Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации в сфере уголовной юстиции (стр. 6 )

Уполномоченный орган (должностное лицо)	Дата принятия решения	№ документа

Приложение 1[33]

(к семинарскому занятию по теме 1)

Заявитель: в интересах:

Конституционный Суд Российской Федерации Санкт-Петербург, Сенатская пл., д. 1 адвокат ПОВАЛЯЕВ Владимир Рудольфович г. Москва, Последний пер., д. 3, адвокатский кабинет КОМАРОВА Николая Павловича, проживающего по адресу: Московская область, Клинский район, с. Свобода, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ

Ж А Л О Б А

на нарушение законами Российской Федерации

конституционных прав и свобод

Наименование и адрес государственного органа, издавшего акт, который подлежит проверке: Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации (Москва, ), Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации (Москва, ул. Большая Дмитровка, д. 26).

Нормы Конституции Российской Федерации и Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», дающие право на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации: часть четвертая статьи 125 Конституции Российской Федерации, часть вторая статьи 36, часть первая статьи 96 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Точное название, номер, дата принятия, источник опубликования и иные данные о подлежащем проверке акте, обжалуемая норма: подпункт «а» пункта 75 статьи 1 Федерального закона -ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» (Собрание законодательства Российской Федерации, 11.06.2007, № 24, ст. 2830) (часть 1 статьи 214 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации -ФЗ (Собрание законодательства Российской Федерации, 24.12.2001, № 52 (ч. I), ст. 4921) в редакции указанного Федерального закона).

Основание к рассмотрению дела: обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции Российской Федерации закон Российской Федерации.

1. Постановлением Следственного управления при Управлении внутренних дел по Клинскому району Московской области от 01.01.2001 (приложение 1) было возбуждено уголовное дело по факту хищения неустановленными лицами земельных паев акционеров Закрытого акционерного общества «Совхоз «Свободный» (далее – ЗАО). В ходе расследования уголовного дела Постановлением от 01.01.2001 (приложение 2) (далее – Постановление о привлечении в качестве обвиняемого) моему подзащитному КОМАРОВУ Николаю Павловичу было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) (в редакции, действующей на момент возбуждения уголовного дела).

Возбуждение уголовного дела и предъявление соответствующего обвинения основывалось на предположении о том, что КОМАРОВЫМ были зарегистрированы права земельные участки, якобы принадлежащие акционерам основании свидетельств о праве коллективной долевой собственности.

Постановлением Клинского городского прокурора от 01.01.2001 (приложение 3) Постановление о привлечении в качестве обвиняемого было отменено. Постановлением Следственного управления при Управлении внутренних дел по Клинскому району Московской области от 01.01.2001 (приложение 4) уголовное дело было прекращено.

Впоследствии указанное постановление отменено Постановлением Заместителя Генерального прокурора Российской Федерации от 01.01.2001 (приложение 5).

Постановлением Следственной части Главного следственного управления при Главном управлении внутренних дел Московской области от 01.01.2001 (приложение 6) (далее – Постановление о прекращении уголовного дела) уголовное дело было прекращено на основании пункта 1 части 1 статьи 24 УПК РФ (отсутствие события преступления – хищения).

При вынесении Постановления о прекращении уголовного дела следователь, как следует из текста Постановления о прекращении уголовного дела, установил, что имущество и земля колхоза, реорганизованного в ЗАО, подлежали обязательному внесению в уставный капитал ЗАО, а свидетельства акционеров на право общей долевой собственности были выданы незаконно и являются недействительными. Последний довод следователя основывался, в том числе, на выводах Клинского городского суда Московской области, содержащихся в решениях от 01.01.2001 и от 01.01.2001 (приложение 7), вступивших в законную силу. Указанными решениями было установлено, что свидетельства акционеров на право общей долевой собственности выданы незаконно и являются недействительными. Аналогичные выводы содержатся также в решениях Клинского городского суда Московской области от 01.01.2001, от 01.01.2001 (приложение 7), вступивших в законную силу.

