В номере (стр. 4 )

Таким образом, К. на момент совершения исполнительных действий временно пребывала в д. Нурмойла Олонецкого района.

После установления места пребывания должника в соответствии с п.1 ст.33 Федерального закона «Об исполнительном производстве», ст.12 Федерального закона «О судебных приставах» судебным приставом-исполнителем правомерно вынесено должнику требование от 20 октября 2010 года исполнить решение Василеостровского районного суда г. Санкт – Петербурга в срок до 1 декабря 2010 года.

При таких обстоятельствах судебные постановления в части признания необоснованными действий судебного пристава-исполнителя по вынесению требования об исполнении решения суда являются незаконными и отменены. Президиум принял новое решение об отказе в удовлетворении заявления.

Судебная коллегия по гражданским делам

Верховного Суда Республики Карелия

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА

ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ

1. При отмене закона, установившего административную ответственность, производство по делу об административном правонарушении подлежит прекращению.

Постановлением инспектора ДПС ГИБДД МО МВД России «Сортавальский» от 29 октября 2011 года С. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 100 руб.

Решением судьи Питкярантского городского суда РК от 21 ноября 2011 года данное постановление оставлено без изменения, а жалоба С. - без удовлетворения.

С таким постановлением и решением не согласился С., в жалобе поставил вопрос об их отмене с прекращением производства по делу ввиду отсутствия события административного правонарушения. Он указал, что инспектор остановил автомобиль, когда им управляла его жена, а он, не являясь водителем в этот момент, подписал постановление, имея в виду, что талон о прохождении технического осмотра у жены действительно отсутствовал. Вывод инспектора о согласии с правонарушением был ошибочным. Отметка о согласии (несогласии) С. с нарушением в постановлении отсутствует. Таким образом, привлечение к ответственности без составления протокола осуществлено с существенным нарушением процессуальных требований. Кроме того, следует учесть, что с 1 января 2012 года исключена административная ответственность водителя, не имеющего при себе талона о прохождении государственного технического осмотра.

Решением судьи Верховного Суда РК от 01.01.01 года отменено в отношении С. постановление инспектора ДПС ГИБДД МО МВД России «Сортавальский» от 01.01.01 года, решение судьи Питкярантского городского суда Республики Карелия от 01.01.01 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

Производство по данному делу прекращено на основании пункта 5 части 1 статьи 24.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

В соответствии с частью 2 статьи 12.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях (в редакции Федерального закона от 01.01.2001 ) управление транспортным средством водителем, не имеющим при себе талона о прохождении государственного технического осмотра, влечет предупреждение или наложение административного штрафа в размере 100 руб.

Основанием для привлечения С. к административной ответственности за совершение названного правонарушения послужило то обстоятельство, что 29 октября 2011 года в 22.50 час. на автодороге Олонец-Питкяранта-Леппясилта он управлял автомобилем…, не имея при себе талона о прохождении государственного технического осмотра.

На месте обнаружения правонарушения протокол об административном правонарушении не составлялся, поскольку С. подписал постановление, оформленное инспектором ДПС ГИБДД МО МВД России «Сортавальский», не оспаривая событие административного правонарушения и назначенное наказание, не отказался он и от уплаты административного штрафа. Каких-либо письменных ходатайств заявлено не было.

Таким образом, настоящее дело было рассмотрено в упрощенном порядке, то есть без составления протокола в соответствии с требованиями частей 1 и 2 статьи 28.6 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

Обстоятельства выявленного административного правонарушения и вина водителя С. подтверждаются материалами дела, фактическим первоначальным согласием с вменяемым правонарушением, о чем свидетельствует его подпись в постановлении о привлечении к административной ответственности.

Однако принятые по делу постановления подлежат отмене по следующим основаниям.

В соответствии с частью 2 статьи 54 Конституции РФ, если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон.

Часть 2 статьи 1.7 Кодекса РФ об административных правонарушениях устанавливает, что закон, смягчающий или отменяющий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом улучшающий положение лица, совершившего административное правонарушение, имеет обратную силу, то есть распространяется и на лицо, которое совершило административное правонарушение до вступления такого закона в силу и в отношении которого постановление о назначении административного наказания не исполнено.

