Подследственность уголовных дел (стр. 2 )

В юридической литературе выделяется также и аль-
тернативная подследственность. В качестве примера ее
обычно приводят положения ч. V ст. 126 УПК РСФСР
(ч. III ст. 112 УПК УССР), в соответствии с которыми
дела о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 88, 92 и
931 УК РСФСР, ведет тот орган, который возбудил уго-
ловное дело20. Однако представляется более оправдан-
ным не выделять ее в отдельный вид, а рассматривать
как проявление предметной подследственности в тех слу-
чаях, когда к основному признаку — виду совершенного
иреступления — присоединяется дополнительный — ор-
ган, возбудивший уголовное дело. Равным образом вы-
зывает сомнение и целесообразность выделения смешан-
ной подследственности21.

Таким образом, в современных условиях можно вы-
делить четыре относительно самостоятельных вида под-
следственности: предметную, специальную, по связи дел
и территориальную.

18

ГЛАВА II

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОТДЕЛЬНЫХ ВИДОВ
ПОДСЛЕДСТВЕННОСТИ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ

§ 1. Предметная подследственность

В советском уголовном процессе предметная под-
следственность предназначена для разграничения полно-
мочий по расследованию уголовных дел между органами
дознания и предварительного следствия, с одной стороны,
между следователями, находящимися в различных
ведомствах,— с другой. По действующему уголовно-
процессуальному законодательству в основу такого
разграничения положен вид совершенного преступления,
что находит отражение в его квалификации по уголов-
ному закону. Отправные положения предметной под-
следственности закреплены в ст. 28 Основ. В ней указы-
вается, что предварительное следствие по уголовным
делам производится следователями прокуратуры, а так-
же следователями органов внутренних дел — по делам
о преступлениях, перечень которых устанавливается за-
конодательством Союза ССР и союзных республик, и
следователями органов государственной безопасности.
Перечень преступлений, дела о которых полномочны рас-
следовать следователи органов КГБ, дается непосред-
ственно в этой статье. Что же касается преступлений»
дела о которых могут расследовать следователи проку-
ратуры и органов внутренних дел, то перечень их в дан-
ной статье не определяется. В ней лишь указывается,
что предварительное следствие обязательно по делам о
государственных и воинских преступлениях, а также о
других преступлениях, перечень которых устанавливает-
ся законодательством Союза ССР и союзных республик.
Точно также ст. 29 Основ, представляя органам дозна-
ния право на производство дознания в полном объеме,

19

не перечисляет виды преступлений, дела о которых они
могут расследовать от начала до конца. Таким образом,
Основы определяют предметную подследственность толь-
ко следователей КГБ, на которых возложена задача
борьбы с государственными преступлениями и некото-
рыми воинскими преступлениями, предусмотренными
п. п. «а», «б» и «в» ст. 23 (разглашение военной тайны
или утрата документов, содержащих военную тайну)
Закона об уголовной ответственности за воинские пре-
ступления, принятого 25 декабря 1958 года 1.

Подробно предметная подследственность регламен-
тирована в уголовно-процессуальных кодексах союзных
республик. В УПК РСФСР подследственности, в том
числе предметной, посвящена ст. 126. В ней дается
подробный перечень преступлений, дела о которых под-
лежат расследованию только следователями прокура-
туры. В ней перечисляются также преступления, дела
о которых полномочны, расследовать следователи МВД
и КГБ. И, наконец, в ней указаны виды преступлений,
дела о которых вправе расследовать органы дознания
в полном объеме.

Таким образом, ст. 126 УПК РСФСР конкретно
определяет предметную подследственность каждого ор-
гана расследования в зависимости от вида совершен-
ного преступления.

