Модельное исследование полевой концепции механизма сознания (стр. 2 )

Способ 2. ЭС с остеклованным электродом. Асимметрия достигается путем изменения геометрии ДЭС [3, 4]. С этой целью один из электродов, за исключением его торцовой поверхности, покрывается изоляцией из стекла. Плоский проводящий торец электрода после зачистки погружается в жидкость или устанавливается на ее поверхность.

Способ 3. «Токовая» электродная система. В «токовой» ЭС асимметрия приэлектродных ДЭС достигается путем формирования их ионного состава. Электродная система (риc. 1.3) включается последовательно в замкнутую цепь с источником ЭДС Еист и нагрузочным резистором Rн. При прохождении по цепи тока I на концах резистора возникает падение напряжение U = I Rн, которое подается на входы усилителя постоянного тока. Силу тока в цепи контролирует микроамперметр А.

Под воздействием разнополярных потенциалов, приложенных к электродам, к ним устремляются противоположные по знаку ионы с разными по величине зарядами, образовавшиеся в результате диссоциации воды, перехода в нее компонентов твердой фазы и т. д., формирующие приэлектродные ДЭС. Асимметрия этих ДЭС обусловлена различным по природе ионным составом, его количественными и зарядовыми характеристиками. Реакция такой ЭС на воздействие внешнего фактора выражается изменением средней величины протекающего в ней межэлектродного тока I на величину DI, вследствие чего описанная ЭС названа «токовой».

Эффективность работы токовых датчиков можно значительно повысить путем создания определенных условий, при которых в системе приэлектродных ДЭС возникает автоколебательный (АК) процесс, чрезвычайно чувствительный к воздействию внешних факторов [4]. Возникающее в ответ на внешнее воздействие изменение основных параметров этого процесса – амплитуды и частоты, является вторым («частотным») компонентом реакции токовых датчиков. АК-феномен, обнаруженный в 1988 г. и подробно описанный в 1992 г., сыграл исключительную роль в последующих исследованиях, результатом которых стало обнаружение торсионного компонента излучения квантовых генераторов (гл. 2), обнаружение собственного (характеристического) поля воды (гл. 3) и подтверждение полевой концепции ме-ханизма действия активированной воды на биологические объекты
(гл. 4).

В 1992 г. был создан компьютеризованный комплекс, включающий четыре датчика на ДЭС. Предусматривались компьютерная обработка и просмотр поступающей от них информации, корреляционных кривых и кривых усреднения этой информации в масштабе реального времени. Применение компьютерной техники значительно расширило возможность использования датчиков на ДЭС и повысило эффективность их работы при исследовании реакции на воздействие сверхслабых факторов.

На рис. 1.4 показаны результаты использования в комплексе токовых датчиков, работающих в режимах регистрации изменения средней величины межэлектродного тока и регистрации изменения
АК-процесса на воздействие этого же фактора.

Рис. 1.4. Реакция датчиков на воздействие неактивированной (А)

и активированной (Б) воды.

А: 1 – приход экспериментатора в ЭП; 2 и 3 – начало и окончание воздействия.

Б: 1 – начало, 2 – окончание воздействия

О наличии реакции на сверхслабое воздействие характеристического поля неактивированной воды можно судить по изменению параметров АК-процесса в «частотном» датчике, тогда как реакция «аналогового» датчика представляет собой лишь незначительные по величине флуктуации средней величины межэлектродного тока.

Повышение интенсивности воздействующего фактора (характеристического поля активированной воды) вызвало четкий ответ обоих токовых датчиков (рис. 1.4Б).

На рис. 1.5 показана реакция электродной системы, введенной в АК-режим, на воздействие человека, связанное с изменением его внутреннего состояния. Оператор находился на расстоянии 10 м от датчика в смежном помещении, за железобетонной стеной толщиной 40 см (гл. 6, рис. 6.14). Реакция четко выражена вторым компонентом: в результате воздействия с экспозицией 5 минут период AK возрос втрое, а амплитуда – более чем в два раза.

