Заветная черта (стр. 2 )

Растерянная, немного сбитая с толку, пришла к Виктору Ильичу. Ехать ли в деревню?

– Конечно, поезжай, – услышала я в ответ. – непременно возвращайся оттуда здоровой и толстой!

– А как же моя «специализация»?

– Будешь продолжать ее на лоне природы, среди ив и лесов.

– Да там, наверняка, ни стадиона, ни тренера нет!

– Было б у самой желание тренироваться! Вот тебе дополнительный рецепт к парному молочку...

Виктор Ильич вынул блокнот, написал несколько строчек и, вырвав листок, протянул его мне. Алексеевский рецепт был следующий:

«Через день – 30 камушков, 20 булыжников, 20 листочков, хворостинка».

Я прочла и ничего не поняла. Алексеев рассмеялся, увидев мою недоумевающую физиономию, и тут же все объяснил:

– У метателя должны быть хорошо развиты определенные группы мышц. Но их можно развивать, не только бросая копье или диск... Та же группа мускулов получит нужную нагрузку, если ты будешь бросать и самые обыкновенные камушки. Они-то найдутся в деревне! Бросай по тридцать камней через день. Старайся метнуть их как можно дальше!

– Ясно. А булыжники?

– Мы же собирались тренироваться и в толкании ядра. А разве увесистый булыжник его не заменит? Как ты думаешь?

– Пожалуй, заменит... Ну, а что это за двадцать листочков?

– Листочки можешь выбирать любые — кленовые, березовые, липовые. Лишь бы росли они повыше! Встань под дерево, подпрыгни и сорви листочек. Прыжки укрепляют ноги. Ты же знаешь, что ноги у метателя должны быть сильными!

– Знаю... Но ведь важна и техника! Вы же сами говорили, что нужны еще и специальные упражнения, вырабатывающие правильные приемы броска.

– Ты забыла о хворостинке! – улыбнулся Виктор Ильич. – Она-то и поможет тебе овладеть некоторыми элементами техники! Разгоняясь перед броском, надо выносить ноги вперед, как бы убегая от копья, которое держишь в руке. Проделывай это в деревне не с копьем, а с длинной хворостинкой.

– А учиться правильно отводить руку можно тоже с хворостинкой?

– Конечно.

– Ну, а кто же будет меня поправлять?

– Я поправлю. Только осенью, когда ты вернешься! А пока тренируйся самостоятельно. И не ленись! Помни, что труд никогда не пропадет даром!

Теперь я успокоилась. Поблагодарила Виктора Ильича за советы, распрощалась с ним, с подругами и товарищами. По обыкновению все старались трясти мне руку подольше, а то и по два раза.

Отдыхать я поехала в Новоржевский район Псковской области. Деревня, в которой жила тетя, оказалась просто чудесной. Одно название чего стоит: «Добруха»!

И все, что окружало меня в этой деревне, казалось добрым, хорошим, ласковым.

Расположена Добруха на красивом крутом взгорье. Тут много зелени, садов. Внизу, под крутым обрывом, течет чистая спокойная речка. Какой шелковистый песок на ее берегах! И какие там гладкие, круглые камешки! Только такие и метать!

Просыпалась я в деревне рано, часов в шесть утра. Накинешь сарафан – и сразу на берег. Еще свежо. Гладь реки подернута клочьями пара. Попрыгаешь, побегаешь на песке, сделаешь зарядку – и бултых в воду! Когда возвращаюсь домой, тетя уже подоила корову. Неужели молоко может быть таким вкусным? Пью кружку за кружкой, уплетая ароматный ржаной хлеб с хрустящей, присыпанной золой нижней коркой…

После завтрака отправляюсь поработать на огород. Хоть и горожанка, а полоть умею. Научилась этому еще года три назад, когда вместе с другими ленинградскими пионерами ездила помогать нашим пригородным колхозам.

Тут же на огороде и тренируюсь между делом по «рецепту» Виктора Ильича. Наш огород отделяет от соседнего прохоженная на меже тропа. По этой дорожке я и бегаю с хворостиной, практикуясь в обгоне воображаемого копья и в правильном отведении его в сторону. Побегать после того, как посидишь над грядкой, вдвойне приятно.

К вечеру я снова отправляюсь на реку, теперь вместе с двоюродными сестрами и братьями. На берегу уже много ребят.

Сначала все с некоторым удивлением смотрели на городскую приезжую девочку, которая швыряла через речку камень за камнем. Потом, конечно, нашлись желающие попытаться бросить дальше меня. Но как ни старались, бросить дальше никому не удавалось. Это, видимо, задело престиж юных жителей Добрухи. Все говорили, что будь тут сейчас какой-то Петька, уехавший учиться в ремесленное училище, он оставил бы меня далеко позади.