Согласно статьям 28 и 33 Федерального закона от 1 июля 2011 года «О техническом осмотре транспортных средств и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» с 1 января 2012 года отменена административная ответственность водителя, не имеющего при себе талона о прохождении государственного технического осмотра, что осуществлено законодателем посредством исключения из абзаца 1 части 2 статьи 12.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях слов «талона о прохождении государственного технического осмотра».

По сообщению ГИБДД МВД по РК С. назначенный ему административный штраф не уплатил, поэтому постановление о привлечении его к административной ответственности не исполнено.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 24.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению в случае отмены закона, установившего административную ответственность.

Исходя из положений части 2 статьи 1.7 и пункта 5 части 1 статьи 24.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях при отмене закона, установившего административную ответственность, производство по делу об административном правонарушении в отношении С. подлежит прекращению.

При таких обстоятельствах постановление должностного лица и решение судьи, вынесенные по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях, в отношении С. подлежат отмене, производство по делу – прекращению в связи с отменой закона, установившего административную ответственность.

2. По делу об административном правонарушении не требуется обязательное присутствие законного представителя при опросе несовершеннолетнего, достигшего 16 лет.

Постановлением начальника территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Карелия в Кондопожском, Медвежьегорском и Пудожском районах от 8 августа 2011 года М. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.2 Кодекса РФ об административных правонарушениях, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 1500 руб.

Решением судьи Кондопожского городского суда Республики Карелия от 16 декабря 2011 года данное постановление отменено, производство по делу прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

С таким решением судьи не согласился и. о.начальника территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Карелия в Кондопожском, Медвежьегорском и Пудожском районах. В жалобе поставлен вопрос о его отмене и указано, что факт продажи сигарет несовершеннолетнему подтвержден материалами дела, в том числе объяснениями сотрудников Пудожского РОВД. Кодекс РФ об административных правонарушениях не предусматривает получение объяснений несовершеннолетнего в присутствии его законных представителей, следовательно, его объяснения являются надлежащим доказательством по делу.

Решением судьи Верховного Суда РК от 01.01.01 года решение судьи Кондопожского городского суда РК от 01.01.01 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 14.2 Кодекса РФ об административных правонарушениях, в отношении М. оставлено без изменения, а жалоба и. о.начальника территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Карелия в Кондопожском, Медвежьегорском и Пудожском районах - без удовлетворения.

В соответствии со статьей 14.2 Кодекса РФ об административных правонарушениях незаконная продажа товаров (иных вещей), свободная реализация которых запрещена или ограничена законодательством, влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от 1500 до 2000 рублей с конфискацией предметов административного правонарушения или без таковой.

Согласно пункту 1 статьи 4 Федерального закона «Об ограничении курения табака» на территории Российской Федерации не допускается розничная продажа табачных изделий лицам, не достигшим возраста 18 лет.

Основанием для привлечения М. к административной ответственности послужило то обстоятельство, что он, являясь продавцом на автозаправочной станции, расположенной по адресу: Республика Карелия, г. Пудож, ул…., 22 июня 2011 г. осуществил розничную продажу одной пачки сигарет «Петр I эталон золотая серия» по цене 25 руб. лицу, не достигшему 18 лет, К., 27 ноября 1994 года рождения.

Проверяя законность и обоснованность привлечения М. к административной ответственности по статье 14.2 Кодекса РФ об административных правонарушениях, судья пришел к выводу об отсутствии доказательств, подтверждающих факт реализации табачной продукции несовершеннолетнему (например, акта контрольной закупки), в том числе, признав объяснения несовершеннолетнего, полученные в отсутствие его законных представителей, недопустимым доказательством по делу.

С выводом судьи о том, что пояснения несовершеннолетнего в силу части 3 статьи 26.2 Кодекса РФ об административных правонарушениях не могут быть использованы в качестве доказательства, поскольку получены с нарушением закона, согласиться нельзя по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что на момент выявления административного правонарушения возраст несовершеннолетнего К. составлял 16 лет 6 месяцев.