Следует заметить, что разграничение полномочий ор-
ганов расследования по предметному признаку не явля-
ется постоянным, неизменным. Из истории развития
института подследственности мы видим, что в зависи-
мости от экономических, социально-политических изме-
нений в обществе и обусловленных ими изменений в
организации предварительного расследования изменя-
лась и предметная подследственность. Так, до приня-
тия Указа Президиума Верховного Совета СССР от
6 апреля 1963 года «О предоставлении права производ-
ства предварительного следствия органам охраны об-
щественного порядка»2 основным органом, осуществ-
лявшим предварительное следствие, являлись следова-
тели прокуратуры, которым было подследственно по-
давляющее большинство уголовных дел. Однако след-
ственный аппарат прокуратуры не в полной мере справ-
лялся с расследованием всех уголовных дел, отнесен-
ных к их полномочиям в соответствии с предметной

20

подследственностью, часто допускались нарушения
правил предметной подследственности. Милиция как ос-
новной орган дознания в отдельных случаях производи-
ла дознание и тогда, когда по делу производство предва-
рительного следствия являлось обязательным. Поэтому
названным Указом был создан следственный аппарат в
системе МВД (в то время МООП) СССР, и предваритель-
ное следствие стало основной формой предварительного
расследования уголовных дел. Соответственно подслед-
ственность уголовных дел милиции как органу дозна-
ния была значительно сокращена. В настоящее вре-
мя по УПК РСФСР (ст. 126) к подследственности ор-
ганов дознания отнесены дела о преступлениях, предус-
мотренных ст. ст. 97, 1151, 123, 1541, 1562, 1563, 1564,
158 ч. III и IV, 163 ч. II, 164, 166 ч. II, 1661, 168, 169
ч. II, 187, 1882, 197, 1981, 199, 200, 201, 206 ч. II, 208
ч. I и II, 209, 219 1 ч. I УК РСФСР. Кроме того, орга-
нам МВД было поручено расследование всех дел о
преступлениях несовершеннолетних.

В связи с этим значительно сократилось количество
дел, расследуемых следователями прокуратуры, что по-
зволило последним более качественно расследовать
наиболее сложные дела и способствовало улучшению
работы по предупреждению преступлений.

Анализ перечня видов преступлений, дела о кото-
рых в настоящее время отнесены к подследственности
следователей, находящихся в различных ведомствах, и
органов дознания свидетельствует, что при установле-
нии их полномочий по ведению уголовных дел по пред-
метному признаку принимался во внимание не один
критерий, а несколько.

Думается, что критериями разграничения предмет-
ной подследственности органов расследования в зави-
симости от вида совершенного преступления являются:

1) объект посягательства. По данному критерию раз-
граничиваются полномочия следователей органов го-
сударственной безопасности от полномочий следовате-
лей прокуратуры и МВД. Исходя из объекта посяга-
тельства все дела об особо опасных и некоторых иных
государственных преступлениях отнесены к подслед-
ственности следователей органов государственной без-
опасности. Поскольку особо опасные государственные
преступления направлены на подрыв или ослабление
советского общественного и государственного строя,

21

а иные государственные преступления — на основы го-
сударственного управления или основы хозяйственной
деятельности Советского государства, то полномочия
следователей по ведению этих дел установлены обще-
союзным уголовно-процессуальным законом (ст. 28
Основ).

Объект посягательства учитывается также для разграничения полномочий по ведению дела между еле»
дователями прокуратуры и МВД. Так, дела о всех
должностных преступлениях, преступлениях против
политических и трудовых прав граждан, некоторых
иных государственных преступлениях, преступлениях
против порядка управления отнесены к подследственности следователей прокуратуры;

2) сложность расследования дел. По данному крите-
рию производится разграничение полномочий по веде-
нию дела между следователями прокуратуры и орга-
нов внутренних дел, между ними и органами дознания.
Дела, которые отнесены к подследственности органов
дознания, не представляют собой сложности, для их
расследования, как правило, не требуется применения
сложных научно-технических средств, в большинстве
случаев эти преступления выявляются при выполнении
органами дознания возложенных на них обязанностей.

