Древо мистерий (стр. 13 )

Согласно Пифагору, положение каждого тела во Вселенной определяется его достоинствами. Не обращая внимания на критику, Пифагор говорил, что огонь является наиважнейшим из всех элементов, что центр является наиболее важной частью каждого тела и что точно так же, как огонь Весты находится в середине дома, так и середина Вселенной представляет пылающую сферу небесного сияния. Этот центральный шар он на­звал Замком Юпитера, или Шаром Единства, Великой Монадой, или Алтарем Весты. Так как число 10, будучи священным, символизирует сумму всех частей и завершенность всех вещей, для Пифагора было вполне естественным разделить Вселенную на десять сфер, символизируемых десятью концентрическими окружностями. Центр этих окружностей был в центре шара Божественного Огня: затем шли семь планет, Земля и сфера неподвижных светил – Антихтон, которая никогда не бывает видимой. Из-за неправильного прочтения и непонимания прочитанного, возникла бредовая теория о невидимой планете за Солнцем.

Ученики Пифагора высоко чтили планету Венеру. Как утренняя звезда Венера была видна еще до восхода Солнца, а как вечерняя звезда она сияла сразу после солнечного заката. Из-за этих свойств ей давалось древними много имен. Будучи видимой в небе при закате, она называлась Vesper, и поскольку она всходила перед Солнцем, она называлась утренней звездой или Люцифером, что означает носитель света. Из-за этого отношения с Солнцем планета также называлась Венерой, Астартой, Афродитой, Исидой и Матерью Богов. В некоторые времена года на некоторых широтах серп Венеры можно видеть без телескопа. С этим фактом можно связать часто встречающееся изображение античной богини с серпом, и нужно иметь в виду, что фазы Венеры не совпадали с фазами Луны. Точное знание астрономии Пифагор заимствовал из египетских храмов, потому что их жрецы прекрасно понимали истинное соотношение небесных тел за тысячи лет до того, как это знание было открыто непосвященному миру. Приобретенное им знание позволило ему делать утверждения, потребовавшие для своей проверки две тысячи лет. Среди научного невежества, без помощи современных инструментов, жрецы-философы открывали истинные основы динамики Вселенной.

Платоновская астрономия не имела дела с материальными составляющими небесных тел, но рассматривала звезды и планеты главным образом как фокальные точки Божественного разума. Физическая астрономия рассматривалась как наука о «тенях», а философская астрономия — как наука о «реальности».

пифагорейская математика

Со смертью Пифагора великий ключ к этой науке был утерян. Основные секреты никогда не записывались, но передавались из уст в уста, от поколения к поколению немногим избранным ученикам. Они не смели открыть свои тайны профанам, и в результате, когда смерть накладывала свою печать на уста посвященного, тайна умирала вместе с ним.

Пифагорейцы объявляли арифметику матерью всех математических наук. Это доказывается тем фактом, что геометрия, музыка и астрономия зависят от нее, а она от них не зависит. Таким образом, можно убрать геометрию, а арифметика останется, но если убрать арифметику, то придется убрать и геометрию. Так же и музыка зависит от арифметики, а устранение музыки заденет арифметику только краем. Пифагорейцы также показали первичность арифметики по отношению к астрономии, потому что последняя опирается на музыку и геометрию. Размер, форма и движение небесных тел определяются посредством геометрии, а их гармония и ритм посредством музыки. Если убрать астрономию, непострадают ни геометрия, ни музыка, но, если устранить геометрию и музыку, астрономия будет разрушена. Первичность геометрии и музыки перед астрономией, таким образом, установлена. Арифметика, однако, первична по отношению ко всему. Она первична и фундаментальна.

Пифагор учил своих последователей, что наука математика разделена на две главные части. Первая часть имеет дело с множественностью, или составляющими частями вещи, а вторая — с величиной, или относительной величиной, с плотностью вещи.

Величина делится на две части — величину постоянную и величину изменяющуюся, и постоянная часть имеет приоритет перед изменяющейся. Множественность также разделяется на две части, потому что она относится как к самой себе, так и к другим, и первое отношение имеет приоритет. Пифагор считал арифметику имеющей дело с множественностью, относящейся к самой себе, а искусство музыки — с множественностью, относящейся к другим вещам. Геометрия подобным образом считается имеющей дело с постоянной величиной, а астрономия — с изменяющейся величиной. И множественность, и величина очерчены сферой ума. Атомистическая теория является результатом числа, потому что масса образована частицами и ошибочно принимается за одну простую субстанцию.

Ограничиваясь фрагментами существующих пифагорейских записей, трудно прийти к точному истолкованию терминов. Но даже перед попыткой подобного рода следует пролить некоторый свет на значение таких понятий, как число, монада и единое.

