Курсовая работа на тему: « Творчество » (стр. 3 )

Благодаря этим культовым по­стройкам Алексей Щусев стал чрезвычайно популярен. Знатные за­казчики прямо-таки охотились за ним: всем хотелось иметь на своих землях хоть что-нибудь в «щусевском стиле».

Разрабатывая проекты зданий, которые надо было возводить за рубежом, архитекторы непременно придавали проектируемым ими строениям национально-русский облик. Так поступил и , построив гостиницу в итальянском городе Бари (1913- 1914 гг.) и Русский выставочный павильон в Венеции (1914 г). Оба эти сооружения являются примерами национального ретроспективизма неорусского стиля.

В 1910 году венецианское правительство предложило России за невысокую арендную плату участок в городском саду для создания своего павильона. Организационные работы по созданию Павильона России возглавила Санкт-Петербургская Академия художеств. Средства на его строительство выделил почетный член Академии — . Проект павильона выполнил . Закладка павильона в Венеции состоялась 8 сентября 1913 года, а 2 апреля 1914-го в нем была открыта первая экспозиция.

К 1914 году был уже признанным в России архитектором, автором почти двух десятков церквей и ряда частных построек. Проектируя венецианский павильон, Щусев учитывал уже имевшийся к этому времени опыт подобного строительства.

Как правило, выставочные павильоны, принимая во внимание их временное назначение, строились из дерева и после окончания выставок разбирались. Павильон в Венеции, по условиям устроителей Биеннале, должен был строиться на длительный срок, что обусловило выбор строительных материалов. Кирпич, искусственный белый камень, черепица и стекло определили архитектурный облик будущего павильона. Кроме того, эти материалы давали возможность архитектору использовать в образном решении как мотивы русского зодчества XVII века, так и элементы венецианской архитектуры. Возводя павильон в городском парке Венеции на берегу лагуны — на месте, с которого открывался вид на площадь Сан Марко и застройку набережной, Щусев сумел органично включить его в окружающую среду.

План павильона чрезвычайно прост: он состоит из трех разных по величине и высоте залов, расположенных на поперечной оси здания. Ядром композиции является центральный зал, к которому слева и справа примыкают два меньших. Лестница, на которую посетитель попадает, пройдя через калитку, располагается параллельно фасаду и ведет на площадку основного этажа, с которой необходимо пройти в крытую галерею, Г-образно огибающую основной объем здания.

Изнутри этот прием позволил создать эффект большего и усложненного пространства, чем это есть в действительности и, кроме того, усиливает его временное восприятие. Помимо главного входа в павильоне устроены еще два дополнительных — со стороны левого торца и на заднем фасаде. Со стороны лагуны к заднему фасаду примыкает терраса, с которой открывается вид на Венецию.

В целом объемная композиция павильона строится по принципу живописной асимметрии, но это иллюзорное впечатление, так как массы сооружения уравновешены и гармонизированы. Композиция каждого из фасадов и всего здания в целом строится на повторе форм основополагающих элементов — куба и пирамиды. Их мастерское использование придает сооружению необычайно живописный облик. В целом архитектура павильона поражает одновременно простотой и виртуозностью своего исполнения.

Казанский вокзал.

Получив в 1910 году высокое зва­ние академика архитектуры, три­дцатишестилетний Алексей Вик­торович Щусев принял участие в закрытом конкурсе на проект Ка­занского вокзала на Каланчевской площади в Москве. Свое участие в конкурсе он воспринимал весьма скептически: «Зачем мне за это браться, когда Шехтель есть?»1 Од­нако акционерное общество Мос­ковско-Казанской железной дороги предпочло проект Щусева.

Решающую роль в создании образа Казанского вокзала сыграл заказчик — Правление Общества Московско-Казанской железной дороги, главным образом . К. фон Мекка2. Николай Карлович и его племянник В. В. фон Мекк3, наследники знаменитой фамилии «железнодорожных королей», предложили следующую идею вокзала: это должно было быть общественное здание особого типа, символизирующее связь России с Азией, подчеркивающее значение именно этого железнодорожного пути.

________________________________________________________________________________

1 — автор Ярославского вокзала на той же Каланчевской площади, был в те годы модным московским архитектором, а , считавший своей второй родиной се­верную столицу, был популярен в Петербурге. Причем Щусев и Шехтель негласно считались соперниками по профессиональному цеху.

2 Николай Карлович фон Мекк (1863–1929) — наследственный железнодорожный предприниматель. После!917 г. служил в качестве управляющего Московско-Казанской железной дорогой. Репрессирован, расстрелян.

3 Владимир Владимирович фон Мекк (1877–1932) — коллекционер, меценат. Заведовал благотворительными учреждениями вел. кн. Елизаветы Федоровны. Сыграл большую роль в судьбе — с его помощью последний получил заказ на роспись в Марфо-Мариинской обители.

В архитектурной разработке и в интерьерах оно должно было, с одной стороны, сочетать разные стили, а с другой — представлять некий синтез евро-азиатской России.

