магистрант 2 курса юридического факультета
специальности 6М030200- международное право
Евразийского национального университета им.
Специальный режим защиты культурных ценностей во время вооруженных конфликтов
Там, где культура, там и мир.
Там и подвиг, там и правильное решение
труднейших социальных проблем.
Николай Рерих ( гг.)
«Мысли о войне возникают в умах людей, поэтому в сознании людей следует укоренять идею защиты мира», – гласит Устав ЮНЕСКО[1]. Культура, которая должна объединять людей, несмотря на различия между ними, и тем самым способствовать укреплению мира, во многих случаях, как это ни печально, разделяет их[2]. Культурные ценности, нуждающиеся в охране в мирное время, требует более пристального внимания во время вооруженных конфликтов. Идея защиты и охраны культурных ценностей во время вооруженных конфликтов воплотилась в Конвенции о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта 1954 года (далее – Конвенция 1954 г.).
Действующее международное право и, прежде всего, Конвенция 1954 г. и Дополнительные протоколы к ней, позволяют выделить три основных режима для культурных объектов, а именно, общий, специальный и усиленный. В данной статье мы рассмотрим применение специального режима защиты культурных ценностей во время вооруженных конфликтов. Применительно к специальной защите в Конвенции 1954 г. используется формулировка «очень большое значение». На первой конференции государств-участниц Конвенции 1954 г. в Париже, Нидерланды обратились с просьбой к ЮНЕСКО разъяснить значение данных слов, на что комиссия экспертов заявила, что важность объекта должна оцениваться не только с мировой, но и с национальной точек зрения[3]. Если говорить о соотношении общего и специального режима защиты культурных ценностей, следует согласиться с мнением бельгийского ученого Ж. Брюкером, что все объекты сначала подпадают под общий, а уже потом под специальный режим[4].
Как известно, культурные ценности, находящиеся под специальной защитой, пользуются иммунитетом (ст. 9 Конвенции 1954 г.). Термин «иммунитет» в данном случае означает, что с момента внесения культурной ценности в реестр она не будет использоваться в военных целях, это обязательство подлежит выполнению не только в военное, но и в мирное время. В этом смысле иммунитет придает специальной защите более строгий характер. В Конвенции 1954 г. идёт речь о прямом запрещении использования объекта в военных целях.
Термин «специальная защита» используется в Конвенции 1954 г. в двух случаях: применительно к самим культурным ценностям, объектам, предназначенным для их экспозиции и хранения; применительно к транспортировке культурных ценностей, защищая транспорт, используемый для этих целей. Согласно Конвенции 1954 г. возможно два случая транспортировки: а) обычная и б) неотложная. Cлучай неотложной транспортировки представляет собой наибольшую трудность, так как в этом случае транспорт не обозначается никакими отличительными знаками. Так как маршрут транспортировки, время и другие важные факторы являются неизвестными, нападения на данный конвой становятся наиболее вероятными. В случае транспортировки сама ценность объектов уходит на второй план, уступая место желанию максимально обезопасить культурные ценности в условиях вооруженного конфликта[5].
Следуя нормам, изложенным в Конвенции 1954 г., следовало бы предположить, что специальный режим должен распространяться и на лица, осуществляющие международный контроль: выполняющих функции Генеральных комиссаров, инспекторов и экспертов, представителей Держав-покровительниц по культурным ценностям, специальных представителей Генерального директора ЮНЕСКО. Конвенция 1954 г. использует лишь термин «уважение» применительно к лицам, выполняющим охранные и иные защитные функции. Данное положение означает, что, по мере возможности, стороны должны воздерживаться от причинения им вреда, а также от враждебных актов, направленных против них (п. 1 ст. 4 Конвенции 1954 г.). В данном случае государство может абсолютизировать эту защиту. Как, например, сделала Швейцария, приняв 6 октября 1966 г. закон во исполнение положений Конвенции 1954 г. В п. 3 ст. 2 закона закреплено положение о том, что уважение культурных ценностей представляет собой, в том числе воздержание от любых враждебных действий в отношении персонала по защите культурных ценностей, включая действия, препятствующие персоналу выполнять свои обязанности[6].
