В номере (стр. 2 )

Для проведения независимого пожарно-технического исследования была привлечена организация Экспертная Компания», с которой истцом был заключен договор. Согласно заключению специалиста очаговая зона пожара располагалась в передней части автомобиля в отсеке для двигателя. Причиной возникновения возгорания (пожара) послужило воздействие постороннего источника зажигания на сгораемые элементы, находящиеся в очаговой зоне. Транспортировка автомобиля до места проведения экспертизы осуществлялась за счет истца. В досудебном порядке требования Н.» о возмещении понесенных расходов П. не исполнены.

Судом также установлено, что решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия, оставленным без изменения кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия, в удовлетворении иска П. о взыскании с Н.» стоимости сгоревшего автомобиля, убытков в виде платежей по кредитному договору и компенсации морального вреда отказано.

В соответствии с п.1 ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходил из того, что основанием для взыскания с потребителя в пользу продавца расходов на проведение экспертизы, а также связанных с ее проведением расходов на хранение и транспортировку товара является вина потребителя в возникновении недостатков товара, установленная заключением экспертизы товара, оплаченным продавцом. Кроме того, суд сослался на преждевременность проведения продавцом экспертизы, поскольку спора о причинах возникновения недостатков товара (автомобиль) на момент ее проведения не было.

Однако такие выводы судебных инстанций основаны на неправильном толковании норм материального права.

Так, в соответствии с п.5 ст.18 Закона РФ «О защите прав потребителей» продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер обязаны принять товар ненадлежащего качества у потребителя и в случае необходимости провести проверку качества товара. Потребитель вправе участвовать в проверке качества товара.

В случае спора о причинах возникновения недостатков товара продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер обязаны провести экспертизу товара за свой счет. Экспертиза товара проводится в сроки, установленные статьями 20, 21 и 22 указанного Закона для удовлетворения соответствующих требований потребителя. Потребитель вправе присутствовать при проведении экспертизы товара и в случае несогласия с ее результатами оспорить заключение такой экспертизы в судебном порядке.

Если в результате экспертизы товара установлено, что его недостатки возникли вследствие обстоятельств, за которые не отвечает продавец (изготовитель), потребитель обязан возместить продавцу (изготовителю), уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру расходы на проведение экспертизы, а также связанные с ее проведением расходы на хранение и транспортировку товара.

Таким образом, закон не ставит обязанность возмещения потребителем расходов на проведение экспертизы в зависимость от наличия или отсутствия его вины в возникновении недостатков товара. Основанием для взыскания продавцом (изготовителем) указанных расходов является установление факта возникновения недостатков вследствие обстоятельств, за которые не отвечает продавец (изготовитель) товара.

Из материалов дела усматривается, что ответчик просит произвести замену автомобиля на новый в связи с неисправностью электропроводки, повлекшей возгорание автомобиля, против проведения соответствующей экспертизы не возражает.

Факт возникновения недостатков товара вследствие обстоятельств, за которые не отвечает продавец (изготовитель), установлен экспертными заключениями, а также вступившим в силу судебным постановлением, и на основании ст.61 Гражданского процессуального кодекса.

3. Вывод суда апелляционной инстанции о том, что предоставление места в дошкольном образовательном учреждении нарушает права других несовершеннолетних детей, имеющих право на внеочередное и первоочередное предоставление места в дошкольном учреждении, основан на неправильном толковании норм материального права.

Прокурор обратился в суд в интересах несовершеннолетней М. по тем основаниям, что М., являясь дочерью военнослужащего Р., имеет право на первоочередное предоставление места в муниципальном дошкольном образовательном учреждении. 12.12.2011 г. Р. обратился в Комитет образования Администрации Сортавальского муниципального района с заявлением о предоставлении места в детском саду для дочери М. с приложением необходимых документов, подтверждающих наличие льготы. 07.06.2012 г. был получен ответ о том, что решением комиссии с учетом недостаточности мест в дошкольных образовательных учреждениях распределялись места для детей от 1,5 до 6,5 лет. на начало учебного года исполнится 10 месяцев, вопрос о предоставлении ей места в дошкольном учреждении не рассматривался. Ссылаясь на Закон РФ «Об образовании», ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» и ФЗ «О статусе военнослужащих», прокурор просил обязать администрацию Сортавальского муниципального района предоставить М. место в дошкольном образовательном учреждении.