Рис. 1.5. Изменение параметров АК - процесса в результате
волевого воздействия оператора с экспозицией 5 минут

На рис. 1.6 приведен пример зарегистрированной реакции трех токовых датчиков на воздействие левого и правого ТП, индуцированных генератором Акимова. Совпадение реакций трех датчиков подтверждается приведенным на кривой К результатом корреляционной обработки сигналов на выходах первого и второго датчиков, Отношение сигнал/шум для корреляционной кривой в десятки раз превыша-ет это отношение для сигналов на выходах токовых датчиков (кри-вые 1-3).

1

К

3

2

Рис. 1.6. Реакция датчиков 1-3 на воздействие правым (R)

и левым (L) ТП. К – корреляционная кривая для датчиков 1 и 2.

Стрелкой, обращенной к кривой, обозначено начало воздействия;
от кривой – его окончание. Прямой линией обозначена смена
воздействия правого ТП на воздействие левым

1.2. Преобразователи на полупроводниковых интегральных

микросхемах

Обнаружено, что при определенных условиях операционные усилители (ОУ) на полупроводниковых интегральных микросхемах (ИМС) реагируют изменением выходного потенциала как при тепловом воздействии, так и на дистантное воздействие человека. Это изменение обусловлено реакцией р-n (n-p) переходов, входящих в качестве функциональных структурных элементов в состав ИМС. Их индивидуальные вклады в суммарный ответ на воздействие не равновелики. Величина реакции каждого перехода обусловлена его функцией в составе ОУ, режимом работы (заданными вольтамперными параметрами, наличием обратных связей) и удаленностью от входного каскада усиления.

При штатном использовании ОУ напряжение на его выходе определяется выражением:

Uвых.Σ_= Uвх.2 К2 – Uвх.1 К1 + Uсф. Ку. сф., (1.4)

где К1 и К2 – коэффициенты усиления инвертирующего и неинвертирующего плеч, соответственно;

Uвх.1 и Uвх.2 – величины напряжений исследуемого сигнала на инвертирующем и неинвертирующем входах;

Uсф. – синфазное напряжение помехи на входах ОУ;

Ку. сф.– коэффициент усиления синфазной помехи, поступающей на входы ИМС.

Третий член в выражении (1.4) – сигнал помехи на выходе ОУ.

Между коэффициентом усиления синфазной помехи Ку. сф. и коэффициентом ее ослабления Кос. сф. существует зависимость:

Ку. сф. = Ку./ Кос. сф. , (1.5)

где Ку. – коэффициент усиления ОУ с учетом вводимой обратной связи, а величина коэффициента подавления синфазной помехи Кос. сф., приводимая в справочной литературе, обычно составляет 60-80 дБ.

При использовании ОУ в штатном режиме, в случае Uвх.1 = Uвх.2 = 0, Uвых. S = Uсф.·Ку. сф. представляет собой напряжение синфазной помехи.

В общем случае оно может возникать не только за счет подведения напряжения такой помехи ко входу ОУ, но и за счет факторов, воздействующих на полупроводниковую ИМС в целом или на отдельные ее элементы. Таким фактором является, например, тепловой – инфракрасное электромагнитное излучение. Если принять, что все каскады ОУ одинаково восприимчивы к тепловому воздействию, то учитывая равное распределение воздействующего теплово­го фактора на все р-n (n-p) переходы в объеме ИМС, изменение напряже-
ния ΔUвых.Σ на выходе ОУ должно определяться в основном реакцией на это воздействие переходов в первых каскадах усиления. В этом случае ΔUвых.Σ можно условно рассматривать как результат усиления некоего напряжения UTсф., приведенного ко входу ОУ.

Реакция ОУ на дистантное воздействие человека так же, как и на тепловое воздействие, выражается изменением его выходного потенциала Uвых.Σ на величину ΔUвых.Σ. Таким образом, ОУ на ИМС при закороченных входах можно рассматривать как чувствитель­ный элемент – датчик, реагирующий на воздействие инфракрасного излучения и ВНКИЧ. В этом случае величину ΔUвых.Σ следует рассматривать не как напряжение помехи, а как полезный сигнал на выходе датчика.