В соответствии с частями 1 и 5 статьи 25.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях защиту прав и законных интересов физического лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, или потерпевшего, являющихся несовершеннолетними либо по своему физическому или психическому состоянию лишенных возможности самостоятельно реализовать свои права, осуществляют их законные представители. При рассмотрении дела об административном правонарушении, совершенном лицом в возрасте до восемнадцати лет, судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дело об административном правонарушении, вправе признать обязательным присутствие законного представителя указанного лица.

В силу части 4 статьи 25.6 и части 4 статьи 25.2 названного Кодекса при опросе несовершеннолетнего свидетеля, не достигшего возраста четырнадцати лет, обязательно присутствие педагога или психолога. В случае необходимости опрос проводится в присутствии законного представителя несовершеннолетнего свидетеля.

Таким образом, обязательное присутствие законных представителей при получении объяснений у К. не требовалось, следовательно, оснований для признания данного доказательства недопустимым не имелось.

Между тем, ввиду отсутствия в объяснениях К. указаний, что именно М. осуществил ему продажу табачных изделий, отсутствия надлежащих доказательств факта продажи данного товара, отсутствия в материалах дела информации о том, что М. 22 июня 2011 года был единственным продавцом, отсутствия документа, подтверждающего наличие у несовершеннолетнего пачки сигарет «Петр I эталон золотая серия» и ее изъятие, а также иных доказательств, вывод судьи о недоказанности обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление по делу об административном правонарушении, с учетом презумпции невиновности (статья 1.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях), является правильным.

Ссылка в жалобе на объяснения сотрудников Пудожского Р является основанием для отмены решения судьи. Из телефонограммы следует, что участковый Г. лично при продаже сигарет не присутствовал, правонарушение выявлено через 10-15 минут, после выхода несовершеннолетнего с АЗС.

Учитывая изложенное, оснований для отмены решения, в том числе по доводам жалобы, не имелось.

3. Составление протокола об административном правонарушении и рассмотрение дела в отсутствие лица при наличии доказательств о надлежащем его извещении не свидетельствует о нарушении процессуальных требований Кодекса РФ об административных правонарушениях.

Постановлением заместителя руководителя - начальника отдела контроля госзакупок и рекламы Карельского УФАС России от 01.01.01 года К. был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 7.30 Кодекса РФ об административных правонарушениях, ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 5000 руб.

По результатам рассмотрения жалобы К. на указанное постановление, решением судьи Петрозаводского городского суда РК от 01.01.01 года постановление должностного лица оставлено без изменения, жалоба - без удовлетворения.

С таким решением судьи не согласился К., в жалобе просит отменить постановление должностного лица и решение судьи, прекратить производство по делу в связи с допущенными нарушениями процессуальных требований Кодекса РФ об административных правонарушениях и отсутствием состава административного правонарушения.

В обоснование доводов жалобы указывает, что о факте, времени и месте составления протокола по делу об административном правонарушении, о дате и месте рассмотрения дела он надлежащим образом уведомлен не был, протокол был составлен по истечении девяти месяцев после выявления правонарушения.

Решением судьи Верховного Суда РК постановление заместителя руководителя - начальника отдела контроля госзакупок и рекламы Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Карелия от 01.01.01 года и решение судьи Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 01.01.01 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 4 статьи 7.30 Кодекса РФ об административных правонарушениях, в отношении К. оставлено без изменения, его жалоба - без удовлетворения.

Исходя из положений части 6 статьи 28 Федерального закона «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг государственных и муниципальных нужд», не допускается использование иных, за исключением предусмотренных частью 4 настоящей статьи, критериев оценки заявок на участие в конкурсе. Значимость критериев, указанных в пунктах 1 и 1.1 части 4 настоящей статьи, не может составлять более 20%.

Установление должностным лицом заказчика не предусмотренных законодательством о размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд критериев оценки заявок на участие в конкурсе и (или) их значимости влечет наложение административного штрафа в размере 1% начальной (максимальной) цены контракта, но не менее пяти тысяч руб. и не более тридцати тысяч руб. (часть 4 статьи 7.30 Кодекса РФ об административных правонарушениях).

Как следует из материалов дела, с 2005 года К. является руководителем Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Карелия.