Решением Сортавальского городского суда Республики Карелия исковые требования удовлетворены, суд обязал ответчика предоставить несовершеннолетней М. место в дошкольном образовательном учреждении Сортавальского муниципального района.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия решение суда первой инстанции отменено, принято по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска.

Судом кассационной инстанции отменено апелляционное определение по следующим основаниям.

В соответствии со ст.3 Конвенции о правах ребенка во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами первоочередное внимание должно уделяться наилучшему обеспечению прав ребенка.

Согласно статье 18 Конституции РФ права и свободы человека являются непосредственно действующими. Они определяют смысл содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Статья 43 Конституции РФ гарантирует каждому гражданину общедоступность и бесплатность дошкольного образования в государственных или муниципальных образовательных учреждениях.

В силу пункта 11 части 1 статьи 15 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» к вопросам местного значения муниципального района относится организация предоставления общедоступного и бесплатного дошкольного образования на территории муниципального района.

Статья 5 Закона Российской Федерации -1 «Об образовании» гарантирует гражданам РФ возможность получения образования независимо от возраста и состояния здоровья, общедоступность дошкольного образования. Материально-техническое обеспечение и оснащение образовательного процесса, оборудование помещений в соответствии с государственными и местными нормами относится к компетенции образовательного учреждения.

Деятельность государственных и муниципальных дошкольных образовательных учреждений всех типов регулируется Типовым положением «О дошкольном образовательном учреждении» (Положение), утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.01.01 года № 000 (Постановление). Согласно пункту 15 Постановления учредителем муниципального дошкольного образовательного учреждения (ДОУ) являются органы местного самоуправления.

В соответствии с Положением в дошкольное образовательное учреждение принимаются дети в возрасте от 2 месяцев до 7 лет (пункт 28). Порядок комплектования дошкольного образовательного учреждения определяется учредителем в соответствии с законодательством Российской Федерации и закрепляется в уставе (пункт 25). Количество и соотношение возрастных групп детей в дошкольном образовательном учреждении определяется учредителем (пункт 29).

Согласно Положению о порядке комплектования детьми муниципальных образовательных учреждений, реализующих основную общеобразовательную программу дошкольного образования, утвержденного Постановлением администрации Сортавальского муниципального района № 000 от 15 декабря 2010 года, право на посещение дошкольного учреждения у ребенка возникает по достижению возраста, определенного Уставом конкретного образовательного учреждения (пункт 2.5). Распределение мест в дошкольном образовательном учреждении осуществляется в соответствии с имеющимися льготами на первоочередное устройство в дошкольное учреждение, вакантными местами, с учетом указанных родителями дошкольных учреждений, возрастом ребенка (п.2.6). Комплектование дошкольных образовательных учреждений осуществляется комиссией, созданной распоряжением главы администрации Сортавальского муниципального района. Распределение путевок производится в порядке очередности постановки на учет детей. Сроки поступления ребенка в дошкольное учреждение определяются руководителем дошкольного учреждения по согласованию с родителями, но не позднее 1 сентября текущего учебного года. По результатам распределения освободившихся мест родителям выдаются путевки для устройства ребенка в дошкольное образовательное учреждение (пункты 3.1, 3.2, 3.3, 3.5 Положения).

Судом установлено и из материалов дела следует, что несовершеннолетняя М. является дочерью Р., проходящего военную службу в органах федеральной службы безопасности Пограничного Управления в г. Сортавала. В связи с чем на основании п.6 ст.19 Федерального закона от 01.01.01 года «О статусе военнослужащих» и п.2.7. Положения о порядке комплектования детьми муниципальных образовательных учреждений, реализующих основную общеобразовательную программу дошкольного образования, утвержденного Постановлением администрации Сортавальского муниципального района № 000 от 01.01.01 года, имеет право на первоочередное предоставление места в муниципальном дошкольном образовательном учреждении в г. Сортавала.

12.12.2011 г. Р. обратился к ответчику с заявлением о предоставлении места в детском саду в г. Сортавала с приложением необходимых документов и документов, подтверждающих наличие указанной выше льготы.

