Магадан, наконец, огляделся по сторонам. Они и, правда, были где-то под землёй. Как они туда попали, он не очень понимал, помнил только, что проснулся от того, что на него начали падать палки, а потом стало нечем дышать и он, да и все остальные, отключились.
- Надо нам поскорее отсюда выбираться, - сказал Крупа. – Эх, как бы сейчас пригодился Подорожник!
- В какую сторону прикажешь идти? – ехидно спросил Воробей-разбойник. – Ты, кажется, решил, что можешь нами командовать? Так вот, куда бы ты не поскакал, я пойду в другую сторону. Хватит, из-за тебя я оказался в этой ловушке!
- Послушайте, угольки, не мог бы кто-нибудь из вас слетать на разведку, чтобы узнать, где здесь выход? – спросил Магадан.
- Конечно, слетаем, раз ты нас просишь, - и угольки разлетелись в разные стороны.
Теперь светились только глаза Тыра и немного освещали не то нору, не то пещеру, в которой они все оказались. Воробей-разбойник от нечего делать начал клювом простукивать стены.
- Ты что, клад ищешь? – спросил Магадан.
- Может и клад, - проворчал Воробей.
- Напрасно ты шумишь, только внимание привлекаешь. Вдруг, на твой стук прибегут местные чудовища? – сказал Крупа.
Он пошевелил ушами, прислушиваясь. Вожак тоже насторожился, поднял уши и шумно втянул носом воздух.
- Кто-то ползёт, - сказал он, и шерсть у него на загривке встала дыбом, - приготовьтесь!
Тут уже все услышали шорох и чью-то дробную поступь, но в слабом свете тринадцати глаз Тыра ничего не могли разглядеть. Прошло несколько минут, и оно появилось. Кто-то огромный розовый безволосый, весь в складках, перебирая множеством ног, вполз в их пещерку.
- Ой, - услышал Магадан, вроде как в своей голове, - какие странные! Боюсь их? Нет, просто опасаюсь. Вы кто?
Магадан покрутил головой, стараясь понять, кто говорит.
- Уберите немедленно этот ужас! – завопил Воробей- разбойник, - не то я свистну!
- Не вздумай, - прикрикнул на него Крупа, - ты можешь обрушить на нас потолок!
А Магадан снова услышал в голове не то слова, не то увидел картинки, он так и не понял, но догадался, что с ним разговаривает розовое существо. Рта у него, похоже, не было, во лбу торчал рог, а справа и слева от него два маленьких пронзительных глаза, которые уставились на Магадана.
- Отвечай, отвечай, - настойчиво требовал розовый, и это опять звучало в голове у Магадана, - бояться вас или нет? Вы кто?
- Мы путешественники, не надо нас бояться, - мысленно ответил Магадан и представил, как они плыли по Мировому Океану на лодке, и как на них хотели напасть синие мешки и бутылки, а Воробей-разбойник свистнул, и волной их занесло в этот мир. Потом он представил, как они встретились с ходячими камнями, как забрались на скалу и увидели разгуливающие палки и исчезнувшую гусеницу.
- Это я, я! – закричал Розовый в голове Магадана. – Я не исчез, меня почистили!
И он рассказал Магадану, что когда он и его племя обрастают волосами, палки их чистят и потом этими волосами украшают себя. После этого, розовые могут вернуться под землю, ползать по тоннелям и кожей впитывать полезную еду, но через некоторое время они опять обрастают и волосы мешают им есть. Тогда они снова поднимаются на поверхность и ждут, когда палки их ощиплют.
- Наверное, палки подумали, что вас тоже надо ощипать, вот вы сюда и провалились, - объяснил Розовый, - а теперь прижмитесь к стене, я хочу проползти.
- Ты чего застыл?! – спросил Воробей-разбойник, слегка ущипнув Магадана. – В жизни не видел такой глупой физиономии, как у тебя сейчас.
- Я разговаривал с Розовым, - ответил Магадан, приходя в себя. Всё-таки мысленные разговоры с непривычки давались ему тяжело. – Он просит нас отойти к стене, чтобы он мог проползти.
- Я не услышал от него ни слова, - Воробей недоверчиво посмотрел на Магадана, - по-моему, ты всё придумал, чтобы всех нас унизить. Думаешь, ты самый умный? Я давно считаю, что тебя надо разорвать на части.
- Лучше придвинемся к стене, - предложил Крупа, - и спроси своего нового знакомого, далеко ли выход? – добавил он, обернувшись к Магадану. – Похоже, ты один его понимаешь и можешь с ним разговаривать.
Но Розовый уже прополз мимо, слегка задев их мягкими голыми боками. На вопрос Магадана он не ответил. Возможно, Магадан неправильно представил себе выход, и Розовый просто его не понял. До Магадана только донеслись его мысли, что-то вроде: Уходите отсюда, я добрый, но есть злые.
- Фу, как тяжело разговаривать мысленно, - сказал он, когда Розовый наконец исчез, - нам посоветовали уходить!
