Справедливое судебное разбирательство (комментарий к п. 1 ст. 6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод) (стр. 4 )

Большинство также приняло во внимание тот факт, что национальные суды исключили бы эти доказательства, если бы они посчитали, что их допустимость приведет к существенной несправедливости.

Я не согласен с этим решением. В моем особом мнении я высказал свою позицию, что судебное разбирательство не может быть "справедливым", если вина лица в совершении преступления установлена с помощью доказательств, полученных с нарушением прав человека, гарантируемых Конвенцией. Действительно, я не думаю, что можно говорить о "справедливом судебном разбирательстве", если оно проводится с нарушением закона (см. постановление Верховного суда Кипра по делу Police v. Geargiades (1983) 2 C. L.R. p. 33. Для сравнения положение в Новой Зеландии, где уголовные суды приняли правило об исключении prima facie доказательств, полученных в следствии нарушения Закона о билле о правах 1990 года (Bill of Rights Act): дело "Симпсон против А.-Г." (дело "Бейджент") [1994] 3 N. Z.L. R. 667, сущность этого правила указывается в деле "Корона против Те Кира" [1993] 3 N. Z.L. R. 257, 276: "Обязанностью суда по обеспечению прав, закрепленных в Законе, требует предоставление надлежащего ответа, если имело место нарушение... Зачастую единственным эффективным способом, которым суд может обеспечить права человека, - это отказ от признания гарантируемых прав или придание силы тому, что из этого получилось". Для сравнения см. ирландское дело по тому же предмету, например, The People (Director of Public Prosecution) v. Kenn, [1990] 2 I. L.R. M. 569. Более квалифицированный подход был принят Тайным Советом по делу "Алли Мохаммед против государства" (Allie Mohammed v. State) [1999] 2 W. L.R. 552, в котором указывается, что "...в целом было бы неправильно допустить признание, если полиция необоснованно лишила подозреваемого его конституционных прав".

Для сравнения см. "правило об исключении", используемое в США, и доктрину "плоды отравленного дерева" об исключении доказательств, полученных в результате нарушения конституционных прав: АнAnteau, Modern Constitutional Law, St. Paul: West, 1997, 40.68 и далее). Более того, я не понимаю, как можно эффективно помешать полиции в дальнейшем воздерживаться от совершения неразрешенных действий, если только доказательства, полученные в результате таких действий, не будут считаться недопустимыми. Нарушение закона в целях его исполнения является само по себе противоречием и абсурдным предложением. Судья, избранная от Бельгии, Ф. Тюлькенс согласилась с такой позицией в другом деле (см. Постановление Европейского Суда по делу "P. G. и J. H. против Соединенного Королевства", 2001-IX). Однако о постановлении большинства по делу "Хан против Соединенного Королевства" упоминалось в более поздних делах. Одно из них - это дело против Кипра (см. Решение Европейского Суда по делу "Паррис против Кипра" от 4 июля 2002 г., жалоба N 56354/00). В этом деле осуждение заявителя было основано на незаконной эксгумации трупа, но жалоба была объявлена неприемлемой. Другое дело - против Соединенного Королевства (см. Постановление Европейского Суда по делу "Чокли против Соединенного Королевства" от 26 сентября 2002 г., жалоба N 63681/00). В последнем деле против заявителя имелись доказательства в виде разговора, записанного с помощью прослушивающего устройства, незаконно установленного в его доме полицией, которая незаконно проникла в дом заявителя, сделав для этого копию его ключей от дома. Ссылаясь на свое постановление по делу "Хан против Соединенного Королевства", Европейский

Суд признал, что судебное разбирательство не было несправедливым. Я надеюсь, что такая линия судебной практики будет изменена.

Обоснованность судебных решений

В любом случае, я хотел бы подчеркнуть, что во многих отношениях Европейский Суд усовершенствовал право на справедливое судебное разбирательство, установив в качестве косвенных требований "справедливого разбирательства" ряд гарантий или условий, которые прямо не указаны в Конвенции. Одним из таких обязательств является обязанность судов давать обоснования своим решениям. Суды должны "указать с достаточной ясностью основания, на которых базируется их решение" (см. Постановление Европейского Суда по делу "Хаджианастасиу против Греции", Серия А, N 252 (1992); 16 EHRR 219 33). Конечно, сложно предусмотреть выполнение такого обязательства во всех делах, в частности, в правовых системах, где присяжные не выносят мотивированных приговоров. Однако до настоящего времени не существует Страсбургского прецедента, в котором был бы четко рассмотрен такой вопрос.