Однако вскоре появился на берегу и прибывший в отпуск Петька. Это был довольно высокий паренек, поминутно поправлявший свою форменную фуражку с перекрещенными молоточками. Предупрежденный друзьями, что в моем лице он встретит опасную конкурентку, Петя особенно долго и тщательно подбирал камни. И все же я оказалась победительницей.

Мои новые друзья никак не могли понять, почему это мне надо бросить никак не меньше тридцати камней.

– Довольно, Галя! Надоело!.. Да пошли же купаться!

Но я продолжала свое занятие. Бросить десяток голышей легко, но уже на втором десятке начинает наливаться тяжестью плечо и зудеть в кисти. Преодолевая появившуюся усталость, швыряю через речку камень за камнем.

Бросить тридцать камней, потом толкнуть двадцать булыжников, вечером достать в прыжках двадцать листочков. Да утром поупражняться еще с хворостинкой. Все вместе взятое – не такая уж маленькая нагрузка. Но я постепенно привыкла к ней, втянулась в свои самостоятельные тренировки.

Вскоре появилась еще одна возможность укреплять себя физически. Началось с того, что мне захотелось читать. Библиотека же была в соседней деревне, за пять километров. Через день стала бегать туда за книгами. Пять километров в один конец, пять – в другой. Конечно, не все время я бежала. Бег сменяешь ходьбой, потом опять бежишь. Очень хорошо, что путь не особенно гладкий. То прыгнешь через канаву, то взбежишь на пригорок, то балансируешь по бревну через какой-нибудь ручей. В общем мои путешествия за книгами были настоящими кроссами.

Быстро летело время. Хорошо мне жилось в Добрухе. Чувствовала, что здоровею, крепну, набираюсь сил.

Мои тренировки все больше заинтересовывали деревенских ребят. Стоило начать бросать камни или толкать булыжники, как ко мне присоединялись многие. Однажды я предложила попробовать, кто из нас прыгнет дальше. Желающие соревноваться нашлись. Однако очень скоро выяснилось, что почти все прыгают плохо. Тогда я показала, как надо разбегаться, как правильно делать толчок. После этого мои друзья стали прыгать гораздо дальше.

Когда многие научились прыгать с места, я показала тройной прыжок, который особенно всем понравился. Теперь мои тренировки уже никак нельзя было назвать индивидуальными! На берегу реки все крепче сколачивался из местных подростков настоящий физкультурный кружок.

Мы не только тренировались. Среди сверстников оказалось много любителей лапты. Развлекались мы этой интересной игрой каждый вечер.

Как ни весело, как ни хорошо жилось мне в Добрухе, а все же я часто вспоминала спортивную школу. Что-то делается сейчас на стадионе «Зенит»? Как проходят вылазки в Ольгино? Каких результатов добилась Дуся Григорьева в метании копья, а Юра Щербаков в метании молота?

В библиотеке однажды попалась на глаза газета «Советский спорт». Одна из заметок сообщала, что скоро в городе Воронеже будут проводиться всесоюзные юношеские соревнования по легкой атлетике. А я-то сижу в Добрухе! Будь я сейчас в Ленинграде, может, и меня послали бы на эти соревнования. Подумала об этом и так расстроилась, что даже первый раз за все время позабыла об оставленных на вечер двадцати листочках.

Правда, на другой же день вернулась к тренировкам в обычной норме. Однако двоюродные сестры заметили, что я чем-то озабочена. Начались расспросы. Пришлось рассказать о прочитанной заметке.

– Да, может, еще и не поехала б в этот Воронеж! – рассудительно заметила старшая сестра.

– Разве мало физкультурниц в Ленинграде? – напомнила младшая.

И в самом деле: почему меня обязательно послали бы? Нечего волноваться! Лучше схожу еще разок на речку. В дверях я столкнулась с почтальоном.

– А ну пляши, ленинградка! – сказал он.

– Есть письмо?

– Получай телеграмму. А за телеграмму – двойкой пляс!

Развернув протянутый бланк, я и в самом деле заплясала. Вот что было в телеграмме:

«Срочно возвращайся Ленинград, будешь участвовать всесоюзных соревнованиях, мама согласна

Алексеев».

На другой же день я распрощалась с Добрухой. Было это в последних числах июля. Вместо двух месяцев я провела в деревне только полтора, но и за это время успела отлично поправиться. Увидев меня загорелой, располневшей, с румянцем во всю щеку, обрадовались и мама и Виктор Ильич.

