Фотокамера не отражает реальность (стр. 5 )

Люси никогда не входила в магазин, надувшись, когда не могла получить что-то. Она смотрела на все платья, туфли, короны, перчатки, волшебные палочки, куклы для принцесс, ахала и говорила, что они прекрасны. Но она оставляла их там и шла к следующему магазину, и к следующему, и к следующему, в конце концов, выбирая просто ожерелье.

Люси не захотела, чтобы ей сделали прическу в бутике Bibbidi Bobbidi. «Нет, спасибо», сказала она. Но она ходила вокруг и говорила всем маленьким девочкам, которым делали прически, как прелестно они выглядели.

Она хотела крутить обруч как все остальные, но не сочла катастрофой то, что не могла понять, как это делается. Она пыталась некоторое время, затем отдала обруч другой девочке. Она не закатила скандал, когда мы сказали ей, что очередь на «Волшебные истории с Красавицей» слишком длинная, и что вместо этого мы пойдем на «Подводные приключения Ариэль». Она сказала: «Хорошо», и мы пошли. И она никогда не жаловалась, когда мы говорили ей в конце дня, что пора уходить.

Большинство детей сказали бы: «Но я хочу посидеть здесь!» Или «Я хочу идти первым» или «Я хочу сидеть на этой лошади, а не на той».

Но только не Люси.

Пожилую женщину в инвалидной коляске она спросила: «Что случилось, бабушка? С тобой все в порядке?». Мальчику, который плакал, она сказала: «Все в порядке». А когда я закричала в «Башне Ужаса», она взяла меня за руку и сказала: «Не бойся, Мими».

«Я не хотела бы изменить ни единого волоса на ее голове», - услышала я от матери ребенка с синдромом Дауна, когда Люси было 4 или 5. И я подумала тогда, что я бы хотела. Я бы забрала у нее синдром Дауна в ту же секунду, потому что это сделало бы жизнь Люси легче.

Но позже я поняла, что это не так. Это бы сделало нашу жизнь легче - ее родителей, ее семьи и ее учителей. Но Люси в ладу со своей жизнью. Она не лишена проблем, но чья лишена?

Люси такая, какая есть, потому что у нее синдром Дауна. Заберите это у нее, и она изменится. Ее дух, ее любовь к людям, ее врожденная, бескорыстная доброта. Все это в ее дополнительной хромосоме. Это не иллюзия, не ловкость рук, и не что-то, что можно снять на пленку, это реальность.

№64
Камера не может уловить реальность

Все фотографии довольно обычны. Люси напротив замка золушки. Люси на карусели Дамбо. Люси, стоящая напротив очаровательного принца. Это фотографии, который делает каждый. «Постой, взгляни на меня. Улыбочку!»

Даже лучшие фотографии - случайные, те, где она не позирует, где смеется, хлопает в ладоши, глядя в изумлении, где танцует, плавает, бегает, кушает шоколадный пончик, не могут передать сути вещей.

Люси-моя внучка и ей девять. У нее синдром Дауна. На прошлой неделе мы с подругой отвезли ее в Орландо, в волшебное королевство Дисней. И это была магия, наша каждая там минута. Мы сделали сотни фотографий, которые должны были это показать. Но ни одна из них этого не делает.

Так же, как и волшебная пыль, которой актер посыпал нас в первый день, магия была временной. Стоило только уйти, покинуть парк, сесть на самолет, уехать домой. И все это исчезло.

Иллюзия. Ловкость рук. Было ли это все? То, что нельзя было увидеть на фотографии? Существует ли это на самом деле?

Возвращаясь в мир, далекий от Волшебного Королевства, будни Люси состоят из школы, детишек, которые разговаривают между собой и играют в игры, игры третьего класса, которые сами по себе являются вызовом для Люси. Каждый день вдалеке от Волшебного Королевства есть постоянные напоминания о том, чего Люси сделать не может. Королевство Уолт Дисней было другой стороной медали.

Там Люси была именно тем ребенком, которого желает видеть каждый родитель. Ребенок, очарованный всем. Ребенок, который обожал каждую горку, каждого персонажа, каждый парад, каждый гамбургер, куриное крылышко и мороженое, независимо от того, было ли оно ванильным или шоколадным, в рожке или в стаканчике.

Люси никогда дулась из-за того, что не могла получить что-то, когда ходила в магазин. Она смотрела на все платья принцесс, туфли, короны, перчатки, волшебные палочки, на кукол-принцесс и, ахнув, говорила, что все это очень красиво. Но она покидала магазин и шла в другой, затем в другой, в конце концов, выбирая только ожерелье.

Люси не хотела, чтобы ей сделали прическу в Биббиди Боббиди Бутике. «Нет, спасибо», - говорила она. Однако Люси ходила вокруг и говорила всем маленьким девочкам, которым делали прически, насколько прекрасно они выглядели.

