Образ царя как показатель социального конфликта в России второй половины XIX - начала ХХ вв

Омск

Образ царя как показатель социального
конфликта в России второй половины XIX - начала ХХ вв.

В последние десятилетия отечественная историческая наука претерпела ряд существенных изменений, которые позволяют говорить о приобретении нового качества исторического знания. Это выражается в осознании особого места культуры в жизни общества, в связи с чем возникает вопрос о её взаимодействии с социальными законами развития общества.

В истории существуют только такие социальные отношения, которые могут сохранять устойчивость в течение длительного времени, а значит, предполагают тот или иной приемлемый баланс интересов вступающих в эти отношения индивидов как с точки зрения их внутреннего взаимодействия, так и взаимодействия с широкой социальной средой.

Одним из показателей такого взаимодействия выступает формирование и принятие в обществе образа исторической личности. На основе работ, посвящённых понятию «образ», можно сделать вывод о популярности его изучения в современной исторической науке. Различные аспекты проблемы исторических образов представлены в работах , , .

На основе анализа работ представленных авторов представляется актуальным констатировать следующее. Образ как компонент общественного сознания – «тема, которая в большей степени обсуждается на уровне обыденного сознания, достаточно редко привлекая внимание исследователей-гуманитариев» [ «Другая Россия»: образ Сибири в русской журнальной прессе второй половины XIX - начала ХХ века. Новосибирск, 2006. С. 321].

На формирование образа самодержавного царя значительное влияние оказывают символы, с одной стороны, и закреплении и хранении образа этими же символами, с другой. Символ «выполняет функцию сохранения в свёрнутом виде обширных и значительных «текстов» [Коновалова самодержавия в представлениях русского крестьянства по фольклорным материалам // Вестник ОМГУ. 2007. № 4. С. 121 – 126]. Значение образа исторической личности понимается как совокупность всех, даже самых широких, ассоциаций, которые он порождает [Павлович образов. Парадигмы образов в русском поэтическом языке. М., 2004. С.30].

Исходя из всего вышеизложенного, резюмируем следующее:

Образ царя – это устойчивая система взглядов на монарха, формирующаяся на разных уровнях сознания, закодированная в символах и обладающая свойством вписываться в широкий ассоциативный ряд.

В русле тезисов, касающихся образа исторической личности, представляется актуальным выделение его особенностей:

Противоречивость образа исторической личности является следствием бинарности сознания человека и общества в целом. Образ формируется на протяжении определённого количества времени; время не может быть однородным: с одной стороны, деятельность исторической личности не могла устраивать все социальные группы, не вступать в противоречия с определёнными традициями государства, и т. п. С другой стороны, человек и общество тоже меняются на протяжении формирования образа царя; эволюционируют взгляды на власть, личность, идеи и мнения; на формирование образа в общественном сознании определённое влияние оказывают объективные факторы (например, ситуация социально-экономического успеха в государстве в данный период времени). Таким образом, происходит двойное наложение при формировании образа исторической личности в общественном сознании: на протяжении времени меняется сам субъект образа личности, и само сознание, формирующее этот образ.

Устойчивость образа личности проявляется в её восприятии человеческим сознанием. При этом можно выделить два уровня формирования свойства устойчивости:

Устойчивость в рамках определённой группы (социальной группы, группы учёных и т. д.). На этом уровне устойчивость наиболее сильна на протяжении длительного периода времени, потому что формируется в рамках определённой господствующей парадигмы либо её устойчивого отрицания, для изменения которой, как известно, нужен достаточно сильный стимул.

Ассоциативная либо противопоставительная устойчивость формируется не как самостоятельный компонент определённой идеи, парадигмы, а как следствие восприятия сознанием образа исторической личности на основе механизмов сравнения, противопоставления, или ассоциации с кем-либо (образами его предшественников, наследников, ярких государственных деятелей). Устойчивость, сформированная на данном уровне, менее сильна, чем в предыдущем случае, потому что подкреплена не общепризнанными рациональными аргументами, а исключительно при помощи воздействия механизмов человеческой психики.

Символичность отражения в сознании означает возможность трансляции образа исторической личности через определённую систему символов, понятных большинству населения либо определённой его части. Особенность символичности отражения образа исторической личности в сознании даёт возможность вольной интерпретации тех или иных символов, поэтому для их адекватного понимания необходимо уяснение системы ценностей эпохи, создавшей этот образ, и её соотнесение с той системой ценностей, которая господствует в период исследования образа.