29 мая 2012 года состоялось заседание комиссии по распределению мест в дошкольные образовательные учреждения Сортавальского муниципального района на учебный год.

В Сортавальском муниципальном районе существует три дошкольных образовательных учреждения для детей раннего возраста: Детский сад № 5 «Малышок», Детский сад № 31 «Сказка» и детский сад № 23 «Ладушки».

Согласно п.1.13 Устава детского сада № 5 «Малышок» данное дошкольное учреждение реализует основную общеобразовательную программу дошкольного образования в группах общеразвивающей направленности для детей в возрасте от 2 месяцев до 3 лет.

Пункт 22 Устава детского сада № 31 «Сказка» предусматривает, что данное учреждение обеспечивает воспитание, обучение и развитие, а также присмотр, уход и оздоровление детей в возрасте от 2 месяцев до 7 лет при создании необходимых условий.

В силу п.3.1 и 2.1 Устава детского сада № 23 «Ладушки» содержание образования в данном дошкольном учреждении определяется основной общеобразовательной программой дошкольного образования в группах общеразвивающей направленности для детей в возрасте от 2 месяцев до 7 лет включительно. В учреждении функционируют группы, в том числе 2-ая группа раннего возраста с 1 года до 2 лет.

Принимая во внимание, что на начало года (на 1 сентября 2012 года) М. исполнилось 10 месяцев, то есть она достигла возраста, с которого согласно Уставам дошкольные учреждения Сортавальского муниципального района реализуют программу дошкольного образования, медицинских противопоказаний для посещения дошкольных учреждений М. не имеет, следовательно, у нее возникло право на посещение дошкольного образовательного учреждения для детей раннего возраста в Сортавальском муниципальном районе в учебном году.

Вместе с тем, комиссия по распределению мест в дошкольные образовательные учреждения Сортавальского муниципального района 29 мая 2012 года заявление Р. о предоставлении места в дошкольном учреждении его дочери М. на учебный год не удовлетворила.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении иска прокурора, исходил из того, что в силу ст.17 Конституции РФ реализация конституционного права М. на получение дошкольного образования не должна нарушать прав других несовершеннолетних детей, имеющих право на внеочередное и первоочередное предоставление места в дошкольном учреждении, родители которых ранее обратились с заявлением о постановке на учет для предоставления места в дошкольном учреждении.

Вместе с тем, такой вывод суда апелляционной инстанции противоречит установленным по делу обстоятельствам и основан на неверном токовании норм материального права.

Как следует из списка детей 2011 года (декабрь 2010 года), на день распределения комиссией мест в дошкольные общеобразовательные учреждения в г. Сортавала 29 мая 2012 года М. находилась в списке детей, имеющих право на первоочередное получение места в детском саду, под номером 23.

Согласно протоколу заседания комиссии по распределению мест в дошкольные образовательные учреждения от 01.01.01 года на учебный год было распределено 45 мест в дошкольные учреждения в группы для детей раннего возраста, из них 40 мест было распределено детям, не имеющим льгот при распределении мест, и лишь 5 мест было распределено детям из первоочередного списка и поставленным на учет ранее М.

При таких обстоятельствах в дошкольных образовательных учреждениях Сортавальского муниципального района на годы имелись вакантные места для детей из первоочередного списка, в том числе и для несовершеннолетней М., находившейся под номером 23 в списке первоочередников. Вместе с тем, указанные места в нарушение установленного порядка очередности предоставления мест в дошкольных образовательных учреждениях Сортавальского муниципального района и в нарушение прав детей, имеющих право на первоочередное предоставление мест в детских садах, были распределены между детьми из списка общей очереди, не обладающими какими-либо льготами при распределении мест.

Ссылки ответчика на отсутствие созданных санитарных условий для осуществления образовательных программ в отношении детей до года и на нехватку мест в детских садах не могут быть приняты во внимание, поскольку, предусмотрев в Уставах дошкольных образовательных учреждений реализацию образовательных программ в группах для детей от 2 месяцев до 7 лет, Администрация Сортавальского муниципального района, как учредитель дошкольных образовательных учреждений, должна предвидеть соответствующую потребность в местах в дошкольных образовательных учреждениях, своевременно принимать меры к увеличению числа либо вместимости существующих образовательных учреждений и их финансированию для создания всех необходимых санитарных и иных условий по осуществлению ими образовательной деятельности, предусмотренной Уставами.