При использовании ОУ в качестве датчика излучения исследуемый фактор воздействует непосредственно на р-n (n-p) структуры неинвертируемого и инвертируемого каналов. Неинвертируемый и инвертируемый входы ОУ заземляются, при этом первые два члена в выражении (1.4) исчезают, а величина ΔUвых.Σ на выходе ОУ определяется только интенсивностью исследуемого фактора, воздействующего на ОУ.

Из (1.5) видно, что значение Ку. сф. возрастает с увеличением коэффициента усиления ОУ и при снижении Кос. сф. Увеличение коэффициента усиления ОУ лимитируется условием стабильности его работы. Поэтому основной задачей, возникающей при использовании ОУ в качестве датчика, становится снижение заданного паспортного значения Кос. сф. Эта задача, обратная подавлению синфазной помехи, достигается установлением неравенства величин К1 и К2, например, путем установления асимметрии (неравенства) величин ЭДС разнополярных источников питания ИМС.

Функция ИМС как сенсорного элемента не изменится, если на один из двух ее входов подать выходное напряжение с аналогичного сенсорного элемента. При этом оконечный сенсорный элемент может одновременно выполнять функцию усилителя постоянного тока (УПТ). С увеличением количества сенсорных элементов величина отношения полезного сигнала к шуму возрастает.

Показано, что с помощью детектора, составленного из двух последовательно включенных ОУ и, по существу, представляющего собой усилитель постоянного тока (УПТ) с закрытым входом, можно проводить биофизические исследования, связанные с дистантным воздействием человека. Нормальная работа такого детектора возможна только при изотермическом режиме.

Эксперименты показали, что при снижении величины ЭДС разнополярных источников питания (в 3 – 4 раза относительно номинала, но при сохранении равенства их значений) не менее 20% ИМС ти-
па К553УД1А приобретают способность реагировать на дистантное воздействие человека.

На рис. 1.7А приведены результаты двух волевых воздействий (ВВ) человека на ИМС типа К553УД1А, а на рис. 1.7Б – блок-схема установки.

На выходе ИМС включена интегрирующая цепочка RC. Питание ОУ осуществлялось от двух батарей типа 3336 («Планета»).

Рис. 1.7. А – реакция МС на волевые воздействия

Б – схема включения операционного усилителя

ИМС с источниками питания находились в изготовленной из стального листа толщиной 1мм металлической камере разме-
ром 400·480·500мм, экранирующей объект от внешних статических и низкочастотных электрических полей, аэроионов, конвекционных потоков воздуха и светового (за исключением инфракрасного) излучения. Постоянная времени интегрирующей RC–цепи, включенной на выходе ИМС, составляла 3,75 ceк.

На рис. 1.7Б показана схема датчика на ИМС в составе установки для регистрации реакции на воздействие внешних факторов. На выходе ИМС включена интегрирующая цепочка RC.

Напряжение с выхода ИМС с помощью экранированного кабе­ля подавалось на вход УПТ, о котором заранее было известно, что он не отвечает на дистантное воздействие человека. После усиления это напряжение поступало на один из входов двухканального регистратора ТZ-4221 (ЧССР). Экранирующая камера, электронная схема внутри нее, УПТ и регистратор были заземлены. Калибровка осуществля-
лась путем подачи калибровочного напряжения на неинвертирующий
вход ИМС.

После выхода всей аппаратуры на режим, в отсутствии людей производилась регистрация фонового уровня выходного потенциала ИМС. Спустя некоторое время оператор входил в помещение и, расположившись в 0,5 метра от экра­нирующей камеры, начинал волевое воздействие. Начало волевого воздействия ВВ отмечено стрелкой, обращенной к кривой; окончание – от кривой.

На рис. 1.7A, величина ЭР на волевое воздействие оператора в два раза превосходила уровень шумов ИМС: она превышаламкВ при напряжении шума порядка 6 -7 мкВ. Изменения потенциала совпадают по времени с началом и окончанием первого ВВ и с началом второго ВВ, однако реакция на окончание второго воздействия отсутствует.