22 октября 2010 года управлением на официальном Интернет сайте был размещен заказ в форме открытого конкурса по отбору страховой организации в целях заключения государственного контракта на обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств Управления.

Заказчиком в пункте 7.2 конкурсной документации, утвержденной руководителем управления, были установлены критерии для оценки и сопоставления заявок.

В качестве критерия группы № 1 «Цена контракта» - значимость 40%. Критерий группы № 2 «Финансовая надежность, опыт и репутация страховой организации» разделен на три показателя: величина уставного капитала - значимость 20%; объем страховых резервов – значимость 20%; опыт работы на страховом рынке - значимость 20%.

То есть, сумма значимостей критериев оценки заявок составляет 100%, совокупная значимость показателей группы № 2 (величина уставного капитала, объем страховых резервов, опыт работы на страховом рынке) составляет 60%.

По данному факту должностным лицом Карельского УФАС России 10 августа 2011 года в отношении руководителя Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 4 статьи 7.30 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

По результатам рассмотрения дела заместителем руководителя - начальника отдела контроля госзакупок и рекламы Карельского УФАС России 14 октября 2011 года вынесено постановление о привлечении К. к административной ответственности, предусмотренной частью 4 статьи 7.30 Кодекса РФ об административных правонарушениях, и ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 5000 руб.

Подвергнув анализу приведенное законодательство и установленные обстоятельства, судья правильно решил, что, поскольку при размещении государственным заказчиком заказа значимость критерия - качество работ, услуг и (или) квалификация участника конкурса при размещении заказа на выполнение работ, оказание услуг была установлена более 20%, имеются нарушения требований части 6 статьи 28 Федерального закона «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд».

Установленные обстоятельства и вина К. в допущенном нарушении подтверждаются имеющимися в деле доказательствами, оснований не доверять которым не имеется.

С учетом конкретных обстоятельств дела и собранных по делу доказательств в их совокупности судья пришел к правильным выводам о том, что в действиях К. имеется состав административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 7.30 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

Доводы жалобы относительно нарушений процессуальных требований Кодекса РФ об административных правонарушениях, допущенных при производстве по делу об административном правонарушении, являются несостоятельными по следующим основаниям.

Исходя из системного анализа статей 25.1 и 28.2 Кодекса РФ об административных правонарушениях, должностное лицо при составлении протокола и рассмотрении дела об административном правонарушении обязано уведомить лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, о факте, времени и месте совершения данного процессуального действия и рассмотрении дела.

Поскольку положения Кодекса РФ об административных правонарушениях не содержат каких-либо ограничений, связанных с таким извещением, в зависимости от конкретных обстоятельств дела уведомление может быть произведено должностным лицом с использованием любых доступных средств связи, позволяющих контролировать получение информации лицом, которому такое извещение направлено.

Из материалов дела следует, что К. в установленном порядке наделен распорядительными полномочиями в отношении работников Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Карелия, руководителем которого он является.

Уведомление о дате и месте составления в отношении К. протокола об административном правонарушении было заблаговременно вручено сотруднику Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Карелия 5 августа 2011 года. В связи с неявкой должностного лица для совершения процессуального действия протокол об административном правонарушении был составлен в его отсутствие, копия документа направлена по месту работы К. и вручена сотруднику учреждения августа 2011 года.

Рассмотрение дела об административном правонарушении назначалось должностным лицом на 18 августа, 31 августа, 12 сентября, 16 сентября и на 14 октября 2011 года.

В связи с неявкой К. на рассмотрение дела должностным лицом были испрошены документы относительно периода его пребывания в отпуске и регистрации по месту жительства. Уведомления о времени и месте рассмотрения дела направлялись по месту работы и по месту жительства, в том числе, путем направления телеграммы.

После полученной информации о дате выхода К. на работу из отпуска направленное должностным лицом определение о рассмотрении дела, назначенного на 14 октября 2011 года, было получено работником Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Карелия 11 октября 2011 года.

Доказательств невозможности явки К. к должностному лицу для участия в составлении протокола об административном правонарушении и рассмотрении дела по причине нахождения на амбулаторном лечении материалы дела не содержат.