В Ленинграде успела провести не больше двух тренировок. И копье у меня летело далеко, и ядро я толкала для своего возраста неплохо. Совершенно неожиданно выяснилось, что не отстаю я от других и в метании диска.

– Вот что дали камушки да листочки, хворостинка да булыжники! – посмеивался Алексеев. – И кроссы, говоришь, были? И тройные прыжки? Молодец! И они чувствуются.

Тут же Виктор Ильич исправлял кое-что в моей технике и снабжал меня множеством полезных советов, связанных с предстоящими выступлениями на больших соревнованиях.

Из тридцати ленинградцев, выехавших в Воронеж, семь юношей и девушек были воспитанниками нашей спортивной школы.

Дальше всех

И опять те же вопросы: кто выше? кто дальше? кто быстрей? Только теперь они относятся уже к лучшим спортсменам и спортсменкам всего Советского Союза, съехавшимся в Воронеж на юношеские соревнования.

Наша ленинградская делегация прибыла туда дня за три до открытия состязаний. И в общежитии, где нас разместили, и на стадионе, где мы тренируемся, у меня быстро появляются друзья среди москвичей, киевлян, минчан, делегатов закавказских республик. Мне предстоит выступать по трем видам – копье, диск, ядро.

Присматриваюсь к своим будущим противникам. Однако трудно сейчас сказать, кто будет первой. Ведь на тренировках метают не в полную силу.

Пожалуй, одной из главных соперниц станет моя же подруга по спортивной школе, Зоя Корнеева. Вместе с ней мы и тренируемся. Обе жалеем, что нет с нами Наташи Дятловой. Вот бы кто помог! Но Наташа с этого сезона выступает со взрослыми.

С первого же дня состязаний завязалась очень острая борьба не только за личное, но и за командное первенство. В беге на сто метров с особенным упорством боролись за победу москвичка Надя Герасимова и латышка Илга Зелтыня. Победила Герасимова. По радио сообщают, что новая чемпионка – комсомолка, окончившая в этом году школу с золотой медалью. А я-то – все еще пионерка. Да и тройку имела по истории!

Мои выступления начались с метания копья. Главными противницами оказались не только Зоя, но и представительница Туркмении четырнадцатилетняя Шона Асадова. Эта рослая, сильная девушка выглядела гораздо старше. Метала она значительно лучше других; Асадовой удалось бросить копье на 32 метра 4 сантиметра и стать чемпионкой СССР. Зоя Корнеева вышла на второе место, а я заняла третье. Рада и этому! Не легко занять призовое место в таких больших соревнованиях! Третьей я смогла стать только после того, как метнула копье на 30 метров 20 сантиметров, на два метра дальше, чем метала в прошлом году.

Довольна я и своим результатом в толкании ядра – & метров 60 сантиметров. Мне присудили четвертое место. На первом была москвичка Таня Черемовская, а наша Корнеева опять на втором.

В метании диска сноса отличилась туркменка. Диск у Асадовой пролетел на 30 метров 47 сантиметров. Она выиграла звание чемпионки и по этому виду метания. Я – на шестом месте, мой лучший бросок немногим дальше 25 метров. Однако в метании диска я ведь начала тренироваться совсем недавно.

Обидно, что ленинградская команда выступила в целом не очень-то хорошо. Нам удалось занять лишь четвертое место, на первом – москвичи, на втором – команда Латвии, на третьем месте – команда РСФСР. К следующим всесоюзным соревнованиям нашим спортсменам надо серьезно подтянуться.

Вскоре после возвращения в Ленинград начался новый учебный год. Я – в седьмом классе. Всего лишь в седьмом, несмотря на свои шестнадцать лет. Не моя в этом вина! Прервать на два года ученье мне пришлось, как и многим ленинградским школьникам, в тяжелое время блокады.

С первых же сентябрьских дней как следует берусь за книги и тетради. Много нового, интересного дает каждый урок. Особенно мне нравится математика. Люблю упрямую логику алгебраических формул, с удовольствием вычерчиваю все более сложные построения геометрических задач. Куда пойти учиться после семилетки? Думала об этом уже не раз. Наверно, поступлю в оптико-механический техникум. Там учатся многие наши зенитовцы. Говорят, интересно. И специальность можно получить хорошую – стать техником-конструктором по оптическим приборам.

Идут занятия в общеобразовательной школе, продолжаются они и в школе спортивной. Сентябрь выдался ясным, солнечным. Хорошая погода помогала достигнуть высоких результатов на многих легкоатлетических соревнованиях.

В одно из воскресений начинается розыгрыш осеннего первенства нашей спортивной школы. Виктор Ильич требует от меня еще более энергичного разбега перед метанием копья. Кроме того, надо несколько изменить угол, под которым я выпускаю копье. Постараюсь этого добиться!

