В номере (стр. 3 )

К. считает привлечение к дисциплинарной ответственности незаконным в связи с истечением срока привлечения к дисциплинарной ответственности, полагает, что срок исчисляется с июня 2009 года, когда им были заведены агентурные дела.

К. просил отменить приказ о наложении на него дисциплинарного взыскания и взыскать с ответчика в его пользу неполученные премию и единовременное денежное вознаграждение.

Решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия в удовлетворении исковых требований отказано.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Карелия решение Петрозаводского городского суда Республики Карелия отменено, по делу принято новое решение об удовлетворении иска.

Президиум Верховного суда Республики Карелия отменил кассационное определение, указав следующее.

Как следует из материалов дела, на основании рапорта начальника ОКЛОН Управления в отношении истца в период с 19 января 2011 года по 18 марта 2011 года проводилась служебная проверка, по результатам которой истец был привлечен к дисциплинарной ответственности.

При проведении служебной проверки было установлено, что в июне 2009 года истцом были сфальсифицированы два дела «П» и «М». Вплоть до проведения служебной проверки истец создавал видимость работы по указанным делам, составлял и регистрировал секретные справки, которые подшивал в дела.

Указанные обстоятельства истцом не опровергались и нашли свое подтверждение в судебном заседании. Таким образом, факт нарушения должностных обязанностей истцом был установлен.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что, сфальсифицировав агентурные дела, истец продолжал нарушать Инструкцию об организации оперативно-розыскной деятельности в органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, утвержденную приказом ФСКН России от 8 августа 2005 года № 000, создавая видимость работы, составляя справки о встречах с агентами, которых не существовало.

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя исковые требования, суд кассационной инстанции исходил из того, что пропущен срок привлечения к дисциплинарной ответственности (шесть месяцев с момента совершения нарушения), исчисление которого следовало производить с 1 сентября 2010 года, то есть с момента составления и регистрации К. последней секретной справки, в связи с чем ответчиком нарушен порядок привлечения к дисциплинарной ответственности.

Однако с таким выводом суда кассационной инстанции согласиться нельзя, так как он основан на неправильном толковании норм материального права.

Согласно подпункту 12 пункта 142 и подпункту 1 пункта 61 вышеуказанного Положения к грубым нарушениям служебной дисциплины относится несоблюдение сотрудником федеральных законов. В силу пункта 4 ст.94 Положения одним из видов дисциплинарных взысканий, налагаемых на сотрудника, является предупреждение о неполном служебном соответствии.

В соответствии с пунктом 97 Положения дисциплинарное взыскание должно быть наложено не позднее чем через 10 суток со дня, когда начальнику стало известно о совершенном проступке, а в случаях проведения служебной проверки - не позднее чем через один месяц соответственно со дня окончания служебной проверки, рассмотрения компетентным органом или должностным лицом уголовного дела или дела об административном правонарушении и вынесения по ним окончательного решения, не считая болезни сотрудника или его нахождение в отпуске. Дисциплинарное взыскание не может быть наложено в период временной нетрудоспособности сотрудника либо в период его нахождения в отпуске или командировке, а также в случае, если со дня совершения проступка прошло более 6 месяцев, а по результатам ревизии или проверки финансово-хозяйственной деятельности - более 2-х лет. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, его нахождение в отпуске, командировке, а также время производства по уголовному делу или по делу об административном правонарушении.

Порядок организации работы по проведению служебных проверок в отношении сотрудников ФСКН России, ее территориальных органов и организаций регламентирован Инструкцией о порядке проведения служебных проверок в органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, утвержденной Приказом ФСКН РФ от 9 июня 2006 года № 000.

В соответствии с пунктом 10 указанной Инструкции не позднее чем в месячный срок со дня назначения служебной проверки, если иной срок не установлен должностным лицом органа наркоконтроля, назначившим служебную проверку, должно быть подготовлено и подписано председателем и членами комиссии или уполномоченным сотрудником заключение по ее результатам. В отдельных случаях указанный срок может быть продлен должностным лицом органа наркоконтроля, ее назначившим, на основании мотивированного рапорта председателя комиссии или уполномоченного сотрудника.