- А то мы бы сами не догадались, - проворчал Воробей-разбойник, - и остались в этой яме навсегда. Ужас какой! – он даже вздрогнул от отвращения. – Где мой славный уютный дом в пятьдесят этажей?! Где моя любимая коллекция золота и драгоценностей?! Зачем я вообще с вами связался?!
- Ты отправился за добычей, - напомнил ему Вожак.
- И кого мне здесь грабить? – не унимался Воробей, раздражаясь всё больше и больше. – Лысых гусениц? Или прикажешь отнимать у палок их дурацкие шерстинки? Может быть, ходячие камни владеют золотом и драгоценностями?
- Об этом мне ничего неизвестно, - сказал Вожак, - но кто знает, вдруг владеют?
- Ты, правда, считаешь, что у них имеется что-нибудь ценное? – оживился Воробей-разбойник. – Когда выберемся из этой ямы, надо будет обязательно проверить. Где, кстати, эти никчёмные угольки?
- Мы тут, мы вернулись! – радостно прошипели угольки, слетаясь с разных сторон и освещая пещеру.
- Выхода нет, нет выхода! – пропели они, кружась над головой Магадана.
- Как это нет выхода?! Как же нам отсюда выбираться?! – закричали все, кроме Тыра, который ничего не понял.
- Мы не знаем, - пели угольки.
Даже Проглотитель, до сих пор тихо лежавший у стены, что-то возмущённо забулькал, услыхав их ответ.
- Видно придётся мне всё брать в свои крылья, - сказал Воробей-разбойник, немного успокоившись. – Слушайте меня, сейчас мы пойдём за этим отвратительным розовым червяком (был бы он поменьше, я знал бы как с ним поступить) и, когда его догоним, ты, мальчишка, спросишь у него, как он и его сородичи поднимаются наверх. Всем ясно?
- Хороший план, - одобрил Крупа.
- Тогда вперёд! – приказал Воробей-разбойник. – Тебя, Проглотитель, это тоже касается. Поползёшь последним и проглотишь любого, кто будет за нами красться. Понял?
- Бульк-бульк, - ответил Проглотитель, отполз от стены и занял указанное место.
- Уголькам освещать дорогу, - и Воробей-разбойник, усевшись к Магадану на плечо, указал крылом направление.
Идти было тяжело. Низкий потолок мешал Магадану как следует распрямиться, тяжёлый Воробей время от времени больно щипался.
- Это чтоб тебя подбодрить, - приговаривал он, - мне кажется, ты начинаешь придаваться унынию.
- Вовсе я не придаюсь, и совершенно необязательно так больно щипаться, - ворчал Магадан.
- Это для твоей же пользы, - пояснял Воробей и снова больно щипался.
Розовый, видно, успел уползти далеко, и они никак не могли его догнать. Наконец, узкие и тёмные тоннели, по которым приходилось петлять, привели их к довольно большой пещере, где ползала целая компания огромных волосатых гусениц. Стены пещеры покрывали какие-то светящиеся точки. Кто или что это было, Магадан не мог разглядеть. Воробей-разбойник знаками приказал всем остановиться, а уголькам спрятаться в коробочку. Путешественники притаились у выхода из тоннеля и стали наблюдать, а Магадан старался уловить, о чём говорят гусеницы между собой. Сначала он ничего не мог понять, какие-то странные картины возникали в его голове. Видно слишком много гусениц говорили одновременно. Но потом он выбрал одну и постарался услышать именно её. Немного поупражнявшись, Магадан понял, что гусеницы кого-то ждут и волнуются. Он услышал что-то вроде: « давно пора появиться, когда уже? Сколько можно ждать!»
- Ну что, о чём они говорят? – прошептал Воробей в самоё ухо - Магадану.
- Ждут кого-то, не знаю пока кого, - тоже шёпотом ответил Магадан.
Тут неожиданно земля на потолке стала осыпаться, раздался какой-то шум, и гусеницы быстро отползли к стенам пещеры, оставляя середину свободной.
- Наконец-то, сейчас появится! – прозвучало в голове у Магадана.
И тут все увидели, как в потолке появилась дыра, и оттуда высунулось что-то непонятное, больше всего похожее на большую трубу. Труба ещё немного подолбила потолок пещеры, дошла до самого пола, и из неё на землю стали выкатываться огромные серые шары. Магадан насчитал двенадцать штук. После того, как выкатился последний шар, труба сжалась, поднялась и исчезла где-то наверху, а из дыры полился дневной свет, и пахнуло свежим воздухом.
Гусеницы подползли к шарам и, аккуратно откатив их, сложили в нишу в стене.
- Вот так, вот и хорошо, пусть лежат, - звучало в голове у Магадана, - а теперь наверх!
И все гусеницы одна за другой поползли в образовавшуюся дыру.
Когда скрылась последняя гусеница, путешественники, не сговариваясь, бросились вслед за ними, лишь мельком взглянув на серые шары в нише.