На рис. 1.8 приведены результаты двух экспериментов с двумя последовательно включенными ИМС типа К553УД1А, предварительно отобранными по признаку чувствительности к волевому воздействию человека. ЭДС источников питания составляла ± 4,5 В. Входы первого ОУ были закорочены. На выходе второй ИМС включена интегрирующая RC-цепь с постоянной времени 3,75 сек. Для синхронной регистрации реакции обоих ОУ, сигнал с выхода первой ИМС (кри-
вая 1) подавался на один из входов регистратора TZ-4221 через дополнительный УПТ, не отвечавший на дистантное воздействие человека. Сигнал с выхода второй ИМС (кривая 2) подавался на второй вход регистратора без дополнительного усиления.

В первом эксперименте (рис. 1.8А) величина шумов на выходе первой ИМС составила 6-8 мкВ, в то время как величина реакции на волевое воздействие составляет 5-6 мкВ (рис. 1.8A-1) и соизмерима с величиной шума, а на выходе второй ИМС она составляет порядка 25—30 мкВ и превышает величину шума в 2 - 3 раза (рис. 1.8А-2).

Во втором эксперименте (рис. 1.8) также четко видна реакция
на ВВ: на выходе второй ИМС ее величина составляет порядка 25-
30 мкВ и превышает величину шума в 2 - 3 раза (рис. 1.8Б-2).

Рис. 1.8. Реакция на волевое воздействие

на выходе детектора на ИМС с двумя

последовательно включенными микросхемами

Реакцию на выходе ИМС, возникающую в ответ на дистантное воздействие человека при равных значениях ЭДС разнополярных источников питания, можно повысить путем подбора их величины.

Детекторы на ИМС использовались в экспериментах, проводившихся при исследовании свойств ВНКИЧ (гл. 6).

1.3 Биологические детекторы

Мы рассмотрели два типа преобразователей, которые можно использовать для регистрации ТП. При соблюдении определенных условий для каждой из этих систем их реакция может быть адекватной внешнему воздействию. Это значит, что при определенных параметрах самих систем и определенных внешних условиях (например, при соблюдении температурного режима) указанные системы могут быть использованы в качестве датчиков. Одним из таких (пока невыполнимых) условий, общим для обоих типов систем, является наличие необходимой для калибровки единицы измерения. Что касается биологических детекторов, в качестве которых могут быть использованы растения или микроорганизмы, их реакция на воздействие внешних факторов сопряжена с изменением жизнедеятельности и имеет сложный (для микроорганизмов необратимый) характер.

При использовании растений в качестве биологического детектора

реакция, возникающая в ответ на воздействие излучения исходящего от человека, может быть выражена изменением величины электрического потенциала, возникновением или изменением направления тренда потенциала, изменением электрической активности (изменением спектрального состава флуктуаций электрического потенциала, возникновением автоколебаний и изменением их параметров – частоты или амплитуды), возникновением импульсной активности и т. д). Реакция может содержать один, несколько или все перечисленные компоненты. Возможны любые их сочетания.

Во всех случаях реакция может носить следовый характер: каждый из перечисленных элементов, возникнув в результате воздействия, может сохраняться на протяжении длительного периода после прекращения воздействия. Часты случаи возникновения «отложенной» реакции, возникающей сразу после прекращения воздействия или спустя некоторое время после него. Очень часто реакция на прекращение воздействия по величине превышает реакцию на его начало.

Рассмотрим эту возможность на примере результата эксперимента с инактивированным кактусом (рис. 1.9). Кактус, лишенный освещения и полива на протяжении 12 суток, находился в экранирующей камере. К началу эксперимента электрическая активность на поверх-ности кактуса проявлялась в виде коротких и редких всплесков потенциала – импульсов с амплитудой около 100 мкВ и частотой следования порядка 1 имп/минуту.

Воздействия первого рода производились на кактус без нару-шения темнового режима, при закрытой крышке камеры путем подведения к нему с помощью штока стальной пластины площа-
дью 50х50 мм (позиции 1-2, 3-4, 6-7 и 8-9). Воздействие второго рода с энергетической накачкой (позиция 5) заключалось в серии коротких включений (длительностью от 15 до 45 с) лампочки накаливания от карманного фонаря мощностью 0,04 Вт, находившейся на расстоянии 5 см от кактуса.