Монада означает: а) всеобъемлющее Единое. Пифагорейцы называли монаду «благородным числом, прародителем богов и людей». Монада также означает: б) сумму любых комбинаций чисел, рассматриваемую как целое. Таким образом, Вселенная рассматривается как монада, но индивидуальные части Вселенной (такие как планеты и элементы) являются монадами по отношению к частям, из которых они сделаны, хотя они, в свою очередь, являются частями больших монад, образованных из их суммы. Монада также может быть уподоблена: в) семени дерева, которое, когда оно выросло, имеет много ветвей (чисел). Другими словами, числа также относятся к монаде, как ветви дерева к его семечку. Из изучения таинственных пифагорейских монад Лейбниц развил свою восхитительную теорию мировых атомов — теорию, превосходно согласующуюся с древними учениями тайных школ. Некоторыми пифагорейцами монады также рассматриваются как: г) синонимы единого.

Число есть термин, приложимый ко всем цифрам и их комбинациям. (Строгая интерпретация термина число некоторыми пифагорейцами исключала цифры 1 и 2.) Пифагор определяет число как расширение и энергию сперматических оснований, содержащихся в монаде.

Единое определяется как вершина многого. Единое отличается от монады тем, что термин монада используется для обозначения суммы частей, рассматриваемой как единичное, в то время как единое есть термин, приложимый к их обьединяющему духу.

Имеется два порядка чисел: четные и нечетные. Поскольку единое, или 1, всегда остается неделимым, нечетное число равным образом не может быть разделено поровну. Таким образом, 9 есть 4+1+4, и поскольку в середине стоит единица, число не может быть разделено поровну. Далее, если некоторое нечетное число разделить на две части, одна часть всегда будет четной, а другая нечетной. Таким образом, 9 может быть представлено как 5+4, 3+6, 7+2 или 8+1. Пифагорейцы рассматривали нечетное число, прототипом которого была монада, как определенное и мужское. Единица, или 1, рассматривается как андрогинное число, совмещающее как мужские, так и женские атрибуты; следовательно, оно четно и нечетно одновременно. По этой причине пифагорейцы назвали его четно-нечетным.

В обычаях у пифагорейцев было приношение в дар высшим богам нечетного числа предметов, в то время как богиням и подземным духам приносилось четное число.

Любое четное число может быть разделено на две равные части, обе из которых либо четны, либо нечетны. Таким образом, 10 делится на равные части, 5+5, где обе части нечетны. Тот же принцип истинен, если 10 разделить на две неравные части. Например, в 6+4 обе части четны, в 7+3 обе части нечетны, в 8+2 обе части опять четны, и в 9+1 нечетны. Таким образом, в четном числе, как бы его ни делить, части всегда либо четны, либо нечетны. Пифагорейцы рассматривали четное число, прототипом которого была дуада, как неопределенное и женское.

Пифагорейцы развивали символику своей философии из науки о числах. Следующий ниже пример из «Теоретической арифметики» дает отличное представление об этой практике: «Совершенные числа (Совершенное число — это такое число, сумма дробных частей которого равна самому числу. Совершенные числа чрезвычайно редки. Есть только одно число между 1 и 10, а именно 6; одно между 10 и 100, а именно 28: одно между 100 и 1000, а именно 496; и одно между 1000 и 10 000, а именно 8128. Совершенные числа, будучи умноженными на 2, дают сверхизобильные числа, а будучи разделенными на 2, дают несовершенные числа. Сверхсовершенные, или сверхизобильные, числа — это такие, сумма дробных частей которых больше их самих. ), следовательно, есть прекрасные образы добродетелей, которые представляют собою середину между излишеством и недостатком, и они не являются вершиной, как предполагали некоторые древние. И зло в самом деле противостоит злу, но оба зла противостоят добру. Добро же, однако, никогда не противостоит добру, но может противостоять тому или иному злу в одно и то же время. Таким образом, робость противостоит смелости, обе могут иметь общим храбрость, но робость и смелость противоположны стойкости. Ловкость противоположна глупости, и для этих качеств общим является желание обрести интеллект, и вместе они противоположны благоразумию. Таким образом, расточительность противоположна скупости, и общим для них является ограниченность, и вместе они противоположны свободе. И подобным же образом для других добродетелей, из чего видно, что совершенные числа подобны добродетелям. Но они также напоминают добродетели и по другому поводу: они очень редки, их мало, и порождаются они совершенным порядком. В противоположность этому сверхизобильные и несовершенные числа, которых сколь угодно много, не расположены в каком-либо порядке и не порождаются с некоторой определенной целью. И поэтому они имеют большое сходство с пороками, которые многочисленны, неупорядочены и неопределенны».

Монада — 1 — называется так потому, что всегда остается в одном и том же состоянии, то есть отделенной от множественности. Ее атрибутами являются следующие: она называется умом, потому что ум устойчив и имеет превосходство; гермафродитом, потому что является в одно и то же время мужчиной и женщиной; четной и нечетной, потому что, будучи добавлена к четному числу, дает нечетное, а добавленная к нечетному, дает четное; Богом, потому что является началом и концом всего, но сама по себе не есть ни начало, ни конец; добром, поскольку таков по природе Бог; вместилищем материи, потому что производит дуаду, которая существенно материальна.