Соревнования принесли мне большую радость. Копье пролеметра 39 сантиметров. Это мой первый всесоюзный рекорд. Никто из моих сверстниц еще не бросал копье так далеко! Ни Зоя Корнеева, ни чемпионка страны Шона Асадова, решительно никто! Рекорд – у меня, но его могут в любой момент отобрать. Стоит бросить той же Зое на сантиметр дальше, и рекорд перейдет к ней. Хорошо еще, если к ней! А вдруг перекочует в другой город? Нет, завоеванный рекорд нельзя выпускать. Значит, надо его улучшить, поднять еще выше, закрепить за собой.

Опять идут тренировки. Внимательно прислушиваюсь ко всем замечаниям Виктора Ильича. Под его наблюдением упражняюсь и в метании диска, толкаю.

20 сентября стадион «Динамо» заполнили ленинградские школьники. Семьсот юных спортсменов и спортсменок соревновались во всех видах легкой атлетики. У меня снова большая удача. Неожиданно для себя самой я установила новый всесоюзный рекорд в метании диска, послав его на 32 метра 27 сантиметров. Прежний рекорд задолго до войны установила ташкентская школьница Татьяна Севрюкова, ставшая затем одной из сильнейших советских метательниц и рекордсменкой мира в толкании ядра.

Еще неделю назад, когда я установила свой первый всесоюзный рекорд, меня от души поздравляли все подруги по классу и многие преподаватели. Очень это было приятно! И вот теперь опять в школе со всех сторон поздравления.

– Спасибо, Галя! – говорит преподавательница физкультуры. – Теперь за нашей 116-й женской школой уже два всесоюзных рекорда. Ведь твои рекорды – это и наши рекорды! Правда?

Конечно, правда! Прежде всего я член нашего школьного физкультурного коллектива. В семилетке я начала заниматься спортом. Отсюда меня и направили к Виктору Ильичу Алексееву.

Вскоре я участвую в новых соревнованиях. Проходят они на том же стадионе «Динамо», но на этот раз сравнивают свои силы команды всех ленинградских Детско-молодежных спортивных школ.

Как и на предыдущих состязаниях этого года, одной из основных моих противниц, особенно в метании копья, оказалась Зоя Корнеева. Первые же ее броски были очень хорошими. Но я не собиралась уступать завоеванный рекорд. В одной из последних попыток мне, видимо, удалось произвести бросок наиболее правильно. Копье полетело на 35 метров 54 сантиметра. Это был новый всесоюзный рекорд для девушек 15–16 лет, превышающий мой недавний больше чем на три метра. А еще через день, на этих же соревнованиях, я улучшила и всесоюзный рекорд в метании диска, причем и тут чуть ли не на три метра.

Меня опять поздравляли, опять хвалили, и, пожалуй, только один человек относился к моим успехам весьма сдержанно. Этим человеком был Виктор Ильич. Казалось, он даже недоволен мною. Я только позже поняла, в чем тут дело.

Действительно, у тренера были весьма веские основания не приходить в особый восторг от успехов своей ученицы. Как раз успехи и свидетельствовали о моей слабости. Метание копья и диска – очень трудные и сложные виды легкой атлетики. У самых опытных, у самых сильных спортсменов рекорды нарастают по сантиметрам, в лучшем случае по десяткам сантиметров. А тут вдруг сразу по три метра и через очень короткий интервал! Сколько же, значит, ошибок, оплошностей, промахов сделала я, устанавливая свои первые рекорды! Могу ли я повторять эти ошибки? Конечно, могу. А чтобы я их не повторяла, мне надо теперь всерьез заняться изучением техники метания, овладеть ею в совершенстве.

Так или примерно так думал мой тренер. Со мной же особых разговоров на эту тему не было. сказал мне между делом:

– Зимой и ты будешь заниматься по воскресеньям!

Для меня это лучшая награда. Зимние занятия по воскресеньям проводятся в зенитовской школе с так называемой группой повышения мастерства. Это уроки для тех, кто уже кое-чего достиг и должен более углубленно изучать спортивную технику.

Большими и радостными событиями была заполнена у меня осень 1947 года. Эти события были связаны не только со спортом.

Комсомолка

Хорошо помню первый после начала учебного года пионерский сбор. Все наши девочки явились на него в белых, тщательно выглаженных кофточках и красных галстуках. У всех праздничные ленты в косичках. Дружина построилась. Каждый отряд отдает рапорт старшей вожатой. Пионеры собрались обсудить и решить важные вопросы. У нас перевыборы совета дружины.