Поскольку при разрешении дела судом апелляционной инстанции допущены существенные нарушения норм материального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможна защита нарушенного права, апелляционное определение отменено, а решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

4. Правила страхования транспортных средств не должны содержать положений, противоречащих гражданскому законодательству и ухудшающих положение страхователя по сравнению с установленным законом.

Б. предъявила иск к компания «Согласие» о взыскании страховой выплаты по тем основаниям, что Б. 11 мая 2009 года заключила с ответчиком договор добровольного страхования принадлежащего ей автомобиля модели «LDV Maxus» по рискам «Автокаско» (ущерб и хищение). 25.01.2010 года в период действия указанного договора произошло повреждение транспортного средства в результате дорожно-транспортного происшествия. Б. А., сын истицы, управляя указанным автомобилем, не учел скорость движения, совершил съезд в кювет с последующим опрокидыванием, в результате чего автомашина получила механические повреждения. Истица обратилась к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения, в которой ей было отказано.

Истица просила взыскать с ответчика страховую выплату по факту наступления страхового случая согласно отчету оценщика.

Решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия в удовлетворении иска отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия вышеуказанное решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Президиум Верховного Суда Республики Карелия отменил судебные постановления, указав следующее.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 11 мая 2009 года между истицей и «Согласие» заключен договор добровольного имущественного страхования принадлежащего истице автомобиля на условиях Правил страхования транспортных средств «Согласие», включающий в себя риски «Автокаско» (хищение и ущерб). По риску «ущерб» страховое возмещение предусматривалось, в том числе, при повреждении или уничтожении автомобиля вследствие дорожно-транспортного происшествия.

В пункте 3.8.2 указанных Правил установлено, что не является страховым случаем событие, связанное с управлением транспортного средства лицом, не имеющим права на управление транспортным средством, либо лицом, не указанным в договоре как водитель.

С Правилами страхования истица была ознакомлена, согласна с установленными в них условиями.

25.01.2010 года застрахованный автомобиль под управлением сына истицы был поврежден в результате дорожно-транспортного происшествия.

Сын истицы Б. А. на момент наступления заявленного события не имел водительского удостоверения и не был включен в качестве водителя в договор добровольного страхования.

В выплате страхового возмещения истице отказано, поскольку страховщик не признал событие страховым случаем со ссылкой на п.3.8.2 вышеуказанных Правил страхования транспортных средств.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд пришел к выводу о том, что требования истицы противоречат закону и заключенному с ответчиком договору страхования, поскольку условиями договора страхования «Согласие» не признаются страховыми случаями и не покрываются страхованием события, произошедшие вследствие управления транспортным средством лицом, не указанным в настоящем договоре в качестве водителя, либо не имеющим права на управление транспортным средством. Суд первой инстанции также указал, что стороны свободны в определении условий договора и обязаны исполнять принятые на себя по данному договору обязательства.

С выводами суда первой инстанции согласился суд апелляционной инстанции.

Между тем с такими выводами судебных инстанций согласиться нельзя по следующим основаниям.

В силу ст.309 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

Согласно п.1 ст.929 Гражданского кодекса РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной суммы.

Статья 9 Закона Российской Федерации -1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определяет страховой риск как предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование, а страховой случай - как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам.

Событие, на случай которого осуществляется рисковое страхование, обуславливается вероятностью и случайностью наступления, а также независимостью от воли участников страхового правоотношения.

Следовательно, составляющими страхового случая являются только факт возникновения опасности, от которой производится страхование, факт причинения вреда и причинно-следственная связь между ними.

Заключая договор страхования, стороны достигли соглашения о характере события, на случай которого осуществляется страхование (страховом случае), и это событие, как усматривается из материалов дела, произошло. Следовательно, страховой случай наступил.

Между тем, согласно п.3.8.2 Правил страхования транспортных средств не является страховым случаем событие, связанное с управлением транспортным средством лицом, не имеющим права управления транспортным средством, либо лицом, не указанным в договоре как водитель.