С учетом положений пункта 13 части 2 статьи 37 УПК РФ (в редакции, действующей на момент прекращения уголовного дела), предусматривающего утверждение прокурором постановления следователя о прекращении производства по уголовному делу, в мае 2006 года Постановление о прекращении уголовного дела было утверждено Прокуратурой Московской области (копия заключения об обоснованности прекращения уголовного дела – приложение 8). В течение 2006 года законность и обоснованность Постановления о прекращении уголовного дела, по данным Заявителя, была проверена Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

В 2009 году Постановление о прекращении уголовного дела было отменено Постановлением руководителя следственного органа – заместителя начальника Следственного комитета при МВД России об отмене постановления о прекращении уголовного дела и о возобновлении производства по уголовному делу от 01.01.2001 (приложение 9) (далее – Постановление о возобновлении уголовного дела). В Постановлении о возобновлении уголовного дела отмечается, что «выводы следствия о том, что не выделение земельных участков в натуре влечет автоматическое их включение в уставной капитал АОЗТ «Совхоз «Свободный» безосновательны, поскольку это не лишает колхозников права собственности на землю, что и подтверждается фактом выдачи свидетельств». В Постановлении о возобновлении уголовного дела также содержится ссылка на вновь открывшиеся обстоятельства, а именно: наличие свидетелей и очевидцев преступной деятельности бывшего руководства ЗАО, установление местонахождения оригиналов учредительных документов ЗАО.

Таким образом, следствие по уголовному делу было возобновлено на основании предположения руководителя следственного органа о том, что хищение имущества акционеров место, так как акционеры правом собственности на землю, что якобы подтверждается фактом выдачи свидетельств о праве коллективной собственности акционеров ЗАО.

Постановление о возобновлении уголовного дела было принято на основании положений подпункта «а» пункта 75 статьи 1 Федерального закона -ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» (части 1 статьи 214 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в редакции указанного Федерального закона), устанавливающих право руководителя следственного органа на отмену постановления о прекращении уголовного дела и о возобновлении производства по уголовному делу.

Постановлением руководителя следственного органа – заместителя начальника Следственного комитета при Министерстве внутренних дел России о соединении уголовных дел от 01.01.2001 (приложение 10) указанное уголовное дело было соединено с уголовным делом № ранее возбужденным Постановлением Следственного комитета при Министерстве внутренних дел России от 01.01.2001 (приложение 11). Уголовное дело № 000 было возбуждено по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, при этом событием преступления названо хищение указанного имущества у акционеров ЗАО, то есть основанием возбуждения дела стали те же обстоятельства, что и по первому уголовному делу.

Постановлением Следственного комитета при Министерстве внутренних дел России о выделении уголовного дела от 01.01.2001 (приложение 12) из объединенного уголовного дела было выделено уголовное дело в отношении Комарова Постановлением Следственного комитета при Министерстве внутренних дел России от 01.01.2001 Комаров был привлечен в качестве обвиняемого по объединенному уголовному делу (приложение 14). Из текста указанного Постановления следует, что событие преступления, в совершении которого обвиняется мой подзащитный, аналогично событиям преступления по предшествующим, указанным выше уголовным делам, а именно хищение имущества акционеров ЗАО, принадлежащее им на праве коллективной долевой собственности.

Постановление о возобновлении уголовного дела обжаловано в судебном порядке. Постановлением Тверского межмуниципального суда ЦАО г. Москвы от 01.01.2001, оставленным без изменения Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 01.01.2001, Постановлением Московского городского суда от 01.01.2001, Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 01.01.2001 (приложение 13), Постановление о возобновлении уголовного дела было признано законным и обоснованным.