Сначала отчитывается прежний председатель совета Лариса Андреева. За многое пришлось ее покритиковать. Обсуждая отчет Ларисы, пионерки говорят и о том, на что нужно обратить внимание нашей дружине в ближайшее время:

– Больше следить за успеваемостью! Помогать отстающим!

– Наладить выпуск стенной газеты!

– Постараться, чтобы на каждом отрядном сборе было интересно и весело!

– Одних уроков физкультуры мало. Нужно создать в нашей школе крепкий спортивный коллектив!

– Чаще организованно ходить в кино и театры. Обсуждать новые книги!

Начинается выдвижение кандидатур в новый совет дружины. Называют и мою фамилию. Сначала выбрали меня членом совета, а затем и его председателем.

Большая это честь, но и большая легла на меня ответственность. Сначала даже растерялась, не знала, за что взяться. Но тут произошло и другое очень важное событие в моей жизни: я вступила в ряды ВЛКСМ. Комсомольская организация и помогла мне наладить работу совета дружины.

– В совете дружины – твоя основная комсомольская работа, – сказал секретарь школьного комитета комсомола Таня Жилина. – Будем с тебя за нее крепко спрашивать, но и всегда тебя поддержим! Первыми твоими помощниками будут комсомолки.

Так это и оказалось. На комсомолок я опиралась во всем. В каждом классе организовали мы помощь отличниц тем, кто отстает в учебе. Наладили выпуск стенгазеты. Всю зиму выходила она регулярно, хорошо оформлялась. Проводили и походы целыми отрядами в театры, кино.

Однажды Таня Жилина сообщила о задании, полученном от райкома комсомола. Оказывается, пионерские дружины могут посильно помочь в электрификации сельского хозяйства. Надо начать собирать лом меди и других цветных металлов, который пойдет в переплавку. Собранные по закоулкам куски металла превратятся в провода. Нужно собирать и ролики, они пригодятся при электропроводке. Нужны и старые, перегоревшие лампочки.

– Они-то зачем? – спрашиваю у Тани.

– Да ведь в нашем же районе находится электроламповый завод «Светлана». Светлановские комсомольцы обещают перегоревшие лампы восстановить.

Пионерская дружина горячо взялась за порученное дело. Между отрядами началось соревнование – кто больше? Пионерки несли в школу кто пару, а кто и десяток роликов, натаскали целую гору отслуживших свой век примусов, позеленевших обломков кружек, ложек, подсвечников, каких-то медных финтифлюшек совершенно неведомого назначения... Где только понабрали!

В два больших ящика складывали хрупкие лампочки с дрожащими внутри волосками, те самые лампочки, что валялись до сих пор дома где-нибудь на кухонном шкафу или в уголке буфета. Маленькая третьеклассница торжественно притащила перегоревшую лампочку в двести свечей и сказала, что если эту лампочку хорошенько починить, то она как раз подойдет для освещения колхозного клуба.

Мы думали, что лучше всех по району выполнят задание пионеры какой-нибудь из мужских школ. Казалось, что охота за керамическими роликами и поиски медных обломков – занятие, более подходящее для мальчиков. Вышло иначе. Дружина нашей 116-й женской школы-семилетки заняла первое место, перевыполнив «контрольные цифры» в несколько раз. Мы получили благодарность райкома, которой очень гордились.

Взялась дружина и за спортивную работу. Действительно, для многих школьниц одних только уроков физкультуры было недостаточно. Мы стали чаще проводить лыжные походы, добились, чтобы в каждом классе была своя волейбольная команда.

Из лучших игроков классных команд составилась сборная школы, капитаном которой выбрали меня. Специального тренера у нас не было, капитан и тренер объединялись в одном лице, в моем в данном случае.:

Раза два в неделю волейболистки сборной оставались после уроков в спортивном зале. Мы разучивали довольно сложные для школьников приемы игры – «блоки», отвлекающие удары, передачи мяча в самых неожиданных направлениях. Особенно хорошо научились этим приемам Лариса Андреева и Люся Зворокина. Неплохо играла и я. В общем, команда у нас была довольно сильная. Однако все мы знали, что не менее сильными волейболистками располагает в нашем районе и 104-я женская школа. Вдруг им достанется первенство на ближайшем районном турнире? Нет, первое место должно быть за нами!

Для того чтобы тренировки стали интересней, полезней, мы начали приглашать к себе волейболистов соседней мужской школы и заниматься вместе с ними. Капитан команды Володя Лабуздко и другие мальчики показали, нам много новых тактических комбинаций, помогли совершенствовать технику приемов, ударов и передач. Обе команды проводили между собой тренировочные игры. Не беда, что мальчики нас обыгрывали! Зато мы приучались выступать против опасных противников, напрягая все свои силы.