Исходя из позиции, изложенной в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.01.01 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», нарушение должностным лицом установленного статьей 28.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях срока составления протокола об административном правонарушении относится к несущественным недостаткам протокола.

Таким образом, нарушений процессуальных требований Кодекса РФ об административных правонарушениях и прав К. при производстве по делу об административном правонарушении допущено не было, оснований для отмены постановления должностного лица и решения судьи не имеется.

Судебная коллегия по гражданским делам

Верховного Суда Республики Карелия

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

за II полугодие 2011 года

Вопросы квалификации

1. Вывод суда о совершении разбойного нападения группой лиц по предварительному сговору и с применением предмета, используемого в качестве оружия, является ошибочным, поскольку имел место эксцесс исполнителя.

Приговором Лахденпохского районного суда Республики Карелия от 01.01.2001 года А. осужден по ч.2 ст.162 УК РФ (в ред. ФЗ от 01.01.2001 г.) к 4 годам лишения свободы без штрафа и ограничения свободы; п.«а» ч.2 ст.161 УК РФ (в ред. ФЗ от 01.01.2001 г.) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы без штрафа и ограничения свободы; на основании ч.3 ст.69 УК РФ и в соответствии со ст. ст.79, 70 УК РФ окончательно к 5 годам лишения свободы без штрафа и ограничения свободы; Т. осужден по ч.2 ст.162 УК РФ (в ред. ФЗ от 01.01.2001 г.) к 3 годам 6 месяцам лишения свободы без штрафа и ограничения свободы; ч.1 ст.158 УК РФ (в ред. ФЗ от 01.01.2001 г.) к 1 году лишения свободы; на основании ч.3 ст.69 УК РФ и в соответствии с ч.5 ст.74, ст.70 УК РФ по совокупности приговоров окончательно к 4 годам 3 месяцам лишения свободы без штрафа и ограничения свободы.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Карелия изменила состоявшееся в отношении А. и Т. решение суда, поскольку суд, правильно установив фактические обстоятельства совершения осужденными преступления, дал неверную квалификацию действиям А. и Т. по ч.2 ст.162 УК РФ как нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, и с применением предмета, используемого в качестве оружия.

По смыслу уголовного закона, если при завладении имуществом лицо лишь демонстрировало оружие, не намереваясь его использовать для причинения телесных повреждений, опасных для жизни и здоровья, его действия не могут быть квалифицированы как разбой, совершенный с применением оружия или предмета, используемого в качестве оружия.

Каких-либо доказательств того, что А. имел намерение вилкой причинить вред здоровью потерпевшего, а Т. был осведомлен о наличии у А. вилки и намерении ее применить с целью завладения имуществом потерпевшего, в материалах дела не имеется и в приговоре не приведено. При таких обстоятельствах, судебная коллегия признала вывод суда первой инстанции о том, что А. и Т. совершили разбойное нападение группой лиц по предварительному сговору и с применением предмета, используемого в качестве оружия, ошибочным, поскольку имел место эксцесс исполнителя.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РК приговор суда изменила: по эпизоду завладения деньгами потерпевшего, действия А. переквалифицировала на ч.1 ст.162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года ) как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, а действия Т., квалифицированные судом по ч.2 ст.162 УК РФ и п.«а» ч.2 ст.161 УК РФ, – на п.«а» ч.2 ст.161 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года ).

по ч.1 ст.162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года ) назначила в виде 3 лет лишения свободы без штрафа, окончательное наказание с применением ч.3 ст.69, ст.70 УК РФ в виде 4 лет лишения свободы без штрафа и ограничения свободы.

по п.«а» ч.2 ст.161 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года ) назначила в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы, окончательное наказание по правилам ч.3 ст.69, ст.70 УК РФ - в виде 3 лет 3 месяцев лишения свободы без штрафа и ограничения свободы.

2. квалифицированные по ч.2 ст.228 УК РФ, признанные судом совокупностью преступлений, являются единым продолжаемым преступлением.

Приговором Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 01.01.2001 г. А. осужден по трем эпизодам преступлений, предусмотренных ч.2 ст.228 УК РФ к 4 годам лишения свободы за каждое преступление со штрафом в размере 10000 рублей, на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно определено наказание в виде 6 лет лишения свободы со штрафом в размере 20000 рублей.

