Глухариная охота (стр. 5 )

Входит ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ.

ВЕРА ПЕТРОВНА. Дима!..

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Вера!..

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ и ВЕРА ПЕТРОВНА обнимаются.

ВЕРА ПЕТРОВНА. Я не успела вчера утром, за завтраком спросить: ты счастлив?

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Спросить у медведя?

ВЕРА ПЕТРОВНА. У Официанта, по крайней мере.

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Нет, Вера. Был я женат после тебя, но…

ВЕРА ПЕТРОВНА (садится). Что, «но»?

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ (садится). После двух затяжных полевых сезонов моя вторая супруга собрала вещи и уехала. А потом подала на развод (разводит руками). Сплошное дежавю!

ВЕРА ПЕТРОВНА (проводит ладонью по щеке Дмитрия Федоровича). Бедненький…

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Я, как узнал о прибытии всей вашей семьи к нам, в Северогорск, решил, во что бы то ни стало, встретиться с тобой. Нет, нет, ни с какой-то целью!.. Просто…нестерпимо захотелось увидеть тебя, услышать твой голос.

ВЕРА ПЕТРОВНА. И ты, Дима, переоделся для этого в Официанта!

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Медвежья маска пришлась кстати. Правда, носить ее не очень-то приятно. Зато я осуществил задуманное! А ты, Вера, счастлива?

ВЕРА ПЕТРОВНА. Н-н-нет…

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. А чего, так?

ВЕРА ПЕТРОВНА. Коля – неплохой человек. Представь, он даже изучил несколько пособий по искусству, чтобы беседовать со мной! Естественно, я не испытываю недостатка в деньгах, но…Я почти каждый день вспоминаю наши с тобой лыжные походы, шашлык на природе, купание в холодной речке… Хоть и редко, но все это было, и оно не сравнится со светскими раутами, походами в престижный ночной клуб, отдых на дорогих заграничных курортах.

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Я виноват в разрыве наших отношений. Тогда, так некстати, у меня случилась эта роковая интрижка с практиканткой…

ВЕРА ПЕТРОВНА. Молчи!.. Это я виновата: не смогла простить тебя, хотя ты долго и настойчиво меня упрашивал. Виновата моя непомерная гордыня. И, в итоге, мы оба страдаем. А ты сделал карьеру!

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Я много работал все эти годы, написал около десятка научных работ, защитил кандидатскую. Открытие нефтяного месторождения заслуга именно нашего коллектива.

ВЕРА ПЕТРОВНА. Ты всегда был подвижником. А теперь придут ловкие люди с толстыми кошельками и начнут получать сверхприбыль.

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ (пожимает плечами). Каждому своё. Кстати, твой Громов посетил вчера меня в конторе экспедиции.

ВЕРА ПЕТРОВНА. Это, зачем еще?

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Мы поговорили о перспективах добычи черного золота, вспомнили детство, выпили по рюмке коньяка.

ВЕРА ПЕТРОВНА. А обо мне не говорили?

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Нет. А потом пришла… Оля.

ВЕРА ПЕТРОВНА. Как? Наша дочь!..

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Она самая. Я ее еле узнал: похорошела, вытянулась, настоящая невеста. Кстати, в приемной ее ожидал, как, сейчас говорится, бой-френд.

ВЕРА ПЕТРОВНА. Сережа?

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Нет, он на Колю Громова совсем не похож. Это наш, местный, репортер газеты «Вечерний Северогорск». Ну, тот, который вчера танцевал с Ольгой в ресторане.

ВЕРА ПЕТРОВНА. Неплохой малый. Но он совсем не пара нашей Оленьке!

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Это, почему же?

ВЕРА ПЕТРОВНА. Не знаю… просто, мне и Николаю Ивановичу хотелось, чтобы она вышла замуж за Сережу.

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Сердцу не прикажешь. Вот, и во мне всё всколыхнулось…

ВЕРА ПЕТРОВНА. Не только в тебе.

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ (обнимает Веру Петровну). Значит, есть надежда, Вера?

ВЕРА ПЕТРОВНА. Есть.

Со стороны «Resepion» слышны возгласы: «Ваш номер двадцать седьмой… Гражданин, не забудьте оставить на вахте ключ…»

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Как только твой благоверный улетит на охоту…

ВЕРА ПЕТРОВНА. Я приду к тебе домой!