Таким образом, указанные Правила предусматривают возможность отказа в признании наступившего события страховым случаем, обуславливая такой отказ действиями страхователя как стороны страхового правоотношения несмотря на факт возникновения опасности, от которой производится страхование, причинения вреда страхователю и причинно-следственную связь между ними.

По изложенным основаниям нельзя признать обоснованным вывод судебных инстанций о соответствии п.3.8.2 Правил страхования транспортных средств требованиям закона.

Так как в силу п.1 ст.422 Гражданского кодекса РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения, следовательно, стороны не вправе заключать договор на условиях, противоречащих закону.

Правила страхования транспортных средств, являясь в силу п.1 ст.943 Гражданского кодекса РФ неотъемлемой частью договора страхования, не должны содержать положений, противоречащих гражданскому законодательству и ухудшающих положение страхователя по сравнению с установленными законом.

Учитывая, что такого основания для освобождения от выплат страхового возмещения, как отсутствие в страховом полисе указания на лицо, допущенное к управлению автомобилем, которое управляло им в момент дорожно-транспортного происшествия, ни нормами Гражданского кодекса РФ, ни иным законом не предусмотрено, данное условие договора страхования является ничтожным и, соответственно, применяться не должно (п.1 ст.167, ст.168 Гражданского кодекса РФ).

Действия самого страхователя не могут рассматриваться как страховой случай, эти действия могут влиять на увеличение последствий от страхового случая, но не являются самим страховым случаем и не могут служить основанием для освобождения страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение, но в силу ст.963 Гражданского кодекса РФ могут являться основанием для освобождения страховщика от ответственности.

5. Поскольку смерть должника задолго до вынесения судебного приказа исключала возможность совершения им процессуального действия, предусмотренного статьей 128 ГПК РФ, вынесение судебного приказа признано незаконным.

Судебным приказом мирового судьи судебного участка № 4 г. Петрозаводска Республики Карелия от 01.01.01 года в пользу Банк» с Г. взыскана задолженность по кредитному договору.

В установленный ст.128 ГПК РФ срок возражения относительно исполнения судебного приказа должником не направлялись.

Определением мирового судьи судебного участка № 4 г. Петрозаводска Республики Карелия от 15 октября 2012 года, оставленным без изменения апелляционной инстанцией Петрозаводского городского суда Республики Карелия, произведена замена должника Г. (в связи с его смертью 27 сентября 2008 года) правопреемником – наследником Л., действующей в своих интересах и интересах малолетних наследников несовершеннолетних детей умершего Г.

Суд кассационной инстанции отменил вышеуказанный судебный приказ, указав следующее.

При выдаче судебного приказа мировым судьей допущены существенные нарушения норм процессуального права.

Согласно ст.128 ГПК РФ судья высылает копию судебного приказа должнику, который в течение десяти дней со дня получения приказа имеет право представить возражения относительно его исполнения.

Если от должника в установленный срок поступят такие возражения, судья отменяет судебный приказ и разъясняет взыскателю, что заявленное требование им может быть предъявлено в порядке искового производства (ст.129 ГПК РФ).

В соответствии с ч.1 ст.130 ГПК РФ в случае, если в установленный срок от должника не поступят в суд возражения, судья выдает взыскателю второй экземпляр судебного приказа, заверенный гербовой печатью суда, для предъявления его к исполнению.

Таким образом, по смыслу указанных норм права основанием для выдачи судебного приказа взыскателю является факт непоступления в суд в установленный срок возражений должника. При этом у мирового судьи должны иметься достоверные доказательства получения должником копии судебного приказа.

Между тем, как усматривается из материалов дела, должник Г. умер 27 сентября 2008 года. С заявлением о вынесении судебного приказа взыскатель Банк» к мировому судье обратился 11 февраля 2009 года, то есть после смерти должника. Почтовое отправление с копией вынесенного судебного приказа, направленное в адрес должника, возвращено в судебный участок в связи с истечением срока хранения.

Поскольку смерть должника задолго до вынесения судебного приказа исключала возможность совершения им процессуального действия в установленный ст.128 ГПК РФ срок, вынесение судебного приказа и выдача его второго экземпляра взыскателю для предъявления к исполнению, нельзя признать законными и обоснованными, в связи с чем судебный приказ отменен.