Когда начались районные соревнования школьников, наша команда оказалась отлично к ним подготовленной. Мы выигрывали встречу за встречей и без особого труда вышли в финал. Однако финалистками оказались, как мы и предполагали; также пионерки 104-й школы. Решающее состязание проводилось в нашем спортивном зале. Народу собралось множество, пришли даже некоторые учителя.

– Ну, девочки, играть дружно! – напоминаю я, – Передавать мяч только той, кто в самой выгодной позиции! Все время стараться наступать!

Встреча прошла в напряженной борьбе. Были моменты, когда противницы значительно нас опережали. Но все же мы выиграли это состязание и стали чемпионками района.

Пионерская работа отнимала довольно много времени. Надо проводить заседание совета дружины, следить за работой советов отрядов, выполнять поручения старшей вожатой. А кроме того, я в редколлегии, я и в волейбольной команде. Конечно, теперь никто не позволил бы мне выполнять столько поручений. Да и тогда посматривали на это косо. Однако я все же ухитрялась браться и за одно и за другое. А ведь тренироваться в спортивной школе приходилось уже не два, а три раза в неделю. Важна общественная работа, необходимо повышать свое спортивное мастерство – все это так, но самое главное – я должна хорошо учиться. К семиклассникам требования педагогов были особенно велики.

Как всюду успеть? Как со всем справиться? Как, добившись выигрыша в решающей волейбольной встрече, не получить тройки за контрольный диктант?

Разумеется, правильный режим дня, твердое распределение времени для всех моих дел имели тут большое значение. Но не в одном режиме дело. Решающую роль играла для меня помощь коллектива и в учебе и в работе, помощь, которую я постоянно чувствовала.

Учиться помогали подруги по классу. Пионерскую работу я налаживала с помощью других членов совета дружины. Комитет комсомола внимательно следил за всеми нашими начинаниями. Меня поправляли, когда я ошибалась, подсказывали, как лучше поступить, когда я была в затруднении. Нужную поддержку всегда можно было получить и у преподавателей.

Такая же обстановка дружеской помощи была и в спортивной школе. Подруги и товарищи помогали мне овладевать техникой метания, укреплять общую физическую подготовку.

– А как твои учебные дела? Какие получаешь отметки? – постоянно интересовался Виктор Ильич.

Подробно расспрашивал он и о нашей волейбольной команде. Это по его совету мы начали тренироваться вместе с мальчиками.

Не всегда и не все у меня ладилось. Временами бывало и трудно, очень трудно. Но я знала, что комсомольцы не должны бояться трудностей. И какое испытываешь удовлетворение, преодолев все препятствия, добившись своего!

Особенно радовало, что я как будто неплохо справляюсь со своим основным комсомольским поручением – работой в пионерской дружине. За достигнутые успехи райком ВЛКСМ наградил меня вскоре грамотой и подарком.

Зимние воскресенья

С нетерпением ждешь зимой конца недели. Много сделано, ни один час не пропал даром. Устала... Сильно устала. Но зато как приятно, закрыв тетради, отложив книги, сорвать в календаре субботний листок!

Лучший отдых для меня – спорт. А ведь по воскресеньям и тренировки особенно интересные. В этот день я имею теперь право заниматься с наиболее сильными зенитовцами.

Обедаешь в воскресенье пораньше. Тренировки начнутся в два часа. Трамвай везет меня через всю Выборгскую сторону, мимо Финляндского вокзала, мимо бронзового Ленина, говорящего с броневика.

Вот и улица Комсомола. Здесь живут Алексеев и многие зенитовцы. Наверно, они подсядут на ближайшей остановке. Так и есть! В вагон входят Виктор Ильич, а за ним Нонна Марсова, Саша Горшков, Зоя Корнеева, Щербаков, Храбров, еще кто-то. Не случайно на улице Комсомола столько зенитовцев. Одними из первых учеников Виктора Ильича стали его соседи, девочки и мальчики из ближайших дворов.

Вот ввалилась вся компания в трамвай, и сразу стало шумно и весело. Шутки, смех... А то и песню затянем! Ехать нам еще далеко. Спортивная база общества «Зенит» расположена на окраине города. Кругом заводы, фабрики. У нас занимается немало молодежи с этих предприятий.

Последняя остановка. Наши ребята оказались и в соседних вагонах. Оживленной гурьбой двигаемся мы мимо залитого льдом стадиона к физкультурному залу.