Рис. 1.9. Изменения электрической активности на поверхности кактуса,

возникавшие в результате подведения к его поверхности стальной

пластины и воздействия светом. Цифрами в кружках (позиция 5)

обозначена длительность светового воздействия

Девятиминутное воздействие на кактус путем подведения стальной пластины (позиции 1-2) вызвало изменение величины потенциала (сдвиг потенциала) на поверхности кактуса на 1 мВ и привело к прекращению электрической активности. Спустя 2-3 минуты после окончания воздействия началось восстановление межэлектродной разности потенциалов, за которым последовало возникновение длительного тренда потенциала величиной порядка 3,5 мВ/час.

Восстановление электрической активности после окончания первого воздействия происходило на протяжении получаса. Реакция, возникавшая в результате трех следующих подобных воздействий, была слабее, и восстановление импульсной активности проходило быстрее, что особенно наглядно выразилось при последних воздействиях (позиции 6-7 и 8-9), проводившихся после серии коротких световых воздействий длительностью от 16 до 45 с.

В результате световых воздействий электрическая активность, напротив, резко возросла, что выразилось (примерно через 5 минут после окончания последнего светового воздействия) значительным скачкообразным увеличением частоты следования импульсов.

По характеру реакций на воздействия можно заключить, что все они приводили к изменению физико-химических процессов на тканевом (возможно, организменном) уровне. Незначительная энергетическая накачка путем светового воздействия привела к включению фотосинтеза и резкому ускорению ферментативных процессов.

На основании приведенных экспериментальных результатов можно заключить, что биологические сенсорные системы (преобразователи) не могут быть откалиброваны и не могут выполнять функцию датчика. Их можно использовать в качестве индикатора ТП (ВНКИЧ), а для количественной оценки «интенсивности» воздействующего фактора (точнее, его биологической активности) необходимо воспользоваться методом сравнения состояния исследуемого образца с состоянием контрольного образца, не подвергшегося воздействию исследуемого фактора. Применение этой методики с участием микроорганизмов, например дрожжевых клеток, исключительно удобно вследствие быстрого протекания процессов, и использовалась нами на протяжении нескольких лет в основном при исследовании проблем, связанных с внедрением ТП в прикладных областях – в медицину, в биотехнологии и производство продуктов питания.

Литература

1. , , Шрайбман воздействие человека на электродную систему. Биофизика. ВИНИТИ, деп. 85, М., 1985, 34 с.

2. , , Шрайбман электрический слой в первичном звене механизма действия слабых сверхнизкочастотных магнитных полей на биологические объекты // Информационные взаимодействия в биологии. Изд. ТГУ, Тбилиси, 1990, с. 165-172.

3. Бобров свойства двойных электрических слоев в биологии и в технике регистрации слабых и сверхслабых излучений. МНТЦ ВЕНТ, препринт N 54, 1995, с. 3-14.

4. Бобров реакции живых систем на внешние воздействия. Современные проблемы изучения и сохранения биосферы. -Пб 1992, с. 227-244.

5. Бобров свойства ДЭС и возможный механизм реакции на воздействие факторов внешней среды. Сб. тезисов и
докладов на Международном конгрессе «Биоэнергоинформатика.» (БЭИ-98), Том 2, Барнаул, 1998, с. 11-16

6. Бобров изучение механизма рецепции // Информационные взаимодействия в биологии. Изд. ТГУ, Тбилиси , 1990, с. 151-162.

7. Бобров исследование природы и свойств высокопроникающего нетеплового компонента излучения человека. МНТЦ ВЕНТ, препринт N 55, 1995, с. 15-60.

8. Бобров двойных электрических слоев на воздействие торсионного поля. ВИНИТИ, деп. 97, М., 97, 26 с.

9. Бобров компонент электромагнитного излучения. Информационные торсионные поля в медицине и растениеводстве. ВИНИТИ, деп. 98, М., 1998, 41 с.