Общий срок проведения служебной проверки не может превышать двух месяцев. Окончанием проведения служебной проверки является дата утверждения заключения должностным лицом органа наркоконтроля, назначившим служебную проверку.

Также из материалов дела видно, что 14 января 2011 года начальником ОКЛОН Управления после установления полных данных и места нахождения физических лиц под псевдонимами «М» и «П» были организованы встречи, в ходе которых указанные лица сообщили, что агентами не являются. 19 января 2011 года назначена служебная проверка, 18 февраля 2011 года срок проверки продлен до 18 марта 2011 года.

17 февраля 2011 года истец, давая объяснения по работе с гражданами, привлеченными к конфиденциальному сотрудничеству, продолжал утверждать, что агенты под псевдонимами «М» и «П» существуют, лично им были привлечены к сотрудничеству, закрепление сотрудничества проводилось путем подписок о сотрудничестве, написанных ими собственноручно под его диктовку.

По результатам проверки 21 марта 2011 года истец привлечен к дисциплинарной ответственности. Фактически правонарушение окончено прекращением фальсифицированных дел 24 марта 2011 года.

Таким образом, вывод суда кассационной инстанции о нарушении сроков привлечения к дисциплинарной ответственности сделан с нарушением норм материального права и противоречит установленным в суде обстоятельствам, в связи с чем кассационное определение отменено с оставлением в силе решения Петрозаводского городского суда об отказе в иске.

3. Пассажиры, пользующиеся услугами железнодорожного транспорта, как потребители пользуются всеми правами, предусмотренными законодательством Российской Федерации о защите прав потребителей.

К. и С. обратились с иском к по тем основаниям, что 18 июля 2008 года они воспользовались услугами железнодорожного транспорта, выехав из г. Петрозаводска поездом сообщением «Мурманск-Новороссийск» к месту отдыха до ст. Староминская. Во время нахождения в пути в вагоне, в котором ехали истцы, отсутствовало электроснабжение и горячая вода. М. 14 августа 2008 года в адрес Петрозаводского отделения Октябрьской железной дороги была направлена претензия с предложением о досудебном урегулировании спора. Согласно ответу от 01.01.01 года претензия была переадресована в г. Новороссийск по месту формирования состава поезда. Дополнительно в адрес М. 16 октября 2008 года было направлено письмо о том, что в пути следования в вагоне действительно имели место технические неисправности. Предложений по соразмерному уменьшению стоимости оказанной услуги от ответчика не поступило.

Истцы просили взыскать 90% стоимости железнодорожных билетов, неустойку, компенсацию морального вреда и штраф в пользу государства.

Решением мирового судьи судебного участка № 8 г. Петрозаводска Республики Карелия исковые требования удовлетворены частично. Суд взыскал с в пользу истцов стоимость железнодорожных билетов, денежную компенсацию морального вреда, в пользу М. взыскана неустойка и в доход Петрозаводского городского округа взыскан штраф.

Апелляционным решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия решение мирового судьи судебного участка № 8 г. Петрозаводска Республики Карелия отменено и принято новое решение об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

Суд надзорной инстанции отменил апелляционное решение, как принятое с существенными нарушениями норм материального права, указав следующее.

В соответствии с пунктом 1 ст.786 Гражданского кодекса РФ по договору перевозки пассажира перевозчик обязуется перевезти пассажира в пункт назначения, а в случае сдачи пассажиром багажа также доставить багаж в пункт назначения и выдать его управомоченному на получение багажа лицу; пассажир обязуется уплатить установленную плату за проезд, а при сдаче багажа и за провоз багажа.

Согласно положениям пунктов 5.1.24, 5.1.41 Санитарных правил по организации пассажирских перевозок на железнодорожном транспорте СП 2.5.1198-03, утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 01.01.2001 г. № 12, объем резервуаров в спальном пассажирском вагоне должен обеспечить подачу не менее 25 л. холодной и горячей воды в расчете на каждое место. Искусственное освещение вагонов должно обеспечивать достаточную освещенность, не создавать отраженной блесткости и резких контрастов. Таким образом, законодательно установлены требования по освещенности и горячему водоснабжению пассажирских вагонов.