2.1. Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации (далее – Конституционный Суд) нормы Конституции России, в частности, положений ее статей 1 (часть 1), 2, 6 (часть 2), 18 и 55 (части 2 и 3) устанавливают принципы недопустимости отмены или умаления провозглашенных ею прав и свобод и под держания доверия граждан к закону и действиям государства, который предполагает сохранение разумной стабильности правового регулирования. Сохранение разумной стабильности означает, помимо прочего, обязанность законодателя учитывать при изменении условий приобретения права... сформировавшиеся на основе ранее действовавшего правового регулирования законные ожидания, связанные с выполнением... условий приобретения данного права (Постановление Конституционного Суда -П). Принцип стабильности правового регулирования, как отмечал Конституционный Суд, вытекает из общеправового принципа правовой определенности (Постановление Конституционного Суда -П). Стабильность правоотношений, в том числе конституционно-правовых отношений между государством и гражданами, основывающаяся, в первую очередь, на стабильности правопорядка, неоднократно была упомянута Конституционным Судом в качестве одного из основополагающих принципов, вытекающих из принципа верховенства права (см., напр., Постановления Конституционного Суда Российской Федерации -П, -П).

Требованием, позволяющим обеспечить названную стабильность, в том числе, является формальная определенность правовой нормы, что предполагает, что участники соответствующих правоотношений должны иметь возможность быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, а также приобретенных прав и обязанностей (Постановление Конституционного Суда -П).

Подобные правовые подходы коррелируют и международной нормативной правовой базе и практике, на которые также ссылается Конституционный Суд в Постановлении -П. Так, положения статьи 4 Протокола № 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод, посвященные защите от двойного судебного преследования и двойной ответственности, устанавливают, что основаниями для повторного рассмотрения дела могут быть лишь вновь открывшиеся обстоятельства или если в ходе предыдущего разбирательства были допущены существенные нарушения, повлиявшие на исход дела.

Более того, как следует из толкования данной статьи Европейским Судом по правам человека, правила о стабильности правового регулирования и стабильности правоотношений применимо не только к окончательным судебным актам, но и к иным способам официальной фиксации юридических фактов и их правовой оценки государством. Так, в Постановлении от 01.01.2001 по делу «Эдуард Чистяков против Российской Федерации» Европейский Суд отметил недопустимость ситуации, когда бремя последствий ненадлежащего проведения властями предварительного расследования было бы полностью возложено на заявителя, и, что более важно, одно только предположение о наличии недостатков или ошибок в процедуре расследования независимо от того, насколько малыми и незначительными они могут быть, создавало бы для стороны обвинения неограниченную возможность для злоупотребления процедурой путем требования о возобновлении производства. «Европейский Суд полагает, что обвиняемый должен извлекать выгоду из ошибок национальных органов. Другими словами, ответственность за любую ошибку, допущенную органами преследования или судом, должно нести государство, и ошибки не должны устраняться за счет заинтересованного лица», - указывается в Постановлении (Бюллетень ЕСПЧ, 2010, № 1).

Как было отмечено выше, ссылки на существенные нарушения или вновь открывшиеся обстоятельства, повлиявшие или могущие повлиять на исход дела, в Постановлении о возобновлении производства не содержатся. Более того, возобновляя производство, руководитель следственного органа не учел наличие вступивших в законную силу решений судов по гражданским делам, однозначно подтверждающих, что событие преступления – хищение – не имело и не могло иметь место в силу отсутствия права собственности на якобы похищенное имущество у якобы потерпевших.

В сущности, возобновление дела было осуществлено только на основании законодательного изменения властного субъекта в уголовно-правовом отношении. Вместе с тем, как было указано, Постановление о прекращении уголовного дела от 10.05.06г. было основано на вступивших в законную силу решениях судов, проверено вышестоящими органами прокуратуры и вступило в силу. Участники уголовного процесса имели все возможности для оспаривания данного Постановления в надлежащем порядке, и, как следует из изложенного выше, воспользовались этими возможностями, в результате чего законность данного Постановления была подтверждена.