- По-моему, это чьи-то яйца, - сказал Крупа, - скорее всего того, кто пробил выход.
Магадан успел легонько ткнуть пальцем один из шаров. Тот оказался на ощупь мягким и тёплым.
- Ой, - пискнуло у Магадана в голове, и он поспешно отдёрнул руку.
Дыра уходила вертикально вверх, и только Воробей-разбойник и Тыр могли по ней взлететь.
- Дай Воробью верёвку, - велел Крупа.
Магадан достал из рюкзака верёвку и протянул Воробью-разбойнику.
- Пожалуйста, уважаемый Воробей-разбойник, взлети наверх и обвяжи эту верёвку вокруг какой-нибудь скалы, чтобы мы могли подняться.
- Обращение вежливое, так и говори впредь, но делать я ничего не буду. Не в заводе у меня другим помогать.
Тут Тыр что-то чирикнул и, схватив конец верёвки, полетел наверх. Там он долго возился, видно искал к чему привязать верёвку, потом появился у края дыры, прочирикал что-то вроде: « брык-брык», и замахал щупальцами, мол, поднимайтесь сюда.
Первым полез Магадан. Он довольно ловко поднялся по верёвке, упираясь ногами в стены дыры. Выбравшись наружу, Магадан тут же сбросил верёвку вниз и, крикнув Крупе, чтоб тот крепче держался, вытащил зайца. Последним подняли Вожака. Он обвязался верёвкой, и его тащили все вместе, даже Тыр помогал. Только Воробей-разбойник ничего не делал, он прохаживался вокруг и приговаривал:
- Можете, когда хотите. Не всё мне с вами нянчиться.
- Ой, а Проглотителя мы забыли! – вспомнил вдруг Магадан. – Как же его поднимать?!
Но Проглотитель уже сам выползал из дыры, радостно побулькивая. Видно ему тоже надоело в тёмных тоннелях и пещерах.
Теперь, когда все собрались вместе, можно было оглядеться по сторонам. То, что они увидели, их совсем не обрадовало. Плотным кольцом их окружали огромные волосатые гусеницы, а немного в стороне стояло совсем уж странное существо, немного напоминающее кузнечика, но ростом с дом. Кузнечик смотрел на них с плохо скрываемым отвращением. От него, да и от гусениц явно исходила угроза. Магадан прямо почувствовал, как он, да и вся их компания кажется им подозрительной и противной.
- Кто это? Что это? Гадость какая! Откуда они взялись?!
- Если они сожрали мои яйца, я не знаю, что сейчас с ними сделаю! – эти слова шли от кузнечика и угрожающе стучали в голове Магадана.
Они прозвучали так громко, что все остальные, кажется, их тоже поняли.
- Скажи ему, - поспешно велел Крупа, - что мы его яиц в глаза не видели.
Магадан постарался мысленно передать это кузнечику, стараясь его успокоить, но тот, похоже, ему не поверил, и в голове у Магадана появились знакомые серые шары.
- Ах, это и есть ваши яйца! Мы их видели, но не трогали. Мы такое не едим, - Магадан постарался передать эту мысль как можно убедительней, но в голове его невольно возникла сковородка с дымящейся яичницей-глазуньей.
Гусеницы в ужасе отшатнулись, а кузнечик сделал гигантский прыжок и навис над Магаданом, явно желая разорвать его и всю их компанию. Он подцепил одной лапой с крючком на конце Магадана, а другой извивающегося Вожака и поднёс их к своей уродливой голове с выпученными глазами и огромной пастью.
- Сейчас я вам покажу яичницу! – пронеслось у Магадана в голове.
- Нет, нет, - закричал он в ужасе, не то мысленно, не то во весь голос, - мы ничего не тронули и не ели!
И он представил себе серые яйца аккуратно сложенные в нише. Но, похоже, кузнечик ему не поверил или не понял. Он распахнул пошире пасть и собрался сунуть туда Магадана и
Вожака, но немного замешкался, выбирая с кого начать.
Этого времени хватило, чтобы Тыр, взлетев повыше, успел несколько раз плюнуть в него. Соловей-разбойник прицельно свистнул, а Проглотитель, обхватив одну из задних лап Кузнечика, начал её проглатывать. В другую лапу вцепился Крупа, а хватка у него была совсем не заячья.
Кузнечик явно не ожидал ничего подобного. Он отбросил Вожака и Магадана в сторону, взвыл жутким голосом и гигантскими прыжками понёсся прочь, унося на задних лапах Крупу и Проглотителя. Впрочем, те быстро вернулись, отцепившись от позорно бежавшего кузнечика.
Проглотитель возбуждённо булькал и, по всему видно, был доволен. Увидев такое, гусеницы начали быстро расползаться, до Магадана долетали их панические мысли вроде:
- Ужас! Бежим отсюда скорей! Чудовища напали!
- Это мы-то чудовища?! – не выдержал Магадан. – На себя посмотрите!
