Салонная культура дворянства в России в первой половине XIX в.: истоки и традиции (стр. 1 )

На правах рукописи

САЛОННАЯ КУЛЬТУРА ДВОРЯНСТВА В РОССИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX В.: ИСТОКИ И ТРАДИЦИИ

Специальность 07.00.02 – Отечественная история

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Москва – 2011

Работа выполнена на кафедре истории России нового времени Историко-архивного института ФГБОУ ВПО «Российский государственный гуманитарный университет»

Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

кандидат исторических наук, доцент

Ведущая организация: ФГБОУ ВПО

«Московский педагогический

государственный университет»

Защита состоится «11» ноября 2011 г. в 14 часов на заседании Совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д.212.198.03 (по историческим наукам) в ФГБОУ ВПО «Российский государственный гуманитарный университет» ГСП-3, Москва, Миусская пл., д. 6.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ФГБОУ ВПО «Российский государственный гуманитарный университет».

Автореферат разослан «6» октября 2011 г.

Ученый секретарь

Кандидат исторических наук, доцент
I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Содержание научной проблемы и ее актуальность

Диссертационное исследование посвящено формированию и роли салонной культуры российского дворянства в общественной жизни страны в первой половине XIX в.

Салоны в России как тип коммуникации и социальные практики дворянства появились еще в середине XVIII в. благодаря тесным взаимоотношениям с Францией. Это обстоятельство признают практически все исследователи, однако, история и механизмы влияния французской салонной культуры на практики общения российского дворянства, а также роль салонов в общественной жизни России не становились предметом специального исследования в отечественной литературе.

Важной научной проблемой является функционирование и социально-политическая роль великосветского салона, поскольку именно салонная структура и салонная коммуникация во многом формировали корпоративную культуру дворянства, представляли собой «площадку» его самоидентификации. Способы и механизмы взаимодействия через салоны высшей знати и представителей властных структур также представляют интерес с точки зрения изучения неформальных политических механизмов российского самодержавия.

Разнообразие салонов, наличие как французской, так и российской традиции салонной культуры, определили сложную структуру объекта данного исследования. В рамках заявленной проблемы интерес представляли французские салоны, в основном, до революции 1789 г., а также наиболее знаменитые и влиятельные, по мнению современников, салоны в Петербурге и Москве. Не все салоны в России играли заметную общественную роль, поэтому в данном исследовании сделан акцент на тех дворянских собраниях, которые носили не только светский и литературный характер, но и имели определенное влияние на общественную жизнь России.

Историографию проблемы изучения салонов в России и Франции условно можно разделить на две группы.

Наиболее важную и концептуальную группу составляют работы, в которых на материале конкретных салонов изучается их социальная функция и роль в обществе. В данной группе исследований существует два противоположных подхода.

Первый подход. Салоны воспринимаются как социальные институты в контексте эволюционного развития общественно-политической и культурной жизни. Этот подход характерен для всей зарубежной историографии и некоторых современных отечественных исследований.

Еще в конце XIX в. появилось немало публикаций популярного характера о салонах с подробными описаниями интриг, любовных приключений, скандальных историй хозяек салонов. Интерес к салонам как составной части «микроистории» продолжился в начале XX в., когда появилось немало обстоятельных биографий французских салоньерок. В середине ХХ в., благодаря работам Ю. Хабермаса и Н. Элиаса, салоны стали восприниматься как социальные институты в контексте эволюционного развития общественно-политической и культурной жизни.

Исследования , Д. Брукс, Х. Клерге, Т. Латур, Э. Холл (которая творила под псевдонимом ), Э. Путнам и У. Ноэля представляют большую ценность для данного диссертационного исследования, поскольку они написаны на основе множества источников, зачастую недоступных для российского исследователя. Вышеизложенные работы не издавались в России, и для цитирования их в данном исследовании был выполнен авторский перевод.

Особое значение для исследования заявленной проблемы имеют работы французского историка А. Мартин-Фужьер, посвященные повседневной жизни дворянства Франции XIX и начала XX вв. Её монография «Салоны во времена Третьей Республики: Искусство, литература, политика», изданная на французском языке, посвящена рассмотрению практик светской салонной жизни во времена Третьей Республики. Мартин-Фужьер, в отличие от советской историографической традиции, не делит салоны на литературные, художественные или политические. В её модели в каждом салоне существовали все три направления общения, однако, каждый салон имел собственную специфику, которая зависела чаще всего от личных предпочтений его хозяйки.