Если говорить об условиях при которых культурная ценность вправе рассчитывать на предоставление специального защитного статуса, следует сказать: во-первых, она должна находиться на достаточном расстоянии от важных стратегических объектов, таких, как порт, железная дорога, радиоточка и др.; во-вторых, не использоваться в военных целях. Следует заметить, что в Конвенции 1954 г. не указан точный размер «достаточного расстояния», как и не дано какой-либо методологии для его исчисления. В предшествующих проектах эта цифра колебалась от 500 м до 20 км. Цифра в 10 км появилась в Проекте «места Женевы» в 1930 г., а в Проекте Международного Бюро музеев 1938 г. она достигла 20 км. Что касается цифры 500 м, то впервые она была упомянута в Проекте «Золотого креста» 1916 г., а позже и в Проекте Гаагских Правил ведения воздушной войны 1922-23 гг. Широкий интервал цифр «достаточного расстояния» связан, прежде всего, с разными подходами к защите культурных ценностей. Сначала государства пытались демилитаризовать обширные территории, четко отделив линию фронта от тыловых территорий. Так возникала доктрина «открытых городов», которая, в частности, нашла свое отражение в Гаагских Правилах ведения сухопутной войны и войны на море 1907 г. Поскольку в условиях войны практически невозможно демилитаризовать столь обширные территории, пришлось отказаться от доктрины «открытых городов» в пользу доктрины «локализации мест». Естественно, что во втором случае это расстояние существенно уменьшается, и появляется цифра 500 м.
Доктрина «достаточного расстояния» очень тесно переплетается с проблемой использования вооружений. Развитие современного оружия идет по двум направлениям, с одной стороны, это повышение его разрушительной способности, а с другой, повышение его точности. В связи с этим стоит отметить, что использование «высокоточного оружия» может уменьшить цифру «достаточного расстояния», а оружие большой разрушительной способности ее увеличить, что может привести к политике «двойных стандартов» в определении «достаточного расстояния». Концепция «достаточного расстояния» сразу вызвала немалую критику со стороны ряда стран, как на самой дипломатической конференции 1954 г., так и на последующих встречах государств-участниц. В результате Дополнительный протокол II (1999 г.) к Конвенции 1954 г. отказался от ее использования ввиду неясности. На первой конференции стран-участниц Конвенции 1954 г., прошедшей в 1962 г., ряд стран обратились к ЮНЕСКО в порядке п. 1 ст. 23 Конвенции 1954 г. с просьбой оказать техническое содействие и разъяснить доктрину «достаточного расстояния». Была даже создана специальная рабочая группа, в результате работы которой проблема так и не получила окончательного разрешения, но с учетом доктрины «достаточного расстояния» был принят ряд важных рекомендаций. В частности, рекомендовалось при каждом музее, хранилище создавать «зоны безопасности», а также обязательно принять еще в мирное время план эвакуации культурных ценностей и уделить большое внимание противопожарным мерам защиты имущества[3].
На самой дипломатической конференции 1954 г. представитель Японии предложил поправку исключить данную доктрину, если ландшафт местности не позволяет пустить трафик в обход культурных ценностей. И в качестве примеров привел случай с городами Киото и Нара. США и Великобритания предложили поправку вообще заменить доктрину «достаточного расстояния» применительно к культурным объектам на их «изоляцию»[7]. Но данное предложение справедливо было отклонено, так как, по словам представителя Польши, «только пирамиды Хеопса способны соответствовать данному условию»[7].
Согласно Конвенции 1954 г. на специальную защиту вправе рассчитывать: а) сами объекты, представляющие очень большую ценность, б) объекты, предназначенные для хранения и экспозиции движимых культурных ценностей и в) центры сосредоточения культурных ценностей (ст. 1 и 8 Конвенции 1954 г.).
Практика показывает, что существует два вероятных способа построения хранилища (укрытий). Первый способ – использовать природные факторы: естественные укрытия в виде гротов, пещер, заброшенных шахт и штолен и т. д., а второй, более дорогостоящий – специальное строительство. Что касается первого способа, то у него есть одно существенное достоинство, это относительная «дешевизна». Но не все страны могут к нему прибегнуть, поскольку они должны располагать соответствующим природным ландшафтом. В практике имели место такие случаи, так, во время второй мировой войны, заброшенные шахты использовались для временного хранения культурных ценностей и, в то же время, для производства военных материалов[8]. Из всех стран лишь Нидерланды очень активно прибегают ко второму более дорогостоящему способу, правда, по одному укрытию есть у ФРГ и Австрии.