Но гусеницы не желали на себя смотреть, возможно, у них просто не было зеркал. Они продолжали улепётывать со всех своих ложноножек.
- Ура! Мы победили! – Магадан, да и все остальные радовались победе и тому, что смогли выбраться из подземных нор.
- Теперь мы настоящая команда! – сказал Магадан. – Спасибо вам всем, что спасли нас с Вожаком. Даже Проглотитель за нас заступился, молодец!
- Что ещё за команда? – проворчал Воробей-разбойник. – В крайнем случае, пусть будет шайка. Это хоть достойное название. Можно ещё банда. Тоже звучит неплохо. Во всяком случае, я готов возглавить это объединение. Собственно говоря, других кандидатов нет, так что вопрос решён. Я – атаман, а вы моя шайка!
- Быстро ты всё решил, - ухмыльнулся Крупа, - наше мнение узнать не хочешь?
- Зачем? – удивился Воробей-разбойник. – Не вижу необходимости.
- Тогда, атаман, решай, что нам надо возвращаться к лодке и плыть дальше в поисках нужного мира, - предложил Крупа.
- Я решил, возвращаемся к лодке. Кстати, хочу проверить вашу наблюдательность. Кто скажет, в какую сторону нам надо идти?
Тут все задумались. Действительно, в какую?
Они так долго петляли под землёй, что совсем перестали ориентироваться.
- Ты у нас теперь атаман, тебе и решать, - хмыкнул Крупа.
- И решу, - сказал Воробей-разбойник. – Сейчас взлечу в небо и огляжусь вокруг. Заметь, заяц, я делаю это по собственной воле, а не по твоей, заячьей указке, - он расправил крылья и тут все увидели, что Воробей-разбойник лишился части своего оперения.
- Что, что это такое?! – в ужасе закричал он. – Кто посмел?! Когда?
Вид у Воробья-разбойника действительно был жалкий. Он стал похож на недощипанную курицу.
Только теперь, поглядев друг на друга, путешественники увидели, что пострадал ни один Воробей. У Вожака и Крупы шерсть тоже заметно поредела.
- Я понял, - закричал Магадан, - это палки вас ощипали! Хорошо ещё, что не успели всю шерсть и перья повыдергать. Не то были бы сейчас, как розовая гусеница, - он непроизвольно хихикнул.
- Не сметь хихикать! – прикрикнул на него Воробей-разбойник. – У меня трагедия, все должны страдать вместе со мной!
- Не расстраивайся, все твои перья и наша шерсть со временем отрастут, - попытался успокоить его Крупа, но Воробей не желал успокаиваться.
Он впал в страшную ярость: Топал лапами, грозил палкам местью и проклинал этот мир, где вместо того, чтобы награбить себе золота и драгоценностей, его, Воробья-разбойника самого ограбили и раздели какие-то ничтожные палки. Наконец он устал и только мрачно смотрел по сторонам, не желая ни с кем разговаривать.
- В какую же сторону нам всё-таки идти? – спросил Магадан после долгого молчания.
- Когда у меня перья отрастут, и я снова смогу летать, тогда и скажу, - буркнул Воробей-разбойник, - а пока что, сами думайте. Моя голова теперь занята местью.
- По-моему, надо идти так, чтоб оба солнца были у нас за спиной, - сказал Крупа, - тогда мы, вероятно, выйдем на берег.
Так они и сделали. Вокруг по-прежнему были только голые скалы, серый песок и камни разбросанные повсюду. Ни гусениц, ни гигантских кузнечиков видно не было, но никого это не огорчало.
- Интересно, кто ещё живёт в этом мире? – Магадан вертел головой во все стороны, стараясь ничего не пропустить, но пейзаж не менялся.
Иногда, правда, если кто-нибудь задевал маленький камень ногой или лапой, раздавался возмущённый вопль, и камень, мгновенно отрастив ложноножки, отбегал в сторону. Какие камни были настоящие, а какие живые, никто так и не мог понять. На вид все они казались совершенно одинаковыми.
Но вот скал на их пути стало меньше, а песка всё больше, и далеко впереди стал слышен знакомый уже шум прибоя. Теперь на пути им стали попадаться раковины. Огромные, средние и маленькие, все они были прекрасны и не похожи одна на другую. Одну, особенно большую, Магадан даже принял за дворец. Она в свете двух закатных солнц так сияла перламутровым блеском и была такой затейливой формы, что путешественники остановились полюбоваться на неё. Даже Воробей-разбойник, который до сих пор был мрачнее тучи, слегка оживился. Он вспомнил, что некоторые раковины хранят в себе жемчужины и решил, на всякий случай, заглядывать в каждую.
- Если я найду жемчуг, это меня очень утешит и, возможно, я даже не буду так сильно всех вас ненавидеть, - сказал он. – Жаль, я не смогу забрать с собой эту миленькую раковину, она бы очень украсила мой новый золотой дворец в сто этажей.
