Из истории лексико-словообразовательной кодификации кашубского литературного языка (стр. 2 )

Заметим, что Трепчик следует в этом традиции А. Лябуды:

«Этот <…> формант с большим пристрастием используют кашубские писатели, особенно Я. Трепчик и A. Лябуда. Ср., например, jednota, miłota ‘любовь’, szlachota ‘благородство’» (Бреза, Тредер 1981, 99–100).

Активным использованием производных на -ota отличается и язык произведений Я. Карновского. Такое пристрастие объясняется прежде всего стремлением избе­жать совпадения кашубских лексем с польскими и, таким образом, подчеркнуть различие между языками. Далее у Тредера о суффиксе -ot(a) читаем: «Он на­стой­чиво вытесняет функционально тождественный суффикс -osc» (Тредер 1994, 473). Действительно, нередко эти форманты оказываются взаимозаменяемыми, т. е. об­разуют два абсолютно равноправных варианта без каких-либо отличий в зна­че­нии, напр., bogobójnosc – bogobójnota ‘богобоязнь, страх Божий’, dosłownosc – do­słownota ‘дословность, буквальность’. По свидетельству Тредера (Тредер 1994, 474), это вполне согласуется с положением в живом языке. Не случайно редактор словаря настаивал на ограничении использования форманта -ota. Действительно, сравнивая первую версию и окончательный вариант словаря, он отмечает ча­стич­ную замену форманта -ota на -osc (Тредер 1994, 456). Следовательно, можно го­во­рить о двух факторах, повлиявших на многочисленность дериватов на -ota в сло­варе Трепчика: а) распространенность в живой речи; б) интенсивное исполь­зо­ва­ние при образовании неологизмов как средства контраста с польским языком.

Как было отмечено выше, в живой речи формант -otа характерен для северо - и центрально-кашубских говоров. Преимущественно на последние опирался и Ра­мулт. Соответственно, первый из названных факторов действовал и при со­ста­вле­нии его словаря. Что же касается второго фактора, то, разумеется, у Рамулта не было такого стремления, как у членов объединения писателей «Кашубский со­юз», — увеличивать дистанцию между языками. Однако сами условия конкурса, на который был выдвинут словарь Рамулта, располагали к фиксации «новых и ра­нее незаписанных слов», т. е. у Рамулта также были при­чины для особо вни­ма­тельного отношения к рассматриваемой особенности среднекашубских говоров. Каким же образом представлены в «Словаре поморского или кашубского языка» существительные с формантами -ota и -osc? Как они соотносятся с польскими — с одной стороны; и, с другой — с лексикой словаря Трепчика?

Контрольный корпус для анализа мы ограничили материалом до буквы Р, т. е. половиной кашубско-польского словаря Рамулта. Этот корпус содержит 174 сло­ва с интересующими нас формантами5. В качестве их польских соответствий Ра­мулт приводит 261 слово. Затем для этих польских слов были найдены кашубские эквиваленты по польско-кашубскому словарю Трепчика. Словарь Трепчика дал 810 или, без учета повторов в разных словарных статьях, 565 единиц6. Пред­ста­вим здесь небольшой фрагмент систематизированного материала7:

кашубский по Рамулту	польский	кашубский по Трепчику
bezZetnosc	bezdzietność	bezdzecnota
bezpječnosc	bezpieczeństwo	bezpiek
bélnota	cnota	bёlnota, cnota, pobożność
cnotliwość	bёlnota, cnotlёwota, pobożnota
dzielność	dzyrzkosc, bёlnota, zuchternosc, bodrosc, odwôżnota, chłopskość

Таблица 1.

I. Кашубско-польские лексические отношения в словаре Рамулта

С самого начала обращает на себя внимание очень слабая засвидетельствован­ность у Рамулта образований с формантом -ota — лишь 12 слов: bélnota, bjèdota, bredota, cemnota, cnota, dernota, głepota, jistota, nagœta, nowœta, ńecnota, ńemœta. Второй момент, который следует отметить сразу, — это стремление Рамулта к установлению однозначной эквивалентности (ср.: 174 единицы на входе и 261 на выходе). Рассмотренный корпус включает в себя словарные статьи:

— с одним эквивалентом — 107;

— с двумя эквивалентами — 40;

— с тремя эквивалентами — 23;

— с четырьмя эквивалентами — 4.

Любопытно обратить внимание на то, как комплектуются статьи. Но прежде вы­делим основные типы формального соотношения кашубских и польских лексем8.

1.

Это наиболее очевидный тип соотношения между формой слов двух язы­ков (любых): «разные» слова, т. е. слова, в основе которых лежат этимологически разные корни, напр.: каш. (Рамулт) jemnosc – польск. łaskawość, каш. (Рамулт) bélnota – польск. cnota, dzielność.

2. Пары, словообразовательные основы которых характеризуются определенной общностью.

Самый простой тип соотношения ― полное тождество (см. примеч. 8), напр., каш. (Рамулт) bœjazléwosc – польск. bojaźliwość, каш. (Рамулт) cemnosc – польск. ciemność, каш. (Рамулт) cemnota – польск. ciem­nota.

Тип Y. Тип, при котором слову одного языка в другом соответствует слово с идентичной мотивирующей основой, но иным суффиксальным оформлением, напр., каш. (Рамулт) bředkœsc – польск. brzydota, каш. (Рамулт) casnosc – польск. ciasnota, каш. (Рамулт) nagœta – польск. nagość

Тип Ζ. Пары слов, с этимологически общим корнем, но разной производящей ос­новой, т. е. слова, образованные по разным деривационным моделям, напр., каш. (Рамулт) hartownosc – польск. hart, каш. (Рамулт) létoscéwœsc – польск. litość, каш. (Рамулт) nôpartosc – польск. upór.

Тип	Общий корень	Общая основа	Одинаковый формант
А	―	―	― / +
X	+	+	+
Y	+	+	―
Z	+	―	―

Таблица 2.

Наблюдения за распределением этих типов по статьям с разной продолжитель­но­стью ряда соответствий (одно польское соответствие – два соответствия – три – четыре соответствия) дают любопытные результаты. Так, словарные статьи с одним польским эквивалентом представлены преимущественно парами типа X: bezZetnosc – bezdzietność, bjêłosc – białość, cnota – cnota. Из 107 статей на этот тип приходится 79. На все другие типы приходится только 28 пар, которые рас­пре­де­ляются довольно равномерно: тип Y (напр., casnosc – ciasnota, drogœsc – drożyz­na) — 7 статей; тип Z (bezpječnosc – bezpieczeństwo, bředkœsc – brzydota) ―11 пар. Наконец, тип А (dernosc – głupota, dernota – głupota, dernovatosc – głupowatość) ― 10 статей.

тип	пример	число	Всего статей
X	cąžkœsc – ciężkość,	79	107
Y	głepœsc – głupota	7
Z	céχosc – cisza	11
A	dretkosc – cierpkość	10

Таблица 3.

Интересную картину представляют собой статьи с двумя польскими соответ­ствиями на одно кашубское слово.

1) 25 из 40 таких статей содержат пару типа Х (полные лексические дублеты), причем в 22 случаях статья пополняется за счет слова, образующего пару типа А: gœZéwœsc – godziwość, uczciwość. Добавим к этому, что лишь в одном случае в ря­ду польских соответствий прежде следует инокоренное слово: χromœsc – kula­wość, chromość. В 3 случаях ряд представлен сочетанием типов Х и Z: mœvnosc – mowność, wielomowność; ńezgœdnosc – niezgodność, niezgodliwość; hartowność – hart, hartowność.