Она хотела крутить хула-хуп, как и все остальные, но не отчаивалась, когда у нее не получалось. Некоторое время она пыталась, однако затем отдала обруч другой девочке.

Она не устроила истерику, когда мы сказали ей, что очередь на "Волшебную историю Бель" была слишком долгой, и что вместо этого мы пойдем на "Подводные приключения Ариэль". Она сказала: "Хорошо", и мы пошли. И она не жаловалась, когда мы говорили ей, в конце каждого дня, что время уходить.

Большинство детей говорят: "Но я хочу сидеть здесь!", "Я хочу идти первым" или "Я хочу сидеть на этой лошади, а не на той".

Но не Люси.

Она спросила у пожилой женщины, сидящей в инвалидной коляске: «Что случилось, бабушка? С вами все в порядке?» Мальчику, который плакал, она сказала: "Все хорошо." И меня, кричащую на "Башне Ужаса", она взяла за руку и сказала: «Не бойся, Мими».

«Я не изменила бы ни волоска на ее голове,» - так сказала мать одного ребенка с синдромом Дауна, я слышала это, когда Люси было 4 или 5. И я подумала тогда, я бы сделала это. Я бы тотчас же отняла у нее синдром Дауна, потому что это сделало бы жизнь Люси легче.

Но я поняла, что это не так. Это бы сделало нашу жизнь проще - ее родителей, семьи и учителей. Но Люси довольна своей жизнью. В этой жизни не без проблем, но у кого их нет?

Люси такая, какая она есть, потому что у нее синдром Дауна. Если его у него отнять, то это изменит ее. Ее дух, ее любовь к людям, ее врожденную, бескорыстную доброту. Все это находится на ее единственной дополнительной хромосоме. Не иллюзия, не ловкость рук, не вещи, которые камера не может уловить, а реальность.

№65

Беверли Бекхэм

ВНУТРЕННИЙ МИР НЕУЛОВИМ ДЛЯ ФОТОАППАРАТА

Передо мной обычные фотоснимки. Вот Люси на фоне замка Золушки. Вот Люси на летающем слоненке Дамбо. Вот Люси с Прекрасным Принцем.

Такие снимки делают все: «Замри! Смотри на меня! Скажи «сыр»!

Даже те из них, что удались лучше всего, – непринужденные кадры, на которых она не позирует, а просто смеется, хлопает в ладоши, подняв голову изумленно на что-то смотрит, танцует, плавает, бегает, лакомится пончиком в шоколаде – ни на йоту не передают всего, что мы тогда увидели.

Люси – моя внучка. Ей девять. И у нее синдром Дауна. На прошлой неделе мы вместе с подругой повезли ее посмотреть Орландо и Волшебное Королевство Диснея. Поездка, каждая ее минута, оказалась действительно волшебной. Мы сделали сотни фотографий, на которых, как ожидалось, это будет видно.

Но ни одна из них не годится. Словно та волшебная пыль, которой кто-то из сказочных героев осыпал нас по приезде в парк, волшебство вскоре рассеялось. Поездка подошла к концу, мы попрощались с парком, сели в самолет, прилетели домой. И все исчезло.

Неужели все это была всего лишь иллюзия, ловкий трюк?! Если на фото не видно той Люси, какой мы видели ее в те дни в парке, значит ли это, что в реальности она не существует?

Здесь, в этом мире, в нашем далеком государстве за тридевять земель от Волшебного Королевства, она проводит свои дни в школе среди третьеклашек, болтающих друг с другом и играющих в игры, которые ей, Люси, кажутся серьезным испытанием. Каждый день в этом далеком государстве за тридевять земель от Волшебной страны – сплошное напоминание о том, чего Люси сделать не может.

В мире Уолта Диснея все было с точностью до наоборот.

Там Люси была примерной девочкой, о какой мечтали бы любые родители. Она была ребенком, которого приводило в восторг абсолютно все: каждая карусель и сказочный персонаж, каждый парад героев, каждый гамбургер и кусочек курицы в панировке, каждое мороженое, будь оно ванильное или шоколадное, в рожке или в стаканчике.

Ни разу не случилось такого, чтобы Люси зашла в магазин и надулась, потому что мы ей чего-то не купили. Она смотрела на платья для принцесс, на туфельки, короны, перчатки, волшебные палочки, кукольных принцесс и ахала, какие они красивые. Но на том все и кончалось, мы шли в другой магазин, а потом еще в несколько и, в конце концов, она просила купить ей всего лишь бусы.

Люси не захотела сделать себе прическу в салоне Биббиди Боббиди. «Нет, спасибо!» – был ее ответ. Вместо этого она подошла ко всем девочкам, над которыми уже колдовали парикмахеры, и сказала им, какие они все хорошенькие.