- Возьми другую поменьше, - посоветовал Крупа, - они тоже очень красивые.
- Обойдусь без твоих советов, зайчище, - буркнул Воробей-разбойник, но всё-таки начал озираться в поисках самой красивой раковины.
Но красивых было слишком много, и выбрать он никак не мог. Воробей суетливо перебегал от одной раковины к другой, поднимал, рассматривал и прижимал к груди, не в силах с ними расстаться.
- Давай сюда свой мешок, - наконец приказал он Магадану, - буду складывать туда добычу.
- Ты сначала посмотри, нет ли внутри жемчужин, - предложил Магадан.
Ему совсем не улыбалось тащить в рюкзаке хрупкие раковины. Во-первых - тяжело, во-вторых – трудно будет быстро выхватить оружие, а в-третьих – там почти не было места.
- Толково, - одобрил Воробей-разбойник и попытался открыть одну из раковин, но у него ничего не получилось.
Раковина не желала открываться. Напрасно он стучал по ней своим железным клювом, царапал когтями и даже пытался уговаривать. Створки оставались плотно закрытыми.
- Давай я попробую, - предложил Магадан, доставая нож.
- Что ж, попробуй, самонадеянный мальчишка. Уверен, что у тебя ничего не получится. Уж если у самого меня не получилось, то где тебе, птенцу желторотому! – Воробей-разбойник снисходительно ухмыльнулся, но всё-таки протянул Магадану раковину.
Тот внимательно её оглядел и, найдя маленькую щёлочку между створками, просунул туда кончик ножа и надавил.
- Крак, - сказала раковина, створки нехотя раскрылись, и все увидели, что внутри сидит прозрачный моллюск и держит во рту жемчужину.
Моллюск злобно сверкнул глазами и попытался захлопнуть створки, уцепившись за них прозрачными отростками, заменяющими ему руки, но не тут-то было. Увидав жемчужину, Воробей-разбойник забыл обо всём на свете и вцепился в неё клювом, стараясь вырвать у моллюска. Воробей тянул, моллюск не отдавал, а нож, который держал Магадан, мешал раковине закрыться. В результате, Воробью всё-таки удалось вырвать жемчужину, сказалась многолетняя привычка к грабежам и разбою, да и силы явно были не равны. Моллюску осталось только злобно сверкать глазами, он даже всплакнул от обиды, и из его жёлтых глаз потекли жемчужные слёзы. Они тут же твердели и превращались в мелкий жемчуг. Моллюск выбрал самую крупную жемчужину и сунул в рот, а остальные жадный Воробей-разбойник вымел из раковины крылом.
- Вот и первая радость, - сказал он, с чувством глубокого удовлетворения пересчитывая жемчужины, - как давно я никого не грабил! Даже почти забыл, как это бодрит. Надеюсь, вам ясен фронт работы?
- Какой ещё фронт? – не понял Магадан.
- Пока не отнимем весь жемчуг у всех моллюсков, отсюда не уйдём, - сообщил Воробей-разбойник, всё больше воодушевляясь. – Представляете, какого размера жемчужина должна быть вон в той огромной раковине?
- А ты представляешь, какого размера моллюск там сидит? – спросил Крупа. – К тому же, если ты не забыл, мы должны плыть дальше, чтобы найти мир синих мешков и летающих бутылок.
- Успеется, - отмахнулся Воробей-разбойник, - сначала грабёж, а потом всё остальное. Таково моё атаманское решение, -
И он двинулся к огромной перламутровой раковине.
Как ни странно, она легко приоткрыла створки, стоило ему чуть-чуть постучать по ней клювом. Воробей-разбойник, а за ним и все остальные с любопытством заглянули в довольно большую щель. В перламутрово-розовом свете они увидели причудливо извивающийся коридор. Его полупрозрачные стенки были такие гладкие и розовые, что невольно хотелось их погладить. Никакого моллюска видно не было, и Воробей смело шагнул внутрь.
- Вперёд! – приказал он, указывая крылом на розовый коридор.
- Может не стоит? – Вожак подозрительно принюхался. – Я что-то чую, но не пойму что.
Магадану стало так интересно посмотреть поближе на внутреннее устройство огромной раковины, что он, не задумываясь, перелез через её край вслед за Воробьём. Его так и манил этот сияющий розовый коридор. Хотелось погладить его стены, узнать, что там дальше, наверняка, что-то ещё более прекрасное, которое зовёт его, Магадана к себе. Но не успел он забраться внутрь, как створки с грохотом захлопнулись, и они с Воробьём-разбойником оказались отрезаны от остальных.
- Эй, откройте! – закричал Магадан неведомо кому.
Створки были такие большие и так плотно закрыты, что открыть их, казалось, невозможно. Сквозь полупрозрачные стенки раковины пробивался свет, и даже были видны силуэты Вожака, Крупы и летающего вокруг Тыра.