На воскресное занятие собралось человек тридцать. Тут только те, кто уже добился значительных спортивных успехов, окончательно определил, в каком виде легкой атлетики хочет совершенствоваться. Но возраст занимающихся в группе повышения мастерства различный. Есть и мои сверстники, по 15–16 лет, есть и спортсмены гораздо старше.

Вот, например, Юрий Лукьянов, Евгений Лутковский, Виктор Иовлев. Они успели повоевать, получить воинские звания, украситься боевыми орденами. Однако, демобилизовавшись из армии, воспитанники Алексеева вернулись в зенитовскую школу. Только здесь, в своей родной спортивной семье, под руководством любимого тренера, хотят они совершенствоваться дальше. Сами учатся у Виктора Ильича и помогают ему учить других.

Наши воскресные тренировки, как и обычные, начинаются с разминки. Только разминка эта более интенсивная и длительная. После ходьбы и бега мы выполняем множество самых разнообразных упражнений.

Одни развивают гибкость. Другие приучают к резкости движений. Третьи вырабатывают мускульную силу. Четвертые укрепляют дыхательные мышцы. Нет нужды перечислять и дальше упражнения, предшествующие основной части тренировок. Все они подготавливают организм к работе с полной нагрузкой. Длится наша воскресная разминка минут тридцать-сорок, не меньше.

Но вот мы разогрелись как следует, размяли все тело, почувствовали необходимость двигаться еще и еще.

Теперь спортсмены делятся на несколько групп и продолжают заниматься по своим легкоатлетическим специальностям. Виктор Ильич переходит от группы к группе, давая задания, наблюдая за нами, поправляя и показывая. Руководить тренировками помогают ему наиболее опытные спортсмены, которые есть, конечно, в каждой группе.

Я занимаюсь в группе метателей, вместе с Наташей Дятловой, Зоей Корнеевой, Сашей Горшковым, Ниной Игнатьевой, Юрой Щербаковым, Борисом Матвеевым. Изучаем мы все виды метания – копья, диска, ядра, гранаты, мяча. Но каждый спортсмен больше всего тренируется в тех видах, способности к которым уже проявил. Из меня готовят, в первую очередь, копьеметательницу и дискоболку.

До сих пор я успела овладеть только основой техники метания копья и диска. Теперь же настало время изучать ее во всех подробностях, которых раньше я, возможно, и не поняла бы.

Весьма существенных деталей в технике метания множество. Все виды метания сложны. Не одно, не два и не три, а длинная цепь разнохарактерных и точно согласованных между собой движений подготавливает мощный заключительный рывок или толчок, отправляющий в воздух спортивный снаряд, причем, мобилизуя все свои силы для финального движения, спортсмен должен развить возможно большую скорость и передать ее снаряду.

Бросить копье далеко совсем не просто. Взяв древко за плотную веревочную обмотку, метатель поднимает его к плечу и начинает быстрый энергичный разбег. За несколько метров до линии, от которой нужно метнуть копье, спортсмен переходит с обычных на так называемые бросковые шаги. Корпус выпрямляется и постепенно отклоняется назад, ноги как бы обгоняют туловище метателя. С первого же броскового шага рука с копьем отводится назад. Все больше отклоняется и корпус. В одном из бросковых шагов ноги особенным образом скрещиваются, изменяя положение тела метателя, поворачивая его лицом к линии полета копья. Левая рука отходит вперед и влево, подготавливая тело к рывку. Еще один или два бросковых шага. И вот, наконец, рывок вперед – рукой, плечом, корпусом, бедром, всем телом. Кисть выбрасывает копье в воздух.

И все это лишь грубая схема технических приемов, выполненных метателем. Каждый прием имеет массу своих особенностей. Можно по-разному держать копье. Важен темп предварительного разбега, его длина. Именно многие детали выполнения придают бросковым шагам особую трудность. Только один «скрестный» шаг распадается на несколько элементов. Еще больше их в технике финального усилия. Тут все влияет на дальность полета: положение плеча и кисти метателя, постановка ног, малейшие изменения в наклоне корпуса, угол, под которым выпускаешь копье.

Большинство элементов техники метания и отдельные их детали можно выполнять в различных вариантах. Какой же вариант наилучший? Самый лучший тот, который больше всего подходит к физическим данным спортсмена, его росту, телосложению. Высокая, худощавая москвичка Александра Чудина бросает копье иначе, чем моя землячка Людмила Анокина, которая ниже ростом и шире в плечах. Лучшая метательница в нашей спортивной школе Наташа Дятлова, но я или Зоя Корнеева не должны подражать всем особенностям ее техники, так как наши физические данные различны.

Во сколько же шагов должна я укладывать предварительный разбег – в 25, 26 или 27? Которым из бросковых должен быть у меня «скрестный» шаг – четвертым, пятым или шестым? Под каким углом лучше всего сгибать мне туловище во время рывка? Как двигать плечом?