Судом установлено и из материалов дела усматривается, что истцами 17 августа 2008 года в Петрозаводском отделении Октябрьской железной дороги были приобретены железнодорожные билеты на проезд в плацкартном вагоне поезда сообщением «Мурманск-Новороссийск» по маршруту следования ст. Петрозаводск - ст. Староминская с датой отправления – 18 июля 2008 года.

В указанное в билетах время истцы выехали по маршруту следования и прибыли на конечную станцию без опоздания. Данный факт истцами не оспаривался.

В пути следования в вагоне имели место технические неисправности, вследствие которых в вагоне отсутствовала горячая вода для приготовления чая и иных нужд, пассажирам было предложено брать горячую воду в соседнем вагоне, также в вагоне отсутствовало освещение.

На основании положений Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» мировой судья судебного участка № 8 г. Петрозаводска Республики Карелия пришел к выводу о частичном удовлетворении требований истцов об уменьшении стоимости проезда, взыскав 30% стоимости проезда.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение мирового судьи, пришел к выводу о том, что нормы Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» при разрешении данного спора неприменимы, а специальные нормы: ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации», Правила оказания услуг по перевозкам на железнодорожном транспорте пассажиров, а также грузов, багажа и грузобагажа для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 01.01.2001 г. № 000 (далее Правила оказания услуг по перевозкам на железнодорожном транспорте пассажиров), а также соглашение сторон не предусматривают ответственность перевозчика за нарушение им санитарно-эпидемиологических правил.

Вместе с тем, с указанными выводами суда апелляционной инстанции согласиться нельзя.

В соответствии с абзацем 7 ст.3 ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации » пассажиры, а также физические лица, имеющие намерение воспользоваться или пользующиеся услугами по перевозкам пассажиров, багажа, грузобагажа для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, как потребители пользуются всеми правами, предусмотренными законодательством Российской Федерации о защите прав потребителей.

Согласно пункту 1 ст.1 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, данным Законом, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01.01.2001 г. № 7 установлено, что в тех случаях, когда отдельные виды гражданско-правовых отношений с участием потребителей, помимо норм Гражданского кодекса РФ, регулируются и специальными законами Российской Федерации (например, договоры перевозки, энергоснабжения), то к отношениям, вытекающим из таких договоров, Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей» может применяться в части, не противоречащей Гражданскому кодексу РФ и специальному закону.

Суд апелляционной инстанции правильно пришел к выводу о том, что ФЗ «Устав железнодорожного транспорта РФ», Правила оказания услуг по перевозкам на железнодорожном транспорте пассажиров, являются специальными нормами по отношению к Закону Российской Федерации «О защите прав потребителей» в сфере правоотношений по перевозкам пассажиров для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Однако суд не указал, какие положения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» противоречат специальным нормам.

Кроме того, судом не применен абзац 7 ст.3 ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации», который прямо предусматривает, что указанные пассажиры пользуются всеми правами, предусмотренными законодательством Российской Федерации о защите прав потребителей.

В силу положений пункта 1 ст.29 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги); соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги); безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы. Данная норма в совокупности с положениями санитарно-эпидемиологических правил позволяет пассажиру, которому не предоставлены услуги, предоставление которых является обязательным, требовать, в том числе соответствующего уменьшения цены оказанной услуги, поскольку специальные нормы не регулируют данные правоотношения.

При таких обстоятельствах судом апелляционной инстанции при рассмотрении данного дела не применен закон, подлежащий применению, что является существенным нарушением норм материального права, повлиявшим на исход дела, без устранения которого невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов. В связи с чем, принятое по делу постановление суда апелляционной инстанции отменено с оставлением в силе решения мирового судьи судебного участка № 8 г. Петрозаводска Республики Карелия.