- Не ной, - Воробей-разбойник постучал клювом в стенку, туда, где виднелись Крупа с Вожаком. – Мы идём на разведку, - прокричал он, - ждите здесь!
И Магадан с Воробьём начали подниматься вверх по розовому коридору. Временами подъём делался таким крутым, что Магадану приходилось ползти на четвереньках, но что-то или кто-то манил его и он спешил изо всех сил. Воробей-разбойник тоже видно слышал этот зов и резво бежал впереди Магадана, временами помогая себе крыльями. Коридор вился спиралью без ответвлений, так что сбиться с дороги было невозможно. Неожиданно за поворотом они оказались в большом зале. Зал был почти полностью заполнен какой-то желеобразной массой.
- Да это же гигантский моллюск! – догадался Магадан.
- А где гигантская жемчужина?! – Воробей-разбойник повертел головой из стороны в сторону. – Я ничего ценного здесь не вижу, - он был явно разочарован, - думаю, мы можем возвращаться.
- А вот я так не думаю, - прозвучало в голове у Магадана, и он увидел два круглых глаза на стебельках, которые повернулись в их сторону.
Глаза были больше, чем голова у Магадана, а распахнувшийся рот напоминал ворота. Моллюск сложил рот трубочкой и стал втягивать в себя воздух вместе с Магаданом и Воробьём-разбойником. По гладкому полу они быстро заскользили к нему прямо в пасть, которая издавала противный хлюпающий звук. Ещё немного и Магадан оказался бы в этой отвратительной пасти, у него почти не было сил сопротивляться, в голове звучал властный голос, призывающий его приблизиться.
- Нет уж, так дело не пойдёт, - рявкнул Воробей-разбойник, - чтобы какой-то кусок желе меня проглотил?! Да никогда! – и он издал пронзительный прицельный свист, похожий на острый клинок.
Свист вошёл прямо в вытянутый рот моллюска, и было видно, как он там заметался, разнося его на куски. Ошмётки желе полетели во все стороны, глаза на стебельках последний раз изумлённо моргнули и рухнули куда-то вниз. Через мгновение от моллюска ничего не осталось, только по розовым стенам ещё сползали полупрозрачные куски.
- Гадость какая! – Воробей-разбойник брезгливо вытер клюв о Магадана и огляделся вокруг. Он даже заглянул в большое углубление в центре зала, куда в основном попадали куски моллюска, но там тоже не было ничего ценного и интересного, разве что недопереваренные предыдущие жертвы.
С Магадана как будто свалилась огромная тяжесть. В голове у него снова просветлело, и он понял, какой ужасной смерти ему удалось избежать.
- Спасибо тебе, Воробей-разбойник! Если бы не ты, я бы сейчас тоже лежал в животе этого противного моллюска, и он бы меня переваривал. Бр-р-р!
- Да уж, - согласился Воробей, - я – сама доброта, и я тебя спас, потому, что почти к тебе привязался. – Но тут же спохватился, - только не вздумай об этом никому рассказывать, не то я тебя растерзаю! Мой имидж злодея не должен подвергаться сомнению, это меня разорит. Все перестанут меня бояться, начнут жаловаться на тяжёлую жизнь, голод и бедность и, чего доброго, я начну подавать милостыню вместо того, чтоб отнимать последнее. Кошмарная перспектива! Ужас! – у Воробья даже перья встали дыбом. – Пошли скорее отсюда, это место напоминает мне о моей непростительной слабости!
Спускаться по коридору оказалось гораздо легче, чем подниматься. Магадан с Воробьём-разбойником сели и покатились, как с горки, по гладкой розовой поверхности. Они разгонялись всё больше и больше, Магадан впереди, Воробей-разбойник – сзади. У Магадана даже дух захватило, так это было здорово и весело.
- О-го-го! – кричал он, и эхо в коридоре подхватывало и усиливало его голос в десять раз.
- У-лю-лю! – вторил ему развеселившийся Воробей-разбойник. - Сейчас спустимся, и ты врежешься в стену, а я в тебя!
Но когда они докатились до самого низа, оказалось, что створки раковины открыты, и Магадан, а за ним и Воробей-разбойник вылетели наружу и плюхнулись на песок. Вернее на песок плюхнулся Магадан, а Воробей, как и обещал, шлёпнулся на него.
- Наконец-то, - Крупа заботливо стряхнул с, немного ошалевшего Магадана песок, - мы уже устали ждать! Скоро стемнеет, надо найти место, где можно безопасно переночевать, а вы там, в раковине развлекаетесь.
- Тебе бы так развлекаться, - проворчал Воробей-разбойник. – Я, между прочим, сражался, как лев с гигантским моллюском, который имел наглость открыть свою пасть, чтобы нас проглотить!
- И кто победил? – спросил Крупа, незаметно подмигивая Магадану.
- Ты, заяц, совсем обнаглел, как я посмотрю! Неужели непонятно, что побеждаю всегда я?! – возмутился Воробей-разбойник. – Да что с тобой говорить, у тебя вместо головы одни уши!