На практике возможны и другие способы создания хранилищ (укрытий). Для этого П. Бойлан, например, рекомендует использовать подвальные помещения музеев. Это способ позволяет избежать: а) строительства отдельно взятого «дорогого» помещения, б) необходимости транспортировки. Ватикан уже последовал данному примеру и в период с гг. построил обширную подземную галерею общей площадью 43000 кв. м, оборудованную по последнему слову техники, для того чтобы переместить секретные архивы и папскую библиотеку. Как мы видим, доктрина достаточного расстояния имеет некоторые отступления в случае со строительством специальных укрытий (хранилищ) (п. 5 ст. 8 Конвенции 1954 г.). На первое место выходит приспособленность и способность объекта защитить находящиеся в них ценности от всех неблагоприятных последствий войны, а не его удаленность. Внесение центра сосредоточения культурных ценностей в специальный реестр делает не нужным нанесение дополнительных знаков на объекты, находящиеся на его территории.
Как известно, использование объектов в военных целях применительно к объектам специальной защиты весьма строг, запрещается даже транзит войск через данную территорию в военное время. Поскольку центры сосредоточения культурных ценностей занимают относительно большие пространства, то их территория может использоваться для размещения мирного населения, а также раненых и больных.
Рассмотрев применение специального режима защиты культурных ценностей во время вооруженных конфликтов, следует активнее использовать данный режим защиты, и, прежде всего, уделить большее внимание строительству и организации специальных укрытий. Для этого следует использовать все возможности, не сбрасывая со счетов и возможность использования гротов, пещер, заброшенных шахт, штолен, бомбоубежищ.
Также немаловажным в деле применения специального режима является распространение данного режима на лица, осуществляющие международный контроль: выполняющие функции Генеральных комиссаров, инспекторов и экспертов, представителей Держав-покровительниц по культурным ценностям, специальных представителей Генерального директора ЮНЕСКО, абсолютизировав охрану их жизней.
Следует также учесть дополнение в Конвенцию 1954 г., направленное на безусловное включение наиболее важных музеев, библиотек и архивов в список объектов находящихся под специальной защитой вне зависимости от условия их нахождения на достаточном расстоянии от важных индустриальных центров, стратегических и военных объектов.
Историко-культурное наследие народа является не только его достоянием, но и неотъемлемой частью достижений всего человечества. Культурные ценности создают необходимые условия для интеллектуального, духовного и экономического развития общества.
В связи с этим охрана культурных ценностей должна стать одной из приоритетных задач государств в деле сохранения всего мирового культурного наследия.
Список использованных источников
1 Конвенция о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта от 01.01.01 г. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/pdf /hague54.pdf
2 Становление правовой защиты культурных ценностей в случае вооруженного конфликта // Международный журнал Красного Креста. 2004. № 000, июнь. С. 5. URL: http://www.icrc.org/rus/resources/documents/misc/irrc-cultural.htm
3 Документ ЮНЕСКО. First meeting of the High contracting parties to the convention for the Protection of Cultural Property in the Event of Armed conflict. – GUA/120. Paris, 16-25 July 1962. Р.3.
4 Breucker J. Pour les vingt ans de la Convention de la Hayed u 14 mai 1954 pour la protection des biens culturels // Revue belge de droit international. – 1975. – Vol. 11. – Р.534.
5 Rogers A. P.V. Law on the battlefield. – Manchester/New York: Manchester University Press, 1996. – Р. 94-96.
6 Streiff S. La protection des biens culturels en cas de conflit arme, sur le plan international et national // 126 cours organisee en accord avee le Department federal de L’Interieur et la Societe Suisse pour la protection des bien cultures. – Saint-Gail. – 1968. – P.25.
7 Records of the conference covered by the UNESCO held at the Hague 21 April - 14 May 1954 // Intergovernmental conference on the protection of cultural property in the Hague, Hague: Staatsdrukkerijcn Uitgevrijbedrijf, 1961. CBC/DR/61.
8 Partsch K. J. Protection of cultural property // The Handbook of
Humanitarian Law in Armed Conflict, Fleck D. ed. - Oxford, 1995. – Р. 393.