В указанных условиях с учетом действующей редакции законодательства у Комарова были все основания полагать, что уголовное дело, по которому ему ранее было предъявлено обвинение, прекращено в установленном законом порядке, с него сняты все обвинения, однозначно установлено, что событие преступления отсутствовало, а все возможности обжалования по данному уголовному делу – исчерпаны. Таким образом, Комаров приобрел официально подтвержденный уполномоченными государством органами правовой статус, изменение которого по действующему законодательству было возможно только при наличии вновь открывшихся обстоятельств или обнаружении существенных нарушений, которые реально могли повлиять на исход уголовного дела. По мнению Заявителя, в рассматриваемом случае такими вновь открывшимися обстоятельствами могли стать только факты отмены в установленном порядке решений судов, опровергающих само событие преступления.

Принятие обжалуемой нормы дало возможность правоприменителям произвольно изменять указанный официально подтвержденный статус. В отсутствие надлежащих уточнений о действии обжалуемой нормы во времени сложилась правоприменительная практика, подтвержденная, в частности, приведенными судебными решениями, подтвердившими законность Постановления о возобновлении уголовного дела, направленная на свободное возобновление окончательно прекращенных в соответствии с ранее действующим законодательством уголовных дел.

Таким образом, по мнению Заявителя, обжалуемая норма противоречит принципам стабильности правоотношений и правового регулирования и правовой определенности, и, следовательно, положениям статей 1 (часть 1), 2, 6 (часть 2), 18 и 55 (части 2 и 3) Конституции России в той мере, в какой она позволяет следственному органу возобновлять производство по уголовным делам, прекращенное ранее в установленном законом в ранее действующей редакции порядке, без наличия для того оснований, могущих реально повлиять на исход дела, и, следовательно, изменять официально признанный государством статус лица.

2.2. Как неоднократно отмечал Конституционный Суд, при решении вопросов, связанных с возобновлением прекращенных уголовных дел, надлежит исходить из необходимости обеспечения и защиты как интересов правосудия, прав и свобод потерпевших от преступлений, так и прав и законных интересов лиц, привлекаемых к уголовной ответственности и считающихся невиновными до тех пор, пока их виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (статья 49, часть 1 Конституции Российской

Федерации). В связи с этим недопустимо произвольное возобновление прекращенного дела, создающее для лица, в отношении которого дело было прекращено, постоянную угрозу уголовного преследования, и тем самым – ограничение его прав и свобод (Определение -О). При этом Конституционный Суд прямо указал лишь на один случай произвольного возобновления уголовных дел – многократное его возобновление по одному и тому же основанию.

Вместе с тем, Заявитель полагает, что возобновление ранее прекращенного в установленном законом порядке уголовного дела допускается только в том случае когда субъект, имеющий право на соответствующее возобновление, установил наличие обстоятельств, позволяющих с достаточной степенью вероятности сформировать суждение о том, что прекращенное уголовное дело было прекращено неправомерно. При этом, по мнению Заявителя, в качестве таких обстоятельств не могут приниматься обстоятельства, свидетельствующие о наличии процедурных (процессуальных), «технических» нарушений, не приведших и не могущих привести к неправильному рассмотрению уголовного дела по существу. Заявитель считает, что указанная правовая позиция коррелирует указанным выше положениям Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и ее толкованию Европейским судом по правам человека.

Применительно к рассматриваемым обстоятельствам, по мнению Заявителя, приведенная правовая позиция означает, что в условиях, когда отсутствие события преступления как такового подтверждается не только постановлением следственного органа о прекращении уголовного дела, но и неотмененными решениями судов, с учетом законодательных положений о преюдиции, вытекающих из конституционных требований о стабильности правосудия, возобновление уголовного дела на основании якобы новых доказательств при отсутствии надлежащего опровержения подтвержденного решениями судов отсутствия события преступления недопустимо и противоречит положениям статьи 49 Конституции Российской Федерации с учетом толкования, придаваемого ей Конституционным Судом. Вместе с тем в отсутствие надлежащих законодательных уточнений об ограничении возобновления ранее прекращенных уголовных дел сложилась правоприменительная практика, подтвержденная, в частности, приведенными судебными решениями, подтвердившими законность Постановления о возобновлении уголовного дела, направленная на произвольное возобновление прекращенных уголовных дел по основаниям, не могущим быть достаточным подтверждением неправильности рассмотрения уголовного дела, в том числе при отсутствии данных, позволяющих судить о наличии события преступления, вывод об отсутствии которого был ранее сделан на основании вступивших в законную силу решений судов.

