Нажмуддин Гоцинский и общественно-политическая борьба в Дагестане в первой четверти ХХ века (стр. 3 )

В первом параграфе пятой главы – «Причины, подготовка и начало восстания» – дается характеристика общественно-политической обстановки в Дагестане, приведшей к началу крупного восстания, отмечается роль меньшевистской Грузии в оказании военной помощи горским повстанцам.

11 апреля 1920 г. верховная власть от Совета Обороны, прекратившего свое существование в связи с установлением Советской власти в Дагестане, трансформировалась в условиях мирного времени во вновь образованный орган – Дагревком (председатель Дж. Коркмасов). Однако, приезжими большевиками, незнакомыми с местными условиями, совершенно не были учтены характерные для Дагестана черты: вековой уклад жизни, со своими обычаями и религиозностью. Имели место многочисленные ошибки в области реквизиции, в области уничтожения мелкой торговли, неумело применены декреты об отделении церкви от государства.

Социальные и бытовые тяготы, вызванные последствиями Гражданской войны, а также бесчинства отрядов Красной Армии, вошедших в Дагестан после его освобождения от деникинцев местной «Армией Свободы», отдельные действия органов ЧК и безобразное поведение немалой части советских и партийных работников, присланных сюда из других краев и областей, серьезно подрывали доверие населения к органам советской власти, за которую еще совсем недавно они сражались против Деникина.

Население искало защиты, как у своей республиканской власти, так и у отдельных авторитетных горцев, пользовавшихся поддержкой определенной части населения, которое к тому времени, как, например, некоторые горные аварские районы, находилось к ним территориально ближе – в соседней Грузии.

К тому же английская пропаганда через лозунги повстанцев не скупилась на обещания по предоставлению дагестанским горцам независимости, но – под своим протекторатом. Время, выбранное Английским кабинетом для вторжения из Грузии, было совсем не случайным. Экстренное вмешательство в дела Дагестана по планируемому отсечению его путем создания барьера от России объясняется еще и предстоящим Съездом народов Дагестана, на котором впервые планировался выбор формы его государственного устройства в составе РСФСР. Моральная подпитка этой стороны движения, вдохновлялась еще и членами так называемого Горского правительства, осевшими в Грузии.

Значительную роль в распространении восстания сыграла близость восставших округов к Грузии, где правило меньшевистское правительство. Восстание было связано и с выступлением генерала Врангеля в Крыму.

В первых числах сентября 1820 г. партии повстанцев под началом Гоцинского и бывшего царского полковника Кайтмаза Алиханова начали постепенно просачиваться со стороны Грузии в Дагестан.

В это время в Баку с 1 по 9 сентября 1920 г. прошел 1-й съезд Советов Народов Востока, избравший для руководства дальнейшей работы «Совет действия». Одновременно он являлся подразделением Коминтерна и ЦК РКП (б). Ему были переданы полномочия по вопросам внутренней и международной политики с восточными странами.

Пока Президиум работал в Баку, тем временем в Грузии с 14-29 сентября побывала делегация II Интернационала в следующем составе: Карл Каутский, Рамсей Макдональд, Леон Блюм, Эмил Вандервелде, г-жа Сноу-Ден и др. Меньшевистское правительство Н. Жордания устроило торжественную встречу прибывшим, которые агитировали за восстановление народов Азербайджана и Дагестана против Советской власти.

30 сентября на чрезвычайном совещании ответственных работников облбюро партии и Дагревкома совместно с представителями военных организаций военком Смирнов сообщал, что обстановка в горах Дагестана резко ухудшилась с появлением отряда Алиханова в 500-600 человек из Грузии, состоявшего из офицеров. Представители военных организаций и ЧК настаивали на ведении борьбы лишь силами армейских частей. В другую крайность впали местные политические руководители. Они предлагали оттянуть красноармейские части с гор и развернуть партизанскую войну [50].

Органам Советской власти приходилось иметь дело «не с волнующимся населением», а с регулярными частями, вооруженными пулеметами. Имея некоторое преимущество, а самое главное быстроту передвижения, повстанцы стремительно продвигались вперед, овладевая аулами, расправляясь с советскими работниками и расширяя поле своего влияния. Поэтому действия восставших горцев на данном этапе восстания можно считать их победой над еще не пришедшими в себя от такого натиска представителями Советской власти в Дагестане.

Во втором параграфе пятой главы – «Ход восстания и его логический итог» – характеризуются качества противоборствующих сторон, прослеживается ход восстания, перелом в нем и окончание военных действий на территории Дагестана.

К началу октября повстанцы уничтожили так называемый «Ботлихский отряд» (батальон 1-го Дагестанского полка в 210 штыков и 3 пулемета), взяли под осаду гарнизоны Хунзаха и Гуниба и с 9 октября прервали связь последних с Темир-Хан-Шурой. 3 октября Гоцинский со своим отрядом двинулся из Бежта в глубь Дагестана.