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. Обещаешь?

ВЕРА ПЕТРОВНА. Да!.. А теперь иди, Дима. Вот-вот здесь может появиться кто-либо.. Скоро время обеда.

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. И мне придется опять выступить в роли Официанта.

ВЕРА ПЕТРОВНА. Зачем тебе это, уже завтра мы встретимся у тебя… (закрывает ладонями) Господи, что я говорю?..

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ (целует ее в ладони). Все нормально, Вера. Это вполне естественная реакция.

ВЕРА ПЕТРОВНА (убирает руки от лица). На грядущую измену?

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ. На грядущее возобновление любви.

ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ выходит.

ВЕРА ПЕТРОВНА (встает, ходит). Зачем я сюда приехала? Сидела бы в своем уютном особняке без всяких волнений. Нет! Именно эти волнения и составляют истинную ценность жизни. Без них человек превращается в выхолощенное существо, в некоего биоробота. И в этом высшее предназначение каждого индивидуума: любить и одаривать любовью!..

Входит СЕРГЕЙ.

СЕРГЕЙ. Вы одна, в гордом одиночестве?

ВЕРА ПЕТРОВНА. А с кем я должна быть?

СЕРГЕЙ. Да, с кем? Отец, как всегда в делах. Ему удалось уговорить на завтра всех, кого он задумал видеть на охоте. Он сейчас, я слышал, отдает по телефону последние важные распоряжения.

ВЕРА ПЕТРОВНА. Мне не очень нравится барская привычка Николая Ивановича.

СЕРГЕЙ. Какая, именно?

ВЕРА ПЕТРОВНА. Закупить весь ресторан. А как же другие люди?

СЕРГЕЙ. Кто поит девушку, тот ее и танцует! Таков закон сильнейшего.

ВЕРА ПЕТРОВНА. Что-то я ранее не слыхала про такой закон… А вот ты, Сережа, совсем не такой.

СЕРГЕЙ. А какой же я, Вера Петровна?

ВЕРА ПЕТРОВНА. Ты более мягок.

СЕРГЕЙ. Для солидного бизнесмена мягкость – плохое качество.

ВЕРА ПЕТРОВНА. А для любви?

СЕРГЕЙ. Не знаю…

ВЕРА ПЕТРОВНА. Любовь – движущая сила, а не деньги. Во всяком случае, пока данное утверждение еще действует в России, есть надежда на ее духовное возрождение. Мы еще не утратили наш основной стержень – человечность. Я пойду, потороплю Колю, надеюсь, он уже утряс все свои дела.

ВЕРА ПЕТРОВНА уходит.

СЕРГЕЙ. Ну, она и выдала: любовь, человечность! И чего это, вдруг на Веру нашло? А может быть, она права? Мне кажется, я люблю не Олю, а эту непосредственную девушку, Машу (ходит). Маша… Мария…(поет отрывок из оперы Бизе «Кармен»): «У любви, как у пташки крылья, ее нельзя никак поймать…»

Входит ОЛЬГА.

ОЛЬГА. Поёшь?

СЕРГЕЙ. Да вот, что-то нашло…

ОЛЬГА (смеется). Я знаю определение этому, «что-то»!

СЕРГЕЙ. Просвети нас, слабых разумом, Оля.

ОЛЬГА. Любовь, она и в Африке, любовь. А здесь, в Северогорске, атмосфера, наполненная весенними таежными ароматами, способствует этому великому, воистину вселенскому чувству!

СЕРГЕЙ. Постой, постой, и ты!..

ОЛЬГА. Да, и я не исключение (берет Сергея за руки). Понимаешь, Сережа, мы с тобой играли в любовь, а она (разводит свои и Сергея руки) – океан! И после обретения ее мир сразу же становится другим (ходит). В нем расцветают краски, у звуков слышатся добавочные обертоны ((берет ладонь Сергея в свою)). Весь мир, как сплошная, бесконечна весна!.. Не будь букой, Сережа, распахни душу: люби и будь любимым!

СЕРГЕЙ. Выходит, ты меня отпускаешь?..