Таким образом, обжалуемая норма в той мере, в какой она допускает подобное произвольное возобновление, противоречит статье 49 Конституции Российской Федерации.

2.3. Статьи 49 и 123 Конституции, предусматривающие в качестве процессуального принципа презумпцию невиновности, требующую, как отмечено Конституционным Судом, признание всех фактов, свидетельствующих в пользу обвиняемого, пока они не опровергнуты стороной обвинения в должной процессуальной форме, создают правовую основу для преюдициальности судебного решения, направленной на обеспечение его стабильности и общеобязательности, исключение возможного конфликта судебных актов (Постановление Конституционного Суда -П). Как отметил Конституционный Суд, преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Из правовой позиции Конституционного Суда следует, что пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу. Поэтому в уголовном судопроизводстве результатом межотраслевой преюдиции может быть принятие судом данных только о наличии либо об отсутствии какого-либо деяния или события, установленного в порядке гражданского судопроизводства.

В указанном Постановлении Конституционного Суда особо отмечено, что опровержение преюдиции судебного акта, принятого в порядке гражданского судопроизводства, на основании одного лишь несогласия следователя, осуществляющего производство по уголовному делу, с выводами данного судебного акта, позволило бы преодолевать законную силу судебного решения в нарушение конституционного принципа презумпции невиновности и связанных с этим особенностей доказывания в уголовном процессе, игнорировать вытекающие из преюдиции обоснованные сомнения в виновности лица. Отказ следователя от признания действия преюдициальности как свойства законной силы судебного решения, принятого в порядке гражданского судопроизводства, означал бы также преодоление вступивших в законную силу судебных решений административными органами, что не соответствует самой природе правосудия, которое осуществляется только судом, и конституционным принципам самостоятельности судебной власти и независимости суда.

Из приведенной правовой позиции, основанной на нормах статей 49, 123 Конституции, по мнению Заявителя, следует, что в случае если какое - либо событие или обстоятельство входило в предмет рассмотрения суда, рассматривающего дело в порядке гражданского судопроизводства, и было этим судом зафиксировано в окончательном судебном решении, данное решение, если следствие рассматривает вопрос о наличии (отсутствии) этого события или обстоятельства, имеет для следствия преюдициальное значение. Следственные органы не должны и не могут обращаться к вопросу, составляющему предмет доказывания в гражданском судопроизводстве.

Принятие следствием решений, вступающих в очевидное противоречие с указанными установленными в гражданском производстве событиями или обстоятельствами, противоречит требованиям презумпции невиновности и может быть допустимым только при условии отмены состоявшихся судебных решений в предусмотренном законом порядке.

В рассматриваемом случае руководитель следственного органа, возобновляя уголовное дело, основывался на предполагаемом им наличии вновь открывшихся обстоятельств, относящихся к способу совершения преступления, установлению новых очевидцев преступления. При этом прекращение уголовного судопроизводства было обусловлено отсутствием события преступления – хищения. Вывод об отсутствии события преступления был сделан как на основании исследованных следствием фактов, так и на основании вступивших в законную силу решений судов.