Ответ на эти и множество подобных им вопросов я получу от Виктора Ильича. Он внимательно наблюдал за всеми моими выступлениями. Ему-то отлично известны причины моих неудач и первых моих успехов.

Постепенно, от одного воскресного занятия к другому, в мою технику метания копья вносятся все новые поправки и уточнения. Не так надо выполнять какой-нибудь элемент броска, а чуть по-другому, немного иначе! Нелегко даются все эти «чуть» и «немного». Каждое движение приходится повторять сотни раз, добиваясь, чтобы оно выходило правильно, четко.

Многое не выходит, не получается. То слишком высоко держу копье во время разбега, то не могу опустить в нужный момент плечо, то сделаю бросок не вперед, а куда-то вверх. Но Виктор Ильич настойчив и терпелив. Он поправляет меня, снова и снова показывает, придумывает дополнительные упражнения, которые помогают овладевать наиболее трудными приемами.

Исправляется многое и в моем метании диска. Движения дискобола совсем не похожи на движения копьеметателя, но они так же сложны, имеют не меньше своих особенностей.

Дискобол, как и метатель копья, выбрасывает свой снаряд в воздух одновременным и максимальным усилием мышц всего тела. Однако подготовку к этому мощному броску он производит не во время разбега по прямой линии, а почти на месте, как бы свертываясь тугую пружину, которая затем распрямится с огромной силой.

Взяв на ладонь диск, спортсмен становится у края руга диаметром в два с половиной метра. Переступать границы этой маленькой арены нельзя. Движений, придающих снаряду огромную силу инерции и помогающих спортсмену подготовиться к рывку, последует не так уж много.

Рука с диском заносится назад, затем, рванувшись корпусом вперед, метатель быстро поворачивается вокруг своей оси, после чего и выбрасывает снаряд в воздух.

Движений как будто и мало, но все они очень сложны, в каждом множество труднейших элементов. И вариантов в технике дискобола тоже несколько. По воскресеньям я их словно примеряю на себе, выбирая с помощью Алексеева лучшие. Кропотливый и напряженный труд! А ведь отобрать, найти – только начало ела. Надо еще научиться лучшему. И опять, как и в тренировках с копьем, я делаю бесконечные упражнения, стараюсь соединить между собой отдельные звенья дискобольной техники, внимательно слушаю все новые поправки, указания, советы Виктора Ильича.

Порой охватывали сомнения. Да нужно ли искать что-то новое, пригодное только мне? Не проще ли попытаться скопировать технику метания копья у Клавдии Маючей, а метания диска у Нины Думбадзе? Ведь они чемпионки и рекордсменки, значит умеют метать лучше всех. Правда, сама я еще ни разу не видела ни Думбадзе, ни Маючей, ни Анокиной, ни других знаменитых метательниц, но Виктор Ильич-то хорошо их знает.

Но мой тренер только качает головой: – Нет, Галя, копировать нельзя!.. Не стиль создает мастера, а мастер создает свой стиль! Позже ты поймешь, как это правильно.

Для того чтобы убедиться в справедливости этих слов, понадобилось не так уж много времени.

Воскресные тренировки посвящались не одним лишь поискам тех особенностей, которые должны стать отличительными признаками моего стиля метания. Приходилось много работать и над дальнейшим изучением общепринятых, для всех обязательных технических приемов. Это относилось не только к метанию копья и диска, но еще в большей степени к толканию ядра.

В то время я толкала ядро совсем плохо. Если иногда и удавалось добиваться высоких для моего возраста результатов, то не за счет правильности толчка, не за счет техники, а лишь благодаря силе плеч, руки, ног и благодаря некоторым навыкам, приобретенным в других видах метания.

Техника, которой пользуется толкатель ядра, на первый взгляд, очень проста. Спортсмен входит в ограниченный деревянным сегментом круг, немного меньше того, каким пользуется дискобол. Но он не делает ни разбега, ни поворота вокруг своей оси, а лишь один очень своеобразный и сложный скачок вперед, после чего и выталкивает ядро.

Поэтому нет у толкателя ядра возможности как-то постепенно нагнетать свою мускульную энергию. В одном только скачке надо развить огромную скорость и передать ее ядру. Для того чтобы это сделать, необходимо каждое, даже самое малейшее движение выполнять безупречно правильно.

С копьем, диском, ядром я занималась по воскресеньям (особенно с копьем и диском). В метании гранаты и мяча мы почти не тренировались. У хорошего копьеметателя и граната полетит далеко, а хороший дискобол далеко бросит мяч.