Приговором суда А. признан виновным в трех эпизодах незаконного изготовления без цели сбыта наркотических средств, совершенных в особо крупном размере.

Судебная коллегия приговор суда изменила, так как, правильно дав юридическую оценку действиям А. как незаконное изготовление без цели сбыта наркотических средств, совершенное в особо крупном размере, суд без достаточных оснований расценил действия осужденного как совокупность трех преступлений.

Органами предварительного расследования А. обвинялся в совершении трех эпизодов незаконного изготовления наркотических средств: в период с 24 января по 30 января 2010 г. – 17,99 грамм амфетамина, в период с 31 января до 12 февраля 2010 года – 3,870 грамм амфетамина; в период с 13 по 17 февраля 2010 года – 1,254 грамма амфетамина. Из материалов дела следует, что А. систематически брал деньги у Б., которому задолжал в общей сложности 40000 рублей. Для отработки долга А. предложил Б. рассчитаться амфетамином, который научился изготавливать в домашних условиях. Получив согласие Б., вместе съездили в г. Москву, где закупили химические оборудование и реактивы. Вернувшись в г. в счет погашения долга стал изготовлять амфетамин. При этом материалами дела установлено, что купленное оборудование не позволяло А. изготовить сразу большое количество наркотического средства, и А. изготавливал наркотическое средство, сколько мог, а Б. забирал наркотик по мере его изготовления. При таких обстоятельствах, судебная коллегия сочла, что действия А. не образуют совокупности преступлений, а являются единым продолжаемым преступлением.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РК приговор суда изменила, квалифицировала действия А. как одно продолжаемое преступление, предусмотренное ч.2 ст.228 УК РФ и назначила наказание в виде 4 лет 3 месяцев лишения свободы со штрафом в размере 10000 рублей.

3. Отсутствие доказательств, подтверждающих значительность ущерба для потерпевшей, а так же возникновения умысла на кражу у осужденного до проникновения в квартиру, явилось основанием для изменения приговора.

Приговором Кемского городского суда Республики Карелия от 01.01.2001 г. К. осужден по п. п.«б, в» ч.2 ст.158 УК РФ к 2 годам 3 месяцам лишения свободы без ограничения свободы; по п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ к 2 годам лишения свободы без ограничения свободы; по п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы без штрафа и ограничения свободы, на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно к 3 годам лишения свободы без штрафа и ограничения свободы. Этим же приговором осужден Кв. по ч.1 ст.175 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 5000 рублей.

Судебной коллегией по уголовным делам частично удовлетворены кассационные представление и жалоба, приговор суда изменен.

Квалифицировав действия К. по эпизоду хищения мобильного телефона с зарядным устройством к нему стоимостью 4485 рублей у А. по п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ, доказательств, подтверждающих значительность ущерба для потерпевшей, суд первой инстанции в приговоре фактически не привел. Вместе с тем, в судебном заседании потерпевшая А. показала, что причиненный ей материальный ущерб значительным не является. При таких обстоятельствах, содеянное К. в этой части судебная коллегия квалифицировала по ч.1 ст.158 УК РФ как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества.

Также судебной коллегией по уголовным делам признаны не соответствующими фактическим обстоятельствам дела выводы суда в части признания К. виновным в совершении хищения у А. имущества на сумму 1050 рублей, с незаконным проникновением в жилище. Как в приговоре, так и в материалах дела отсутствуют доказательства того, что умысел на кражу возник у К. до проникновения в квартиру. Из показаний самого К. в судебном заседании следует, что в квартиру он вошел с разрешения проживавшего в ней П., по его просьбе, воспользовавшись ключом, о месте хранения которого узнал от хозяина. Данная версия осужденного судом первой инстанции опровергнута не была, а приведенные в приговоре показания свидетелей Кр. и Р. подтверждают показания осужденного в этой части. При таких обстоятельствах, судебная коллегия признала недоказанным наличие в действиях К. квалифицирующего признака «с незаконным проникновением в жилище». Кроме того, судебная коллегия пришла к выводу о недоказанности хищения К. именно 6 рулонов обоев у потерпевшей А. на сумму 1050 руб., как указано в приговоре. В судебном заседании потерпевшая А. настаивала на том, что на предварительном следствии ошиблась, указав количество похищенных рулонов обоев 6, в то время как было похищено 5 рулонов (4 рулона стоимостью по 150 рублей каждый и 1 рулон стоимостью 300 рублей). Других сведений относительно количества похищенных обоев в материалах дела нет. С учётом стоимости похищенного в 900 рублей, содеянное К. представляет собой мелкое хищение, в связи с чем, судебная коллегия прекратила уголовное дело в отношении К. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ, за отсутствием состава преступления.