Два стоящих рядом на Каланчев­ской площади Николаевский (впо­следствии Ленинградский) и Яро­славский вокзалы были совершенно разными: один воскрешал класси­цизм, а другой — модернизирован­ную стилистику зодчества Русско­го Севера. Щусев решил, что новый вокзал должен стать истинным де­тищем Москвы, отразить ее лучшие черты, чего, по его мнению, были лишены два существующих вокзала.

В историю отечественного искусства первой четверти ХХ века здание Казанского вокзала в Москве вписано как символ новой русской архитектуры. Его строительство породило множество творческих идей, новаторских проектов как у автора памятника , так и у тех художников и архитекторов, с которыми он работал. В разработке проекта Казанского вокзала не было мелочей, все было важным и одинаково продуманным, от общей композиции ансамбля до подписей к чертежам (к которым даже выполнялись тщательно проработанные этикетки в русском стиле). Сами проектные чертежи, выполненные Щусевым и архитекторами его мастерской, эскизы росписей, которыми предполагалось украсить стены вокзала, являются шедеврами графики начала XX века.

Будущее здание Казанского вокзала должно было разместиться в наиболее низкой части Каланчевской площади. Эту невыгодную с градостроительной точки зрения проблему архитектор решил, поставив в самом низком месте главную доминанту ансамбля — башню. Причем ее облик Щусев изначально искал в аналогах башен Московского Кремля, но в итоге нашел прообраз не в Москве, а в Казани, в башне царевны Сююмбеки.

Одна из многочисленных легенд рас­сказывала о любви татарской царевны Сююмбеки и русского мастерового, ко­торый построил для нее самую прекрас­ную на земле башню. Очарованная ее красотой, отдала царевна мастеру свое сердце. Но недолгим было счастье влюбленных. Вернулся из похода гроз­ный царь, узнал обо всем и погубил ма­стера... Не в силах забыть своего возлюб­ленного, бросилась царевна из окна. Лишь башня на волжском берегу хранит печальную память о влюбленных.

Именно архитектура этой башни определила общий облик Казанско­го вокзала — символических «ворот на Восток». Кроме того, вертикаль ярусной башни композиционно объединила группу разнородных зданий сооружения — пассажир­ских и кассовых залов, ресторана и прочих вокзальных помещений.

Таким образом, в 1913 году по проекту Щусева началось строи­тельство Казанского вокзала в Мос­кве, которое было окончательно за­вершено лишь в 1940 году. В связи с новой московской стройкой Щусев переехал с женой и детьми в древ­нюю столицу. В печати Щусева ста­ли называть «главой русского национального зодчества», за строитель­ством Казанского вокзала следила вся Москва.

Князь , один из художников, принимавших участие в росписи строящегося вокзала, писал: «Пахнуло эпохой Медичи, когда к общественному зданию… привлекались художественные силы. Постройка нового огромного вокзала по планам талантливого архитектора Щусева в Москве была тогда подлинным событием во всем художественном мире».

При строящемся вокзале Щусев создал мастерскую, в которую входили 4, 5, 6, 7 и другие архитекторы и рисовальщики.

_________________________________________________________________________________

4 Виктор Дмитриевич Кокорин (1887–1959) — архитектор и график. Среди его построек в Москве известны Нефтяной институт, Дом Юстиции, Большой Краснохолмский и Малый Краснохолмский мосты. Работал в Уфе, в Ташкенте, проектировал дома отдыха для Сочи. В качестве графика выполнял эскизы почтовых марок в 1917–1922 гг.

5 Илья Александрович Голосов (1883–1945) — архитектор-конструктивист. Наиболее известная постройка в этом стиле — клуб им. Зуева в Москве.

6 Андрей Васильевич Снигарев (1890–1955) — архитектор, совместно со Щусевым работал над проектами Казанского вокзала и станций Московско-Казанской железной дороги.

7 Никифор Яковлевич Тамонькин (1881–1951) родился в с. Юрино Тамбовской губернии, окончил церковно-приходскую школу. В 15 лет попал в Москву, служил разнорабочим у купчихи . В свободное время рисовал, на его рисунки обратил внимание и вместе с Кабановой дал деньги юноше на учебу в Строгановском училище. Тамонькин участвовал в росписи Марфо-Мариинской обители. 40 лет проработал в мастерской . Работал и как самостоятельный архитектор. Построил в Москве здания научно-исследовательского Автомоторного институтата, «Машинстройпроекта», фабрики им. Дзержинского, института Машиноведениия Академии наук.

Они создавали варианты композиционных замыслов Щусева и разрабатывали декоративные детали. Само здание Казанского вокзала должно было воплотить в себе идею свободного синтеза искусств, где каждый мастер мог проявить свою оригинальность. В 1915–1916 годах скульптором была изготовлена модель вокзала.

Чтобы глубже проникнуть в образный строй памятников древнерусского и восточного зодчества, Щусев провел масштабные научные изыскания. В 1913–1914 годах было организовано несколько экспедиций в Нижний Новгород, Рязань, Ростов Великий, Астрахань. В этих городах было сделано множество зарисовок и обмеров. Художника командировали в поездку по Италии и странам Дальнего Востока: Китаю, Монголии, Японии. было поручено сделать зарисовки декоративных деталей и обмеры отдельных памятников русской архитектуры XVII века Москвы и Подмосковья, волжских городов, вплоть до Астрахани.