Расследование же дел о преступлениях, отнесенных
законодателем к подследственности следователей про-
куратуры, представляют, как правило, повышенную
сложность. Для их расследования необходимо иметь
не только профессиональную специальную подготовку,
но и значительный практический опыт. Поэтому к их
подследственности отнесены дела об убийствах, изна-
силованиях, нарушениях правил движения и эксплуа-
тации транспорта (ст. 85 УК РСФСР), нарушениях
правил безопасности горных работ (ст. 214 УК
РСФСР), нарушениях правил при производстве стро-
ительных работ (ст. 215 УК РСФСР), некоторых хо-
зяйственных преступлениях и других;

3) особенность деятельности тех органов, в составе
которых находится следственный аппарат. Так, исходя
из тех задач, которые возложены на органы МВД по ох-
ране общественного порядка, общественной безопас-
ности, подавляющее большинство уголовных дел о
преступлениях, посягающих на общественный порядок
и общественную безопасность, отнесено к подследствен-

22

ности следователей органов внутренних дел. К таким
преступлениям, дела о которых отнесены к подследст-
венности следователей МВД, относятся хулиганство, нарушение правил безопасности движения и эксплуата-

ции транспорта лицами, управляющими транспортными средствами и др;

4) максимальное сочетание следственных и опера-
тивно-розыскных мероприятий. По данному критерию
расследование большинства дел о преступлениях, по
которым в начальный момент следствия лицо, совер-
шившее преступление, бывает неизвестным, отнесено к
подследственности следователей органов, внутренних
дел. Находясь в одном ведомстве, следователи МВД и
оперативные работники милиции под руководством
начальников горрайотделов внутренних дел путем тес-
ного взаимодействия имеют возможность раскрывать
эти преступления. Представляется, что именно с учетом
этого критерия к подследственности следователей МВД
отнесены дела о кражах государственного, обществен-
ного и личного имущества граждан, о грабежах, раз-
бойных нападениях с целью завладения имуществом и
др.

Однако это отнюдь не означает, что для расследо-
вания дел, отнесенных к подследственности следовате-
лей прокуратуры, не требуется взаимодействие их с
оперативными работниками милиции. Наоборот, и в
данном случае оно необходимо и должно осуществлять-
ся в полной мере. Вместе с тем по делам о преступле-
ниях, которые отнесены к подследственности следова-
телей прокуратуры, в большинстве своем лицо, причаст-
ное к совершению преступления, бывает известным.
Поэтому следователь прокуратуры направляет свои уси-
лия к собиранию доказательств, изобличающих в со-
вершении преступления уже известное лицо. К таким
можно отнести преступления, предусмотренные ст. ст.
71, 74, 771, 80—82, 85, 991, 104—107, 118—120, 124,
1241, 126—129, 132—143, 152—1521, 160, 161, 164,
170—180, 1901-3 и другими статьями УК РСФСР.
Исключение составляют лишь преступления, предус-
мотренные ст. ст. 102—103, 117 УК РСФСР.

По ним, безусловно, с самого начала предвари-
тельного следствия требуется максимальное сочетание
следственных и оперативно-розыскных мероприятий.

23

Таковы, очевидно, те критерии, которые положены в
основу разграничения полномочий органов расследо-
вания в зависимости от вида совершенного преступ-
ления.

Для определения предметной подследственности,
кроме вида совершенного преступления как основного,
законодатель вводит и вспомогательные признаки. Та-
ковыми являются субъект преступления и орган, воз-
будивший уголовное дело.

Вопрос об органе, возбудившем уголовное дело, как
вспомогательном признаке для определения предметной
подследственности был разрешен Указом Президиума
Верховного Совета РСФСР от 15 апреля 1963 года
«О внесении изменений в Уголовно-процессуальный
кодекс РСФСР» 3. Этим нормативным актом в ст. 126
УПК РСФСР были внесены изменения в связи с пре-
доставлением права производства предварительного
следствия органам охраны общественного порядка (ны-
не МВД). Часть 5 ст. 126 УПК РСФСР гласила, что
«по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 92
Уголовного кодекса РСФСР, предварительное следствие
производится следователями прокуратуры, а если эти
преступления обнаружены в результате оперативно-
розыскных мер органов милиции — также следовате-
лями органов охраны общественного порядка». Как
видно из данной нормы, расследование дел о хищени-
ях государственного или общественного имущества ста-
вилось в зависимость от способа их выявления: если
это преступление было обнаружено в результате про-
ведения оперативно-розыскных мер, осуществленных
оперативными работниками милиции, то уголовное дело
подлежало расследованию следователями органов
МВД, .в других же случаях такие дела были отнесены
к подследственности следователей прокуратуры.