4. Исполнительный документ, выданный на основании судебного акта, предусматривающего обращение взыскания на средства бюджета, подлежит исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством, и может быть принят судебным приставом-исполнителем только лишь в случае, если исполнение судебного акта не было произведено за счет средств бюджета в течение установленного трехмесячного срока.

Администрация Петрозаводского городского округа обратилась в суд с заявлением об оспаривании действий судебного пристава-исполнителя по тем основаниям, что 20 августа 2010 года судебным приставом-исполнителем УФССП по Республике Карелия на основании постановления мирового судьи судебного участка № 3 г. Петрозаводска было вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства о взыскании административного штрафа с Администрации Петрозаводского городского округа. Ссылаясь на то, что судебным приставом-исполнителем обращается взыскание на средства местного бюджета, что должно осуществляться в соответствии с бюджетным законодательством, заявитель полагал, что при вынесении постановления судебный пристав-исполнитель превысил свои полномочия, допустив нарушение права органа местного самоуправления самостоятельно распоряжаться бюджетными средствами.

На основании ст.441 ГПК РФ, ст.121 Федерального закона «Об исполнительном производстве» Администрация Петрозаводского городского округа просила суд признать постановление судебного пристава-исполнителя от 01.01.01 года незаконным и отменить его.

Решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия в удовлетворении заявления отказано.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Карелия решение Петрозаводского городского суда оставлено без изменения.

Суд надзорной инстанции отменил состоявшиеся судебные постановления, как принятые с существенным нарушением норм материального права, указав следующее.

В соответствии с ч.1 ст.30 Федерального закона «Об исполнительном производстве» судебный пристав-исполнитель возбуждает исполнительное производство на основании исполнительного документа по заявлению взыскателя, если иное не установлено данным Федеральным законом.

Согласно ч.2 ст.1 указанного Федерального закона условия и порядок исполнения судебных актов по передаче гражданам, организациям денежных средств соответствующего бюджета бюджетной системы Российской Федерации устанавливаются бюджетным законодательством Российской Федерации.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что постановлением мирового судьи судебного участка № 3 г. Петрозаводска от 23 июня 2010 года Администрация Петрозаводского городского округа привлечена к административной ответственности в виде административного штрафа. Постановление вступило в законную силу 5 июля 2010 года и было направлено на исполнение в службу судебных приставов.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 01.01.01 года возбуждено исполнительное производство в отношении Администрации Петрозаводского городского округа.

Проанализировав положения Бюджетного кодекса РФ и Федерального закона «Об исполнительном производстве», суд пришел к выводу о законности действий должностного лица, указав, что судебный пристав-исполнитель обязан был при указанных обстоятельствах возбудить исполнительное производство, и отказал в удовлетворении заявленных требований.

С данными выводами суда согласился суд кассационной инстанции, указав, что положения главы 24.1 Бюджетного кодекса РФ не предусматривают специальный порядок исполнения судебных актов о взыскании административных штрафов.

Между тем, с вышеуказанными выводами судебных инстанций согласиться нельзя, поскольку такие выводы сделаны судом с нарушением подлежащих применению норм материального права.

Федеральным законом от 01.01.2001 года «О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «Об исполнительном производстве» была введена глава 24.1 «Исполнение судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» в Бюджетный кодекс РФ.

Как следует из материалов дела, должником по исполнительному документу является Администрация Петрозаводского городского округа. Администрация является юридическим лицом, по своей организационно-правовой форме в силу ст.120 ч.1 Гражданского кодекса РФ - учреждением. Финансирование расходов Администрации как бюджетного учреждения осуществляется за счет средств местного бюджета в пределах утвержденной сметы.

Статьей 239 Бюджетного кодекса РФ определено, что иммунитет бюджетов бюджетной системы Российской Федерации представляет собой правовой режим, при котором обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации осуществляется только на основании судебного акта, за исключением случаев, установленных статьями 93.3,93.4,142.2,142.3,166.1,218 и 242 настоящего кодекса. Обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации службой судебных приставов не производится, за исключением случаев, установленных настоящим кодексом. Обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации на основании судебных актов производится в соответствии с главой 24.1 настоящего кодекса.