Она хотела покрутить обруч вместе со всеми, но не расклеилась, когда не смогла освоить эту науку. Она попробовала несколько раз, а потом просто отдала обруч другой девочке. Она не закатила истерику, когда мы сказали ей, что очередь на Волшебные сказки с Красавицей слишком длинная, и вместо этого мы пойдем на Подводное приключение русалочки Ариэль. Она сказала: «Ладно», – и мы просто ушли. А еще она ни разу не пожаловалась, когда в конце дня мы говорили ей, что пора уходить.

Многие дети капризничают: «Но я хочу сидеть тут!» или «Я хочу пойти первым!» или «Я не хочу на той лошадке сидеть! Я на этой хочу!».

Но это не про Люси.

У пожилой дамы в инвалидном кресле она спросила: «Что случилось, бабушка? Вы хорошо себя чувствуете?». Плачущему мальчику она сказала: «Все будет хорошо!». А когда мы были на Башне ужаса, и я закричала, она взяла меня за руку и сказала: «Не бойся, мышка Мими!».

Когда Люси было четыре или пять, я услышала, как мать одной из девочек с синдромом Дауна сказала: «Я бы ничегошеньки не стала в ней менять». В тот момент мне подумалось: «А я бы стала». Я бы сделала так, чтобы Люси вмиг перестала болеть, потому что так ей стало бы легче жить.

Но позже я поняла, что это не правда. Так стало бы легче жить нам – ее родителям, родственникам и учителям. Но саму Люси устраивает ее жизнь. В ней есть свои трудности, но у кого их нет?!

Люси – та, кто она есть именно потому, что у нее синдром Дауна. Без него она стала бы другой. Не остались бы прежними ее живой характер, любовь к людям, ее искренняя бескорыстная доброта. Все они – в той лишней хромосоме. Они не иллюзия, не ловкий трюк, они неуловимы для фотоаппарата. Потому что неповторимы.

№68

Беверли BECKHAM

‘Фотокамера не может выполнить захват внутреннего реального мира’

Фотографии обычные. Люси перед замком Золушки. Люси в поездке на Дамбо. Там Люси стоял рядом с принцем .

Это кадры, которые все принимают. " Стоп. Посмотри на меня. Скажите, сыр!”

Лучшие фотографии те, где она не позирует, где она смеется, хлопает глядя в изумлении, где она танцует, плавает, ест шоколадный пончик хочется захватить, все, что было.

Люси моя внучка, ей 9 у неё синдром Дауна. На прошлой неделет её друг, и я взяли ее в Орландо и Дисней Magic Kingdom. И это было волшебно, каждую минуту. Мы сделали сотни фотографий, которые должны показать это.

Но никто их не делает. Так же, как волшебную пыль, волшебство была временным. Уйти, покинуть парк, сесть в самолет, идти домой.

Иллюзия. Ловкость рук. Было ли все то, что все было? Если то, что мы увидели, не на фотографии, оно не существет? Назад, здесь в мире далеком от Волшебного Королевства, дни Люси состоят из школы, в которой маленькие дети ставят игры для нее, в третьем классе. Каждый день в мире далеком от Волшебного Королевства, есть постоянные напоминания о том, что не может сделать Люси.

Диснейуорлд был другой стороной монеты.

. Люси была образцовым ребенком таким, о котором попросят все родители. Ребенок ослеплен блеском всего. Ребенок, который любил каждую поездку, каждый характер, каждый парад, каждый гамбургер и куриный палец и мороженое, не берет в голову, было ли это ванилью или шоколадом или в конусе или в чашке.

Люси никогда не входила в магазин и дулась, потому что у нее не могло быть чего-то. Она смотрела на все платья принцессы обувь и короны перчатки и волшебные палочки куклы принцессы она задыхаясь от изумления, говорила, что они были красивы. Но она оставила их там и продолжила путь в следующий магазин, следующее и следующее, в конечном итоге выбирала просто ожерелье..

Люси не хотела делать волосы в Магазине Bibbidi Bobbidi. “Нет, спасибо!” сказала она. Но она шла вокруг и сказала всем маленьким девочкам, которые укладывали им волосы, как симпатичный они смотрели.

. Она хотела сделать хула-хуп как все остальные, но не потерпела крах, она не могла понять как правильно это делать. Люси попробовала некоторое время, затем вручила обруч другой девочке. Она не закатывала истерику, когда мы сказали ей, что линия была слишком длинной в “Очарованных Рассказах с Красавицей” и что мы пойдем “на Подводное Приключение Ариэля” вместо этого. Она сказала, "хорошо", и далеко мы пошли. И она не жаловалась, даже однажды, когда мы сказали ей в конце каждого дня, что пришло время пойти.

Большинство детей говорят: " Но я хочу сидеть здесь!" Или "Я хочу идти первым " или " Я хочу сидеть на этой лошади, не то, что один"

Не Люси.