Глава 2. ТОРСИОННЫЙ КОМПОНЕНТ ИЗЛУЧЕНИЯ

КВАНТОВЫХ ГЕНЕРАТОРОВ

Индуцирование торсионного излучения электромагнитными (ЭМ) источниками, в том числе распространяющейся ЭМ волной, было предсказано еще в начале 90-х годов в рамках развиваемых им представлений о EGS-поляризационных состояниях физического вакуума (ФВ). По Акимову, «внесение заряда в спинскомпенсированный физический вакуум приводит к спиновому пространственному расщеплению. В результате спины оказываются нескомпенсированными, что будет равносильно появлению торсионной компо-ненты в электромагнитном поле... Электромагнитные поля всегда содержат торсионную компоненту, что является важным фундамен-тальным фактом. Торсионное поле (ТП) будет наблюдаться как в электростатическом поле, так и в электромагнитном излучении» ([1], с. 21-22).

Развитие этого положения на уровне теоретической электродинамики было продолжено в работе [2]. Согласно , «ускоренная частица, обладающая спином (например, электрон, переходящий с одной комптоновской орбиты на другую), излучает одновременно как электромагнитное, так и торсионное поля» ([2] с. 193). Была определена постоянная электроторсионного взаимодействия с ядром. Установлено, что сила электроторсионного взаимодействия электрона с ядром атома водорода слабее электростатического взаимодействия (4,8х10-2 дин) и больше силы гравитационного взаимодействия (6х10-43 дин) и равна 2,9х10-4 дин ([2] с.194). Существование электроторсионного взаимодействия подтверждается наличием зависимости биологических свойств торсионного компонента КГ от энергии кванта ЭМ-излучения квантовых генераторов (см. ниже п. 2.4).

Торсионный компонент излучения квантовых генераторов (КГ) – лазеров и светодиодных излучателей, обнаруженный в 1997 г. [3], а также торсионный компонент распространяющейся электромагнитной волны [4] – яркие подтверждения торсионной концепции.

2.1. Экспериментальное обнаружение торсионного компонента

излучения квантовых генераторов

Экспериментально неэлектромагнитный компонент излучения квантовых генераторов (КГ) был впервые обнаружен при исследовании реакции приэлектродных ДЭС в токовой электродной системе на воздействие монохроматического лазерного излучения (ЛИ) с длиной волны 630 нм.

Использовался гелиевый лазер типа ЛГ-209.

Методика эксперимента основана на явлении высокой чувствительности к воздействию внешних факторов, описанного в п. 1.2 автоколебательного (АК) процесса, возникающего в токовой электродной системе.

Электродная система содержала два одинаковых платиновых электрода толщиной 0,1 мм, опущенных в дистиллированную воду. В качестве сосуда для жидкости использовался тонкостенный стеклянный стакан диаметром 80 мм. Расстояние между излучателем и электродной системой составляло 1,5 м.

АК-процесс возник в результате воздействия лазерного луча на один из двух электродов и продолжался более 5 часов (рис. 2.1).

Рис. 2.1. Результаты эксперимента с гелиевым лазером, в котором

впервые был обнаружен второй – неэлектромагнитный

компонент излучения квантовых генераторов

Прекращение светового воздействия при выключении лазера привело к срыву автоколебаний (позиция 1), а его повторное включение – к возобновлению АК (позиция 2). Автоколебания продолжились и при перекрытии светового луча светонепроницаемым экраном (пози-
ция 3), но при повороте включенного лазера на 90о, в результате изменения направления светового луча автоколебания снова прекратились (позиция 4).

Дальнейшие эксперименты с применением лазерного инфракрасного (λ=890 нм) и светодиодного (λ=630 нм) импульсных излучателей подтвердили существование неэлектромагнитного компонента.

На рис. 2.2 показаны изменения частоты колебаний на выходе полупроводниковой интегральной микросхемы, возникавшие при воздействии на нее лицевой и обратной стороной источника некогерентного излучения на светодиодах. Микросхема находилась внутри экранирующей камеры, выполненной из листового дюраля толщиной 1мм.

Позиция 1 на рис. 2.2А – начало воздействия лицевой стороной излучателя. С началом воздействия частота на выходе детектора резко возросла; позиция 2 (это окончание воздействия) – частота на выходе снизилась.