ОЛЬГА (прекращает кружиться). Тебя, и других. Вас всех не было в моей жизни. Она теперь обновлена!

СЕРГЕЙ (садится). А, что, до меня у тебя было еще много?..

ОЛЬГА (садится). Милый, наивный Сережа! Было, да прошло!.. А Маша – именно та девушка, которая тебе нужна. Она будет заботиться о тебе, нарожает кучу детишек. А ты будешь добропорядочным отцом семейства и возглавишь со временем отцовский холдинг. И, уверена, будешь потихоньку, как бы, невзначай, изменять своей жене.

СЕРГЕЙ. Оля, чего это ты про меня только что наговорила? Да, я всем сердцем полюбил эту чудную девушку. У нас, представь, с ней много общего. Но изменять…

ОЛЬГА. Такова твоя природа. Гены, дорогой. Против них никуда не попрешь. Хотя ты и тих, но в тихом омуте известно, кто водится.

СЕРГЕЙ (запальчиво). Ну. это мы еще посмотрим!

Входят МАША и МИША.

оссии. ПРР

МАША. Мы не помешали? У вас такой бурный разговор.

МИША. Объяснение?

СЕРГЕЙ. Нет-нет…

ОЛЬГА. Проходите. Мы просто поговорили, наконец-то, по крупному. Я растолковала Сережи особенности его характера.

СЕРГЕЙ. Не такой уж, плохой мой характер, да, Маша?

МАША. По-моему, очень даже хороший.

МИША. Понятно, семейная разборка. Можно нам сесть?

ОЛЬГА. Конечно!

МАША и МИША садятся.

СЕРГЕЙ (берет ладонь Маши в свою). Маша…

МАША. Что, Сережа?

СЕРГЕЙ. Ты сегодня какая-то особенная.

МАША. На то есть причина. Она – ты…

МИША (берет ладонь Маши в свою). Оля, я так рад тебя снова увидеть.

ОЛЬГА. И я…

Входят НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ и ВЕРА ПЕТРОВНА.

НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ. Привет, молодежь! Опять все вместе кучкуетесь?

ВЕРА ПЕТРОВНА. А что им с нами делать? У них свои, собственные интересы.

НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ. Ты, Оля, смотрю, совсем от материнских рук отбилась. И от сережкиных, тоже.

ОЛЬГА. А я передумала за него замуж выходить!

НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ. Вот, как! И какая же тебя муха укусила?

ОЛЬГА. Местная! Я и на охоту не полечу.

СЕРГЕЙ. Как, это? С деканатом все уже согласовано.

ОЛЬГА. Черт с ним, деканатом. Нечего мне там, среди вас, глухарей, делать.

МИША. А мы сделаем свою вылазку в тайгу, на шашлыки.

МАША. С ночевкой, возьмем палатки, гитару.

ОЛЬГА. Да, вот это по мне.

СЕРГЕЙ. Полностью вас, ребята, поддерживаю.

НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ. Что же, каждый делает свой выбор. Пойдемте в ресторанный зал. Сегодня там будет прекрасное представление. Назовем его: снятие всех масок. Сегодня – день «Икс», день Истины!

ВЕРА ПЕТРОВНА. О чем ты, Коля? Какие еще маски?

У Николая Ивановича в кармане пиджака звонит смартфон. Николай Петрович достает его, нажимает пальцем на экран, прячет гаджет в карман, общается с абонентом по гарнитуре.

НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ. Громов!.. Я сейчас занят!.. Поговорим позже!.. («молодежи») Сейчас все и прояснится. Вперед!.. А ты, Вера, останься, с тобой у нас будет отдельный разговор.

«Молодежь» выходит.

НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ (садится). Сядь, Вера…Ты знаешь, что Ольга ходила к твоему бывшему муженьку?

ВЕРА ПЕТРОВНА (садится). Знаю. И в чем тут криминал? Дима – ее родной отец, было бы дико, если бы дочь его не навестила.

НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ. Ну, да, а я всего лишь отчим. Это не он, случайно, отговорил Олю лететь на охоту?

ВЕРА ПЕТРОВНА. Не знаю. А зачем тебе, Коля, непременно хочется затащить мою дочь в таежную глухомань? Нет ли в этом с твоей стороны какого-либо умысла?