Чтобы пожилая женщина в инвалидной коляске, она спросила: " Что случилось, бабушка? С тобой все в порядке? Мальчику, который кричал, она сказала: " Все в порядке. " И для меня, как я кричала " Башня Ужаса ", она взяла меня за руку и сказал: " Не бойся, Мими ».

" Я не изменил бы и волоса на её голове " Я слышал, мать ребенка с синдромом Дауна сказала, когда Люси была 4 или 5. И я подумал тогда, я был бы готов оказаться на её месте. Я бы отнял у нее синдром Дауна в одно мгновение, потому что это сделало бы жизнь Люси легче.

Но то, что я узнал, что это не так. Было бы сделать нашу жизнь проще - ее родителей и семьи и учителей. Но Люси прекрасно справлялась со своей жизнью. Это не без проблем, но чья жизнь проста?

Люси - то, кто она - то, потому что у нее есть синдром Дауна. Убирание его изменило бы ее. Ее дух, ее любовь к людям, ее врожденное, бескорыстное совершенство. Они находятся на той дополнительной хромосоме. Не иллюзия, не ловкость рук, не вещи камера может захватить, но реально.

№71

Непойманная красота души

Автор: Беверли Бэкхем

Обычные фотографии. Вот Люси перед замком Золушки. А вот на летающем слонике Дамбо. А здесь Люси рядом с Прекрасным Принцем.

Обычные фотографии, как у всех. «Стой. Смотри в камеру. Скажи “Чи-и-из”!»

Даже лучшие кадры - естественные, те, где она не позирует, а смеется, хлопает в ладоши, удивленно на что-то глазеет, где она танцует, плавает, бегает, ест шоколадный пончик - не передают того, что было на самом деле.

Люси – моя внучка, ей 9 лет, и у нее синдром Дауна. На прошлой неделе мы с другом свозили ее в “Орландо” и “Волшебное королевство Диснея”. Это действительно было волшебно, каждое мгновение там. Мы сделали сотни фотографий, которые должны отражать это.

Но ни одна из них не может этого сделать. Как сказочная пыль, которой осыпал нас один из актеров в первый день, волшебство длилось недолго. Мы повернулись, ушли из парка, сели на самолет, прилетели домой. Конец.

Иллюзия. Ловкость рук. Неужели это все? Неужели, раз его не видно на фотографиях, волшебства не было?

Здесь, в реальном мире, далеко от Волшебного королевства, жизнь Люси строится из учебы и маленьких детей, которые болтают друг с другом и играют в игры для третьеклассников, которые даются Люси не так легко. Каждый день в реальном мире, далеко от Волшебного королевства, что-то постоянно напоминает о том, чего Люси сделать не может.

В мире Уолта Диснея все было наоборот.

Люси была там примерной девочкой, о которой любые родители могут только мечтать. Ребенок, который светится от счастья по любому поводу. Ребенок, который радуется каждому катанию на аттракционах, каждому гамбургеру и каждой куриной палочке, каждому мороженому: не важно, было ли оно ванильным или шоколадным, в вафельном рожке или пластиковом стаканчике.

Люси никогда не надувала губы, когда ей не покупали что-то в магазине. Она смотрела на платья принцесс, и короны, и перчаточки, и волшебные палочки, и кукол и ахала, говоря, как они красивы. Но она уходила без них и направлялась в следующий магазин, и в третий, и дальше, в конце концов, выбрав только ожерелье.

Люси не хотела делать прическу в Bibbidi Bobbidi Boutique. «Спасибо, не нужно», - отвечала она. Она просто ходила по магазину и говорила маленьким девочкам с прическами, какими милыми они были.

Она хотела покрутить обруч вместе со всеми, но не разозлилась, когда не смогла понять, как это делается. Она попыталась несколько раз, а потом передала обруч другой девочке. Она не закатила истерику, когда ей сказали, что очередь на «Волшебные сказки Белль» слишком длинная, и ей придется пойти на «Подводные приключения Ариэль». Она просто ответила «Хорошо» и пошла. И она не жаловалась, ни единого раза, когда в конце дня мы говорили ей, что пора уезжать.

Большинство детей говорили: «Я хочу сидеть тут!» или «Я пойду первый» или «Я хочу сидеть вон на той лошадке, а не на этой».

Только не Люси.

Она спросила пожилую женщину в коляске: «Что случилось, бабушка? Вы в порядке?». Она успокоила рыдавшего мальчика, вымолвив: «Все хорошо». Она взяла мою руку, когда я кричал от страха на «Башне ужаса», успокаивая: «Не бойся, Мими».

«Я ни капельки не изменила бы ее»,- говорила мама о своей дочке с синдромом Дауна, когда Люси было 4 или 5. Тогда я подумала, что я изменила бы. Я бы забрала у нее синдром Дауна раз и навсегда, потому что это сделало бы жизнь Люси проще.

Но я поняла, что так неправильно. Это сделало бы нашу жизнь проще – жизнь ее родителей, родственников, учителей. Люси нравится ее жизнь. В ней есть место проблемам, но ведь оно есть у всех нас, не так ли?