Следует заметить, что применение нормы, закреп-
ленной в ч. V ст. 126 УПК РСФСР, вызывало на
практике определенные затруднения в связи с тем, что
некоторые работники прокуратуры очень широко пони-
мали «оперативно-розыскные меры». Отдельные про-
куроры считали, «что возникшим в результате опера-
тивно-розыскных мер является всякое возбужденное
милицией дело, по которому есть хотя бы рапорт участ-
кового уполномоченного или взято объяснение работ-
ником БХСС»4. Поэтому они давали указания следо-

24

вателям органов внутренних дел о расследовании всех
уголовных дел этой категории. Такое понимание опе-
ративно-розыскных мер вызывало споры о подследст-
венности уголовного дела, возбужденного по призна-
кам ст. 92 ук РСФСР, приводило к необоснованному
перебрасыванию дел из органов прокуратуры в МВД
и наоборот, что в конечном итоге отрицательно сказы-
валось на качестве и сроках предварительного след-
ствия.

Иногда по делам, возбужденным по признакам пре-
ступления, предусмотренного ст. 92 УК РСФСР, уста-
навливалось, что в действительности имело место хи-
щение в особо крупных размерах (ст. 931 УК РСФСР).
По этим делам основная работа 'по собиранию доказа-
тельств производилась следователями МВД. Однако
поскольку дела о хищениях в особо крупных разме-
рах были отнесены к подследственности следователей
прокуратуры, они передавались последним для окон-
чания расследования. Следователь прокуратуры, при-
няв такое дело и своему производству, вынужден был
тратить немало времени на изучение соответствующих
материалов. Если учесть, что дела о такого рода хище-
ниях составляют, как правило, несколько, а иногда
десятки томов, станет ясным, сколько времени нераци-
онально должен был тратить следователь прокурату-
ры. Более того, следователи органов внутренних дел
нередко и после передачи дела по подследственности
продолжали работать по нему с тем, чтобы ввести сле-
дователя прокуратуры в курс дела.

Эти отрицательные последствия по расследованию
дел о хищениях, квалифицируемых по ст. 92 УК РСФСР,
вызвали необходимость в более четком определении
этого вспомогательного признака предметной подслед-
ственности, что и было осуществлено в соответствии
с Указами Президиума Верховного Совета РСФСР от
14 декабря 1965 года и 8 августа 1983 года5.

Согласно указанным изменениям, предметная подследственность на основе этого вспомогательного приз-
нака предусматривается о преступлениях, указанных
в ст. ст. 88, 92 и 931 УК РСФСР. В качестве
вспомогательного признака был установлен орган, воз-
будивший уголовное дело. Преимущество этого призна-
ка, определяющего предметную подследственность уго-
ловных дел, по сравнению с прежним признаком, со-

25

стоит в том, что он конкретный и поэтому не вызывает
никаких споров. По этому признаку все дела указан-
ной категории, возбужденные милицией или следова-
телями МВД, подлежат расследованию последними, а
дела, возбужденные в органах прокуратуры,— следова-
телями прокуратуры.

Поскольку предметная подследственность в этих
случаях определяется органом, возбудившим уголовное
дело, то и разрешение поступившего материала произ-
водится тем органом, куда он поступил. Прокурор мо-
жет направить в милицию только такие материалы,
для проверки которых необходимо использовать опе-
ративные средства и методы.