Предметом судебного рассмотрения по гражданским делам, по результатам которых были вынесены указанные судебные решения, являлось определение субъекта права собственности на имущество (землю), права на которое были зарегистрированы КОМАРОВЫМ за ЗАО, а также действительности свидетельств акционеров праве коллективной долевой собственности на это имущество. Судами было однозначно установлено, что указанное имущество на основании действующего на момент реорганизации вошло в уставный капитал ЗАО, что акционерам оно не принадлежит и не может принадлежать и что свидетельства о праве коллективной долевой собственности были выданы незаконно и признаются недействительными. Таким образом, из решений судов следует определенный вывод о невозможности наличия события преступления – хищения Комаровым указанного имущества акционеров в пользу ЗАО, поскольку указанное имущество, как прямо установлено судами, акционерам не принадлежало и не могло принадлежать.

Возобновляя уголовное дело, руководитель следственного органа не учел установленные судами обстоятельства. Более того, он одновременно не указал на какие-либо существенные правовые основания, позволяющие ему считать судебные решения неправомерными, а событие преступления – наличествующим. Таким образом, следствие вновь обратилось к вопросу, подлежащему рассмотрению и уже рассмотренному в гражданском процессе в установленном законом порядке, не приведя каких-либо оснований для подобного возврата. То есть обжалуемая норма создает законодательную основу для преодоления следствием вступившего в законную силу решения суда. В отсутствие надлежащих законодательных уточнений об ограничении полномочий руководителей следственных органов по возобновлению ранее прекращенных уголовных дел сложилась правоприменительная практика, подтвержденная, в частности, приведенными судебными решениями, подтвердившими законность Постановления о возобновлении уголовного дела, направленная на неприменение преюдиции и неучет в уголовном процессе ранее принятых решений судов, явившихся результатом рассмотрения по гражданскому делу, предметом которого являлись обстоятельства, доказанность которых свидетельствует об отсутствии события преступления. По мнению Заявителя, обжалуемая норма в той мере, в какой она позволяет руководителю следственного органа преодолевать таким образом вступившие в законную силу решения судов, противоречит статьям 49, 123 Конституции Российской Федерации.

2.4. Статья 129 Конституции, определяющая основы правового регулирования прокуратуры Российской Федерации, устанавливает дискреционные полномочия законодателя по установлению полномочий, организации и порядка деятельности прокуратуры. Вместе с тем учреждение новой системы прокуратуры путем фиксации соответствующих отдельных норм Конституции Российской Федерации, очевидно, направлено на придание прокуратуре надзорных полномочий, в том числе связанных с надзором за соблюдением законов правоохранительными органами. Основанные на нормах Конституции Российской Федерации полномочия прокуратуры по надзору за производством предварительного расследования неоднократно были и предметом исследования Конституционного Суда (см., напр., Определение -О-О). Конституционно-обусловленное создание прокуратуры Российской Федерации, очевидно, предопределяет ее особый, независимый, надзорный статус, что подтверждается положениями законодательства о прокуратуре. Создание прокуратуры как независимого органа, надзирающего за соблюдением Конституции и исполнением законов, по мнению Заявителя, направлено на институционализацию государственного контроля и надзора, не зависимого от государственных органов, подотчетного непосредственно органам государственной власти Российской Федерации. Независимость прокуратуры, ее статус как органа государственного надзора, подчеркивается и путем введения особого порядка назначения и освобождения от должности прокуроров.

Статус прокуратуры как надзирающего органа обусловливает и то обстоятельство, что таковая является вышестоящей надзорной инстанцией, в частности, по отношению к следственным органам. Это, в частности, является причиной, по которой прокурор в уголовном судопроизводстве обладает множеством процессуальных полномочий, направленных на корректировку действий следствия.