Люси такая, какая она есть, потому что у нее синдром Дауна. Заберите его – и она изменится. Ее душа, ее любовь к людям, внутренняя, беззаветная доброта. Они – в этой «лишней» хромосоме. Не иллюзия, не ловкость рук, не то, что запечатляется на фотографиях, но настоящее.

№74

Фотоаппарат не может запечатлеть внутренний мир человека.

На этих фотографиях нет ничего необычного. Здесь Люси перед замком Золушки, здесь катается на карусели «Дамбо», а здесь рядом с Прекрасным Принцем.

Такие кадры есть у каждого. «Замрите, посмотрите в объектив и скажите ‘Чииииз’!»

Даже самые лучшие фото, самые искренние, где она смеется, хлопает в ладоши, удивленно смотрит, где она танцует, плавает, бегает, ест шоколадный пончик, не передают всё то, что было на самом деле.

Люси – моя девятилетняя внучка. И у нее синдром Дауна. На прошлой неделе мы с подругой взяли с собой Люси и отправились в Сказочное Королевство Диснея в городе Орландо. Каждая минута, проведенная там, была волшебной. Мы сделали сотни фотографий, чтобы запечатлеть это волшебство.

Но на фотографиях этого не было видно. Как будто в первый день нас посыпали сказочной пылью. Волшебство оказалось временным. Как только уходишь из парка, садишься в самолет, уезжаешь домой, оно прекращается.

Иллюзия. Ловкость рук. Неужели это на самом деле так? Неужели все то, что мы видели там, не существует?

Вдали от этого Сказочного королевства, Люси ходит в школу, общается с детишками и играет в игры, игры третьего класса, которые такие сложные для нее. Вокруг всё напоминает о том, что у Люси что-то не получается.

Другой стороной медали является мир Уолта Диснея.

Здесь Люси была идеальным ребенком, о котором только могут мечтать родители. Ребенок радовался всему: каруселям, сказочным героям, парадам, гамбургерам, куриным палочкам и мороженому. Ей было всё равно ванильное это мороженое или шоколадное, в рожке или креманке.

Люси не ходила по магазину с надутыми губами, лишь потому что ей что-то не купили. Она разглядывала платья, туфельки, короны, перчатки принцесс, волшебные палочки и, задыхаясь от восторга, говорила: «Какие же они красивые!» Она ходила из магазина в магазин и в конце концов выбрала простенькое ожерелье.

Люси отказалась делать прическу в салоне красоты Бибиди Бобиди. Но, прогуливаясь по салону, она делала комплименты всем девочкам с прическами.

Она хотела крутить обруч как все. И совсем не расстроилась из-за того, что у нее не получалось. Какое-то время она пыталась научиться, но затем отдала его другой девочке. Она не закатила истерику, когда мы сказали ей, что очередь слишком большая на «Волшебное королевство с Беллой» и вместо этого мы пойдем на «Приключения Русалочки». Они ни разу не выражала недовольство, когда нужно было уходить.

Многие дети говорят: «А я хочу сидеть здесь!» или «Я хочу быть первым», или «Я хочу сесть на ту лошадку, а не на эту».

Многие, но не Люси.

Она поинтересовалась у пожилой женщины в инвалидной коляске: «Что случилось, бабушка? Вы в порядке?» Люси подбодрила плачущего мальчика: « Не переживай! Всё хорошо!» Заметив, как я вопила на аттракционе «Башня страха», взяла мою руку и сказала: «Не бойся, бабуля!»

Когда Люси было 4 или 5 лет, я услышала от одной матери, ребенок которой тоже страдал синдромом Дауна: «Я бы не изменила ни один волосок на её голове». И тогда я подумала: «А я бы изменила! Я бы избавила ее от синдрома Дауна, и жить ей стало бы легче».

Но я поняла, что это вовсе не так. Это бы облегчило нашу жизнь – ее родителей и семьи, и учителей. А Люси довольна своей жизнью. Конечно, у нее возникают проблемы, а у кого их нет?

Из-за синдрома Дауна Люси такая, какая она есть. Без него она стала бы другой. Ее душа, ее любовь к людям, ее врожденная, бескорыстная доброта – всё это из-за лишней хромосомы. Ни иллюзии, ни ловкости рук. Нет, ничего этого камера не может запечатлеть.

№78

Беверли Бекхэм

Искаженная реальность

Фотографии, скажем так, вышли неприлично заурядными. На одной из них Люси расположилась напротив замка Золушки. На другой - она запечатлена на аттракционе «Дамбо Райд». А вот здесь Люси стоит рядом с очаровательным принцем.

Что ж, такие снимки делает каждый. «Приготовься. Взгляни в объектив. Скажи “сыр”!».