В соответствии со ст.12 Федерального закона «Об исполнительном производстве» судебные акты по делам об административных правонарушениях являются исполнительными документами.

Порядок исполнения судебных актов, предусматривающих обращение взыскания на средства местного бюджета по денежным обязательствам муниципальных казенных учреждений, установлен ст.242.5 Бюджетного кодекса РФ. На основании ч.1 данной статьи указанные исполнительные документы направляются судом по просьбе взыскателя или самим взыскателем вместе с документами, указанными в пункте 2 статьи 242.1 Бюджетного кодекса, в орган, осуществляющий открытие и ведение лицевого счета муниципального казенного учреждения, по месту открытия должнику как получателю средств местного бюджета лицевых счетов для учета операций по исполнению расходов местного бюджета.

Таким образом, анализ положений ч.2 ст.1, ч.1 ст.30 Федерального закона «Об исполнительном производстве», ст.242.5 Бюджетного кодекса РФ позволяет сделать вывод о том, что исполнительный документ, выданный на основании судебного акта, предусматривающего обращение взыскания на средства местного бюджета, подлежит исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством, и может быть принят судебным приставом-исполнителем только лишь в случае, если исполнение судебного акта не было произведено за счет средств бюджета в течение установленного трехмесячного срока. Доказательством соблюдения указанной процедуры должна служить отметка казначейского органа на самом исполнительном документе.

Учитывая данные требования законодательства, у судебного пристава-исполнителя не имелось законных оснований для возбуждения исполнительного производства в отношении Администрации Петрозаводского городского округа по постановлению мирового судьи о взыскании штрафа.

При таких обстоятельствах судами первой и кассационной инстанций при рассмотрении данного дела дано неверное толкование закона, что привело к его неправильному применению, допущенные нарушения являются существенными, в связи с чем принятые по делу судебные постановления отменены и принято новое решение об удовлетворении заявления.

5. Если вред имуществу причинен лицом, не включенным в договор обязательного страхования в качестве водителя, допущенного к управлению транспортным средством, то страховщик вправе предъявить регрессное требование к причинившему вред лицу (страхователю) о возмещении произведенной страховой выплаты.

группа «УралСиб» обратилось в суд с иском к И. о возмещении выплаченной страховой суммы, ссылаясь на то, что в результате дорожно-транспортного происшествия, которое произошло 26 июня 2008 года в г. Петрозаводске, автомобилю «Дэу Матиз», принадлежащему на праве собственности Н., были причинены повреждения по вине водителя И., управлявшего автомобилем «Мерседес Бенц». Гражданская ответственность владельца транспортного средства И. застрахована в Карельском филиале группа «УралСиб». Истцом во исполнение договора страхования потерпевшему Н. была выплачена сумма страхового возмещения. не был включен в договор обязательного страхования в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, истец в соответствии со ст.14 Федерального закона от 01.01.01 года «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» просил взыскать с ответчика выплаченную сумму страхового возмещения.

Решением мирового судьи судебного участка Пряжинского района Республики Карелия иск удовлетворен.

Апелляционным решением Пряжинского районного суда Республики Карелия решение мирового судьи судебного участка Пряжинского района Республики Карелия отменено, принято по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

Президиум Верховного суда Республики Карелия отменил апелляционное решение по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции были допущены такого характера существенные нарушения, выразившиеся в следующем.

Из материалов дела видно и установлено мировым судьей, что И. 26 июня 2008 года в г. Петрозаводске управлял автомашиной «Мерседес Бенц». Допустил нарушение пункта 8.12 Правил дорожного движения РФ, при движении задним ходом не убедился в безопасности маневра, совершил наезд на стоящую автомашину «Дэу Матиз», принадлежащую Н., в результате автомашина «Дэу Матиз» получила механические повреждения.