Формирование образа на различных уровнях сознания показывает целостность восприятия образа исторической личности социумом. Выделим два уровня формирования образа исторической личности:

Повседневный уровень отличителен стихийностью осознания обществом социального опыта.

Повседневный уровень сознания не может быть определён как свободный, независимый социальный опыт: на сознание каждого индивида накладывает отпечаток большое количество факторов, не учитывать которые нельзя.

Теоретический уровень представляется как форма социального осмысления образа исторической личности, отражение существенных связей и закономерностей общественного развития и находит свое выражение в науке.

Образ монарха – тема, находящаяся на стыке проблемных полей ментальной истории, исторической антропологии и исторической психологии. Это обусловливает доминанту социально-психологической составляющей в содержании этого понятия. Образ монарха, исходя из этого, складывается из двух взаимно направленных составляющих: система представлений царя самого о себе и принятие определённой позиции и система его изображений в различных пластах культуры.

Фундаментальным институтом при формировании образа царя выступает система ценностей. Очевидно, что традиционные ценности базируются на представлении о мире как единой системе, то есть на картине мира рассматриваемой социальной группы. Условно традиционные ценности можно разделить на группы:

- модель человека, наделённого социально значимыми качествами, такими как честностью, авторитетом, порядочностью, принципиальностью, волей и т. д. При выделении этих качеств следует учитывать особенности российской картины миры; в соответствии с ней к названным выше качествам добавятся удачливость, консерватизм, набожность.

- монархические ценности определяют саму идею неограниченной власти в России, её цели и символичное оформление. Среди монархических ценностей необходимо выделить такие как верховенство царской бюрократии, доминирование идеи самодержавия как дарованной России свыше, богоподобность царя. Перед монархическими ценностями стоит задача ориентации общества, приписывание ему определённых стереотипов поведения.

- социальные ценности, определяемые менталитетом общества. Для русского общества таковыми будут общинность, национальные ценности, патернализм. Социальные ценности представляют собой наиболее объёмную группу и выступают решающим фактором формирования предыдущих ценностных групп.

Во второй половине XIX – начале ХХ вв. происходит конфликт целостной системы ценностей, связанный с ломкой традиционных для русского общества обычаев, стереотипов поведения и мышления.

Важную роль в изображении образа монарха играет иерархия ценностей, которая исходит из социальной природы общества. Его образ может рассматриваться исходя из того, какие ценности преобладают в изображении. Выделяется три типа образов:

1.  царь, позиционируемый как человек, наделённый властными полномочиями;

2.  царь, ассоциируемый с монархией, то есть «инструмент», необходимый для её реализации;

3.  царь, позиционируемый как один из социума, то есть человек, стоящий на вершине общественной (не властной) пирамиды, отмеченный «волей Божьей».

Итак, предложенная классификация изображений образа царя позволяет ориентироваться в их ценностном содержании. Осмысление особенностей восприятия монарха по критерию заложенных ценностных смыслов в его изображении приближает к пониманию истоков формирования стереотипов обыденного сознания; помогает уточнить природу монархического сознания в России; расширяет существующие в исторической науке сведения о причинах динамики представлений об образе монарха во второй половине XIX – начале ХХ века.

Важным показателем для анализа образа царя выступает символика образа. Природа символичности изображения заложена, как очевидно, в общественном сознании как резерв социального развития. Символ в изображении образа царя выполнят две функции: пассивную и активную. Пассивная роль символа заключается в трансляции представлений общества о монархе. Активная – в «работе» символов над формированием этого образа.

Использование символики в изображении образа царя связано с бессознательным пластом общественного сознания, который аккумулирует впечатления общества, переводя их в качество исторической памяти. Синтез исторической памяти и новых «впечатлений» общества позволяют говорить об осознании исторической роли царя как носителя традиционных ценностей. Во второй половине XIX – начале ХХ века появляется противоречие в системе символов, изображающих образ царя: ценностный аспект не соответствует проводимой политике в сознании населения.

Таким образом, образ монарха во второй половине XIX – начале ХХ в. выступает показателем внутреннего социального конфликта, обусловленного осознанием обществом динамики исторической роли царя, с одной стороны, и трансформацией собственной ценностно-поведенческой системы – с другой.