Даже лучшие из фотографий, искренние, те, на которых она не позирует, где она неподдельно смеется, аплодирует, изумленно вглядывается, где Люси танцует, плавает, бежит или даже наслаждается шоколадным пончиком, не могут передать и капли того, что представляет из себя это великолепное зрелище.

Люси – моя внучка. Ей девять лет. К несчастью, у Люси болезнь - синдром Дауна. На прошлой неделе я и мой друг взяли Люси в Орландо и отвезли ее в Волшебное Королевство Уолта Диснея. Невозможно передать наши эмоции. Это магия! Каждая минута – магия. Мы сделали сотни снимков, и они должны были передать это неописуемое волшебство. Но ни один из них не справился с простой, на первый взгляд, задачей.

Словно волшебная пыль, которой один из актеров парка посыпал нас в первый день путешествия, магия была недолговечной, временной. И что в результате? Уходим, покидаем парк, садимся в самолет, приезжаем домой. Все прошло, путешествие уже в прошлом.

Иллюзия, ловкость рук. И разве было все это, если то, что мы видим невозможно отобразить на фотографиях?

Вновь, в нашем реальном мире далеком от Волшебного Королевства, жизнь Люси представляет собой школьные будни, ребяческую болтовню еще не взрослых детей и игры. Игры третьеклассников, которые являются испытанием для Люси. Каждый день, в мире далеком от Волшебного Королевства, в воздухе витает постоянное напоминание всего того, чего Люси не способна сделать.

Мир Уолта Диснея – всего лишь обратная сторона монеты.

Люси была ребенком-моделью. Ребенком, о котором мечтает каждый родитель, который приходил в восторг даже от любой незначительной мелочи. Ребенок, который любил каждую прогулку, любого персонажа или мероприятие. Ребенок, который любил каждый гамбургер, куриную палочку и мороженое, и не важно каким оно было: ванильным или шоколадным, рожком или в стаканчике.

Люси никогда не заходила в магазин, капризничая из-за того, что ее обделили очередной привлекательной игрушкой. Она с восхищением разглядывала чудесные платья и элегантные туфельки принцесс, величественные короны и очаровательные перчатки, волшебные палочки и разнообразных кукол. А затем, Люси буквально задыхалась от восторга, признавая всю их великолепную красоту. Но как не удивительно, она выходила из одного магазина с пустыми руками и направлялась к следующему. И так, один за другим, обходя и рассматривая соседние прилавки, в конечном итоге она выбирала всего лишь простое игрушечное ожерелье.

Люси не мечтала и о том, чтобы ей сделали модную прическу в таких местах как, например, бутик Биббиди Боббиди. «Нет, спасибо», - отвечала она на предложение. Но прогуливаясь по бутику, говорила каждой девочке насколько мило и привлекательно они выглядят.

Она хотела научиться вращать обруч, как и многие другие ребята, но даже когда она не смогла уяснить, как это воплотить в реальность, не пала духом. После безуспешных попыток она просто передала обруч другой девочке. Она не закатила истерику, когда мы сказали ей, что стоит слишком длинная очередь на «Волшебные истории Беллы» и что мы лучше пойдем вместо этого на «Подводные приключения Ариэль». Она всего лишь ответила: «Хорошо». Люси не жаловалась. Даже более, она не показывала даже ни намека на обиду, когда мы в конце каждого дня говорили ей, что пора возвращаться домой.

Большинство детей возмущаются: «Но я хочу остаться здесь!» или «Я хочу пойти первым!» или «Я хочу сесть на эту лошадь, а не на ту!».

Но не Люси.

Она спрашивала у пожилой дамы в инвалидном кресле: «Что случилось, бабуля? Вы в порядке?». А одного плачущего мальчика она как-то нежно утешала: «Все в порядке». И меня, вопящего в «Башне Ужасов», она брала за руку и говорила: «Не бойся, Мими».

«Я не хочу в ней что-либо менять», - произнесла мама, у которой ребенок был с синдромом Дауна. Люси на то время было четыре или пять лет. Но я в тот момент подумал, что лично я бы изменил. Если бы я только мог, я бы избавил ее от несчастного недуга в одно мгновение. Без сомнения, это упростило бы ее жизнь.

Но оказалось, что я заблуждался. Это упростило бы нашу жизнь – ее родителей и семьи, учителей. Но лично Люси довольна своей жизнью. У нее, конечно, есть проблемы, но разве есть на свете люди, у которых их нет?

Люси – та, какая она есть, благодаря синдрому Дауна. Без него, она стала бы совершенно другой. Ее сущность, любовь к людям, ее природная и бескорыстная доброта нераздельно связанны с той самой дополнительной хромосомой, что сделала ее такой. И это уже не иллюзия, не то явление, которое способна запечатлеть фотокамера. Это – реальность.

№79

Бэверли Бекхэм

Камера не способна запечатлеть вашу душу

Фотографии самые обычные. Люси на фоне замка Золушки. Люси катается на карусели. Люси рядом с принцем Чармингом.