В соответствии со ст. ст. 255 и 256 УПК РСФСР,
если при судебном разбирательстве будут установлены
обстоятельства, указывающие на совершение подсуди-
мым преступления, по которому обвинение ему ранее
предъявлено не было, или указывающие на совершение
преступления лицом, не привлеченным к уголовной от-
ветственности, суд возбуждает дело по новому обвине-
нию или в отношении нового лица и направляет необ-
ходимые материалы для производства дознания или
предварительного следствия. Так, суд вправе возбудить
уголовное дело и о таком преступлении, по которому
предметная подследственность определяется таким
вспомогательным признаком, как орган, возбудивший
уголовное дело. Какой конкретно орган следствия дол-
жен произвести предварительное следствие в данном
случае по этому делу, в законе прямого указания нет.
Решаться этот вопрос должен соответствующим про-
курором, указания которого обязательны для того ор-
гана, которому поручается расследование возбужденно-
го судом уголовного дела.

Как было отмечено, другим вспомогательным приз-
наком для определения предметной подследственности
является субъект преступления.

В зависимости от субъекта, совершившего преступ-
ление, производится разграничение предметной под-
следственности между органами предварительного
следствия и дознания в тех случаях, когда преступление
совершено лицом, которое в силу своих физических или
психических недостатков не может осуществить свое
право на защиту. При совершении любого преступления

26

указанными лицами производство дознания в полном
объеме исключается. Это означает, что и по делам, по
которым предварительное следствие не обязательно,
орган дознания, установив, что лицо, совершившее
преступление, имеет физические или психические не-
достатки, в силу чего не может осуществить свое право
на защиту, обязан передать дело следователю для про-
изводства предварительного следствия. В УПК боль-
шинства союзных республик нет указания о том, сле-
дователю какого ведомства должны быть переданы эти
дела6. Поэтому в этих союзных республиках как сле-
дователи прокуратуры, так и следователи органов внут-
ренних дел вправе произвести по ним предварительное
следствие. Думается, что такие дела органами дознания
должны быть направлены прокурору района (города),
который в зависимости от характера совершенного пре-
ступления, а также с учетом загруженности следова-
телей вправе поручить производство предварительного
следствия как следователю прокуратуры, так и следо-
вателю МВД. Однако, как представляется, предпочте-
ние в расследовании дел данной категории должно
быть отдано следователям МВД, так как органы ми-
лиции находятся в одном с ним ведомстве. Чтобы
исключить возможные споры, желательно было бы
закрепить это законодательно.

Одной из особенностей предварительного следствия
по этим делам является то, что по ним участие защит-
ника допускается с момента предъявления обвинения,
поскольку указанные лица в силу физических или пси-
хических недостатков не могут осуществить свое право
на защиту. В законе не содержится исчерпывающего
перечня физических и психических недостатков, служа-
щих основанием к производству предварительного
следствия и допуску защитника с момента предъявле-
ния обвинения. Закон (п. 2 ст. 49 УПК РСФСР) упоми-
нает лишь немых, глухих и слепых. Поэтому в каждом
конкретном случае необходимость производства по де-
лу предварительного следствия и соответственно до-
пуска защитника с момента предъявления обвинения
в стадии предварительного расследования должен оп-
ределять прокурор, а в судебных стадиях — суд.

Во всех случаях, когда возникает сомнение в психи-
ческой полноценности лица, совершившего преступле-

27

ние, должна быть проведена судебно-психиатрическая
экспертиза. По делам, по которым предварительное
следствие не обязательно, такая экспертиза должна
быть назначена органами дознания, так как без заклю-
чения судебно-психиатрической экспертной комиссии
невозможно решать вопрос о необходимости производ-
ства по делу предварительного следствия.

Что же касается дел, по которым производство пред-
варительного следствия является обязательным, то оп-
ределение физических и психических недостатков об-
виняемого и в связи с этим необходимости допуска
защитника с момента предъявления обвинения реша-
ется тем следователем, у которого дело находится в про-
изводстве в соответствии с предметной и территориаль-
ной подследственностью.