В развернувшихся боевых операциях по подавлению восстания новой главной ударной силой явилась 32 стрелковая дивизия ХI армии под начальством А. Тодорского, переброшенная в Дагестан из Баку.

13 ноября 1920 г. в Темир-Хан-Шуре начал свою работу Чрезвычайный съезд народов Дагестана, на котором была принята декларация об автономии Дагестана, а 20 января 1921 г. ЦИК РСФСР издал декрет об образовании автономной Дагестанской Советской Социалистической Республики. Эти знаменательные для Дагестана мероприятия проходили на фоне ожесточенных боев. В начале декабря повстанческие отряды Гоцинского перешли в активное наступление.

В связи с угрожающим положением, командование Красной армии в Дагестане собрало и подтянуло к фронту дополнительные силы, создав так называемую «Ударную группу». «Краснопартизанские отряды были влиты в общевойсковые соединения и приравнены во всех отношениях с регулярными частями Красной армии».

Для ликвидации восстания в Гунибском округе были сконцентрированы крупные красноармейские силы. В беспрерывных боях с 18 января по 14 февраля части Южного боевого участка окончательно разбили повстанческую группировку и освободили восточную часть Гунибского округа. Восставшие стали терять территорию с начала 1921 г. Фактором, способствующим окончательному поражению их движения, явилась оккупация Грузии. Вначале восставшие были в состоянии получать помощь через горные тропы, которые вели из Дагестана в Грузию; после того как последняя была занята красноармейскими частями, они были отрезаны от какой-либо внешней помощи. В то время, когда главные силы Дагестанской группы уже почти прекратили военные действия, часть повстанческих сил укрылась в труднодоступной местности близ границы с Грузией. Окончательная ликвидация оставшихся повстанцев в Дидоевском и Анцухо-Капучинском участках продолжалась вплоть до конца мая 1921 г. Нажмуддин Гоцинский, по сведениям Ревкома военного совета Терско-Дагестанской группы, «скрылся в глухих дебрях Салатавии».

В третьем параграфе пятой главы – «Повстанческая борьба Н. Гоцинского в гг., как следствие политики экспансии Антанты» – подробно исследуется заключительный этап повстанческой борьбы Гоцинского, его контакты с агентами английских спецслужб, описывается деятельность горской эмиграции, направленной на оказание помощи горцам в их борьбе против существующего строя.

К осени 1921 г. в 8 округах Дагестана из 10 повстанцы вновь активизировали свою деятельность. С августа 1922 г. Дагестан был объявлен на военном положении.

Всего на территории СКВО на это время действовало 25 повстанческих отрядов. Одной из главных задач советских органов была поимка Гоцинского, скрывающегося на чеченской территории и продолжающего активную деятельность. Имам обращался к населению с воззваниями, налаживал агентурную сеть, проводил сборы, старался поддерживать связь с эмигрантами и т. п. Для восстановления прерванной связи с эмигрантскими центрами он отправил за границу бывшего офицера «Дикой дивизии» Ахмед Хана Аварского, который в 1922 г. стал представителем Гоцинского в «Лиге Наций». Он возбудил перед Советом Лиги Наций ходатайство о признании Н. Гоцинского главой «будущего независимого государства на Кавказе» и оказании помощи в свержении Советской власти.

Идею поддержали, и Н. Гоцинскому была обещана помощь. Этому, в частности, способствовала активная деятельность различных кавказских эмигрантских организаций. В 1922 г. в Стамбуле создается политическая организация «Анатолий Шеркет», законспирированная под коммерческое предприятие, доходы с которого должны были идти на повстанческую борьбу. Н. Гоцинский установил контакт с главарями действующих группировок в Чечне и Митаевым и А. Шамилевым.

По первому сигналу Гоцинского «должно было восстать, как он полагал, поголовно все население Шатоевского и Веденского округов Чечни, Андийского и Хасавюртовского округов Дагестана, захватить крепости Шатой, Ведено и Ботлих, а затем восстание должно было распространиться на остальную территорию».

Однако некоторые общества, опасаясь за последствия со стороны советских карательных органов, не решались подниматься на восстание.

В ноябре 1922 г. в Чечню прибыл значительный красноармейский отряд, с помощью которого советским органам удалось ликвидировать несколько крупных группировок.

Не только репрессиями, военными и карательными операциями можно отметить деятельность советских органов на данном этапе. Умелое заигрывание с духовенством давало положительные результаты. 20 ноября 1923 г. при содействии советских органов в сел. Кахиб Гунибского округа был проведен так называемый съезд мусульман Дагестана, в воззвании которого верующих призывали к борьбе против Гоцинского и его банд.