Позиция 1 на рис. 2.2Б – воздействие лицевой стороной излучателя; позиция 2 – воздействие обратной стороной (излучатель повернут на 180о, световое излучение распространяется в направлении, противоположном направлению на детектор). Как и в опыте на рис. 2.2А, при воздействии лицевой стороной излучателя частота колебаний генератора возросла. При воздействии обратной стороной частота колебаний стала ниже исходной.

В опыте (рис. 2.2В) воздействие производилось в обратном порядке: позиция 1 – излучателем, повернутым на 180о; позиция 2 – лицевой стороной излучателя. В первой позиции частота на выходе детектора упала ниже исходной; во второй – стала выше исходной.

Результаты экспериментов (рис. 2.1 и 2.2) свидетельствуют о том, что фактор, вызывающий реакцию детекторов, является неэлектромагнитным компонентом излучения источников светового и инфракрасного света и имеет торсионную природу, а использованные нами излучатели ЭМИ – это торсионные генераторы, подобные торсионному генератору с аксиальной симметрией, описанному в [1].

Доказательством торсионной природы обнаруженного неэлектромагнитного компонента, исходящего от этих источников, служит, во-первых, его высокая проникающая способность; во-вторых, – свойство этого компонента вызывать полярные (противоположные по знаку) реакции.

Рис. 2.2. Изменения частоты колебаний на выходе полупроводниковой

интегральной микросхемы, возникавшие при воздействии

на нее излучением, исходившим от прямой и обратной стороны

излучателя на светодиодах

В экспериментах (рис. 2.2) это свойство выражалось снижением и повышением частоты на выходе детектора относительно исходной, что согласно [1], свойственно торсионным полям левой и правой поляризации, возникающим симметрично относительно плоскости источника ТП. И, наконец, третьим и наиболее весомым доказательством является экспериментально обнаруженная способность этого компонента нести информацию о структуре спиновых систем молекул различных веществ (см. ниже, главу 3).

2.2 Распространение торсионного компонента излучения КГ

Исследование в 2001 г. распространения торсионного компонента излучения квантового генератора с применением биологического детектора – сухих дрожжей – позволило высказать предположение об индуцировании торсионного излучения как непосредственно источником, так и распространяющейся электромагнитной волной. В гг. было продолжено детальное изучение свойств торсионного компонента излучения, исходящего от излучателя на светодиодах, и его распространение в пространстве.

Методика

Эксперименты проводились с применением разработанного ранее метода исследования эффективности информационного воздействия на биологический объект – детектор торсионного излучения. Метод основан на одновременной регистрации и последующем сравнении показателя жизнедеятельности микро-организмов в группе популяций, подвергшихся воздействию, с показателем жизнедеятельности в группе контрольных популяций, на которые информационное воздействие не производилось. В качестве биологического детектора торсионного компонента использовались сухие дрожжи, заключенные в стальной контейнер с завинчивающейся крышкой, недоступные
для ЭМ компонента. Толщина стенок и крышки контейнера – 25 мм (рис. 2.3).

Рис. 2.3. Эскиз контейнера

О величине ПЗА в популяции судили по газовыделению.

Показатель жизнедеятельность клеток определялся из выражения:

(2.1)

где (ПЗА)эксп. – средняя величина показателя зимазной активности в группе экспериментальных популяций;

(ПЗА)контр. – средняя величина показателя зимазной активности в группе контрольных популяций.

О величине ПЗА в популяции судили по газовыделению.

В качестве источника торсионного компонента излучения испо-льзовался импульсный светодиодный излучатель желтого света,
содержащий 100 светодиодов типа КИПД40ж20-ж п6 (длина вол-
ны λ=590 нм, световое пятно 100х100 мм). Частота повторения импульсов – 3,2 кГц; длительность импульса возбуждения – 150 нс; продолжительность воздействия – 90 с.

В каждом эксперименте создавались две группы из 8-ми экспериментальных популяций и 8-ми контрольных, в которых информационное воздействие на дрожжи не производилось.