Применительно к рассматриваемой ситуации указанная правовая позиция имеет существенное значение, поскольку Постановление о прекращении уголовного дела, как отмечалось выше, было проверено и утверждено в установленном законом порядке органами прокуратуры. С учетом того, что порядок возобновления ранее прекращенных дел, включающий определение субъекта, могущего осуществлять подобное возобновление, находятся в области дискреции федерального законодателя, указанный порядок был изменен путем принятия обжалуемой нормы. При этом законодатель, используя свои дискреционные полномочия в соответствии с приведенной правовой позицией, сохранил право прокуратуры вносить мотивированное постановление о направлении материалов руководителю следственного органа для решения вопроса об отмене постановления о прекращении уголовного дела. Как представляется, соответствующая гарантия была направлена не только на непосредственное обеспечение права прокуратуры по осуществлению надлежащего надзора, но и на обеспечение возможности пересмотра решений нижестоящих прокуроров вышестоящими в случае обнаружения существенных ошибок при производстве следствия и осуществлении надзора.

Отмена постановления следователя, ранее проверенного в установленном законом порядке органами прокуратуры, постановлением руководителя следственного органа, устанавливает органы прокуратуры в положение, подчиненное по отношению к следственным органам. По существу, последние пересматривают ранее утвержденную позицию вышестоящего надзирающего органа. То есть в отсутствие надлежащих законодательных уточнений об ограничении полномочий руководителей следственных органов по возобновлению ранее прекращенных уголовных дел сложилась правоприменительная практика, подтвержденная, в частности, приведенными судебными решениями, подтвердившими законность Постановления о возобновлении уголовного дела, направленная на пересмотр руководителями следственного органа ранее принятых решений прокуратуры. По мнению Заявителя, обжалуемая норма в той мере, в какой она позволяет руководителю следственного органа принимать решение об отмене постановления о прекращении уголовного дела, ранее утвержденного органами прокуратуры в соответствии с предшествующим правовым регулированием, противоречит статье 129 Конституции Российской Федерации.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 96-100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,

прошу

Конституционный Суд Российской Федерации:

признать подпункт «а» пункта 75 статьи 1 Федерального закона -ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» (Собрание законодательства Российской Федерации, 11.06.2007, № 24, ст. 2830) (часть 1 статьи 214 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации от 18.12.200 ] (Собрание законодательства Российской Федерации, 24.12.2001, № 52 (ч. I), ст. 4921) в редакции указанного Федерального закона) не соответствующим:

статьям 1 (часть 1), 2, 6 (часть 2), 18 и 55 (части 2 и 3) Конституции России в той мере, в какой он позволяет следственному органу возобновлять производство по уголовным делам, прекращенное ранее в установленном законом в ранее действующей редакции порядке, без наличия для того оснований, способных реально повлиять на исход дела, и, следовательно, изменять официально признанный государством статус лица;

статье 49 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой он позволяет произвольное возобновление прекращенных уголовных дел по основаниям, не могущим быть достаточным подтверждением неправильности рассмотрения уголовного дела, в том числе при отсутствии данных позволяющих судить о наличии события преступления, вывод об отсутствии которого был ранее сделан на основании вступивших в законную силу решений судов;

статьям 49, 123 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой она позволяет руководителю следственного органа преодолевать вступившие в законную силу решения судов, не используя правила преюдициальности и не учитывая обстоятельства, прямо входившие в предмет рассмотрения суда и однозначно подтверждающие отсутствие и невозможность наличия события преступления, при возобновлении уголовного дела;

статье 129 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой он позволяет руководителю следственного органа принимать решение об отмене постановления о прекращении уголовного дела, ранее утвержденного органами прокуратуры в соответствии с предшествующим правовым регулированием.

Приложение:

ордер адвоката № 000 на 1 листе; приложение 1 на 1 листе; приложение 2 на 2 листах; приложение 3 на 1 листе; приложение 4 на 12 листах; приложение 5 на 3 листах; приложение 6 на 10 листах; приложение 7 на 38 листах; приложение 8 на 3 листах; приложение 9 на 4 листах; приложение 10 на 2 листах; приложение 11 на 2 листах; приложение 12 на 2 листах; приложение 13 на 12 листах; приложение 14 на 37 листах.

21 октября 2012 года

подпись

адвокат

Бюджет времени:

классические лекции – 6 часов,

семинарские занятия – 16 часов,

практические (интерактивные) занятия – 10 часов,

самостоятельная работа – 62 часов.