Судебная коллегия Верховного Суда Республики Карелия, изменила приговор Кемского городского суда РК, назначила окончательное наказание осужденному по ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. п.«б, в» ч.2 ст.158 УК РФ и ч.1 ст.158 УК РФ, путем поглощения менее строгого наказания более строгим в виде 2 лет 3 месяцев лишения свободы без ограничения свободы.

4. Суд не учел, что мошенничество на сумму 1000 рублей, является мелким хищением.

По приговору Олонецкого районного суда Республики Карелия от 01.01.01 года Л., ранее судимый, в том числе 1 августа 2008 года по п.«б» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году 11 месяцам лишения свободы, на основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров к 4 годам лишения свободы (освобожден 10 августа 2010 года на основании постановления Сегежского городского суда РК от 5 августа 2010 г. условно-досрочно на 1 год 7 месяцев 29 дней), осужден по ч.1 ст.159 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы. На основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору от 1 августа 2008 года и окончательно назначено лишение свободы на срок 1 год 10 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговор постановлен в особом порядке судебного разбирательства, предусмотренном главой 40 УПК РФ.

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Президиум Верховного Суда Республики Карелия, отменяя приговор Олонецкого районного суда Республики Карелия от 01.01.01 года по надзорной жалобе осужденного, указал следующее.

Как установлено судом и отражено в приговоре, осужденный Л. путем обмана (мошенничества) совершил 7 апреля 2011 года хищение чужого имущества на сумму 1000 рублей.

Согласно ст.7.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (в редакции Федерального закона от 01.01.01 года) хищение чужого имущества путем мошенничества, стоимость которого не превышает 1 000 рублей, признается мелким и образует состав административного правонарушения.

Поскольку сумма, похищенная Л., не превышала 1 000 рублей, деяние, совершенное им, являлось административным правонарушением.

Суд надзорной инстанции отменил приговор в отношении Л. и производство по уголовному делу прекратил на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. Л. по настоящему уголовному делу из-под стражи освобожден, за ним признано право на реабилитацию. Приговор от 1 августа 2008 года постановлено исполнять самостоятельно. Президиумом Верховного Суда Республики Карелия в адрес судьи, прокурора Республики Карелия и Президента адвокатской Палаты Республики Карелия внесены частные постановления.

Вопросы назначения наказания

1. Несовершеннолетнему подсудимому, совершившему преступления средней тяжести в возрасте до 16 лет, в силу положений ч.6 ст.88 УК РФ не может быть назначено наказание в виде лишения свободы.

Приговором Пудожского районного суда Республики Карелия от 01.01.01 года несовершеннолетний М. осужден по ч.1 ст.166 УК РФ к 7 месяцам лишения свободы; по ч.1 ст.166 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы; на основании ч.2 ст.69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно к 1 году лишения свободы. В соответствии с ч.2 ст.92 УК РФ М. освобожден от наказания с помещением в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа до совершеннолетия.

Судебная коллегия по уголовным делам приговор суда изменила в связи с неправильным применением уголовного закона.

Материалами уголовного дела установлено, что суд полно и всесторонне исследовал все обстоятельства дела, сделал обоснованный вывод о доказанности вины осужденного М. в совершении преступлений и дал правильную правовую оценку его действиям. Вместе с тем, назначая наказание, суд не учел, что оба преступления средней тяжести М. совершил впервые, в возрасте до 16 лет, в связи с чем, в силу ч.6 ст.88 УК РФ ему не может быть назначено наказание в виде лишения свободы.