Гражданская ответственность владельца транспортного средства И. согласно страховому полису на момент ДТП была застрахована в Карельском филиале группа «УралСиб».

Во исполнение договора страхования группа «УралСиб» выплатило потерпевшему Н. сумму страхового возмещения.

Собственник автомашины «Мерседес Бенц» И. 17 февраля 2008 года заключил договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

В страховом полисе в качестве лиц, допущенных к управлению автомобилем, указан только водитель А. П. (отец ответчика). не указан в данном полисе как лицо, допущенное к управлению автомобилем.

Удовлетворяя исковые требования группа УралСиб», мировой судья исходил из того, что вред имуществу потерпевшего причинен лицом, не включенным в договор обязательного страхования в качестве водителя, допущенного к управлению транспортным средством, в связи с чем страховщик в силу статьи 14 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» имеет право предъявить регрессное требование к указанному лицу в размере произведенной страховой выплаты.

Отменяя решение мирового судьи, которым исковые требования удовлетворены, и принимая по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что гражданская ответственность водителя И. застрахована в силу прямого указания закона и отсутствие его в перечне лиц, допущенных к управлению транспортным средством, указанных в полисе, значения по настоящему делу не имеет.

Однако такой вывод суда апелляционной инстанции нельзя признать правильным.

Согласно пункту 1 ст.4 Федерального закона от 01.01.01 года «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены данным Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В силу пункта 1 ст.6 вышеуказанного Федерального закона объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

В соответствии со ст.1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцем транспортного средства признается собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное).

Статья 16 этого же Закона предусматривает, что владельцы транспортных средств вправе заключать договоры обязательного страхования с учетом ограниченного использования транспортных средств, находящихся в их собственности или владении. Ограниченным использованием транспортных средств, находящихся в собственности или во владении граждан, признается управление транспортными средствами только указанными страхователем водителями.

Таким образом, Закон предусматривает два условия, на которых может быть заключен договор обязательного страхования: страхование ответственности без ограничения использования транспортного средства другими водителями и с таким ограничением.

Согласно ст.14 Федерального закона от 01.01.01 года «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховщик имеет право предъявить регрессное требование к причинившему вред лицу в размере произведенной страховщиком страховой выплаты, если указанное лицо не включено в договор обязательного страхования в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством (при заключении договора обязательного страхования с условием использования транспортного средства только указанными в договоре обязательного страхования водителями).

Таким образом, поскольку вред имуществу причинен лицом, не включенным в договор обязательного страхования в качестве водителя, допущенного к управлению транспортным средством, то страховщик ( группа «УралСиб») в соответствии со ст.14 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», пунктом 76 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств вправе предъявить регрессное требование к причинившему вред лицу (страхователю) о возмещении произведенной страховой выплаты.

По указанным выше основаниям апелляционное решение Пряжинского районного суда Республики Карелия отменено, а состоявшееся по делу решение мирового судьи судебного участка Пряжинского района Республики Карелия, которым исковые требования группа «УралСиб» были правомерно удовлетворены, оставлено в силе.

6. Если должником является гражданин, то исполнительные действия совершаются и меры принудительного исполнения применяются судебным приставом-исполнителем не только по месту жительства должника, но и по его месту пребывания (ч.1 ст.33 ФЗ «Об исполнительном производстве»).

К. обратилась в суд с заявлением об оспаривании действий судебного пристава-исполнителя по тем основаниям, что в производстве судебного пристава–исполнителя находится исполнительный лист, обязывающий ее исполнить решение Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга об опровержении сведений, порочащих честь и достоинство С. При совершении исполнительных действий судебный пристав–исполнитель вручил должнику требование от 20 октября 2010 года об исполнении вышеуказанного решения суда. Заявитель оспаривает постановление судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства от 6 октября 2010 года и требование судебного пристава-исполнителя о выполнении конкретных действий от 01.01.01 года, так как считает, что исполнительный лист должен быть направлен в г. Санкт-Петербург по месту ее постоянного проживания и регистрации.