- И этими ушами я слышу, что сюда кто-то идёт, - сказал Крупа, - давайте-ка спрячемся в раковину, пока нас не заметили. Хозяина, как я понял, у неё больше нет.
Спорить никто не стал, и вся компания, включая Проглотителя, забралась внутрь, а Тыр даже разровнял щупальцами песок, засыпая их следы. Он последним юркнул в раковину, и они затаились. Теперь уже все слышали чей-то тяжёлый топот, от которого подрагивала даже огромная раковина.
Оба солнца к этому времени уже опустились за прибрежные скалы, наступили сумерки, и разглядеть что-то с каждой минутой становилось всё трудней и трудней. Но вот путешественники увидели, как к их раковине подошла тёмная туша.
- Это ещё кто? – недовольно проворчал Воробей-разбойник. – Такого мы не видели!
- Т-с-с, - Крупа приложил лапу ко рту, - пусть пока не догадывается о нашем существовании.
- По-моему, это огромный ходячий камень, - шепнул Вожак, - пахнет очень похоже.
Все уставились в темноту, пытаясь что-нибудь разглядеть. Туша действительно напоминала ходячий камень. Если бы она только что не двигалась, можно было бы подумать, что это обычная скала.
Камень тем временем начал принюхиваться. Он вдруг поднял одну из своих ложноножищ и с хрустом наступил на валявшуюся на песке раковину, сделал ещё несколько шажков и наступил на другую, потом на третью. Раковины так и хрустели под его тяжестью.
- Злодей! – возмутился Воробей-разбойник. – Да как он смеет топтать мои раковины и мой жемчуг?!
- Тише, тише, - опять прошептал Крупа, но было поздно.
Камень явно услышал и двинулся в их сторону. Неожиданно быстро он просеменил к раковине, где они прятались, шумно втянул воздух и навалился всем своим весом на приоткрытые створки. Раковина затрещала.
- Скорей доставай двигатель! – приказал Крупа.
Магадан мгновенно вытащил коробочку, к счастью, на этот раз он не ошибся, прижал двигатель к стенке раковины, и та немедленно сорвалась с места и заскользила по песку.
Камень, конечно, не ожидал ничего подобного. Когда раковина выскользнула из-под него, он попросту рухнул на землю и задрыгал в воздухе своими ложноножищами, издавая при этом возмущённое рычание. А раковина понеслась в сторону моря.
Путешественники беспрепятственно доехали почти до полосы прибоя, и тут поняли, что сейчас раковина может унести их в Мировой Океан, а там, чего доброго, затонуть вместе с ними.
Надо сворачивать, - сказал Крупа, - попробуй переставить двигатель, надеюсь, это поможет изменить направление движения.
Магадан попробовал, и раковина послушно заскользила вдоль самой кромки воды.
- Здорово! – обрадовались все. – Теперь можно управлять этой громадиной.
- И к тому же, у нас есть отличное убежище, - добавил Вожак, оглядываясь по сторонам.
К этому времени совсем стемнело, и Магадан открыл коробочку с угольками. Они немедленно разлетелись во все стороны, освещая перламутрово-розовые стены. Получалось очень красиво, даже Воробей-разбойник одобрительно посмотрел на них и прочирикал что-то вроде:
- Неплохо, неплохо!
- Решено, остаёмся здесь на ночь, – сказал Крупа. – Отдохнём, выспимся, а утром постараемся найти нашу лодку.
Магадан снова переставил двигатель, чтобы немного отодвинуть раковину от Океана, но в темноте они чуть не врезались в прибрежную скалу.
- Останавливайся! – взвизгнул Воробей-разбойник. – Ты разрушишь мою раковину, а я намерен украсить ей свой будущий дворец.
Магадан и сам уже понял, что в темноте лучше остановиться. Он снял двигатель и положил его в рюкзак.
- Теперь наконец-то можно поесть, - Воробей-разбойник пристально посмотрел на рюкзак, - показывай, что там у тебя припрятано из еды.
Магадан достал свои нехитрые запасы и только собрался разделить их между всеми, как Воробей-разбойник его опередил. Он ловко придвинул к себе всю еду, быстро выбрал самое аппетитное, а оставшееся отпихнул крылом назад к Магадану.
- Это, так и быть, оставляю вам, - буркнул он с набитым клювом. – Не в моих привычках, оставлять что-то другим, но боюсь, как бы вы не померли с голоду, а без вас мне будет немного одиноко.
Магадан только головой покачал и постарался разделить остатки еды так, чтобы никого не обидеть. Угольки тоже получили свою порцию дубовых веток. К сожалению, это были последние ветки и последние запасы еды, но сейчас думать об этом никому не хотелось, а хотелось только лечь и спокойно выспаться.
- Первым дежурит Тыр, - распорядился Воробей-разбойник и немедленно захрапел.