Прошедший в декабре 1923 г. Третий Вседагестанский Съезд Советов «заявил громко на весь Дагестан о том, что необходимо принять самые решительные меры по борьбе с бандитизмом в горах, мешающим мирной жизни горских крестьян и их творческой работе по восстановлению хозяйства, разрушенного в процессе гражданской войны бандами имама Гоцинского и интервентами» [51]. Эти пропагандистские выпады, а также активные действия чекистов затруднили деятельность повстанцев.

В декабре 1923 г. Н. Гоцинский через посредника сообщил в Даготдел ОГПУ о своем желании вступить в переговоры, в которых ему было отказано, поскольку советские органы заметно наращивали свой успех в деятельности по ликвидации сопротивления повстанцев.

В 20-х числах февраля 1924 г. в ставку Н. Гоцинского прибыли два агента английской разведки под видом инженеров, производивших промышленную разведку в горах. Агенты заверили Н. Гоцинского в поддержке со стороны Англии и передали последнему деньги для дальнейшей подготовки организации борьбы. Заинтересованность Англии в происходящих событиях на Северном Кавказе была очевидной, хотя и мало результативной. Н. Гоцинский активизировал свои действия, рассылая своим людям послания, в которых сообщал о готовящихся событиях, отдавал приказы, заранее намечал надежных людей на руководящие посты.

Как только в начале мая 1924 г. в селении Дылым Хасавюртовского округа (здесь в районе 4-го участка округа находилась ставка Н. Гоцинского. – Д. М.М.) вспыхнуло небольшое волнение, к нему сразу же присоединилось несколько окрестных аулов. Вскоре для разоружения Дылыма и окрестных селений был сформирован отряд в составе подразделений 37-го и 38-го стрелковых полков Красной Армии и дивизиона ОГПУ, которые к 12 мая завершили операцию и захватили заложников. Последний крупный успех чекистов и армейских частей произвел существенный перелом в борьбе.

19 мая 1924 г. Н. Гоцинский вновь обратился в Даготдел ОГПУ для переговоров, на что Даготдел предложил Гоцинскому условия сдачи, заключавшиеся в гласном отказе от имамства и контрреволюционной деятельности. На подобное предложение Гоцинский ответил «Нотой Советскому правительству», по мнению чекистов, явно продиктованной англичанами. Нота клеймила политику Советской власти и большевиков. Тем не менее, в отдельном своем письме Гоцинский все же просит продолжать с ним переговоры. Таким образом, ни одна из сторон не пошла на уступки, и события не заставили себя долго ждать.

Командование СКВО под наблюдением местного партийного руководства подготовило план операции по разоружению Чечни. В составе войск, сосредоточенных для «наведения порядка», находилось около 7 тысяч человек при 240 пулеметах, 24 орудиях с двумя авиационными отрядами и бронепоездом. После четырехкратной бомбардировки с воздуха аулов Химой и Хакмалой 5 сентября специальная оперативная группа в составе начальника Чеченского отдела ОГПУ , его заместителя , бывшего заместителя начальника Даготдела ОГПУ и других арестовала Н. Гоцинского, а также шейха Джаватхана, предводителя ингушских группировок А. Шамилева, бывшего председателя Ножаюртовского окрисполкома М. Гебертиева, военного советника турецкого полковника Хусейна Эфенди, телохранителей Н. Гоцинского братьев Ш. и И. Мусаевых, чеченского муллу Бело Хаджи и др. Операция по разоружению Чечни была закончена. С арестом «крупнейшего лидера контрреволюции на Северном Кавказе» произошел перелом в повстанческой борьбе против Советской власти.

В срочном порядке Гоцинский был вывезен из Чечни в Ростов, где дожидался суда. 15 октября 1925 г. суд приговорил Н. Гоцинского к высшей мере наказания – расстрелу.

Разгром Гоцинского в значительной степени был осуществлен силами отдельных частей ХI Красной Армии, краснопартизанских отрядов, отделами ОГПУ, а также благодаря планомерной работе советских органов по закреплению достигнутых успехов. Политические, социально-экономические и культурные изменения, происшедшие в Дагестане и Чечне, вызвали к середине 20-х годов перелом в настроении трудовой массы горцев, взявшей курс на мирное созидание.

В заключении диссертации подведены итоги исследования и сформулированы основные выводы:

- Нажмуддин Гоцинский являлся популярным религиозным лидером кавказских горцев, принимавшим активное участие в национально-политических процессах в Дагестане накануне Февральской революции 1917 г. Будучи богатым и крупным помещиком он имел связь с народной массой и хорошо знал ее слабые и сильные стороны. Он умело использовал оппозиционные настроения горцев и столкновения их с царским правительством в период между революциями пятого и семнадцатого года. В народном сознании этого исторического отрезка Нажмуддин был блюстителем веры, поборником за права народа. Низводить Гоцинского до уровня «барановода», «бурдюка с салом», каким он часто представлялся в советской историографии, является ненаучными поступками, не делающими чести авторам подобных штампов.