Согласно УПК большинства союзных республик, по
данному признаку определяется предметная подслед-
ственность следователей и в том случае, если общест-
венно опасное деяние совершено лицом в состоянии
невменяемости или оно заболело психической болезнью,
лишающей его возможности отдавать себе отчет в сво-
их действиях или руководить ими после совершения
преступления. По этим делам, когда предварительное
следствие обязательно, оно производится следователя-
ми в соответствии с их предметной подследственностью.
В тех же случаях, когда предварительное следствие
является необязательным, при установлении факта, что
общественно опасное деяние совершено лицом в состо-
янии невменяемости или оно заболело душевной бо-
лезнью после совершения преступления, производство
дознания в полном объеме исключается.

Уголовные дела указанной категории могут быть
возбуждены как органами дознания, так и следова-
телями. Порядок возбуждения их ничем не отлича-
ется от обычного порядка. Причем дело должно быть
возбуждено не только тогда, когда у следователя или
органа дознания в момент возбуждения уголовного
дела имеется сомнение в психической полноценности
лица, совершившего общественно опасное деяние, но и
тогда, когда у них имеется уверенность, что лицо, со-
вершившее общественно опасное деяние, является ду-
шевнобольным. Это обусловлено тем, что для определе-
ния его психической полноценности производство судеб-
но-психиатрической экспертизы является обязательным

28

(п. 2 ст. 79 УПК РСФСР). Производство же экспертизы
возможно лишь после возбуждения уголовного дела.

Если в результате экспертизы будет установлена
невменяемость или наличие душевной болезни у лица,
в отношении которого ведется дознание, то дело подле-
жит передаче следователю для дальнейшего расследо-
вания. Если же этого установлено не будет, орган до-
знания продолжает расследование, за исключением тех
случаев, когда наличие психического недостатка у лица
препятствует или затрудняет ему осуществлять свое
право на защиту.

Итак, когда совершено преступление лицом, имею-
щим физические или психические недостатки, в силу
чего оно не может в полной мере осуществлять свое
право на защиту, или общественно опасное деяние со-
вершено лицом в состоянии невменяемости либо оно
заболело психической болезнью, лишающей его воз-
можности отдавать себе отчет в своих действиях или
руководить ими после совершения преступления, пред-
варительное следствие является обязательным и оно
осуществляется следователями прокуратуры и внут-
ренних дел при строгом соблюдении правил предмет-
ной подследственности. Если же такими лицами совер-
шено преступление, по которому по общим правилам-
предметной подследственности разрешается производ-
ство дознания в полном объеме, то последнее ислюча-
ется, дело передается следователю.

В силу того, что в законе нет прямого указания на
то, следователь какого ведомства должен расследовать.
такие дела, этот вопрос должен быть решен прокуро-
ром.

Таким образом, основным признаком, определяю-
щим предметную подследственность органов расследо-
вания, является вид совершенного преступления, а
вспомогательными признаками — орган, возбудивший
уголовное дело, и субъект преступления.

Предметная подследственность разграничивает пол-
номочия по ведению дел как между следователями, на-
ходящимися в различных ведомствах, так и между ни-
ми и органами дознания.

29

§ 2. Территориальная подследственность

Для разграничения полномочий одноименных орга-
нов следствия и дознания по расследованию уголовных
дел законом установлена территориальная подследствен-
ность. Согласно ст. 132 УПК. РСФСР, предварительное
расследование производится в том районе, где совер-
шено преступление. И только в исключительных слу-
чаях в целях обеспечения наибольшей быстроты, объ-
ективности и полноты расследования оно может про-
изводиться по месту обнаружения преступления, а так-
же по месту нахождения подозреваемого, обвиняемого
или большинства свидетелей7. Следовательно, основ-
ным признаком, определяющим территориальную под-
следственность, является, как прямо вытекает из за-
кона, место совершения преступления.

В теории и судебно-следственной практике опреде-
ление места совершения преступления не вызывает
особых трудностей лишь в тех случаях, когда место со-
вершения общественно-опасного деяния и место наступ-
ления преступного последствия совпадают (в этих ус-
ловиях местом совершения преступления признается то,
где было совершено общественно опасное деяние и
наступило преступное последствие), а также при опре-
делении места совершения формальных составов преступлений (поскольку таковым является место, где со-
вершены общественно опасные действия, бездействия
или где окончилось их совершение).