Магадан засомневался, что Тыр понял, чего от него хотят, но ему очень хотелось спать. Он, не раздумывая, улёгся на пол, положил под голову рюкзак и тоже сладко заснул.
Заснули и остальные, включая Тыра, который действительно, ничего не понял и, увидав, что все спят, присоединился к ним и только слегка пошевеливал во сне щупальцами. Видно ему что-то снилось, от чего он временами вздрагивал и даже плакал.
Магадану тоже снился сон.
Он шёл по дороге к какому-то городку видневшемуся вдалеке. Дорога была покрыта чем-то ровным и серым, и идти по ней было необыкновенно легко. Вдруг он услышал громкое гудение. Магадан обернулся и увидел, что на него несётся повозка, а оттуда из-за стекла смотрит какой-то мужчина с перекошенным от злости лицом.
Магадан отскочил в сторону, но когда повозка поравнялась с ним, мужчина высунулся в окно и обругал его такими страшными словами, которых он не слышал даже от отпетых злодеев. Дальше, на всякий случай, Магадан решил идти по обочине. Вскоре он добрался до городка и пошёл по улице, с любопытством разглядывал маленькие деревянные дома за высокими заборами. Вдруг открылась калитка, и навстречу ему вышел уже знакомый мальчик Митя Калашников. Они столкнулись нос к носу и сразу узнали друг друга.
- Привет! – обрадовался Митя. – Уже вернулся из путешествия?
- Здравствуй! – Магадан даже растерялся от неожиданности. – Ты что здесь делаешь?
- Я же тебе говорил, теперь я тут живу, - объяснил Митя.
- Где тут? Здесь же только камни ходячие, раковины, гусеницы и гигантские кузнечики живут!
- Ну да, и кузнечики тоже, - согласился Митя, - не такие уж они и гигантские, самые обыкновенные, как везде. А почему ты мне ни разу не написал? Я же тебе дал свой адрес.
- Точно, дал, - Магадан полез в карман и сразу наткнулся на бумажку с адресом.
Она за это время сильно помялась и даже кое-где порвалась, но адрес ещё сохранился.
- Неоткуда было послать тебе письмо. Мы, то плыли по Мировому Океану, то попали в мир ходячих камней, а выходит, и ты тут живёшь?! Я уже ничего не понимаю!
- Нет у нас никаких ходячих камней, ты что-то путаешь, - удивился Митя, - или тебе просто писать было лень, так и скажи.
Он явно обиделся и даже отвернулся от Магадана.
- Я тебе обязательно напишу, как только увижу почтовый ящик, - обещал Магадан.
- Ладно, я буду ждать.
И тут Магадан проснулся.
В раковине снова посветлело. Дневной свет пробивался сквозь приоткрытые створки и полупрозрачные стены. Первым делом Магадан сунул руку в карман и вытащил из него бумажку с адресом Мити Калашникова.
- Значит, мне это не приснилось?! – он с изумлением разглядывал бумажку. Она выглядела точно так же, как и в его сне.
Магадан положил её обратно в карман и только тут заметил, что раковина слегка покачивается. Он подошёл к открытым створкам раковины и выглянул наружу. Вокруг, куда ни посмотри, плескалась вода. Раковина погрузилась почти до самого края своей нижней створки, ещё немного, и в неё начала бы заливаться вода.
- Эй, проснитесь, - закричал Магадан, - мы можем утонуть в любую минуту!
Вожак, Крупа и Воробей-разбойник так и подскочили, только Тыр продолжал безмятежно спать, он опять ничего не понял и не подозревал, что ему угрожает опасность.
- Счастливый безмятежный детский сон, - проворчал Воробей-разбойник и пнул его лапой.
Тыр что-то пробормотал, но так и не проснулся.
- Оставь его, пусть отдыхает, - сказал Крупа, - он ведь действительно ещё ребёнок.
- В чём собственно дело? – Воробей-разбойник огляделся по сторонам. – Почему ты, Магаданище, нарушил наш покой?
- Выгляни наружу и узнаешь!
Вожак, Воробей, Крупа и даже Проглотитель бросились к щели между створками и выглянули наружу.
- Кажется, нас унёс отлив, - Крупа постарался высунуть голову как можно дальше, - надо бы посмотреть, как далеко мы от берега.
- И кто, интересно знать, вылезет наружу и заберётся на верхушку скользкой раковины, чтобы обозреть окрестности? – ехидно спросил Воробей-разбойник. – На меня можете не рассчитывать.
- Я заберусь, - тут же ответил Магадан. – Обвяжусь одним концом верёвки, а другой вы держите для страховки.
- Что ж, неглупо и довольно благородно, - одобрил Воробей-разбойник. – Лезь скорей, очень хочется узнать, где мы находимся.
Тыр наконец-то проснулся и удивлённо захлопал своими тринадцатью глазами с длинными ресницами. Когда Магадан полез наружу, он тоже вылетел из раковины и закружил у него над головой, удивлённо жужжа. Тоже видно не ожидал, что они окажутся в Океане.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 |