- Талантливый богослов, Гоцинский мог бы стать видным ученым Дагестана, однако не захотел спокойно жить, довольствуясь своим материальным достатком. Тщеславный и самомнительный, Гоцинский пожелал играть ведущую роль в общественно-политической и государственной жизни Дагестана, и, имея немалый авторитет в обществе, был избран в состав Дагестанского исполнительного комитета. Хорошо ориентирующийся в действительности и умело учитывавший влияние каждой группировки с пользой для себя, он настойчиво добивался имамской власти, в перспективе видя Дагестан теократическим государством.

- Несколько попыток провозглашения Гоцинского имамом Северного Кавказа и Дагестана оказались неудачными для последнего. Кроме того, неудавшийся имам восстановил против себя значительную часть не только интеллигенции, видевшей будущее Кавказа светским государством, но и ряд религиозных деятелей, отрицавших институт имамства на данном этапе. Создание абсолютистского имамского режима, как показали события, было неприемлемо для Кавказа того времени. На должность же муфтия Гоцинский был избираем единогласно.

- Несмотря на великое желание быть имамом, Гоцинский видел и понимал происходящее вокруг не по своему желаемому сценарию, пытаясь найти выход из создавшегося положения: агитирует за вступление Дагестана в Юго-Восточный Союз (конец 1917 г.), образование которого должно было обеспечить полную само­стоятельность национальностей в сфере местного управления и законодательства; в вопросе о языке, на котором предполагалось вести обучение в школах, выступает за арабский язык; от Милли комитета участвует в выборах в Учредительное собрание. Влияние Гоцинского на общественно-политическую жизнь Дагестана к концу 1917 г. было заметным, однако сложная и запутанная обстановка в регионе, жесткая политическая борьба противников свела на нет все его усилия в борьбе за власть.

- Занимая нейтральную позицию по отношению к бичераховцам, туркам и деникинцам, вторгнувшимся в Дагестан, Гоцинский призывает горцев не сопротивляться последним. Анализ документальных материалов, свидетельствует о том, что Гоцинский, осведомленный о помощи, оказываемой Добровольческой армии англичанами, делал свои ставки именно на Антанту, и в частности на Англию. Изучив потенциальные возможности Гоцинского для осуществления своих планов по отношению к захвату Кавказа, англичане в дальнейшем использовали его в качестве своего резидента, снабжая деньгами и оружием.

- На основании нововыявленных архивных документов стало возможным реконструировать хронологию взаимоотношений Гоцинского с другими видными религиозными деятелями в Дагестане. Отношения были непростыми. Духовенство раскололось на «реакционных» и «прогрессивных» деятелей, в результате чего ситуация складывалась в пользу властей. Гоцинский неизменно относился к консервативной части мусульманского мира Дагестана. На всех этапах своей деятельности он вел борьбу с уже сформировавшейся законной властью, направленную как против Советской власти, так и против российской государственности вообще. В этом у него было немало последователей, но были и такие, которые искали компромисс с новой властью и даже активно поддерживали ее.

- Тяжелые последствия Гражданской войны на социальном и бытовом уровне, безобразное поведение отдельных отрядов Красной Армии и немалой части советских и партийных работников, присланных сюда из других краев и областей, не знакомых с психологией дагестанского народа, неблаговидные действия органов ЧК и другие ошибки руководителей советских учреждений способствовало поднятию антисоветского восстания. После успешного начального этапа восстания гг., повстанцы стали постепенно терять свои позиции, а с советизацией Грузии все их усилия окончились поражением.

- Повстанческая борьба Гоцинского и его последователей в гг. характеризовалась непрекращающимися антисоветскими действиями, часто принимавшими религиозные формы. Скрываясь в труднодоступных районах Чечни и Дагестана, Гоцинский старался выгодно использовать негативные явления жизни региона (например, несовершенная налоговая система и др.) в своей антисоветской деятельности. В материальном плане, ему в этом деле из Англии через эмиссаров не раз была оказана денежная помощь, за которой должен был следовать отчет о «проделанной работе» против России (самого богатого нефтеносного государства), которую Британия пыталась расшатать изнутри, через предоставление «независимостей зависимым народам», (следуя доктрине Вильсона).