Вопрос же определения места совершения матери-
альных составов преступлений тогда, когда места со-
вершения общественно опасных действий (бездействия)
и наступления преступного последствия не совпадают,
а также при совершении длящихся, продолжаемых
преступлений, при совершении преступления в соучас-
тии и в некоторых других случаях трактуется различ-
ными авторами неоднозначно.

Так, по мнению ряда ученых, в материальных составах преступлений, если места совершения общест-
венно опасных действий (бездействия) и наступления
преступного последствия не совпадают, то место совер-
шения преступления там, где совершены действия, при-
ведшие к наступлению преступного результата 8.

С другой стороны, высказано также мнение, в соответствии с которым для преступлений, состав кото-

30

рых включает наступление общественно опасного по-
следствия (убийство, нанесение телесных повреждений,
нарушение правил безопасности движения и эксплуа-
тации на транспорте, причинившие тяжкие последствия
и т. п.), местом совершения, как правило, следует счи-
тать место наступления этого последствия 9.

Думается, что последняя точка зрения может быть
признана правильной только для тех вариантов, когда
преступное последствие наступило там, где были со-
вершены общественно опасные действия (бездействие).
Если же место совершения общественно опасных дей-
ствий (бездействия) и место наступления преступного
последствия не совпадают, то в этих случаях местом
совершения преступления следует считать то, где были
совершены общественно опасные действия (бездей-
ствие) , приведшие к наступлению преступного результата.

Так, вполне может иметь место ситуация, когда на
территории РСФСР, расположенной рядом с Белорус-
ской ССР, с целью убийства гражданину были нанесе-
ны ранения в жизненно важные органы, причем потер-
певший был доставлен в больницу, находящуюся в Бе-
лорусской ССР, где он скончался.

Если следовать указанному тезису, то виновный за
совершение убийства должен нести ответственность по
уголовному закону Белорусской ССР и уголовное дело
должны расследовать органы следствия этой же респуб-
лики, хотя на территории последней никаких преступных
действий не совершалось. Однако, поскольку все пре-
ступные действия, которые обусловили наступление
смерти, были совершены и окончены на территории
РСФСР, местом совершения преступления является тер-
ритория этой союзной республики, а виновный должен
нести ответственность по уголовному закону РСФСР и
соответственно расследование должны производить
следственные органы последней. Возражения против та-
кой трактовки ссылкой на то, что «в момент совершения
действий еще нет состава преступления, следовательно,
преступление нельзя считать совершенным» '°, пред-
ставляются не вполне убедительными, поскольку в со-
ответствии со ст. 7 Основ уголовного законодательства
Союза ССР и союзных республик преступлением явля-
ется не только оконченное преступление, но также при-
готовление к преступлению и покушение на преступле-
ние.

31

Уязвимость вышеприведенного положения обуслов-
лена тем еще, что здесь не разграничивается окончание
(завершение) преступных действий (бездействия) от
оконченного преступления как стадии совершения
умышленного преступления. Между тем для решения
некоторых практических вопросов необходимо учиты-
вать имеющиеся между ними различия.

На практике часто бывает так, что между оконча-
нием общественно-опасных действий (бездействия) и
окончанием преступления имеется разрыв во времени
и в пространстве. Такая ситуация возникает тогда,
когда для признания преступления оконченным требу-
ется наступление общественно опасного последствия
указанного в законе. Предположим, что виновный до-
пустил в РСФСР недоброкачественный ремонт желез-
нодорожных транспортных средств, в результате чего
поезд потерпел крушение на территории Украины.
В этом случае действия виновного надлежит квали-
фицировать по ст. 85 УК РСФСР на том основании,
что именно на территории РСФСР были завершены
(окончены) все общественно опасные действия, обус-
ловившие наступление преступных последствий, хотя
окончание преступления независимо от воли виновного
имело место на территории другой союзной респуб-
лики.

