, будет зависеть очень многое: и стабильность в нашем обществе, и принятие законов, которые действительно нам всем нужны. Короче, необходимо по этому закону избрать таких депутатов и такую Государственную Думу, чтобы она по-настоящему думала о людях, которые эту Государственную Думу будут избирать.

Отвечает ли этому представленный закон? Мнения, как вы видели, разделились. Наш комитет очень тщательно обсуждал этот вопрос. Да, не все четко прописано в законе. Об этом мы вчера говорили. И сегодня в этом зале звучит критика в адрес разработчиков. Я тоже считаю, что повод для критики есть.

Например. Не очень, по-моему мнению, логично в пункте 3 статьи 66 прописано, что предельная сумма всех расходов избирательного фонда кандидата не может превышать 6 млн. рублей. Это около 180 тыс. долларов. В Государственной Думе при обсуждении этого вопроса было сказано, что чем меньше размер фонда, тем больше грязных денег. Полагаю, что это не совсем так. За время после прошлых выборов мы не так уж крепко разбогатели, чтобы в пять раз повышать размер этого фонда. Было сказано: кто превысит размер установленного фонда, того будем привлекать. Для этого у нас есть избирательные комиссии и правоохранительные органы. А ведь можно привлекать и за миллион, и за два, да и за шесть то же самое. Один будет богаче, а другой меньше найдет.

Я убежден, избирательная кампания не должна превращаться в соревнование, кто больше найдет денег в свой избирательный фонд. Считаю, что выборы должны быть недорогими, а самое главное — честными.

Много копий сегодня было сломано по поводу расширения полномочий Центральной избирательной комиссии. Да, это так. Но мы это делаем сами, записывая эту норму в федеральный закон. Думаю, уж лучше пусть это сделает, как записано в статье 5, ЦИК, чем суд. Логичнее мне идти на выборы по решению ЦИКа, чем идти на выборы по решению суда.

По моему глубокому убеждению, в этом законе авторы проделали огромную работу и сделали ее добротно. Одна только цифра: первый указ Президента о выборах в Государственную Думу был на 80 страницах. Сегодняшний закон уже имеет 397. Как говорят в рекламе, "почувствуйте разницу". Здесь количество переросло в качество.

Я буду голосовать за одобрение закона о выборах депутатов в Государственную Думу. Прошу вас, уважаемые коллеги, поддержать и одобрить данный закон.

Председательствующий. Уважаемые коллеги, очевидно, что до перерыва мы не закончим дискуссию по данному вопросу. Поэтому есть предложение предоставить слово Валерию Васильевичу Сударенкову, а после перерыва продолжить дискуссию.

Пожалуйста, Валерий Васильевич.

Я задаю себе вопрос: что же плохого произошло с момента прошлых выборов, чтобы еще ухудшать тот закон, по которому мы избирали прошлый парламент, ибо вспоминается изречение: "Партии рождаются и гибнут, а трудящиеся остаются". Так что в основе наших решений, наверное, должны быть интересы избирателей. И, конечно, увеличивая порог с 5 до 7 процентов, мы ни в коей мере этому не способствуем, ибо отрезаем как минимум 2 миллиона людей, проголосовавших в результате за 5 процентов. Мы их исключаем, по существу, из итогов выборов. Это, на мой взгляд, недемократично.

2 и 6 миллионов. И 6 миллионов не спасут от укрытия средств, которое наверняка будет. Это предмет для более высокого уровня объединения финансовых ресурсов, и не думаю, что они будут открыты.

И, наконец, следующий момент: мы ни в коей мере не можем противопоставлять этот закон другим законам, в том числе Бюджетному кодексу. Поэтому я поддерживаю предложение вернуться к согласительной комиссии и устранить эти противоречия.

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Прежде чем начнется перерыв, я хочу сделать объявление. 11 декабря, то есть сегодня, в 12 часов в холле зала заседаний Совета Федерации состоится открытие выставки книг, посвященной творчеству писателя Гайто Газданова. Уважаемые коллеги, прошу всех посетить эту очень интересную выставку.

Уважаемые коллеги, объявляется перерыв до 12 часов 30 минут.

(После перерыва)

Председательствует Председатель Совета Федерации

Председательствующий. Уважаемые коллеги, начинаем работу.

По нашей с вами новой традиции несколько приятных сообщений. Прежде всего, уважаемые коллеги, от вашего имени я хочу поздравить с избранием заместителем председателя Комитета по устойчивому развитию конгресса местных и региональных властей Европы . Давайте поздравим его и пожелаем ему успехов на очень ответственном и важном международном посту. (Аплодисменты.)

Уважаемые коллеги, за прошедшие две недели у некоторых наших коллег были дни рождения, более того, у некоторых даже юбилеи. И в этой связи с большим удовольствием от вашего имени я хочу поздравить с прошедшим 50-летием председателя Комитета по науке, культуре, образованию, здравоохранению и экологии Шудегова Виктора Евграфовича. Пожелаем ему здоровья, счастья и всего самого, самого доброго. (Аплодисменты.)