В одном австрийском деле (см. Решение Европейской Комиссии по делу "Планка против Австрии" от 01.01.01 г., жалоба N 25852/94) суд присяжных по уголовному делу не привел обоснования своему приговору, и жалоба на несправедливость судебного разбирательства была рассмотрена лишь Европейской Комиссией, но не Европейским Судом. Европейская Комиссия не установила признаков несправедливости судебного разбирательства, поскольку суду присяжных председательствующий судья задавал четкие вопросы, ответы на которые послужили основой приговора присяжных и могли быть приведены по запросу обвинения или защиты. По мнению Европейской Комиссии, такая специфика приговора восполнила отсутствие обоснования (в Постановлении по делу "Шарич против Дании" от 2 февраля 1999 г., жалоба N 31913/96, Европейский Суд установил следующее:

"Отсутствие обоснования в решении Высокого суда произошло по той причине, что вина заявителя была установлена судом присяжных, что само по себе не может расцениваться в качестве нарушения Конвенции (см. Решение Европейской Комиссии по жалобе N 15957/90 от 30 марта 1992 г., DR 72, р. 195). Принимая во внимание формулировку этого общего утверждения, особенно ее выделенную часть, и отсутствие прямой соответствующей жалобы заявителя, данное утверждение не может считаться достаточным, чтобы авторитетно закрепить принцип, согласно которому отсутствие обоснования в приговорах судов присяжных соответствует требованиям о справедливом судебном разбирательстве. Решение Европейской Комиссии, на которое сделана ссылка, также не может рассматриваться как прецедент, закрепляющий данный принцип, ввиду конкретных обстоятельств дела (по сравнению с фактами по упоминавшемуся выше австрийскому делу) и обоснования Европейской Комиссии.)

Принцип "равенства сил"

Другим требованием "справедливого судебного разбирательства", установленным прецедентным правом Европейского Суда, является принцип "равенства сил", который предполагает, что "каждой стороне должна быть предоставлена разумная возможность представить свою версию по делу при условии, что это не ставит ее в значительно менее выгодное положение vis-a-vis к ее оппонентам" (см. Постановление Европейского Суда по делу "Домбо Бехеер против Нидерландов", Серия А, N 274 (1993); 18 EHRR 213, 34). Недавние прецеденты подчеркивают, что "сторона судебного разбирательства должна иметь возможность ознакомиться с доказательствами, представленными в суд, равно как и возможность дать свои комментарии об их наличии, содержании и подлинности в надлежащей форме и в разумный срок, в случае необходимости, в письменной форме и заранее" (см. Постановление Европейского Суда по делу "Крчмар и другие против Чехии" от 3 марта 2000 г.).

Ссылаясь на этот принцип, юристы утверждают, что обязанностью государства является предоставление им возможности в ходе разбирательств по уголовным делам рассмотреть и при необходимости исследовать с помощью собственных экспертов любые материалы, которые будут использованы в качестве доказательств против их клиентов (см., например, Постановление Европейского Суда по делу "Кореллис против Кипра" от 7 января 2003 г.).

Европейский Суд установил, что при определенных обстоятельствах принцип "равенства сил" не создает позитивного обязательства для государств по предоставлению обвиняемым возможности до проведения судебных слушаний по их делам осуществить их собственные экспертизы (наравне с обвинением) тех предметов или иных материалов, которые могут быть использованы в качестве доказательств против них. Однако такое обязательство основывается на презумпции того, что факты дела являются таковыми, что они предполагают физически возможным проведение параллельных экспертиз одних и тех же предметов и что результаты любых исследований, проведенных обвиняемым, могут иметь вес относительно соответствующих вопросов по делу. Например, физически невозможно предоставить обвиняемому возможность провести его собственные экспертизы следов крови на крошечном куске материи, которая скорее всего будет уничтожена после первой же экспертизы.

Но в той мере, в какой такие параллельные исследования могут проводиться, имеет место обязательство по обеспечению их проведения. Если это невозможно, тогда обвинением предпринимаются меры, чтобы эксперты со стороны обвиняемого смогли эффективно проследить за проведением исследований, проводимых экспертами со стороны обвинения, и выразить свои мнения относительно проведенных исследований.

Средства массовой информации: за и против

Обратимся далее к проблеме чрезмерной публичности, которая может оказывать влияние на рассмотрение дел в национальных судах. Еще в 1962 году Европейская Комиссия по правам человека признала, что в некоторых делах враждебная деятельность средств массовой информации может оказать влияние на справедливость судебного разбирательства и повлечь ответственность государства, в частности, когда она исходит от одного из государственных органов (см. Решение Европейской Комиссии по делу "Х. против Австрии", жалоба N 1475/62, 11 Coll. Decns. 31, р. 43 (1963)). Об этом принципе Европейская Комиссия напомнила в более поздних делах, одновременно признавая, что от средств массовой информации и "даже властей, ответственных за осуществление уголовной политики, нельзя ожидать, чтобы они воздерживались от любых высказываний, не о вине обвиняемых, а об их опасном характере, если им доступна бесспорная информация об этом" (см. Решение Европейской Комиссии по делу "Энсслин, Баадер и Распе против ФРГ", 14 DR 64 (1978)). Комментарии средств массовой информации о судебном разбирательстве, на котором рассматриваются вопросы общественной важности, также считаются допустимыми (см. Постановление Европейского Суда по делу "Х. против Норвегии", жалоба N 3444/67, 13 YBECHR 302 (1970). См. также Постановление Европейского Суда по делу "Санди Таймс против Соединенного Королевства" (N 1), Серия А, N 30 (1979), 2 EHRR 245). Также допустимыми должны быть любые публикации и утверждения о действительных фактах, относящихся к рассматриваемому делу.