Думается, что неубедителен в этом отношении и до-
вод о том, что если местом совершения преступления
считать место окончания преступных действий, то рас-
следование преступления (особенно экспертиза) было
бы затруднено 11. Наоборот, именно на месте окончания
преступных действий (бездействия) имеются наиболее
благоприятные условия для быстрого, полного и все-
стороннего расследования преступления. Именно там
могут быть обнаружены вещественные источники дока-
зательств, выявлены свидетели и т. д. Некоторые же
трудности в проведении единственного следственного
действия (производство экспертизы) не могут слу-
жить препятствием для расследования уголовного дела
по месту окончания общественно опасных действий
(бездействия). Кстати, и это следственное действие с
успехом может быть проведено не только по месту на-
ступления преступных последствий, но и по месту со-
вершения преступных действий (бездействия).

32

Таким образом, м е с т о м с о в е р ш е н и я п р е с-
т у п л е н и я я в л я е т ся т о м е с т о, г д е с о в е р-
ш е н ы и о к о н ч е н ы в с е п р е с т у п н ы е д е й-
с т в и я (бездействие), независимо от того, где насту-
пили общественно опасные последствия.

При определении места совершения преступлении
представляет известную трудность и вопрос о длящих-
ся и продолжаемых преступлениях. Так, существует
мнение, что местом совершения длящихся преступле-
ний является территория той союзной республики, на
которой преступное состояние было прекращено по тем
или иным причинам 12.

С другой стороны, местом совершения длящихся
преступлений предлагается считать любое место, где
в течение какого-то времени осуществлялось это прес-
тупление 13.

Высказывалось также мнение, что если длящееся
преступление по-разному расценивается, с точки зрения
его тяжести, на территориях тех республик, где оно со-
вершено, то надо применять более суровый закон; если
же тяжесть этого преступления на обеих территориях
оценивается по закону одинаково, применять закон той
республики, где оно было завершено 14.

Наконец, применительно к проблеме подсудности
уголовных дел некоторыми авторами указывается, что
«дела о длящихся преступлениях могут рассматривать-
ся как по месту совершения преступления, так и по
месту обнаружения преступника» 15. Исходя из этого
утверждения, можно прийти к выводу, что местом со-
вершения длящегося преступления они считают то мес-
то, где оно началось.

Думается, что именно такое решение вопроса о
месте совершения длящегося преступления соответ-
ствует следственной практике. О совершенном длящем-
ся преступлении органам расследования в подавляю-
щем большинстве случаев становится известно прежде
всего по месту, где оно началось и возбуждается уго-
ловное дело. При этом оно возбуждается по признаку
того длящегося преступления, которое признается та-
ковым по закону данной союзной республики. Очевид-
но, орган, возбуждающий уголовное дело, не может
предугадывать, где виновный будет задержан или куда
он явится с повинной.

33

Подводя итог изложенному, следует отметить, что
местом совершения длящегося преступления является
место, где совершен преступный акт, с которого оно на-
чинается. Поэтому деяние должно квалифицироваться
по уголовному закону той союзной республики, где оно
началось, а уголовное дело должно быть возбуждено и
расследовано органами дознания и следствия по месту
начала длящегося преступления. При этом исчисление
сроков давности при совершении длящегося преступле-
ния должно производиться с того момента, с которого
оно началось как оконченное преступление.

В литературе по-разному определяется также место
совершения продолжаемых преступлений. Думается,
что в качестве исходного здесь можно избрать тот те-
зис, что это единое преступление и оно является закон-
ченным в момент совершения последнего преступного
действия, а отдельные эпизоды его не имеют самостоя-
тельного юридического значения. Такое суждение под-
тверждается и анализом смыслового значения понятия
продолжаемого преступления. Как правильно указы-
вается, «продолжать или продолжить можно что-либо
начатое, но еще не завершенное, не законченное». По-
этому «отдельные эпизоды продолжаемого преступле-
ния должны представлять собой продолжение начато-
го, но еще не завершенного преступления» 16.