- Гоцинского и его сторонников в общественно-политической деятельности имело целый ряд причин:

а) традиции шариатского государства, создание которого массы горцев олицетворяли с революционной свободой, требовали уничтожения сословных привилегий и помещичьей собственности на земле, однако Гоцинский, как крупный землевладелец и богатый человек, не смог провести в жизнь этой экономической основы шариатского государства, что во многом явилось следствием гибели его и всего движения;

б) внутренние противоречия, амбиции между религиозными и национальными лидерами, представлявшими различные варианты будущего социально-экономического и духовно-культурного развития своих народов, способствовали их расколу, чем умело воспользовались их противники;

в) независимость горцев в виде самостоятельного государства, каким его видели Гоцинский и другие кавказские лидеры, не получила практического осуществления из-за неподготовленности религиозных деятелей и северокавказской интеллигенции, которые не смогли воспользоваться присутствием на Кавказе турецких войск в 1918 г., которые в свою очередь допустили здесь ряд серьезных ошибок;

г) главной же причиной поражения Гоцинского явились значительные политические, социально-экономические и культурные изменения, происшедшие в Дагестане, вызвавшие перелом в настроении трудовой массы горцев.

Введение в научный оборот публикуемых в монографии малоизвестных документов и материалов в сочетании с уже известными позволило по-новому осмыслить важные проблемы рассматриваемого периода отечественной истории, создать реальную картину общественно-политической борьбы Нажмуддина Гоцинского и его последователей.

Все вышесказанное подтверждает значимость темы, рассматриваемой в диссертации как с точки зрения научной, так и политической, особенно с учетом того, что современные аспекты кавказской политики соперничающих сторон, уходящие корнями в глубь веков, возрождаются в системе нынешних международных отношений, крайне осложненных стремлением внутренних и внешних антироссийских сил вытеснить Россию с этого важнейшего геополитического региона.

Автор имеет научные публикации, общим объемом 119 п. л., в том числе по теме исследования 56,1 п. л.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

Монографии, отдельные издания

1.  Доного Гоцинский: грани личности. – Махачкала: ИПЦ ДГУ, 2002. – 68 с. (2,7 п. л.).

2.  Доного . . – Махачкала: ИПЦ ДГПУ, 2002. – 40 с. (2 п. л.).

3.  Доного . – Махачкала: ИПЦ ДГПУ, 2004. – 96 с. (4 п. л.).

4.  Доного Гоцинский: Общественно-политическая борьба в Дагестане в первой четверти XX века. – Махачкала: ИПЦ ДГУ, 2005. – 396 с. (16,5 п. л.).

5.  Доного имам Нажмуддин Гоцинский. – Махачкала: ИПЦ ДГПУ, 2005. – 122 с. (4,5 п. л.)

6.  Доного тот, кто владеет Кавказом. Миниатюры Кавказской войны . – М.: Яуза-Экспо, 2005. – 384 с. (16 п. л.)

Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах

1.  «…Обратить на настроение наших мусульман особое внимание…»: Док. ЦГА Республики Дагестан о борьбе с панисламизмом в России в начале ХХ в. // Отечественные архивы. 2004. № 3. – 0,3 п. л.

2.  Доного Гоцинский // Вопросы истории. 2005. № 6. – 1 п. л.

3.  «Антиписарское» восстание в Дагестане в гг. // Научная мысль Кавказа. 2005. № 2. – 0,2 п. л.

4.  Доного в эмирате Узун-Хаджи // Научная мысль Кавказа. Приложение. 2006. № IX. – 0,2 п. л.

Статьи

1.  Доного о Нажмуддине Гоцинском // Ахульго. Махачкала, 1999. № 3. 0,5 п. л.

2.  Доного имам // Родина. М., № 1,5 п. л.

3.  Доного // Ахульго. Махачкала, 2000. № 4. 0,5 п. л.

4.  Доного и религиозное образование в духовном возрождении молодежи // Поликультурное образование на Северном Кавказе: проблемы, тенденции, перспективы / Материалы Международной научно-практической конференции 30-31 мая 2000 г. – Махачкала-Пятигорск, 2000. 0,5 п. л.

5.  Доного наследие Нажмуддина Гоцинского // 3-я Всероссийская научно-практическая конференция «Актуальные проблемы общей и адыгской филологии»: Мат. конференции. Группа авторов. – Майкоп: издательство Адыгейского госуниверситета. 18-19 октября 2001. 0,5 п. л.

6.  О некоторых особенностях национального самосознания // Проблемы поликультурного образования: Международный сборник научных статей. – Махачкала: ИПЦ ДГУ, 2001. 0,5 п. л.

7.  Доного культуры межнационального общения в проповедях имама Н. Гоцинского // Культура межнационального общения: проблемы формирования и развития: Мат. региональной научно-практической конференции 20-21 ноября 2001 г. в Махачкале / Сост.: , , – Махачкала: ИПЦ ДГУ, 2002. 0,5 п. л.