Тема	Классические лекции	Семинарские занятия	Интерактивные занятия	Самостоятельная работа
Тема 1. Особенности конституционного судебного контроля в сфере уголовной юстиции	2	2		6
Тема 2. Конституционные требования к законодательству в сфере уголовной юстиции		2	2	8
Тема 3. Личные конституционные права в сфере уголовной юстиции: материально-правовые и процессуальные аспекты	2	2		10
Тема 4. Общие вопросы конституционного права каждого на судебную защиту в рамках уголовного судопроизводства		2	2	10
Тема 5. Конституционные основы правосудия по уголовным делам	2	2	2	10
Тема 6. Конституционные права обвиняемого		2	2	6
Тема 7. Конституционные права потерпевших от преступлений		2		6
Тема 8. Вопросы организации оперативно-розыскной деятельности в решениях Конституционного Суда Российской Федерации		2	2	6
итого:	6	16	10	62
контроль	6	16	10	62
	Итого часов:	94
	в з. е. (/36)	2,61111

[1] http://law. *****/book/book. asp? bookID=1352919.

[2] http://law. *****/book/book. asp? bookID=1198683.

[3] http://*****/idcUploadAutoref/renderFile/71665.

[4] http://law. *****/book/book. asp? bookID=99200.

[5] http://law. *****/book/book. asp? bookID=1240636.

[6] http://law. *****/book/book. asp? bookID=1237180.

[7] http://law. *****/book/book. asp? bookID=82356.

[8] http://law. *****/book/book. asp? bookID=131899.

[9] http://law. *****/book/book. asp? bookID=1184368.

[10] http://www. /node/255.

[11] http://www. *****/arch/143/143-11.doc.

[12] http://www. /book/export/html/594.

[13] http://law. *****/book/book. asp? bookID=1480542.

[14] http://www. *****/structure/dissovet/maslov-aref. pdf.

[15] Нормативные правовые акты следует использовать для подготовки к занятиям и соответствующим формам контроля, в том числе для решения задач, исключительно в действующей редакции. В случаях, когда освоение курса предполагает сравнение редакций положений законодательных актов либо обращение к истории развития правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации по какому-либо вопросу, что специально оговаривается в заданиях, студентам следует использовать все имеющиеся правовые акты, в том числе решения Конституционного Суда Российской Федерации, вне зависимости от их актуальности на сегодняшний день. В связи с большим количеством изменений и дополнений, внесенных в законодательные акты, источники опубликования и крайняя дата внесения изменений (дополнений) не указываются. Нормативные правовые акты в действующей редакции рекомендуется изучать в соответствующих справочных правовых системах.

[16] Электронная версия размещена в справочной правовой системе «КонсультантПлюс».

[17] http://www. /node/181.

[18] http://law. *****/book/book. asp? bookID=1237480.

[19] http://law. *****/book/book. asp? bookID=1198683.

[20] http://*****/idcUploadAutoref/renderFile/71665.

[21] http://law. *****/book/book. asp? bookID=99200.

[22] http://www. /book/export/html/594.

[23] http://law. *****/book/book. asp? bookID=1480542.

[24] http://law. *****/book/book. asp? bookID=1240636.

[25] http://law. *****/book/book. asp? bookID=1237180.

[26] http://law. *****/book/book. asp? bookID=82356.

[27] http://www. *****/structure/dissovet/maslov-aref. pdf.

[28] http://law. *****/book/book. asp? bookID=131899.

[29] http://law. *****/book/book. asp? bookID=1184368.

[30] http://www. *****/arch/143/143-11.doc.

[31] http://www. /node/255.

[32] http://law. *****/book/book. asp? bookID=1352919.

[33] Любое совпадение указанных в жалобе обстоятельств и лиц с реальными обстоятельствами производства по конкретным уголовным делам и (или) лицами случайно.