Логика (стр. 4 )

Прежде всего, конечно, нужно установить составляющие элементы нашей науки, а уж потом и устанавливать определенную взаимосвязь между ними. К числу элементов науки логики, помимо основного предмета ее исследования - форм мысли, можно отнести:

принципы (основные законы), принимаемые или разделяемые этой наукой;

используемые ею методы, т. е. инструментарий данной науки;

ее основные понятия (категории), т. е. "язык";

открываемые в рамках самой науки внутренние законы, законы ее предмета (законы форм мыслей);

доказанные в рамках самой науки положения - определения, или теоремы;

ошибочные (неправильные) мыслительные структуры, просто ошибки.

Поскольку предмет формальной логики специфичен, он невещественен, идеален (мысли, ведь, сами по себе в природе не существуют, визуально их не воспринять, не потрогать, не взвесить, не измерить и пр.), то соответственно этой природе необходимы и особые средства исследования предметного поля логики нужны особые критерия различения элементов внутри этого "поля".

Предметом изучения логики являются формы мысли, которыми пользуются люди в своей интеллектуальной и практической деятельности. Форм этих несколько, среди них одни проще по своему строению, другие сложнее. Последовательность рассмотрения этих форм тоже предполагает определенность. А между тем, как уже отмечалось, в большинстве учебников и учебных пособий по логике последовательность рассмотрения форм мысли редко бывает одинаковой, что невольно наталкивает на мысль: не есть ли это показатель нелогичности, т. е. отсутствие закономерной упорядоченности между формами мысли. Мы будем выдерживать в этом плане общенаучный принцип рассмотрения предмета: от простого к сложному, т. е. раз понятие есть элемент суждения как формы мысли, а суждение, в свою очередь, элемент умозаключения, то и рассматривать мы их будем в последовательности: понятие, суждение, умозаключение.

Однако, установление упорядоченности (закономерности) в связях между формами мысли не исчерпывает всех закономерностей логического материала. Не менее важна и необходимая последовательность при рассмотрении каждой из форм мысли. Тенденция такой закономерности просматривается во многих учебниках и пособиях по логике, но четко и явно она не оговаривается и не выдерживается. А ведь логическое, подчеркиваем еще раз, по природе своей - это обязательно упорядоченное, необходимое, закономерное.

Отмеченные особенности нашей позиции определяют не только последовательность рассмотрения форм мысли, но накладывают свой отпечаток и на рассмотрение некоторых особенностей самих форм и методов мысли.

§ 1. О СТРУКТУРЕ КУРСА ЛОГИКИ

Изданные в последние годы учебники и учебные пособия по логике, несмотря на обилие присущих им достоинств, имеют все же общий недостаток — некоторую структурную хаотичность, неупорядоченность, бессистемность. Изложенный в них материал отличает отсутствие некоего внутреннего стержня. Ко­нечно, содержание этих, как и многих других, учебников и учебных пособий разбито на главы, параграфы и т. д., но без общего для всех составных частей их алгоритма, того, что можно назвать законом внутрен­него содержания логики, «логикой» логики. Отсутствие такого закона недостойно той науки, тысячелетнее развитие которой апробировало и ее содержание и структуру его изложения. Аристотелю простительно, что его логические работы, при всей глубине их содержания, отличает конспективный характер изложения, ибо он их не готовил к опубликованию. Пора, после более чем двухтысячелетней истории апробации этого содержания, представить его широкой аудитории в логически упорядоченном виде. Такой элементарный учебник, рассматривающий основные формы мысли, отражающие действительность, и законы, им присущие, будет способствовать более эффективному пониманию и самого отражаемого. В своем изложении курса логики мы хотим реализовать алгоритмическую последовательность, которая закономерно связывая содержательный логический материал, облегчала бы как понимание его, так и ориентацию в нем.

Общенаучная последовательность изложения материала от простого к сложному выдерживается во многих книгах по логике. Поэтому рассмотрение в большинстве учебников и учебных пособий по логике вначале понятия, а потом суждения, умозаключение и т. д. представляется оправданным, поскольку каждая следующая форма мысли использует в качестве основы, в качестве составной своей части предшествующую.

Вторая последовательность изложения содержания логики, как правило, не оговариваемая, но иногда обнаруживаемая в некоторых работах по логике, заклю­чается в движении от общего представления о предмете исследования к знанию его внутренней структуры, сущности. Эту последовательность, естественно, вторичную (она обуславливается особенностями естественного освоения человеком предметного мира), предполагается выдерживать в изложении всех разделов курса логики. Она будет заключаться в движении от определения предмета мысли (его характеристики, как бы внешнего, общего представления о целом) через аналитическое выявление его структурных элементов и закона связи их между собой к установлению видов предмета мысли, отношений между этими видами и, наконец, как завершающий синтетический момент такой последовательности — к рассмотрению тех действий (операций), которые можно совершать с этим предметом мысли. Тогда содержание логического учения, например о понятии, будет излагаться в такой последовательности: 1) определение понятия как формы мысли, 2) структура понятия, 3) виды понятия, 4) отношения между ними, 5) операции с понятиями.