8.  Доного Мухаммад Гоцинский: история личности в современном освещении // Болгария-Дагестан-Турция: Сб. научных трудов Северокавказского регионального отделения МНАБ. Вып. 6. Махачкала: ИПЦ ДГУ, 20,5 п. л

9.  Доного Шамиль – внук имама // Ахульго. Махачкала, 2002. №,5 п. л.

10.  Доного Гоцинский: Хронология несостоявшегося восстания г. г. // Наука и молодежь: Сб. статей молодых ученых по гуманитарным проблемам. Институт ИАЭ ДНЦ РАН, институт СЭИ ДНЦ РАН, кафедра экономики и социологии труда ДГУ. – Махачкала, 20,5 п. л.

11.  Доного подробности о пребывании Нажмуддина Гоцинского в Турции // Вестник молодых ученых Дагестана. ДНЦ РАН. Махачкала. 2003. №,5 п. л.

12.  Из истории повстанческой борьбы Нажмуддина Гоцинского в гг. // Информационно-аналитический Вестник. Адыгейский Республиканский институт гуманитарных исследований. Майкоп, 2003. Выпуск 6,7. - 0,5 п. л.

13.  К истории 1 съезда Союза Горцев Северного Кавказа // Наука и молодежь. Сб. статей молодых ученых и аспирантов по гуманитарным проблемам. Махачкала: ИИАЭ ДНЦ РАН, 2003. 0,5 п. л.

14.  Дагестан в гражданской войне (Отрывки из воспоминаний М. Джафарова) // Новая Евразия: Россия и страны Ближнего зарубежья. Аналитический альманах. М., 2003. № ,5 п. л.

15.  Из истории антиписарского восстания в Дагестане в гг. // Наука и молодежь. Сб. статей молодых ученых и аспирантов по гуманитарным проблемам. Махачкала: ИИАЭ ДНЦ РАН, 20,5 п. л.

16.  Доного методологические вопросы изучения истории Дагестана // Вестник ДНЦ РАО. Махачкала, 20,5 п. л.

17.  «Антиписарское» восстание в Дагестане в гг. // Исламская цивилизация. Махачкала. 2005. №,25.

18.  Доного движение в Дагестане и Чечне в 20-х годах ХХ века // Трагедия великой державы: Национальный вопрос и распад Советского Союза / Отв. ред. ; сост. . – М.: Изд-во «Социально-политическая мысль», 20,5 п. л.

Автореферат диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

Тема диссертационного исследования

НАЖМУДДИН ГОЦИНСКИЙ И

ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА

В ДАГЕСТАНЕ В ПЕРВОЙ ЧЕТВЕРТИ ХХ ВЕКА

Изготовление оригинал-макета:

Подписано в печать…..Тираж 100 экз.

Усл. п. л. 2,3.

Российская академия государственной службы

при Президенте Российской Федерации

Отпечатано ОПМТ РАГС. Заказ №…

119606 Москва, пр-т Вернадского, 84

[1] Искандеров наука на пороге XXI века // Вопросы истории. – М., 1996. № 4. – С.6.

[2] Хроника Гамзата Кадиева. О событиях гражданской войны в Дагестане гг. // РФ ИИАЭ ДНЦ РАН. Ф.1. Оп. 1. Д. 431/4258.

[3] Лучезарный жемчуг // РФ ИИАЭ ДНЦ РАН. Ф. 2. Оп. 1. Д. 48. Л. 147.

[4] Воспоминания бывшего помощника по гражданской части временного контрреволюционного диктатора Дагестана Тарковского. Диктатура Тарковского // Ф. 2. Оп. 1. Д. 70/1495; Воспоминания о гибели 33 батальона войск ВЧК в 1920 г. под Араканами в борьбе с контрреволюционным мятежом, возглавляемым Гоцинским // Ф. 2. Оп. 1. Д. 72; Руденский о событиях на Кавказе в гг. бывшего коменданта крепости Хунзах // Ф.3. Оп. 1. Д. 219/2737; Мамаев о борьбе с контрреволюционным мятежом Гоцинского в Дагестане в 1920 г. //Ф. 2. Оп. 1. Д. 55/1480; Каяев Али. Гражданская война // Ф. п-8. Оп. 3. Д. 252).

[5] : Сб. материалов. – Махачкала, 2005.

[6] Борьба за власть Советов в Дагестане: Сб. воспоминаний участников. – Махачкала, 1957; В боях за власть Советов: Воспоминания участников социалистической революции и гражданской войны в Дагестане. – Махачкала, 1957; Атаев дни: Воспоминания. – Махачкала, 1959 (на авар. яз.); В огне революции: Воспоминания. – Махачкала, 1960 и др.