Из российских работ в русле этого подхода находятся статьи о роли салонов в жизни российского общества и о салонах как центрах формирования дворянской культуры, которые уделяют внимание в том числе и политической компоненте салонного общения. Особенно стоит отметить недавно вышедшую статью А. Никоновой «Салон в культуре Франции», которая представляет собой качественное исследование истории возникновения салонной культуры во Франции в XVII в. и последующее её развитие в XVIII в. Работы отечественных авторов, в которых салоны интерпретируются как место для неофициального выражения аристократией своих общественно-политических позиций или как форма социальной коммуникации, стали появляться лишь относительно недавно.

Второй подход получил широкое распространение в советской историографии. Он заключается в признании исключительно литературной составляющей великосветских салонов. Данная традиция восходит к сборнику М. Аронсона и С. Рейсера, впервые изданному еще в 1930-е гг. Он посвящен литературным кружкам и салонам первой половины XIX в. Авторы сделали вывод об определяющей роли литературной тематики салонных коммуникаций: «В начале XIX в. русское общество было уже сильно насыщено литературой. Поэтому, если и не все тогдашние кружки и салоны носили явно литературный характер, то все они представляют для литературоведа тот интерес, что все они культивируют литературу…»[1]. Данное утверждение осталось неизменным и господствующим в отечественной историографии, что подтверждает переиздание работ этих авторов в последние годы.

Общественное значение светских салонов и, тем более, их политическое влияние в первой половине XIX в. в отечественной науке не изучались. Исследователи в значительной степени остаются в границах прежней традиции, что доказывает недавно появившиеся работы , которые посвящены исключительно литературно-музыкальным салонам в России первой половины XIX в.

Стоит также отметить, что в отечественной науке ранее не проводились сопоставительные исследования относительно истоков и механизмов формирования салонной культуры и ее роли в общественной жизни России и Франции XIX в. Единственной исследовательской работой, в которой присутствует сравнение французских и русских салонов XVIII в., является статья профессора Женевского университета В. Береловича. В сферу своих научных интересов ученый включил проблему переноса чужестранных культур на русскую почву и формирования элит в дореволюционной России. В своей работе Берелович рассматривает светскую жизнь при Екатерине II, в частности, новую практику дворянской элиты, которую активно внедряла сама императрица, - держать свой салон. Профессор приходит к выводу, что русские салоны XVIII в. мало напоминали классические французские салоны, которые служили для них образцами, и даже в XIX веке салоны в России не были свободны от мнений императорского двора, являясь своего рода продолжением придворной жизни.

Отдельную и довольно обширную историографическую группу исследований по теме диссертации составляют биографические работы, посвященные представителям высшего дворянства, которые сыграли значительную роль в формировании салонной культуры: вдовствующей императрице Марии Фёдоровне, императрице Александре Фёдоровне, великой княгине Елене Павловне, княгине Дарье Христофоровне Ливен, княгине Зинаиде Александровне Волконской и Екатерине Андреевне Карамзиной.

Активная деятельность Марии Фёдоровны в сфере благотворительности вызывала и до сих пор вызывает интерес у исследователей. Хотя, конечно, следует отметить, что работы дореволюционных и советских исследователей о Марии Федоровне значительно отличаются в своих оценках. Если в XIX и начале XX вв. ведомство Императрицы Марии вызывало сугубо исторический интерес как у отечественных, так и у зарубежных авторов, то сейчас исследования благотворительной стороны деятельности императрицы всё чаще соотносятся с насущными социальными проблемами в современной России.

Важное значение для темы данного диссертационного исследования имеет биографический труд французского историка Э. Доде, который, с одной стороны, занимает весьма серьезную позицию в историографии салонов, а с другой, содержит уникальные источники о деятельности княгини Ливен. Э. Доде в начале XX в. издал монографию, в которой впервые был опубликован огромный пласт документов о жизни княгини, особенно это касается личной переписки Доротеи Ливен и её брата Александра Бенкендорфа. Книга выдержала пять изданий во Франции, но ни разу не была переведена на русский язык, поэтому ее перевод в данной работе также принадлежит автору диссертации. Феномен политического влияния княгини Дарьи Христофоровны Ливен на европейские дипломатические круги уже давно стал признанным фактом в зарубежной историографии, однако, в отечественных исторических исследованиях лишь начинается осознание той уникальной роли, которую играла супруга посла России в Британии во внешней политике Российской Империи.