– переводчик английской литературы (стр. 6 )

Таким образом, Бальмонт прочитывал английский эстетизм через призму русского символизма. Он выводил тематику произведений О. Уайльда из английской конкретики на тот философский уровень общечеловеческих обобщений, который был значим для русского читателя.

В Заключении показано, что столкновение и борьба двух переводческих школ в начале XX в. нашли отражение как в трудах самого поэта, так и в их оценке современниками и потомками.

Бальмонт не остался в стороне от веяний нового времени – от традиции буквального перевода. Анализ текстов позволил прийти к выводу, что у поэта точный, близкий к подстрочному перевод встречается тогда, когда происходит точное эстетическое совпадение эстетической системы автора и переводчика.

Бальмонт не отказался и от архаической, идущей от XIX в., традиции вольного перевода. Он прибегал к ней тогда, когда это, по его мнению, требовалось для более полного выражения духа оригинала. Если в переводимом произведении Бальмонт видел присутствующие, но потаенные идеи и эстетические категории, созвучные идеям и категориям эстетики русского «нового искусства», он всеми силами переводчика стремился выявить, прояснить их, подчас жертвуя «точностью» передачи оригинала. Так, в частности, поэт часто трансформировал форму произведения.

Главный вывод, сделанный на основе принципов теории перевода начала XX в., вытекает из анализа работы Бальмонта над произведениями Шелли и Уайльда и заключается в том, что были выявлены особенности переводческого метода поэта. Важно то, что он внес неоценимый вклад в русскую культуру и развитие теории перевода.

Несмотря на то что его метод включал в себя изменение формы оригинала (главным образом его строфики), творческое отношение к жанру, пересказ подлинника, Бальмонт искал метод переложения, при котором форма и содержание переводимого текста составляли гармоничное единство. Решение этой задачи было очень актуальным для теории перевода начала века, – и Бальмонт зачастую успешно ее решал.

Переводы Бальмонта – это переводы не переводчика-ученого, профессионала, а собрата по перу, поэтому они зачастую носят ярко инди­видуальный характер. Личность поэта диктует прихотли­вое и странное на взгляд критика-педанта соединение в одном тексте особен­ностей двух переводческих традиций, рождает сосуществование частей, близких к подстрочному переводу, и эпизодов, переведенных «вольно». Од­нако все это цементируется в единое целое сильной творческой личностью русского поэта, «переплавлявшего» звуки лир других времен в горниле своей поэтической мастерской. В этом плане Бальмонт следовал традиции переводов Пушкина, Лермонтова, Фета, Блока.

«Протейность» творческого метода Бальмонта вызывала неоднознач­ную оценку его переводов в условиях усилившейся в начале ХХ в. борьбы разных переводческих школ. Если оценки его переводов основывались на традиции, согласно которой на первый план выдвигалось стремле­ние точно следовать «букве», – т. е. форме и стилю источника, то в таком слу­чае работа поэта подвергалась строгой критике М. Волошиным, , и др. Но если переложения произве­дений писателей иных народов рассматривались с точки зрения отражения содержания, духа, основной мысли подлинника, т. е. с позиции не букваль­ной, а поэтической точности, то говорили о том, что переводы Бальмонта в полной мере выполняют свою задачу. На такой позиции сторонников переводов поэта стояли прежде всего его младшие собратья по поэтическому цеху – А. Блок и Б. Пастернак.

Бальмонт-переводчик открыл для России поэзию, драму и прозу писателей многих стран и народов. В настоящей работе мы затронули проблему анализа его переводческой деятельности в области английской литературы, остановившись на таких знаковых фигурах мировой культуры, как и О. Уайльд. Представляется, что дальнейшее литературоведческое изучение трудов Бальмонта-переводчика даст полномасштабное представление о его месте в истории взаимосвязей русской и мировой литератур.

Основные положения диссертации изложены в статьях:

1)  Уайльда «Саломея» в переводческой деятельности К. Бальмонта // К. Бальмонт, М. Цветаева и художественные искания XX века. Иваново, 2004. Вып. 6. С. 58-64.

2) К проблеме трансформации жанра в переводной литературе («Ода к Западному ветру» П. Б. Шелли в переводе К. Д. Бальмонта // Восьмые международные Виноградовские чтения. Секция зарубежной литературы. М., 2004. С. 83-90.

3) Современники и потомки о переводах К. Д. Бальмонта // Компаративистика на пороге XXI в. СПб., 2004. Вып. 8. 2004. С. 49-50.

4) К. Бальмонт и английский романтизм (О переводах произведений П. Б. Шелли) // Шешуковские чтения. Русская литература XX. Типологические аспекты изучения. Вып. 9. М., 2004. С. 206-210.

5) Герменевтический аспект перевода «Баллады Редингской тюрьмы» О.  Д. Бальмонтом // Герменевтика в гуманитарном знании. СПб., 2004. С. 164-167.

6) К. Бальмонт – переводчик Шелли // Литературные связи и литературный процесс (Единство и национальное своеобразие в мировом литературном процессе). СПб., 2005. Вып. 9. С. 16-17.

7) К. Д. Бальмонт – переводчик Шелли // К. Бальмонт, М. Цветаева и художественные искания XX века. Иваново, 2006. Вып. 7. С. 95-101.

8) Н. М. Любимов О переводах К. Д. Бальмонт / Публикация текста, вступительная заметка и комментарии А. С. Ивановой // Русская литература. 2007. № 1. С. 257-261.

[1] Эткинд Е. Г. Поэзия и перевод. М.; Л., 1963. С. 67.

[2] Пастернак Б. Л. Заметки переводчика // Пастернак . соч.: В 5 т. М.,Т. 4. С. 393.

[3] Багно В. Е. Россия и Испания. СПб., 2006. С. 144.

[4] Никольская Л. И. Шелли в России. Смоленск, 1972. С. 3.

[5] Бальмонт //Шелли . собр. соч.: В 3 т. СПб., 1903-1907. Т. 1. СПб., 1903. С. 1.

[6] Волынский А. Оскар Уайльд // Северный вестник. 1895. № 12. С. 315.

[7] Венгерова З. О. Уайльд и английский эстетизм // Литературные характеристики. СПб., 1897.

[8] Там же. С. 65.

[9] Уайльд О. Баллада Редингской тюрьмы / В переводе В. Брюсова. СПб., 1915. С. 3.

[10] О любви // Саломея / и Л. Андурсон. М., 1908. С. 9.

[11] Бальмонт // Саломея. М., 1908. С. 9.