[7] Борьба за установление Советской власти в Дагестане ( гг.): Сб. док. и материалов. – Махачкала, 1958; Очерки истории Дагестана. – Махачкала, 1950. Ч. I.; Революционное движение в Дагестане ( гг.): Сб. док. и материалов. Махачкала, 1955 и др.

[8] Союз объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана ( гг.), Горская Республика ( гг.): Док. и материалы. – Махачкала, 1994.

[9] ЦК РКП (б) – ВКП (б) и национальный вопрос. Книгагг. / Сост. , , . – М.: Изд-во «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2005.

[10] Бутбай Мустафа. Воспоминания о Кавказе. Записки турецкого разведчика. – Махачкала, 1993.

[11] В огне революции: Воспоминания. – Махачкала, 1960; В горах Дагестана. – Махачкала, 1957; Караев . – Махачкала, 1968; Воспоминания партизана. – Махачкала, 1960; Борьба за власть Советов в Дагестане: Сб. воспоминаний участников. – Махачкала, 1957 и др.

[12] Дибиров Дагестана в годы революции и гражданской войны. – Махачкала, 1997.

[13] Совершенно секретно: Лубянка–Сталину о положении в стране (): Сб. док. в 6 т. – М., 2001.

[14] Деникин русской смуты: в 5 т. – М., 2003.

[15] Арапов Россия и мусульманский мир (кон. XVIII – нач. ХХ в.): Сб. материалов / Сост. и авт. вступ. ст., предисл. и коммент. . – М.: Наталис, 2006.

[16] Мирхалид Сайфуллах б. Хусайин Башалар ан-Ницабкри ал-Газикумуки ан-Накшбанди ал-Кадири аш-Шазили аш-Шафии ад-Дагестани. Мактубат Халид Сайфуллах ила Фукира ахл Аллах. – Дамаск, 1998. (На араб. яз.); Хасан Хильми б. Маухаммад ал-Кахи. Мактубат ал-Кахи ал Мусама васалал мюрид. – Дамаск. 1997. (На араб. яз.)

[17] «Дагестан». – Махачкала; «Известия Портпетровского Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов», «Известия Темирханшуринского Совета рабочих, земледельческих и красноармейских депутатов», «Ишчи-халк» («Рабочий народ», на кумык. яз.). – Темир-Хан-Шура; «Красный Дагестан». – Темир-Хан-Шура; «Молот», Баку, «ХIалтIулел чагIи» («Рабочий народ», на авар. яз.). – Темир-Хан-Шура; «Звезда». – Махачкала; «Советский Дагестан». – Махачкала; «Танг-чолпан» («Утренняя звезда», на кумык. яз.). – Темир-Хан-Шура и др.

[18] «Вестник Дагестана». – Темир-Хан-Шура; «Вестник Горской Республики». – Темир-Хан-Шура; «Вольный Горец». – Тифлис; «Азербайджан». – Баку; «Бюллетень Диктатуры Центрокаспия». – Баку; «Вперед». – Екатеринодар; «Дагестан». – Темир-Хан-Шура; «Мусават» (на кумык. яз.). – Темир-Хан-Шура; «Терско-Дагестанский вестник». – Пятигорск; «Эхо Дагестана». – Порт-Петровск.

[19] На высотах Красного Дагестана. Из истории контрреволюции на Кавказе: Путевые наброски. – М., 1921; гг. В горах Кавказа. – Владикавказ, 1921; Гражданская война в Дагестане. – Махачкала, 1925; Буркин революция и гражданская война в горских областях Северного Кавказа. – Ростов-на-Дону, 1933; Скачко А. Дагестан. – М., 1931; Борьба Красной Армии в Дагестане в гг. – М.-Л., 1928; Тахо-Годи и контрреволюция в Дагестане. – Махачкала, 1927; Красная армия в горах. Действия в Дагестане. – М., 1925; Янчевский борьба на Северном Кавказе. – Ростов-на-Дону, 1927. Т. 1-2; Английская интервенция и мусаватское правительство. – Баку. 1927; Революция и контрреволюция в Чечне. – Грозный, 1933.