Эта последовательность, в сущности, соответствует «логике» практического освоения человеком действительности, и заключается в переходе от непосредственного восприятия предметов или яв­лений органами чувств через опытно-экспериментальное, ана­литическое, мысленное исследование его внутренней структуры, свойств и закономерностей, к синтезу, к использованию получен­ных знаний в теоретико-практической деятельности.

Задумываясь над реальной и необходимой последователь­ностью действий по освоению окружающего мира вещей, легко заметить, что человек вначале непосредственно, визуально, через органы чувств, а потом и опосредованно (через представление), умозрительно идет к обобщенному отражению вещи, предмета в целом. Когда же вещь осмотрена, «изучена» таким образом со всех сторон, тогда естественным шагом (действием) дальнейшего ее освоения будет расчленение этой вещи на части, анализ этих частей, а тем самым и самой вещи. Этот анализ, конечно же, совершается в каждом случае особо, сообразно природе исследуемого предмета. На этапе аналитического разложения каждая отдельная вещь, каждая отдельная часть (элемент) этой вещи исследуется вначале визуально, обособленно, а потом во взаимодействии с другими, в их взаи­мосвязи. И так до структурной полноты (целостности) предмета исследования.

«Логика» такого процесса обнаруживается как в истории человечества, так и в истории человеческого познания, в истории развития науки. Так, первые стихийные материалисты, первые мыслители далекого прошлого всей своей философско-познавательной позицией выразили (отобразили) прежде всего созерцательное отношение к миру. Правда, гениальность первых мыслителей проявилась не в этом достаточно простом и необходимом шаге. Более важно то, что античные эллины совершили переход от эмпирии, созерцания, от опыта к умозри­тельному делению на части не только и не просто предметов и явлений мира, а мира в целом, всего мира, универсума, Космоса. Они шагнули от предмета, стихии сразу до элемента, первоначала, единицы мира, апейрона, атома, т. е. "первокирпичика" мира.

Синтезированные по результатам анализа в целое элементы предмета исследования своими свойствами дают представление о за­конах связи этих элементов между собой, о роли их в фор­мировании и функционировании предметного мира в целом, о воз­можности использования этих предметов.

Поскольку тот или иной познаваемый предмет интересует познающего в реальном многообразии его проявлений, в динамике связей, в движении и развитии, то следующим шагом освоения предмета будет выявление его разновидностей, определяемых изменениями тех или иных элементов его структуры. Оказывая влияние на элементы структуры интересующего нас предмета, мы и получаем возможные его модификации. Основанием подраз­деления предмета на виды могут выступать как отдельные, например количественные или качественные признаки, так и объединенные — качественно-количественные.

Выяснив по возможности весь спектр естественно образуемых видов предмета исследования, их особенности, можно сделать и следующий шаг — выявить их отношения между собой, сравнить все эти виды.

Зная все отмеченные особенности предмета исследования, теоретически освоив предмет, можно выяснить и последнее — практическую, практико-теоретическую ценность, полезность полученных знании о предмете иссле­дования, их используемость. Аналогична последовательность и при изучении (изложении) форм мысли в логике, правда, при этом следует учитывать специфический (идеальный) характер предмета логики.

Предложенной последовательности изложения логического материала мы будем придерживаться при рассмотрении всех форм мысли: понятий, суждений, умозаключений и др. Данная последовательность изложения своей определенностью, своей простотой и единообразием (алгоритмичностью) методически и методологически облегчает ориентацию в логическом материале, его усвоение, понимание, да и его использование, изложение. Она дисциплинирует мысль, выступая единой «логикой» научного подхода, научной теории, любого логического рассмотрения.

В логическую теорию входит учение об особенностях, свойствах и структуре форм мысли, учение об элементарных методах мыслительной деятельности; учение об отношениях и законах связи мыслей между собой, о действиях с ними. Это учение способствует формированию как культуры мышления вообще, так и теоретического мышления в особенности. Культура эта формируется двумя путями: стихийным использованием особенностей и законов форм мысли в процессе рассуждения, и научным, т. е. сознательным (осознаваемым) использованием данных науки о свойствах и зако­нах форм мысли, выполнением требований науки логики. Достижение человеком свободы в оперировании формами мысли, т. е. в практике мышления (рассуждения, спора и пр.) возможно лишь при хорошем знании логического материала, достаточно емкой практике его использования, при оперативном воспроизведении в памяти норм логики. А в этом знании даже последовательность изложения имеет известное значение.