6. Вывод суда апелляционной инстанции о том, что оспариваемые постановления не являются нормативными актами, признан не основанным на нормах материального права.

К. обратилась в суд с заявлением об оспаривании постановления Главы Лахденпохского муниципального района (далее - Главы) «Об установлении на территории Лахденпохского городского поселения нормативов потребления тепловой энергии для населения» и постановления Главы «О внесении изменения в постановление Главы Лахденпохского муниципального района » (далее - постановления) в части, устанавливающей норматив потребления для дома по ул.50 лет Октября в г. Лахденпохья по тем основаниям, что указанные постановления противоречат положениям пунктов 9 и 10 Правил установления и определения нормативов потребления коммунальных услуг, утвержденных постановлением Правительства РФ , в соответствии с которыми нормативы потребления устанавливаются по каждому виду и составу предоставляемых коммунальных услуг, которые определяются степенью благоустройства многоквартирного дома или жилого дома.

В соответствии с оспариваемыми постановлениями Главы норма расхода тепловой энергии в месяц для жителей дома, в котором проживает заявитель, составляет 0,026751 Гкал/кв. м. общей площади жилого помещения. В то же время для жителей аналогичного дома по ул. Заходского в г. Лахденпохья норма расхода тепловой энергии в месяц составляет 0,018715 Гкал/кв. м общей площади жилого помещения. Указанные дома имеют аналогичные конструктивные и технические параметры (здания каменные обыкновенные, фундаменты каменные и бетонные, стены кирпичные, перекрытия железобетонные, 2-3 этажа), относятся к зданиям 2 категории, имеют равную степень благоустройства.

Таким образом, нормативы потребления услуг теплоснабжения в нарушение указанных норм не являются едиными для многоквартирных жилых домов, имеющих аналогичные конструктивные и технические параметры, а также степень благоустройства.

По мнению заявительницы, применение данных постановлений, устанавливающих необоснованные нормативы, влечет завышение стоимости на услуги по теплоснабжению и обязывает граждан оплачивать коммунальные услуги в повышенном размере.

Просила суд признать вышеуказанные постановления Главы противоречащими законодательству со дня их принятия в части, устанавливающей для дома по ул.50 лет Октября г. Лахденпохья Республики Карелия нормы расхода тепловой энергии в размере 5,778 на одного человека на 18 кв. м. на отопительный сезон.

Решением Лахденпохского районного суда Республики Карелия заявление удовлетворено. Суд признал противоречащими закону, недействующими с момента издания положение постановления Главы Лахденпохского муниципального района «Об установлении на территории Лахденпохского городского поселения нормативов потребления тепловой энергии для населения» и положение постановления Главы Лахденпохского муниципального района «О внесении изменения в постановление Главы Лахденпохского муниципального района «Об установлении на территории Лахденпохского городского поселения нормативов потребления тепловой энергии для населения», устанавливающие для дома по ул.50 лет Октября в г. Лахденпохья Республики Карелия нормы расхода тепловой энергии в размере 0,026751 Гкал/кв. м. общей площади жилого помещения и нормы расхода тепловой энергии в размере 5,778 на одного человека на 18 кв. м. на отопительный сезон.

Суд обязал опубликовать информацию о решении суда в газете «Призыв» Лахденпохского района после вступления решения в законную силу, с администрации Лахденпохского муниципального района в пользу К. взысканы судебные расходы.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия решение Лахденпохского районного суда Республики Карелия отменено. По делу принято новое решение об отказе в удовлетворении заявления.

Президиум Верховного Суда Республики Карелия отменил апелляционное определение по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, постановлением Главы Лахденпохского муниципального района «Об установлении на территории Лахденпохского городского поселения нормативов потребления тепловой энергии для населения» установлены нормативы потребления тепловой энергии для населения Лахденпохского городского поселения.

Постановлением Главы Лахденпохского муниципального района в указанное постановление внесены изменения, в соответствии с которыми норматив потребления тепловой энергии на отопление жилых помещений для населения дифференцирован в зависимости от конструктивных и технических параметров, а также степени благоустройства жилых домов.

Постановление № 000 опубликовано в газете «Призыв» Лахденпохского муниципального района № 49 от 20-26 декабря 2006 года.