Решением Олонецкого районного суда Республики Карелия заявление удовлетворено частично, признаны необоснованными действия судебного пристава-исполнителя по вынесению требования от 01.01.01 года исполнить решение Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга в отношении должника К.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Карелия решение Олонецкого районного суда Республики Карелия по настоящему делу оставлено без изменения.

Президиум Верховного суда Республики Карелия отменил состоявшиеся судебные постановления, указав следующее.

Судом установлено и усматривается из материалов дела, что 5 ноября 2009 года Василеостровским районным судом г. Санкт-Петербурга было вынесено решение, которым на К. возложена обязанность опровергнуть сведения, порочащие честь и достоинство С., распространенные в электронном письме от 01.01.01 года, путем направления письма с опровержением указанных сведений в адрес администрации Олонецкого городского поселения, Совет Олонецкого городского поселения.

Во исполнение решения суда, вступившего в законную силу, судебным приставом-исполнителем согласно заявлению взыскателя, в котором содержались сведения о том, что должник проживает в Олонецком районе, 6 октября 2010 года было возбуждено исполнительное производство. Должнику предоставлен срок пять дней для добровольного исполнения требований исполнительного документа. В этот же день в ходе совершения исполнительных действий от должника К. получено объяснение, в котором она просила направить исполнительный документ по территориальности в г. Санкт-Петербург.

20 октября 2010 года в отношении К. судебным приставом-исполнителем было вынесено требование об исполнении решения Василеостровского районного суда в срок до 1 декабря 2010 года, в котором содержалось предупреждение об ответственности за неисполнение указанных требований в соответствии с действующим законодательством.

9 декабря 2010 года судебным приставом-исполнителем в адрес К. направлено письмо, в котором указано на нецелесообразность направления исполнительного листа по фактическому месту жительства, которое должник указала в объяснении от 6 октября 2010 года.

В дальнейшем 2 марта 2011 года судебным приставом-исполнителем составлен акт об изменении места совершения исполнительных действий, согласно которому в настоящее время должник проживает в г. Санкт-Петербурге по месту регистрации, исполнительный документ направлен по территориальности, исполнительное производство окончено.

Частично удовлетворяя заявление, судебными инстанциями был сделан вывод о том, что оснований для вынесения судебным приставом-исполнителем требования от 01.01.01 года не имелось, поскольку должник К. постоянно проживает и зарегистрирована по месту жительства в г. Санкт-Петербурге, а исполнительные действия совершаются по месту жительства должника.

Однако такой вывод суда основан на неправильном применении норм материального права.

В соответствии со ст.1 Федерального закона «О судебных приставах» на судебных приставов-исполнителей возлагаются задачи по осуществлению принудительного исполнения судебных актов.

Статьей 12 указанного закона на судебных приставов-исполнителей возложена обязанность принимать меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.

Согласно ч.1 ст.33 Федерального закона «Об исполнительном производстве» если должником является гражданин, то исполнительные действия совершаются и меры принудительного исполнения применяются судебным приставом-исполнителем по его месту жительства, месту пребывания или местонахождению его имущества.

В силу ст.2 Закона Российской Федерации «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» под местом пребывания подразумевается гостиница, санаторий, дом отдыха, пансионат, кемпинг, туристская база, больница, другое подобное учреждение, а также жилое помещение, не являющееся местом жительства гражданина, - в которых он проживает временно.

Как установлено судом, в производстве судебного пристава-исполнителя на исполнении находился исполнительный документ о возложении на К. обязанности опровергнуть сведения, порочащие честь и достоинство С., распространенные в электронном письме, на основании которого было возбуждено исполнительное производство. В ходе совершения исполнительных действий судебным приставом-исполнителем был осуществлен выезд по адресу, указанному в заявлении взыскателя: Олонецкий район, д. Нурмойла. Установлено, что должник К. на момент совершения исполнительных действий проживала по указанному адресу, что подтверждается актами совершения исполнительных действий. Этот же адрес указывала должник в своем заявлении в Олонецкий районный суд Республики Карелия от 8 ноября 2010 года.