Все делают такие фотографии: «Замри. Посмотри на меня. Скажи «Сы-ыр»!»

Даже самые лучшие снимки, самые искренние, те, на которых она не позирует, на которых она смеется, хлопает в ладоши, смотрит с удивлением, на которых она танцует, плавает, бегает, ест шоколадный пончик — даже они не способны передать всю полноту момента.

Люси моя внучка, ей 9, и у нее синдром Дауна. На прошлой неделе мы с подругой привели ее в Волшебное Королевство Диснея, в Орландо. И это действительно было волшебно, каждая проведенная там минута. Мы сделали сотни фотографий, которые должны были бы это передать.

Но ни одна не справилась с этой задачей. Как волшебная пыль, которой в первый день осыпал нас один из сказочных героев, магия была лишь временной. Стоит покинуть парк, сесть на самолет, прийти домой, и она исчезнет.

Иллюзия. Ловкий трюк. Что это было? Если того, что мы видели, нет на фотографиях, значит, этого и вовсе не существует?

Вдали от Волшебного Королевства жизнь Люси — это школа и маленькие дети, разговаривающие друг с другом и играющие в игры, слишком сложные для Люси. Каждый день вдали от Волшебного Королевства наполнен постоянными напоминаниями о том, что Люси сделать не может.

В мире Уолта Диснея мы словно оказались в Зазеркалье.

Здесь Люси была идеальным ребенком, таким, о котором любые родители могут только мечтать. Ребенок, которого приводило в восторг абсолютно все. Ребенок, которому понравилась каждая карусель, каждый сказочный герой, каждая прогулка, каждый гамбургер и каждое мороженое, вне зависимости от того, ванильное оно или шоколадное, в вафельной трубочке или в стаканчике.

Заходя в магазин, она никогда не дулась, если не могла чего-то получить. Она смотрела на все эти платья и туфельки принцесс, и короны, и перчатки, и волшебные палочки, на всех этих кукол, и говорила, что они прекрасны. Но она проходила мимо, направляясь к следующему магазину, и так далее, в конце концов, выбрав одно единственное ожерелье.

Люси не хотела делать прическу в бутике «Биббиди-Боббиди». «Нет, спасибо», — сказала она. Но, пока гуляла внутри, она говорила всем маленьким девочкам, сидевшим в креслах парикмахера, как хорошо они выглядят.

Ей хотелось покрутить обруч, как все остальные, но она не разозлилась из-за того, что так и не смогла понять, как это делается. Какое-то время она пыталась разобраться, но потом передала обруч другой девочке. Она не закатила истерику, когда мы сказали ей, что очередь на «Волшебные сказки Белль» слишком длинная и что вместо этого мы пойдем на «Подводное приключение Ариэль». Она сказала: «Хорошо», — и мы пошли. И она ни разу не пожаловалась, когда мы сказали ей, что настало время уезжать.

Обычно дети говорят: «Но я хочу сидеть здесь!», или «Я хочу пойти первой!», или «Я хочу сидеть на этой лошадке, а не на той!».

Но не Люси.

Пожилую даму в инвалидном кресле она спросила: «Что случилось, бабушка? Вы в порядке?», а плачущему мальчику сказала: «Все хорошо». А когда я вскрикнула от страха в «Башне ужасов», она взяла меня за руку и сказала: «Не бойся, Мими».

«Я не хотела бы ничего в ней менять», — я слышала, как это сказала мать ребенка с синдромом Дауна, когда Люси было 4 или 5 лет. И я думала — тогда — что я бы хотела. Я тотчас убрала бы синдром Дауна, потому что это сделало бы ее жизнь легче.

Однако я поняла, что это неправда. Это облегчило бы наши жизни — ее родителей, родственников, учителей, но Люси своей довольна. У нее есть проблемы, но у кого их нет?

Тем, кто она есть, ее делает синдром Дауна. Если убрать его — она изменится. Ее душа, любовь к людям, врожденная бескорыстная доброта — они заключены в этой лишней хромосоме. Не иллюзия, не ловкий трюк, не то, что можно запечатлеть на снимке. И, тем не менее, совершенно реальные.

№80

Беверли Бекхэм

Камера не может запечатлеть духовное состояние

Фотографии-обыкновенны. Там Люси перед замком золушки. Вот там Люси катается на аттракционе Дамбо. Там Люси стоит рядом с Прекрасным Принцем. Это обычные снимки, которые делает каждый. “Остановись. Посмотри на меня. Скажи “сыр””. Даже лучшие фотографии, сделанные неожиданно, те, где она не позирует, где она смеется, хлопает в ладоши, смотрит с изумлением, где она танцует, плавает, бегает, кушает шоколадный пончик, не могут запечатлеть все то, что было. Люси - моя внучка, ей 9 лет и у нее синдром Дауна. На прошлой недели я, Люси и наш друг побывали в Орландо и в Волшебном замке Диснея. И каждая минута там была волшебной. Мы сделали сотни фотографий, которые должны были это показать, но нет ни одной такой. Так же, как и волшебная пыльца, которой мы были посыпаны аниматором в первый день, волшебство было временным. Стоит только уйти, выйти из парка, сесть в самолет и поехать домой, как все исчезает.