Также 55 лет 10 декабря исполнилось Бойцову Льву Николаевичу. Давайте его также поздравим, пожелаем ему самого доброго. Если бы он присутствовал, было бы совсем замечательно, но он нас слышит. (Аплодисменты.)

И, наконец, 10 декабря был день рождения у Морозова Игоря Николаевича. Давайте также его поздравим. (Аплодисменты.)

Уважаемые коллеги, тогда мы закончим этот вопрос, а потом по нашему плану в 12 часов 30 минут у нас законы по ратификации. Итак, у нас продолжаются прения по закону о выборах депутатов Госдумы, и я предоставляю слово для выступления Сергею Александровичу Попову.

, первый заместитель председателя Комиссии Совета Федерации по Регламенту и организации парламентской деятельности.

, уважаемые коллеги! Сегодня закон, который мы с вами рассматриваем, действительно имеет очень большое значение, и, наверное, это один из первых законов, который по-настоящему является законом в полном смысле этого слова. Надо отметить, что сегодня избирательное законодательство в нашей стране – наиболее продвинутая отрасль права, и это благодаря большой и серьезной работе Центральной избирательной комиссии.

Данный закон, который мы сегодня рассматриваем, практически не имеет отсылочных норм. Мы с вами, рассматривая многие предыдущие законы, всегда удивлялись, что есть ссылки на различные коллизии, когда должны быть соответствующие решения Правительства. Этот закон делает попытку описать все возможные случаи для того, чтобы во всех спорных ситуациях было понятно, какое надо принимать решение. Безусловно, может быть, в сегодняшнем прочтении есть вопросы и не все нюансы до конца известны. Наверное, прав Николай Игнатович, говоря о том, что сложно сегодня до конца оценивать значимость партий, роль "Единой России", "Яблока", СПС, других партий по сравнению с КПРФ. Но надо отметить в то же самое время, что этот закон дает три очень важных момента для чистоты выборов.

Во-первых, этот закон максимально нивелирует административный ресурс. Мы сегодня очень хорошо с вами знаем, как на самом деле выдвигаются кандидаты, как проводятся выборы, достаточно вспомнить последний пример выборов в Санкт-Петербурге.

С другой стороны, это закон, который наконец-то позволит достаточно легитимно контролировать расходование средств избирательного фонда кандидата или партии.

И, в-третьих, этот закон дает наконец необходимые предпосылки для формирования нормальной политической системы в нашей стране. Именно поэтому я считаю, что мы должны сегодня поддержать этот закон.

Есть еще один очень важный момент, который мы с вами тоже должны иметь в виду. Да, закон повышает значительно роль Центральной избирательной комиссии, и мы должны для себя сделать вывод и выбор: соглашаемся ли мы с повышением этой роли?

Почему это очень важно? Потому, что реально полномочия членов Центральной избирательной комиссии истекают в марте следующего года. И мы с вами здесь, на заседании Совета Федерации, будем выбирать и утверждать членов Центральной избирательной комиссии по той квоте, которая предполагается Советом Федерации. И мы уже должны будем понимать, какие полномочия будем делегировать нашим представителям в Центральной избирательной комиссии.

Наверное, сложно описать весь опыт, который был накоплен за последние годы. Но я считаю, что данный закон – это серьезное продвижение вперед и, безусловно, заслуживает нашей поддержки сегодня на заседании Совета Федерации.

Председательствующий. Пожалуйста, Виктор Николаевич, Вам слово.

, представитель в Совете Федерации от Правительства Республики Карелия.

Уважаемые коллеги! Я согласен с теми, кто действительно подчеркивает, что закон развивает демократические принципы развития нашего государства, нашего общества. И, безусловно, все мы прекрасно понимаем, что становление демократического государства – непростое дело, и в этом мы убедились на протяжении последних 11 лет. И многое придется нам еще пережить, а затем, может быть, переосмыслить наши оценки (о чем мы сегодня и говорим).

Я согласен с тем (еще раз говорю), что закон развивает демократическое начало. Вместе с тем я согласен с теми коллегами, кто говорит, что нельзя принимать те законы, которые противоречат Конституции (об этом уже говорилось) или Бюджетному кодексу. И думаю, что это проблема – опять-таки слабо развитого демократического начала в работе нашего парламента (и Государственной Думы, и Совета Федерации).

Может быть, я вас немножко отвлеку, но мне представляется, что у нас должен быть институт защиты непосредственно любого закона с точки зрения его соответствия Конституции и другим уже принятым законам, которые действуют. Ведь другой закон можно принять, внося поправки в Бюджетный кодекс, в иные законы, если они требуются.