С целью повышения достоверности результатов проводились серии из 10 однотипных экспериментов. В каждой серии выборки для определения среднего значения показателя жизнедеятельности содержали 80 чисел.

Результаты экспериментов

Кривые распределения зависимости показателя жизнедеятель-ности дрожжевых клеток от расстояния между ними и квантовым
источником торсионного компонента излучения представлены на
рис. 2.4.

По оси ординат отложены значения показателя жизнедеятельности в процентах. Значения в области 0-15 м получены при воздействии на дрожжи фронтальной (излучающей свет) стороны излучателя. Влево от оси ординат (в области от 0 до -5 м) отложены значения показателя эффективности, полученные при воздействии обратной (тыльной) стороной излучателя (световое излучение отсутствует).

Эффективность торсионного воздействия на дрожжи фронтальной и тыльной сторонами излучателя различна (рис. 2.4). При воздействии фронтальной стороной наибольшее значение показателя эффективности получено при расположении излучателя на малом (0,1 м) расстоянии от контейнера с дрожжами.

Рис 2.4. Зависимость показателя жизнедеятельности дрожжевых клеток

от расстояния между излучателем и контейнером с дрожжами

С увеличением расстояния до 3 м показатель эффективности снижался с 3,7 % до 1,5%. При дальнейшем увеличении расстояния от
3 до 15 м показатель эффективности снизился на 0,5 %.

Полученная экспериментально зависимость показателя эффективности информационного воздействия от расстояния между биологическим детектором и светодиодным излучателем свидетельствует о наличии двух источников, воздействующих на биологический детектор. Поскольку наличие стального экрана толщиной 25 мм полностью исключало непосредственное воздействие на детектор светового излучения, остается считать, что реакция дрожжей обусловлена одним и тем же фактором неэлектромагнитной природы, индуцированным этими источниками электромагнитного излучения. Мы полагаем, что одним из таких источников, проявляющим себя на расстоянии от 0 до 3-х метров, является ближнее поле светодиодного излучателя. Вторым источником является распространяющаяся электромагнитная волна.

Распределение информационного воздействия в указанной области может быть обусловлено результатом суперпозиции двух торсионных компонентов, индуцированных излучателем ближнего поля и распространяющейся световой волной. С увеличением расстояния вклад первого из них снижается. На расстоянии более 3-х метров проявляется действие только торсионного компонента, индуцированного распространяющейся световой волной.

Медленное снижение величины показателя эффективности с 1,5% до 1% при увеличении расстояния от 3 до 15 м объясняется снижением интенсивности исходящего от излучателя интегрального светового компонента, обусловленного уменьшением интенсивности свечения каждого светодиода в пределах угла расходимости его диаграммы направленности.

Показатели жизнедеятельности дрожжей, подвергавшихся воздействию тыльной стороной излучателя на расстоянии до 1,5 м, выше этого же показателя в группе контрольных популяций, но значительно ниже показателя в группе популяций, подвергавшихся воздействию прямой стороной излучателя при аналогичных расстояниях. Положительная реакция дрожжей на воздействие тыльной стороной излучателя снижается до нуля с увеличением расстояния до 1,5 м. При большем расстоянии этот показатель инвертирует – становится ниже величины показателя жизнедеятельности микроорганизмов в контрольных популяциях.

По данным , жизнедеятельность биологических объектов повышается в результате воздействия правого торсионного поля и подавляется левым ТП. Плоскость, разделяющая эти поля, совпадает с плоскостью излучателя; ось симметрии с расположенными на ней фокусами (максимумами в диаграмме направленности) перпендикулярна плоскости излучателя.

Описанное выше распределение торсионного компонента в пространстве по обе стороны от излучателя указывает на универсальность свойства аксиальной симметрии торсионных генераторов, присущее также и квантовым источникам торсионного излучения. Действительно, на рис. 2.4 в области справа от оси ординат на всем ее протяжении действует только фактор, стимулирующий жизнедеятель-ность микроорганизмов. В области, расположенной слева от оси ординат (результаты, полученные воздействием тыльной стороны излучателя), световое излучение отсутствует; проявляется действие фактора, ингибирующего жизнедеятельность микроорганизмов.