Иллюзия. Ловкость рук. Было ли это только этим? Если на фотографиях нет того, чего мы видели, этого нет на самом деле?

Вернувшись обратно в мир, далекий от сказочного королевства, будни Люси состоят из школы, небольшого общения с детьми и игр, совершенно простых, но и они являются сложной задачей для Люси. Каждый день в повседневной жизни, далекой от сказочного королевства, существуют постоянные напоминания всего того, что Люси не может делать.

Планета Уолта Дисней была второй стороной медали. Там Люси была примерным ребенком, о котором бы мечтали любые родители. Это был всем ослепленный ребенок. Ребенок, которому нравилась каждая поездка, каждый персонаж, каждый парад, каждый гамбургер и куриные палочки, каждое мороженое, и не важно ванильное оно или шоколадное, в рожке или стаканчике. Когда мы заходили в магазин, Люси никогда не обижалась, если ей что-то не покупали. Она смотрела на все платья принцесс, обувь, короны, перчатки, волшебные палочки и куклы принцесс, ахала и говорила, каким было все красивым. Но, оставив все это, она пошла к следующему магазину, и к следующему, и к следующему … Но в конечном итоге она выбрала лишь одно ожерелье.

Люси не хотела, чтобы ей сделали прическу в Биббиди Боббиди. ”Нет, спасибо, “-сказала она. Но она подошла ко всем девочкам, которым делали там прическу, и сказала им, как красиво они выглядят.

Она хотела покрутить обруч, как и все остальные, но не расстроилась, когда у нее это не получилось. Некоторое время она пробовала, а потом отдала обруч другой девочке. Она не начала истерику, когда мы сказали, что очередь на “Волшебную историю с Белль” велика, и в место этого мы пойдем на “Подводные приключения Ариэль”. Она согласилась и мы пошли. Не было ни одного раза, чтобы она жаловалась, когда в конце каждого дня мы говорили, что уже пора идти. Большинство детей говорят: “Но я хочу сидеть здесь!” или “Я хочу быть первым” или “Я хочу сидеть на той лошади, а не на этой.” .

Но не Люси.

Она спросила пожилую женщину, которая была в инвалидном кресле: “Что случилось, бабушка? С Вами все в порядке?”. Мальчику, который плакал, она сказала: “Все хорошо.”. И мне, когда я кричала на “Башне Ужасов”, взяв меня за руку, сказала: “Не бойся, Мими.”.

“Я бы и волоска на её голове не изменила,” - услышала я, как это сказала мама ребёнка, у которого был синдром Дауна, когда Люси было 4 – 5 лет. И я тогда подумала, что я, я бы изменила. Я бы убрала у неё синдром Дауна в одно мгновение, потому что это бы сильно упростило жизнь Люси.

Но я поняла, что это всё не правда. Это сделало бы нашу жизнь проще - её родителей, семьи и учителей. Но Люси устраивает её жизнь. Она не без проблем, но у кого их нет?

Люси - та кто она есть, именно из-за синдрома Дауна. Убрав его, изменилась бы и Люси. Изменилась бы её душа, её любовь к людям, её врожденная, бескорыстная доброта. Все это заключается именно в этой лишней хромосоме. Не иллюзия, не ловкость рук, и не вещи, которые может запечатлеть камера, а именно действительность.

№85

Объективы камер не способны отразить внутренний мир человека

На первый взгляд, это обычные фотографии, на которых Люси стоит перед замком Золушки. Эти фотографии были сделаны, когда девочка ездила на анимационный фильм - Дамбо. Она сфотографировалась с принцем.

Такие фотографии есть у каждого. «Стоп. Посмотри на меня и скажи –Сыыыр!»

Не на одной фотографии Люси не позирует. На самом деле в душе она и смеется, и хлопает в ладоши, любуется великолепием, но в своем внутреннем мире она и танцует, и плавает, и бегает, и кушает шоколадные печенья, к сожалению, объектив фотокамеры не способен отразить ее внутренний мир и чувства.

Моей внучке Люси 9 лет и у нее синдром Дауна. На прошлой неделе мы с друзьями ездили в Орландо, чтобы показать ей Волшебной королевство Дисней. Каждая минута проведенная там была волшебной. Мы сделали миллион фотографий, чтобы могли поделиться с впечатлениями с другими.

Но ничто не вечно. В первый день мы оказались в волшебном мире сказок, но все это мимолетно, как и исчезнувшие сказочные персонажи. Все закончилось, и маленькие зрители разъехались по домам. Волшебный мир опустел.