[20] Борьба за власть Советов в Дагестане (). – Махачкала, 1945; Эмиров Советской власти в Дагестане и борьба с германо-турецкими интервентами. . – М., 1949; Антисоветская интервенция Англии на Кавказе (). – Махачкала, 1958; Советский Дагестан. – Махачкала, 1938; Магомедов народов Дагестана и приезд товарища Сталина. – Махачкала, 1940; Борьба партизан против белогвардейцев на Северном Кавказе в гг. – Махачкала, 1943;

[21] Из истории военной интервенции и гражданской войны в Дагестане. – Махачкала, 1972; Аликберов и гражданская война в Дагестане (). – Махачкала, 1962; Гаджиев Дагестана. – Махачкала, 1986. Ч. 2; Османов -экономические отношения в дагестанском ауле в гг. – 1956. Т. 1; Даниялов Дагестан. – М., 1960; Кашкаев за Советы в Дагестане (). – М., 1963; Из истории борьбы за упрочение Советской власти в Дагестане ( гг.). – Махачкала, 1963; Кадишев и Гражданская война в Закавказье. – М., 1960; Гаджиев борьба трудящихся Азербайджана и Дагестана за власть Советов ( гг.). – Махачкала, 1968; Магомедов Кавказ в трех революциях. – М., 1986; Зайдиев -революционные комитеты Дагестана. – Махачкала, 1972; Даниялов социализма в Дагестане. . – М., 1988; Шигабудинов движение на Северном Кавказе в годы реакции (). – Махачкала, 1973; Магомедов Северного Кавказа и Социалистическая революция. Правда истории и домыслы антикоммунистов. – Махачкала, 1980.

[22] Сулаев духовенство Дагестана в революции и гражданской войне ( гг.): Дис… канд. ист. наук. – Махачкала, 1997; Сулаев Обороны Северного Кавказа и Дагестана: неизвестные страницы истории. Махачкала, 2004; Сулаев духовенство Дагестана и светская власть: борьба и сотрудничество. ( гг.). – Махачкала, 2004.

[23] Абдуллаев -Хаджи Акушинский – общественно-политический и религиозный деятель Дагестана: Дис… канд. ист. наук. – Махачкала, 2003.

[24] Махмудов Дагестан в годы революций 1917 года и гражданской войны: специфика и региональные особенности проявления: Дис… канд. ист. наук. – Махачкала, 2000.

[25] Исхаков мусульмане и революция (весна 1917 г. - лето 1918 г.). – М., 2004.

[26] Арапов иностранных дел Российской империи и «мусульманский вопрос» // Актуальные проблемы гуманитарных, социальных, экономических и технических наук. – М., 2005. Вып. 3.; Его же. Система государственного регулирования ислама в Российской империи (последняя треть XVIII – начало ХХ вв.).– М., 2004 и др.

[27] Доного Хаджи Мурад. Нажмуддин Гоцинский: грани личности. – Махачкала, 2002.

[28] Доного Хаджи Мурад. Последний имам // Родина. – М., 2001. № 1-2.

[29] Борьба за волю гор Кавказа. Песнь ашуга // Эхо Кавказа. Москва, 1992. № 2.

[30] Г Революция и гражданская война на Северном Кавказе (пер. с англ.) // Наш Дагестан. Махачкала, 1994. №№ 000-168.

[31] Кавказ и русская революция. – Махачкала, 2000.

[32] Свобода не дается без жертв // Наш Дагестан. Махачкала, 1994. № 000, 173.

[33] Четинбаши Мexди H. След кавказского орла: Последний Шамиль // Наш Дагестан. Махачкала, 1995. (Пер. с тур.) № .

[34] История Горской республики и попытки ее возрождения // Наш Дагестан. Махачкала, 1993. № 000-166.

[35] Тарковского // Ахульго. Махачкала, 2000. № 4.

[36] Доного Хаджи Мурад. Бичерахов // Ахульго. Махачкала, 2000. № 4.

[37] Allen W. E.D. Military Operation in Daghestan // The Army Quarterly. – L. . V. 29.

[38] Allen W. E.D. and Muratoff P. Caucasian battlefields. A history of the wars on the Turco-Caucasian border . – Cambridge. 1953.

[39] Chamberlin W. H. The Russian revolution . – New-York, 1935. V. 2.

[40] Kazemzadeh F. The struggle for Transcaucasia . New-York – Oksford, 1951.

[41] Dunsterville L. C. The Adventure of Dunsterforce. – L., 1932.

[42] Британский империализм в Баку и Персии (Воспоминания). – Тифлис, 1925.

[43] Luke H. Cities and men. Au Autobiography. Vol. 2. – L., 1953.

[44] Mir Yacoub. Le probleme du Caucase. – P., 1933.

[45] Poidebard A. Au Carrefour des routes de Perse. – P., 1923.

[46] Pipes R. The formation of the Soviet munism and Nationalism. – Cambridge, 1954.

[47] Price M. P. War and Revolution in Asiatic Russia. – L., 1918.

[48] Dumbatze V. D. The Caucasian Republics. The little democracies the world forgot. – New York, 1925.

[49] Bennigsen-Broxup M. The last ghazawat: The uprising. The North Caucasus Barrier. The Russian Advance towars the Muslim World. – L., 1992.

[50] С винтовкой и пером. – М.: Моск. рабочий, 1984. – С. 89.

[51] Красный Дагестан. Махачкала. 20. XII. 1923.